Поиграем?

— Ты знаешь, что такое Шанс? — голос малыша в костюмчике и шляпе был неестественно серьезным. — Говори. — Шанс. Игра для профессионалов ценой в жизнь. В ней участвуют игроки, которые не могут вернуть слишком серьезные долги специализированным заведениям. Шанс — игру, ставкой в которой является сам участник или части его тела. В случае выигрыша, с них списывают все долги, но и проигранные ставки выплачиваются мгновенно. Против этих игроков клубы ставят своих людей, и устраивают таким образом показательные медленные казни для устрашения и дополнительного заработка в виде ставок на победу в этой бойне.       Отрубленная рука.       Хибари промолчал, но хмуро глянул на девушку. Она смешно морщилась во сне и тыкалась в его плечо кончиком носа. Он выдохнул, принимая для себя какое-то решение, и перевел взгляд на ее израненные пальцы. Реборн тут же оказался рядом и протянул ему аптечку. Немного сместившись молодой человек стал поочередно обрабатывать пострадавшие пальчики. А малыш тем временем переместился на его стол. — Она несколько лет была палачом на таких играх, — Брови брюнета недоверчиво приподнялись, — Нет, чисто технически, она никого не убивала, лишь играла с жертвами, а ставки «забирали» другие. — Это бред, она до ужаса испугалась даже жалкой резиновой игрушки в виде руки. — Не бред. То, что ты видел, это последствия. Насколько можно судить по полученной информации, она не совсем добровольно участвовала в этих мероприятиях. — Дядя, — Хибари выплюнул это слово, как самое поганое ругательство. — Вижу, она успела что-то сказать. Нам известно лишь то, что он каким-то образом воздействовал на ее сознание с раннего детства. Окружающие замечали, странности в ее избирательной памяти, но списывали на воображение. Несколько лет назад все стало совсем плохо. Девушка сначала замкнулась в себе на некоторое время, перестала как-либо реагировать на внешний мир, но через пару месяцев неожиданно оправилась, но стала патологически избегать брата своей матери, а если он все же настаивал на встрече… по описанию, ее состояние напоминало панические атаки, но думаю, это слишком слабо сказано, — по тону аркоболено было очевидно, что дело действительно серьезное.       Дальнейший разговор был прерван пришедшей в себя девушкой. Она недовольно хныкнула, медленно открыла глаза, но увидев перед собой знакомую красную повязку, улыбнулась. — Ммм, ты решил сменить дислокацию. Что ж, твой кабинет действительно намного удобнее, — веселый голос с игривыми нотками звучал так, будто никаких потрясений сегодня его хозяйка действительно не переносила.       Она так привыкла верить в дурные сны, что даже сейчас не позволяла себе допустить и мысли о паршивой реальности.       Девушка подняла обработанную руку чтобы погладить щеку брюнета, но болезненно ойкнула, только теперь замечая повязки на своих пальцах — Кёя, что случилось? Откуда это, и что с моим маникюром? — она попыталась пошевелить пальцами, но любое движение отзывалось жуткой болью. — Джейн, что ты помнишь после того, как покинула кафе? — Реборн обнаружил себя, задав этот вопрос. — О, Реборн-сан! Добрый день. Что Вы имеете в виду? — Травоядное, просто ответь, — Кёя напряженно смотрел на ее перевязанные пальцы, аккуратно придерживая за запястья, чтобы дурное травоядное не навредило себе еще больше. — Хорошо, — она с сомнением переводила взгляд с одного мужчины на другого, — Кёя немного побегал за мной по школе, а потом, потеряв голову от моего великолепия, прижал к стене и, — она хитро глянула на мрачного брюнета, — Поцеловал так умопомрачительно, что я кажется потеряла сознание, — все-таки поймала его напряженный взгляд, — Готова искупить эту маленькую оплошность, как пожелаете, хмм, господин, — почему в ее голове появилась мысль его так назвать, она и сама не знала, но так как отчетливо слышала в своей памяти его голос, озвучивающий эту просьбу, не смогла промолчать. — Так ты меня слышала? — он только хуже нахмурился. — О чем ты… — Джейн, — Реборн неожиданно ее перебил, — Твой дядя связался со мной, он будет в Намимори примерно через час, — по его тону было понятно, что он и сам не рад такому жестокому обману, а уж тем более его последствиям. Лицо девушки