softcore

В ночном кошмаре она снова бежала. Окоченевшие от холода пальцы ног беспощадно стирались об асфальт. Нежная кожа на изгибе превратилась в кровавое месиво, коварно насмехающееся над попытками девушки ускорится. Все шло против неё. Любые действия сопровождались ответным противостоянием. Учащенный ритм сердцебиения мешал концентрироваться над окружающими окрестностями злого сна. Темные краски сгущались над женской фигурой, пряча в своей черноте мимолетные проблески света. Внутренний голос велел бежать вперед и забыть на долю секунды о невыносимой боли в ногах. Но творящийся наяву хаос обостренной психики мешал проникнуться к здравому рассудку для получения спасательной подсказки — как выбраться из затянувшейся пелены кошмара? Она явственно слышала чужое дыхание за спиной, которое опаляло её затылок горячим желанием близости. Это яркое ощущение преследования заставляло бороться за свободу до конца, несмотря на то, как сильно тело содрогалось в муках усталости и леденящего ужаса. Она вновь тонула в тех воспоминаниях, о которых старалась забыть. — От меня не убежишь, сокровище. Голос раздался рядом, обдавая тело очередным приступом первобытной паники. Инстинкт самосохранения громко вопил, до чертиков пугая закованную Гермиону. Легкие сдавило невидимыми металлическими тисками. — Ты очень рассердила меня, дорогая! — жуткий смех продолжал преследовать её, — ты оставила меня одного! В этом чертовом доме! Неужели я был не настолько обходительным с тобой? Она хотела издать крик, но из её рта вырвалась лишь пугающая пустота. Словно острым лезвием ножа оголялись натянутые до предела нервы. Постепенно уверенность затягивалась в омут страха и тело вновь окатывал приступ обреченности. Она металась, не в силах совладать со своими эмоциями, которые беспощадно тянули в объятия к её самому главному кошмару. Неожиданная цепкая хватка на плечах выбила весь оставшийся воздух. Нечеловеческая сила прижала девушку к чужому телу, ядовито парализуя до самых кончиков пальцев. — Попалась, — довольный хриплый шепот забрал последние лучики надежды, окутывая в свои особенные заботливые объятия. Стиснув зубы, девушка надрывно закричала и бросилась вперед, освобождая себя от опасных оков. Словно завороженная она протянула руки к виднеющемуся свету, пытаясь ухватить за кончик последнюю ниточку спасения. Нечеловеческий хриплый смех эхом раздался позади неё. — Я найду тебя везде, помни об этом, Гермиона.

***

Горсть разноцветных таблеток бесследно исчезла с мужской ладони. Глоток холодной воды смягчил острую сухость в горле. Зрачки расширились от принятой дозы, и сознание постепенно прояснилось. Легкий спазм в конечностях не покидал тело ощущением глубокой заморозки. Нервные окончания дрожали от очередной вспышки психического помутнения и предательского поведения собственного разума. Слишком не вовремя. Не здесь и не сейчас. Пробуждение от коварного сна выдалось нелегким. Его не покидало чувство пустоты и животного желания вернуть то, что он считал своим по праву. Жгучая ненависть к произошедшему бурлила опасным кипятком, но действие медикаментов притупляло яростный порыв совершить необдуманный ход. В его руках новая задача стала алгоритмом: сначала анализ, потом подготовка, а затем – исполнение. Мужчина методично сложил все протертые приборы в мусорное ведро, попутно выбрасывая самодельные наручники улетевшей из клетки птички. Он не спешил, потому что знал – спешка главный враг точности. Любая упущенная деталь могла стоить жизни. Там, где другие могли видеть утопичную гору проблем, он замечал логику и последовательность событий, которые способны привести к результату без лишних усилий. Среди прямых улик, доказывающее его противозаконные действия, мужчина на долю секунды позволил себе прикоснуться к женскому платью, ткань которого впитала в себя запах недавней гостьи. Горечь её предательства растеклась по языку, и похитителю пришлось проглотить ком поражения в их своеобразной игре. Что ж, в этот раз удача улыбнулась не ему, но он не расстраивался. Мужчина был восхищен смелости девушки, которая переступила через себя и внушенный обстоятельствами страх. Это будоражило, подстегивало продолжить борьбу за правду дальше. Безумие его мыслей ужасало, но внутренний голос чертовски соблазнительно манил найти её и сделать так, чтобы светлую голову спутницы никогда больше не посещали мысли о побеге. Неужели она не была счастлива рядом с ним? В его воспоминаниях ласка и нежность не отодвигались на задний план. Мужчина собрал все документы в кожаный рюкзак, когда закончил с уборкой в доме, предварительно избавившись от доказательств в огненном пламени. Внезапная рутина не пугала его, но вызывала определенный дискомфорт. А ведь он так старался сделать место уютным для неё. Будет несказанно жаль покидать его. — Доставила же ты мне хлопот, дорогая, — мужчина задумчиво рассматривал её фотографию в руке, ожидая, когда машина прогреется. «Я найду тебя везде, помни об этом, Гермиона». Но сначала ему необходимо переждать волну поисков его личности. А потом, он обязательно донесет до своего предмета обожания внутреннюю обиду. И способы доведения сокрушительной правды Гермионе придется обязательно принять.

