Между нами ток и правда

Спустившись с корабля, Харуми впервые ступила на вражескую землю. Почва под ногами была влажной после дождя, мокрый песок прилипал к коже. Кругом смеркалось. Горизонт был чист, а тишину вечера перебивали только вопли разъярённых моторов. Пленница шагала вслед за королевой, прямиком к одной из машин. Оказавшись у открытых дверей вплотную Харуми, на мгновение, зарылась ногами в рыхлый грунт. Девушка не верила своему счастью, под ногами вновь была земля. Побуждая зайти внутрь кабины, Азула толкнула пленницу в спину. Машина ничем не отличалась от той, в которой Харуми везли на корабль. Разве что в этой были окна, через которые проникал яркий, оранжевый свет заходящего солнца. Девушка уселась напротив одного из них и принялась наблюдать за тем, как флот строиться в шеренгу, в знак прощания. Азула, кивком головы, дала моряком вольную и те разбежались кто куда. - Все готово! – С улицы послышался крик солдата. Большая часть служащих поднялась на борт, а в числе тех, кто остался стоять на земле, Харуми узнала того приятного мужчину, с которым познакомилась пару дней назад, застав их с королевой то ли разминку, то ли драку. Впрочем сейчас он говорил с ее величеством сдержано, улыбался. Казалось и она улыбалась ему в ответ. Они проболтали недолго, а после мужчина вежливо склонил голову и сел в одну из машин вместе с последовавшими за ним солдатами. Вскоре и сама королева переступила порог железной кабины. Тогда машина затряслась, а вид за окном стал плавно передвигаться. Харуми прильнула лицом к небольшому окну. Оно было гладким и холодным. Теплое дыхание служанки грело стекло, от чего то покрывалось мутными пятнами. Пленница ноготком выводила простенькие рисунки на запотевшем оконце, за чем, вяло и неохотно, наблюдала Азула. Харуми никак не могла устроиться в кресле, в котором сидела. То у нее затекали ноги, то болела шея. Каждый раз, когда служанка была вынуждена сменить положение, ей приходилось ловить на себе недовольные взгляды королевы. - Что будет дальше? – С каждом минутой Харуми тосковала все сильнее и скрыть это не пыталась. Голос намеренно делала томным а взгляд хмурым. Не для того, чтобы ее жалели, нет. Скорее в качестве попытки вызвать в королеве хоть тень, намек на милость. - Поначалу будешь горничной. Или кухаркой. Но если докажешь верность, то возможно и получишь работу увлекательнее. - Да как можете вы ждать от меня верности. – Пленница вскрикнула. – То, что произошло на корабле говорит лишь о том, что я выбрала совесть, но никак не вас. - Пусть так. Но от твоей преданности зависит твоя свобода. И жизнь твоей бабушки. Стоит тебе осознать это, как обернешься мне послушной собакой. - И вас устроит такая верность? Она есть лишь пока я вас боюсь. - А я не перестану тебя пугать. – Азула наклонилась ближе к девушке. – Харуми, ну когда же ты откроешь глаза. Мир уже мой. И я уже правлю над твоей судьбой и над судьбами других. Абсолютность власти выражается не в том, что гимн моей страны еще не поют на улицах твоего города, а в том, что на тех же улицах больше не поют ваш гимн. - Дело лишь в договоре между… - Ты и сама знаешь, что уже давно дело совсем не в договоре. – Перебила Азула. - Вы сдались и это решение мудрое. Больше крови или меньше, я бы все равно взяла свое. Советую сдаться и тебе. Взгляд пленницы потух, а плечи поникли. - Вы бы сдались на моем месте? – Спросила она. - Я сделала все, чтобы никогда не оказаться на твоем месте. Харуми, отчаявшись пуще прежнего, вновь стала следить за плывущем пейзажем за окном. Кругом была лишь земля да осыпающиеся кусты и деревья. Изредка можно было разглядеть табуны пасущихся животных. Девушка отвела взгляд и обхватила себя руками. Кругом была лишь пустыня: земля вперемешку с песком, да и только. Но вскоре вдали стали мигать огоньки домов. Мерцающий свет все приближался. Совсем ярким он стал когда машины въехали в город. В отличии от Би Синг Се, столица народа огня не имела особых каст. Пленница поняла это потом, когда приближаясь все ближе к центральному дворцу, не заметила особых различий между жилищами. Напротив, все они были до жути одинаковыми. Один дом был в точности как следующий, и так улица за улицей. Красные резные стены с большими окнами, изогнутые во-внутрь крыши из черепицы, деревянные лавочки и уличные фонари, пламя в