окаменело, ласковая улыбка застыла неестественной маской. — Хибари, держи ее, — аркоболено надвинул на глаза шляпу и отвернулся. ГДК сначала не понял, о чем речь, но через секунду девушка рванула из его рук и ему пришлось заблокировать любые ее движения прижав к себе и крепко блокируя конечности. — Пусти. Мне нужно уйти, — она безрезультатно дернулась еще раз, — Пусти меня, — она зарычала на него и продолжила вырываться, — Пусти, он увидит тебя! Пусти меня! Мне нужно уйти, — она дергалась в его руках и продолжала это повторять, когда первые слезы полились из глаз. Реборн повернулся, скинул шляпу и начал внимательно ее рассматривать. Спустя пару секунд он задал вопрос: — Что будет, если он увидит Хибари? — Кёя, пусти меня, мне нужно… — Что будет, если он увидит Хибари?! — Реборн редко повышал голос. Безрезультатно, она продолжала повторять одно и то же, умоляя отпустить ее. Тогда малыш обратился к парню: — Она что-нибудь говорила, кроме упоминаний дяди? — глава нахмурился, явно тщательно анализируя произошедшее и заговорил: — Она пыталась успокоится повторяя, что я самый сильный и меня не убьют. Какого черты ты творишь с ней?! — парня бесило происходящее, но его пыл немного поутих, когда девушка дернулась последний раз и замерла на мгновение после его слов. В эту секунду Реборн одним прыжком оказался около ее головы, явно что-то заметив. Внимательно осмотрев ее, он раздраженно выдохнул. — Плохо. Нам понадобится помощь, — с этими словами он одним ударом вырубил бедняжку и покинул помещение, бросив через плечо, чтобы, когда она очнется, ей сказали, что это все только кошмарный сон.

***

Я пришла в себя в кабинете Кёи. Голова жутко болела, мысли путались, но буквально через секунду, одна из них, самая яркая и пугающая заволокла все сознание. Дядя скоро будет здесь! Нужно срочно уходить, иначе все будут в опасности. Она резко встала, пошатнувшись от головокружения, но упрямо пошла к двери. — Куда-то собралась, травоядное? — голос раздался со стороны стола.       Не могу разобрать оттенков эмоций, странно, его всегда было просто понять. Все равно, это сейчас не важно, ведь неизвестно, как мало времени осталось. Дверь захлопнулась перед самым носом. Теплое тело прижалось сзади, а руки обхватили за талию. — Ты уже дважды сегодня меня покидала. Тебе не кажется, травоядное, что вырубаться при одном упоминании о поцелуях, слишком даже для тебя. — Пусти, дядя скоро… — Какой еще дядя? — одна из его рук сместилась ниже, оглаживая низ живота через одежду и притягивая ближе, заставляя прогнуться, а друга крепко удерживала на месте. — Реборн… — Ты бредишь, травоядное? Если надеешься опять сбежать от меня, то можешь не утруждаться, я не отпущу тебя, какой бы бред ты тут не придумывала, — грубый укус в шею и мой удивленный вскрик. Как он может не помнить, ведь Реборн при нем все рассказал? Почему он называет это бредом? Не могли же кошмары вернуться, их ведь не было почти год. — Значит, Реборн-сан, ох! — укусы спускались все ниже, мой пиджак уже был выброшен куда-то в сторону, — не приходил? Ааах! — его ладонь легла на мою грудь и немного грубо начала ее сминать. — Если ты сейчас же не прекратишь этот цирк, — глухой рык и дыхание, опаляющее ушную раковину, — То я выебу тебя прямо на главной сцене твоего гребаного фестиваля, чтобы и думать забыла о ком-то другом в такие моменты, — обычно такая ласковая рука властно прошлась вдоль бедра вверх и задрала юбку. Я выдохнула от облегчения и осознания, что ничего ужасного не случилось, и полностью расслабилась в его руках, отдаваясь ощущениям. Он же не будет врать, в этом нет никакого смысла. — Разве я против? С тобой хоть на Эйфелевой башне, — голос сам стал игривым.       