Яблоко с привкусом песка

Сейчас Дин связан и абсолютно беззащитен, как овца перед волком, и Ричарда это не может не радовать. Столько усилий было вложено для столь долгожданного и безумно желанного мгновения, что к подобному любой бы отнëсся с трепетом и нежностью. Ясно одно — удовольствие нужно растягивать: не слишком медленно, но и не слишком быстро — Дик для себя уже отмерил, сколько и как блюдо будет коптиться, пропитываясь и становясь более сочным и сладким. Дин давно уже витает в облаках, пока Роман мастерски орудует языком на его члене, наслаждаясь вкусом. Лёгкая усмешка проскальзывает на лице Левиафана, когда он пытается полностью заглотить «достоинство» охотника: грех не признать, габариты у него что надо. Ричард думает лишь об одном — Дина нужно привести в сознание. Смотреть на то, как он будет стонать, несмотря на борьбу отвращения и здравого рассудка с диким желанием, буквально распирающим и обжигающим изнутри. Но для начала нужно заставить его кончить. Дик улыбается, в очередной раз целиком вбирая плоть. Нежно посасывает, проводя языком по уздечке, слегка касается зубками, дразня. Кажется, границы реальности расплываются для Ричарда тоже, и время будто перестает существовать. Подносит палец ко рту, обильно смачивает его слюной и подставляет к желанному колечку мышц. Дин инстинктивно напрягается, когда палец погружается внутрь на две фаланги, и выгибается дугой, жадно хватая ртом воздух. Раздается сладостный стон, и Дик с удовольствием принимает его за знак, что всё делает верно. Полностью вбирает член ртом и одновременно до конца вставляет палец. Пытается нащупать нужную точку и снова улыбается, когда наконец слышит ещё один стон. — Боже… Агх… — слишком страстно, слишком горячо. Дик ритмично двигает пальцем в унисон со своим ртом. Через пару мгновений Дин извивается, выгибает спину, сам толкается бедрами вперёд и обильно изливается, пыхтя, словно пробегая марафон. Не вынимая палец, Дик приподнимается и губами тянется к губам охотника — целует. Нежно, мягко, чувственно. На мгновение кажется, что в глазах этого ужасного чудовища проносится что-то очень похожее на горькую печаль и сожаление. Легонько проскальзывает языком внутрь и больше не чувствует сопротивление от Винчестера, наоборот, Дин охотно, хоть и не понимая ничерта, отвечает. Через пару секунд поцелуй разрывается: на губах остаётся вкус охотника, и Роман откладывает его в памяти, бережно расположив на самом почётном месте, напоминающем чуть ли не целый алтарь. Если верить словам его подчинённых, действие препарата может прекратить электрический разряд. Чем больше тока, тем быстрее Дин придёт в себя. Левиафан вынимает из кармана миниатюрный пульт с несколькими кнопками, нажимает на одну из них, и тело охотника начинает заметно подëргивать. Дик тяжело вздыхает: никогда не бывать тому, чего бы он действительно хотел, а раз так, то почему бы и не насладиться тем, что ему дают? Это намного лучше, чем совсем ничего. Дин недовольно постанывает, когда электрические разряды начинают потихоньку отрывать его от столь сладкого сна. Перед глазами туман, в голове густая каша. Где-то вдалеке слышен чей-то голос: холодный, пугающий, но в то же время соблазнительный и манящий. Мелькают картинки, сменяя друг друга: то мрачная комната с одной лишь лампочкой, то белоснежные простыни, летний ветерок и птичье пенье. Винчестер сразу чувствует: в его заднице что-то шевелится. Палец? Какого… Снова с губ срывается невольный стон, когда внутрь входит второй, растягивая тугую дырочку. Это чертовски приятно для того, чтобы быть правдой. Голова безбожно раскалывается, и Винчестер с трудом выдавливает, стараясь игнорировать манипуляции внутри: — Воды, — слышится слабый хрип. — Может, потерпишь? — Дик самодовольно улыбается. — Мне ведь придется убрать пальчики, а тебе, как я погляжу, они очень даже приглянулись. На щеках охотника появляется лёгкий румянец, и раздается новый болезненный стон. Дик уже просунул третий палец, плавно вводя и выводя их поочереди. Торопится явно некуда: все время принадлежит только им двоим. Член снова встаёт, пульсируя, твердеет, и головка наливается кровью. — Пожалуйста, — с мольбой произносит Винчестер. — Воды. Ему просто нужно время, чтобы взять себя в руки, и прекратить стонать, как последняя шлюха, реагируя на каждое прикосновение. Дик разочаровано вздыхает и вынимает пальцы. Протягивает руку к рядом стоящей тумбочке, берет и откупоривает бутылку, подносит горлышко к губам охотника. Осторожно, заботливо вливает, второй рукой блуждая по торсу Дина. — Отпусти меня, — голос всё больше приобретает четкость. — Малыш, ну мы же только начали, — горячо шепчет Дик прямо в ухо, прикусывая мочку. — Я планирую довести тебя до оргазма ровно 17 раз. Дин судорожно глотает воздух, когда чувствует прикосновения горячего, шершавого языка на своем члене.