***

— Мы назначили вам обязательное прохождение психолога. По его заключению и результатам бесед будет определено, необходимо ли вмешательство врача-психиатра для получения более сильных препаратов. Отдыхайте, мисс Грейнджер. Капельницу мы поменяли. — Спасибо. Гермиона не могла отойти от произошедшего. Тишина и одиночество были непривычным тандемом для неё. В светлой палате она находилась одна, но это положение постоянно подстегивало обостренное состояние устроить игры с воображением. Кожа отчетливо впитала в себя прикосновения Тома и то, что стояло за этими касаниями. Образ похитителя мерещился повсюду — каждый раз перед глазами проскальзывала его мутная фигура, старающаяся оказаться как можно ближе к больничной кровати. Из её палаты неоднократно доносились истеричные вскрики, после которых наступал период приема очередных успокоительных. На сегодняшний день к ней никого не пускали, и она была благодарна этому. Её беспокойные сны возвращали обратно в то ненавистное место, из которого однажды ей посчастливилось сбежать. Боль пережитого еще таилась глубоко в груди, вызывая раздражающий зуд по всему телу. Если бы у врачей была возможность увеличить дозу препаратов, то Гермиона непременно воспользовалась такой шикарной возможностью с надеждой скрыться подальше от навязчивых мыслей. К несчастью, ей приходилось самостоятельно бороться с призраками воспоминаний. Иногда она смеялась, но чаще всего истощенно рыдала, когда вновь переживала на себе вспышки свежего прошлого. В голове Гермиона часто прокручивала единственный вопрос, беспокоивший её на протяжении долгого времени — за что? Но всегда существовали и сопутствующие вопросительные ответвления. В какой момент жизни она оступилась? Для чего было уготовлено очередной испытание судьбы? Что бы что? «Разнообразить жизнь новыми травмами?» — с усмешкой спросила она у себя. Стук в дверь нарушил её тягостные размышления, заставив тело инстинктивно напрячься. Гостей она явно не ждала. — Гермиона. В одиночную палату вошел тот, кого девушка совсем не ожидала увидеть. — Малфой? — изумленно спросила Гермиона, продолжая прибывать в легком шоке. Лицо Драко было бледным и непривычно потерянным. В его глазах Гермиона заметила удивительный спектр эмоций, который не смогла до конца прочесть. Он был взволнован, напуган и даже немного ошеломлен от того, кого видел перед собой. За первым эмоциональным мазком Гермиона заметила подложку искреннего недоумения и желания узнать все здесь и сейчас. Шлейф переживаний донесся до неё, и она вновь прослезилась, несмотря на то, что именно Драко был причиной её внезапного ухода из безопасного дома в тот роковой день. Водоворот человеческий чувств беспощадно окатил их ледяной волной. — Я так переживал, — прошептал Драко, когда дошел до девушки на ватных ногах, — и так долго винил себя в твоей пропаже. Он старался держаться рядом с ней спокойно, но когда увидел женские заплаканные глаза, слезы отчаяния и мимолетного облегчения невольно выступили на его глазах. Что-то тонкое надломилось внутри Малфоя; новое чувство поразило до глубины души. — Хоть я и считаю тебя самовлюбленным индюком, который дотошно хорош в финансах, — всхлипнула Гермиона и улыбнулась измученной улыбкой, — но все же рада тебя видеть. Невидимый груз спал с плеч Драко. — Я тоже рад тебя видеть, Гермиона, — под