которых тушил вновь начавшийся дождь. Вдали виднелась колокольня и, где-то там, на линии горизонта, стали вырисовываться очертания высоких башен дворца. Харуми смотрела на него, словно зачарованная. С каждой минутой, что машина ехала вперед, замок становился все больше и больше. Основная его часть- центральная башня, мерцала в темноте изысками огней, что, по той или иной причине, под дождем не гасли. Башни же вокруг имели большое количество колонн, а их верхушки украшали вычурные, блестящие пики. Дворец был щедро украшен золотом, что делало его величественным. Когда машины подъехали совсем близко, Харуми ощутила себя маленькой, низкой. Девушку вывели на улицу. Все кругом поглотил красный цвет: не только во дворце, форма стражи, стоявшей по периметру, была такой же бардовой как и цветы, украшавшие дорогу ко входу в замок. - Пленницу поселите к служанкам. – Азула издала указ и стоявший поодаль солдат принялся выполнять его немедля. Харуми вели под руку. Теперь, ступая вперед шаг за шагом, девушка вновь чувствовала себя рабыней. Растворившись за дверьми замка и преодолев лестничный пролет, Харуми вывели в пустой коридор. По левой стороне располагался балкон, длинной во всю стену, вид из которого выходил на площадь. Там, внизу, между машин и солдат, стояла Азула. Женщина смотрела на пленницу. Харуми же голову отвернула. По левую сторону располагались комнаты, двери которых то и дело открывались, когда из них выбегали девицы, все облеченные в черные платья в пол, в точности как у Харуми. Больше в коридоре не было ничего, разве что только сияющие фонари, свисающие с потолка. Солдат проводил девушку к нужной комнате и, коснувшись ее плеча на последок, удалился прочь. Вздрогнув и помявшись на пороге пару минут, пленница все же нашла в себе силы открыть дверь. Харуми тут же ощутила тепло и сладкий запах хлеба, наполнявший собой всю комнату, хотя вернее будет сказать комнатушку. Места там и правда было мало. В четырех стенах с трудом помещались две, почти что детские, кроватки; небольшой сундук, сверху которого лежали книги и другая разнообразна приблуда; и крохотный письменный стол. Стену напротив украшала оконная рама, по стеклам которой играл свою мелодию дождь. В углу комнаты, на скомканных простынях одной из кроватей, лежала девушка. В одной руке она держала кусок белой буханки, а в другой книгу, страницы которой, как и ее одежда, были усыпаны хлебными крошками. Каштановые волосы незнакомки были убраны в косу, это позволяло лучше рассмотреть скругленные черты ее лица, пухлые щеки с алым румянцем на них. Девушка заметила вошедшую в комнату Харуми не сразу, до того сильно ее увлекало чтение. Глаза, большие и яркие, незнакомка подняла только дочитав страницу. - Могу предположить, ты новенькая. – Голос у нее был звонким, словно колокол. – Я Сату. - Харуми. – Представилась пленница. - Ты здешняя? Что привело во дворец? - Сату отложила книгу на подоконник. - Нет…- Промямлила девушка. – Мой дом Ба Синг Се. И меня никто не спрашивал. – Высказалась она напыщенно, протестуя. От удивления служанка вскрикнула, а после похлопала по краешку соседней постели. Харуми села на скрипнувшую кровать, оказавшись с новой знакомой лицом к лицу. - Ну дела…- Протянула Сату. – Тут, конечно, такое не редкость, но прежде из ваших краев я девиц не встречала. А ты хорошенькая! – Пискнула девушка, а после взгляд ее сменился, она придвинулась к пленнице вплотную, практически шепча ей на ухо. -А… ты маг земли, так ведь? – Спросила она, будто бы о постыдной тайне. Харуми же возмужала от вопроса: - Да, именно так. – Ответила она. Сату хлопнула в ладоши. - Так ты из тех, кто королеве противиться? Ты не бойся, я то тебе вреда не причиню, хоть и совсем тебя не понимаю. - Не понимаешь? –Пленница была не в силах сдержать недовольство. – Королева жестокая, для нее нет ничего важнее власти и ее самой! Как меня можно не понять? - Чувства взяли над девушкой верх. Молчать совсем не хотелось. - А разве не таким должен быть правитель? Ее величеству приходиться не легко. Судьба воспитала в ней хладнокровие и стальной характер, но она справедлива и цели ее благородны. - Благородны? Боюсь ты просто не видела всего, что видела я. Если только ты не зовешь благородными казни и прилюдные наказания. - Именно так я и думаю. - Сату пожала плечами. – Не могу