Я немного наклонила голову, удобнее подставляясь под поцелуи-укусы, и, опираясь руками в дверь, выгнулась еще сильнее. Как только он почувствовал, что напряжение отступило, прикосновения сразу стали мягче. Я прижалась к нему всем телом и ненамеренно притерлась бедрами. С губ сорвался довольный стон, когда я почувствовала, как он содрогнулся всем телом и тихо рыкнул от столь тесного контакта. Блузка полетела прочь. Чуткие пальцы развернули мое лицо, а горячие губы заглушили последующие стоны. Одной рукой он игрался с моей грудь, иногда проникая под кружевную ткань и дразня соски, а второй придерживал за самый низ живота, не позволяя отстраниться ни на миллиметр и разорвать контакт. Я чувствовала его горячее возбуждение даже через ткань брюк и сходила с ума от легких неконтролируемых толчков. Когда его пальцы проникли в мои трусики и начали ласкать там, я заскулила прямо в его губы. Он разорвал поцелуй и, довольно оскалившись, начал контрастно нежно целовать мою шейку и ушко. Я чувствовала его всем телом, каждой клеточкой и медленно умирала, не понимая уже, где удовольствие ощущается острее. Его пальцы аккуратно неглубоко проникли в меня так, чтобы ничего не повредить, и я застонала в голос. Вторая рука сместилась с груди на шею и слегка сжала ее, притягивая для новой порции укусов. Не знаю, как долго он так пытал меня, сознание цеплялось только за его тихое рычание. В какой-то момент уже знакомый взрыв удовольствия пронзил все тело. Стыд помахал ручкой уже давно, кажется, я кричала, ноги подкосились, и я, все еще немного подрагивая, пережидала новые волны. — Кролик, у тебя потрясающий голос. С этого момента, кричать будешь только от удовольствия, — с этими словами он рывком переместил меня на диван, и оставив нежный поцелуй на щеке, покинул кабинет. Пара минут ушла на то, чтобы прийти в себя, еще парочка на восстановление приглядного вида. Я лежала, плавая на волнах блаженства и не торопясь возвращаться к реальности.              Самым краем сознания я все же зацепила давно волнующую меня мысль. Через несколько мгновений я наконец смогла сформулировать главный на данный момент вопрос: «Какого черта?!».              Два слова, а сколько смысла. Кёя уже второй раз нагло воспользовался тем, что мои мозги превращаются в розовую кашу от его близости. Что это за героические побеги в душевые комитета? Я точно знаю, что он меня хочет. Ох, да от одних воспоминаний жар по всему телу разливается. В чем же тогда дело?              От дальнейших размышлений отвлек мимолетный взгляд на часы. Хм, что там сейчас по расписанию? Вроде бы, награждение. Ох, черт! Я же должна его вести!       Быстро собрала манатки, поправила прическу и уже хотела бежать к сцене, но остановилась в самых дверях. Я тебе еще устрою, герой! Немного подумав, отцепила от юбки хвостик и небрежно бросила на его рабочий стол. Пусть играется, раз такой самостоятельный.       На награждение я успела в последний момент. Оказалось, наш класс взял главный приз, но, бегло просмотрев таблицы, я поняла, что около шестидесяти процентов выручки — это деньги комитета. Злорадно ухмыльнувшись, без каких-либо мук совести вручила нашему окрыленному победой старосте чемоданчик Мари и пакетик с сувенирами. *А где же в это время наш ненаглядный ГДК? Суровый ГДК прожигал убийственным взглядом стену душевой. Он уже успел позаботиться о своем возбуждении, и теперь занимался вандализмом: портил кафель и разбивал костяшки на руках.       Девчонка совсем его доконала! Когда она сразу после пробуждения направилась к двери словно зомби, хотя и на ногах-то еле стояла, он не смог придумать ничего лучше того, что сделал, чтобы отвлечь ее.       Как вообще можно было додуматься до такого?! Она же еле живая после всех сегодняшних событий! Ещё один удар разбрызгал кровь по треснувшей керамике.       Самобичевание ожидаемо не являлось сильной стороной Хибари. Он предпочитал решать проблемы, а не загоняться из-за их причин или последствий. Поэтому, для осознания ситуации ему потребовалось некоторое время и парочка пострадавших стен.       Когда разобравшийся в себе и вполне спокойный он вернулся в свой кабинет, там уже было пусто. Только на рабочем столе лежал маленький одинокий пушистый белый комочек. Он так и кричал о мыслях своей хозяйки, одним видом обвиняя и упрекая в глупости, но одновременно и воскрешая неуместные сейчас образы…       Черт, вот же стерва! Не то что полудохлая, она же даже отсутствуя умудряется его возбуждать до мошкары перед глазами. Надо было еще в первый день ее прибить!       Яростно шарахнув и так разбитой рукой по ближайшей стене он пытался теперь с наименьшим уроном для собственного самолюбия принять тот факт, что брыкаться все равно уже поздно.