тяжестью сумбурных чувств он сел на мягкий стул рядом, — заявление о пропаже наша семья подала сразу же на следующий день после мероприятия. В первую очередь нам сразу сообщили о твоем нахождении. Теплая пелена мягко окутала сердце девушки, даруя ей долгожданное облегчение и искреннюю радость. Её искали! В этом чертовски большом городе она оказалась нужной! — Что произошло? — нетерпеливо уточнил Драко, но смягчился, осознавая, что лишнее давление на девушку может навредить ей, — ты не отвечала на звонки с тех пор, как покинула наш дом. Прости меня, тогда я перебрал с алкоголем! Честно, мои действия были очень оскорбительны по отношению к тебе. Мне ужасно жаль, что так вышло. Малфой схватился за голову, с силой оттягивая волосы от себя. Гермиона видела, как он сильно сожалел о содеянном. — Пожалуйста, перестань, — тихо прошептала она, морщась от слабости в теле, — ты ни в чем не виноват. — Не оправдывай меня. Мне не следовало так поступать, — произнес мужчина и откинулся на спинку стула. — В тот день, — начала Гермиона, прерывая тираду Малфоя, и прикрыла глаза, — я почти была возле своего дома. Кто-то навалился на меня сзади и прижал к лицу ткань с сладковатым запахом. Был ли это наркотик или нет я не знаю, но от этого я быстро ослабла. Серия болезненных воспоминаний нахлынула на неё. — Кто это был? Ты знала этого человека? — Он был на выставке Маттео, — хрипло прошептала она и всхлипнула, — этот человек следил за мной долгое время. Он наблюдал, анализировал мою жизнь, а я даже не могла представить, что когда-то окажусь кому-то нужной! Кожа покрылась мурашками. Гермиона сосредоточенно смотрела в одну точку, игнорируя пристальный взгляд Малфоя, который внимал каждую деталь её печального рассказа. Он пытался прожить ту боль, понять, как тяжело оказалось Гермионе в непредсказуемом заточении. Драко терпеливо ждал следующих деталей преступного дела. — Мне удалось узнать, что его зовут Том Реддл, — закончила она, переводя уставший взгляд на мужчину, — и у него явное психическое расстройство. Иначе мне трудно объяснить истинный умысел его поступка. — Мы обязательно найдем его, Гермиона, — твердо заявил Драко, — и он ответит за то, что сделал с тобой. «Каждую минуту я молюсь, чтобы он не нашел меня раньше, чем эта бесполезная полиция Лондона». — Ты не вернешься в свою квартиру, — продолжил он, — до разрешения дела ты будешь жить в доме моих родителей. — Я не хочу втягивать вашу семью в свои проблемы, — покачала головой девушка и тяжело вздохнула от накатывающих проблем. — Это не обсуждается, Гермиона. Сейчас опасно оставаться одной, — отчеканил Драко и стиснул зубы, — ты нравишься моим родителям и этого достаточно, чтобы твои героические сподвижки отошли на задний план. Головная боль вновь накрыла Гермиону. — Я не хочу, чтобы кто-то еще оказался в потенциальной опасности, — воспоминания об утрате итальянца вихрем окружили её. — Все будет хорошо, — успокаивающе прошептал Драко и аккуратно коснулся женской руки, — я обещаю. Девушка закрыла глаза и грустно улыбнулась. Когда-нибудь настанет конец для этого продолжительного кошмара. На окраине Лондона, в маленькой, но светлой квартире, мужчина заканчивал писать свое любовное послание, любуясь, как аккуратно выведены буквы на белом листе. Я скучаю, сокровище. До скорых встреч! С любовью и смехом, твой Том.