***

      Мари дождалась момента, когда в кабинете останется только ее цель и теперь собиралась наконец закончить затянувшуюся игру. Давненько ей не попадалось такой упрямой жертвы, но это придало игре пикантности.              Она бесшумно приоткрыла дверь и, зайдя в кабинет, изящно оперлась голым плечиком на стену. Он стоял к ней спиной и рассматривал что-то на своем столе. Мари негромко кашлянула и заговорила: — Может ты меня и не понимаешь, но думаю все же догадаешься, зачем я здесь, — он никак не реагировал на ее присутствие, — Конечно, было бы интересно добавить в наши непродолжительные отношения хоть каплю взаимопонимания, но и так сойдет, — она добавила в голос максимум соблазна и, хищно покачивая бедрами, прошествовала к дивану, вальяжно расположившись на нем.       Возможно, она и выглядит не самой сообразительной девушкой, но это не мешает разбираться в образе мыслей этих жалких похотливых животных. Она имеет богатый опыт подобного общения, поэтому с уверенностью может сказать, что хотя бы на разовый секс может развести любого. Именно такие мысли поддерживали картину мира Мари целостной.       Схема, разработанная и проверенная на огромном количестве образцов, до смешного проста:       Для начала необходимо возбудить фантазию мужчины через зрительный контакт. Пусть полюбуется со всех сторон и успеет осознать, на сколько сильно хочет прикоснуться. Конечно же, первые поползновения лучше мягко пресечь, чтобы раззадорить чуть сильнее. А потом, когда клиент будет уже в кондиции, его можно немного подразнить и брать хоть голыми руками тепленьким и готовеньким. Такой подход работает безотказно.       …        Бракованный он что ли?! Она приняла лучшую позу, но сколько бы не болтала и не пыталась привлечь внимание, он никак на нее не реагировал! Это же надо, забуксовали уже на первом шаге… где Джейн только откопала такого проблемного?!              Мари раздосадованно встала с дивана и подошла к парню ближе. Теперь она заметила следы крови на его руках и какой-то белый шерстяной комок, который интересовал придурка больше, чем шикарная и готовая на многое женщина.              Может его просто разозлить? Похоже, насилие ему совсем не чуждо. Это ведь тоже действенный метод, главное в нужный момент перенаправить энергию в правильное русло.              Она подошла к нему вплотную и с силой провела ногтями по спине прямо через рубашку: — Значит попробуем грубее, — соблазнительные нотки в ее голосе сменились откровенной похотью, — Я же знаю, чего ты хочешь, и могу дать это, в отличие от нашей шизанутой «лошадки», — он первый раз заинтересованно глянул на нее, — Правильно. Вижу же, понимаешь, когда надо. — Как нехорошо, обзывать подругу за ее спиной, — в серых глазах блеснул интерес.       Инстинкты Хибари мертвой хваткой выцепили ту единственную ниточку, которая была ценна среди всего этого жалкого фарса. — Ха-ха, так эта стерва все же провела меня! Благодарю, за такие полезные сведения, — Хибари только усмехнулся, — Раз это война становится информационной, то пожалуй отвечу психичке ее же фишками, — Девушка вальяжно вернулась на диван и с комфортом устроилась, приготовившись к разговору, — Лошадка — это не оскорбление, а прозвище всех палачей, и наша королева не исключение. На них все же делают довольно приличные ставки, — она равнодушно откинула голову, — Ты вообще знаешь, что она у нас немного бракованная?       Хибари нахмурился, изображая непонимание и интерес. Эта девка — единственный доступный сейчас источник информации, и он вытащит из нее все. — Ммм, видимо, не в курсе, хорошо, — она, похоже, упивается открывшимися возможностями.       Брюнет резко развернулся и, сложив руки на груди, пренебрежительно недоверчиво на нее глянул. — Не веришь, значит, — голос зазвучал насмешливо, — Зря. Ведь у меня, в отличие от нее, с памятью проблем нет, — эффектная пауза, — Наша Джейн, сама лично пытала и убивала людей. Их рвали на куски по ее вине, на некоторых представлениях я даже присутствовала. Но знаешь, что самое паршивое? — ее взгляд стал тяжелее, но дежурная улыбка никуда не делась, — Сначала она еще оставалась человеком. Выла сутками на пролек, как белуга, голодала, даже резалась… Я была с ней иногда, — дежурная улыбка все же дала трещину, — Но потом она сломалась. Точнее что-то в ее голове… Будто она начала забывать все. Отказалась помнить. А потом вообще пропала, — на жалкое мгновение Хибари показалось, что девушка передумала вести глупые игры и просто волнуется за подругу, но жестокая улыбка, обнажившая ее отбеленные зубы быстро привела его в чувства.       Пауза затянулась и стало понятно, что дальнейшая информация платная. Он нехотя обогнул диван и опустил руки на мягкую спинку по бокам от ее плеч. Чуть наклонился к ней и, понизив голос, спросил: — Почему замолчала? Неужели, испугалась моей реакции? Уже передумала побеждать? Боишься, что не вывезешь, детка? — Ха-ха, неужели ты из тех, кого заводят кровавые рассказики? — она продолжала неподвижно сидеть, возвращаясь к своему прежнему плану действий, но с некоторыми поправками, — Хорошо, я не против поболтать. Что тебя интересует? — Как все это связано с братом ее матери? — Ты же понимаешь цену этой информации? — в ответ он только насмешливо хмыкнул, — Прекрасно. Раз так… Мой отец сказал, что дядя Алекс был тем, кто привел Джен в Шанс, — пауза, — Он каким-то образом убеждал ее продолжать после каждой игры, убеждал не бросать это дело. Я видела, как она ломает себя. Дуреха. До сих пор не понимаю, что же он такого мог ей предложить, что она каждый раз возвращалась. А может ей просто нравилось, — она игриво пожала плечами будто смахивая с себя туман прошлого, — А теперь…, — она уже повернулась к нему для того, чтобы получить оплату за предоставленные сведения, когда он грубо перебил ее: — А теперь, ты выметаешься с моей территории, если хочешь избежать «международного конфликта», — жуткий тихий голос пробрал холодом до костей.       Хибари с силой оттолкнулся от дивана, так, что тот отъехал в сторону, и резко отошел к ближайшему стеллажу.       Хищник узнал все, что хотел, поэтому больше не собирался терпеть чужаков на своей территории ни секунды. Теперь ему нужно обдумать то, что он узнал и сопоставить с тем, что уже было известно. Как ни посмотри, а родственничек его кролика напрягает до зубного скрежета. Но, еще хуже то, что даже упоминания о нем возрождают фантомные боли ран, полученных в Какуйо. Это осложняет и без того непростую ситуацию. — Мы же договаривались! — Мари припомнила их разговор до мельчайших деталей и осеклась       Вот же черт! Как девочку провел. Он же не подтвердил сделку, теперь даже по их законам, давить ей не на что. От разочарования она растерялась и не заметила, что в комнате они уже не одни. — Девушка, Вам лучше покинуть помещение сейчас же, — странный малыш показался на подоконнике.       В этот момент несчастный, недавно замененный, стеллаж разлетелся в щепки от первого удара. Хибари взбесился от осознания того, как сильно распустил травоядных на своей земле. — Твои игры мне надоели, — от стали в голосе брюнета зазвенели стекла, — Забью до смерти! — он двинулся в ее сторону.       Мигом сообразив, что дело-дрянь, мадам вылетела из кабинета, хлопнув дверью. Повисшую тишину разрушил тихий детский голос: — Хибари. Новая информация просто бесценна. Оставь ее, я наконец разобрался в ситуации. Наша главная проблема заключается совсем не том человеке, которого ты сейчас так жаждешь убить. Напротив, пока не разберемся с последствиями, трогать его никак нельзя.