знать, но предполагаю наши правила мало отличаются от ваших. Здешние законы строги не меньше, но если не пытаться их нарушать, то тебе ничего не грозит. Народ огня живет так с незапамятных времен и это воспитало в нации силу, которой нет ни в одном из других народов. - Девушка помедлила, а после понимающе закивала. - Должно быть мы кажемся жестокими, но в столице, как и в любом другом нашем городе, уже сотни лет нет места грабежу, пьянству, разбою и нищете. Большинство магов огня знают о гармонии и смирении не меньше монахов западного Храма Воздуха. - И ты действительно веришь в это? – Харуми качнула головой. – А как же свобода? - Искренне верю! – Вскрикнула Сату. – А свободы нет ни у кого. К тому же наше, так называемое, рабство выглядит гораздо порядочнее чем ваша, так называемая, свобода. И вскоре ее величество поделиться этим знанием со всем миром и только тогда наступит настоящий покой. - И ты взаправду думаешь, что Азулу волнует мир и покой? - У королевы есть и свои мотивы. Но войну начала не она. А я верю, что единая власть праведна. - Ты говоришь так, потому что угнетают не твой народ. Мне запрещено пользоваться даром. – У Харуми противно екнуло сердце. В груди эхом отозвалась боль. - Когда все народы признают победу истинной королевы уже не будет места угнетению. Ее величество не станет запрещать свою природу тем, кто поверит в новую власть. - Откуда ты знаешь? – Харуми вопросительно расправила ладоши. - Я все знаю. – Улыбнулась Сату. – Я знаю кто и что говорит или делает в этом дворце. - Ты типа лазутчица? – Спросила пленница. - Скорее сплетница! – Ответила девушка. – Многих это слово пугает, но меня оно устраивает. - Ты знаешь не все! Ты не знала кто я пять минут назад. - Но теперь то знаю. – Сату скрестила руки. – А еще знаю, что ты попробуешь сбежать отсюда как можно скорее. Я права? Харуми уставилась в окно, замотав головой. - Нет. – Прошептала она. - От чего же? Пленница склонила голову. - Если сбегу, убьют единственного дорогого мне человека. Сату села рядом с Харуми, приобняв ту за плечи. - Тогда не беги. Тебе будет трудно, но попробуй принять мою веру. Дай шанс королеве и увидишь, что она не желает тебе зла. В противном случае ты была бы в темнице. - Откуда такая вера в нее? Ты вроде не плохой человек, так почему поддерживаешь тот ужас, что она создает? Сату устало выдохнула и заулыбалась самой приветливой улыбкой. - У нее непростое прошлое. Королева многое пережила и с тех пор сильно огрубела. События минувшего уничтожили в ней веру в кого либо, помимо самой себя, а от того и хватка стальная. Мне порой кажется, что она не замечает и того, как в нее верит собственный народ. Но то, что ее величество не показывает своих чувств, не означает, что их вовсе нет. Я точно знаю. Лишь только месяц назад, по ее указу, я помогала собирать еду и ткани для бедняков из ваших мест. В том числе и для Ба Синг Се. Разве это не милостыня, которую ты хочешь видеть? Харуми нахмурилась. - Это не она нам помогает. - Еще как она. Просто не говорит об этом. В этом и разница между нами: для вас важны слова, а для нас поступки. Должно быть по этому другие народы и не понимают чего на самом деле хочет королева. - Но вы устроили войну…- Протянула девушка. – Загубили тысячи жизней. - Войны были и до нас. Чаще всего внутри кланов. Но в едином государстве их не будет. Когда-нибудь все признают Азулу героиней, завершившей благородное дело своей семьи. Покой и истинное равновесие воцарятся в мире и, на этот раз, навсегда. - Да точно, должно быть Азуле в самых блаженных снах только и видятся покой и равновесие. Сильный мотиватор. – Фыркнула Харуми. - Как я сказала, у ее величества много причин, и о некоторых я так же знаю. Может я тебе и расскажу, но точно не сегодня. - Сату невинно улыбнулась, столкнувшись с пустым взглядом собеседницы. – Мы не с того начали…- Приветливо протянула она. – В конце концов, теперь мы соседки и нам бы стоило стать друзьями. – Девушка отломила большой кусок хлеба и протянула его Харуми. – Вот, гостинец. Пленница помешкала, но подарок все же приняла, пусть и нехотя. - Знаю, тебе сейчас тяжело и я бы очень хотела тебе помочь. Надеюсь разница в наших взглядах не повредят общению. – Сату улыбнулась, но в ответ не получила ничего, помимо тишины. Тогда девушка громко зевнула. – Поздно уже, нам обеим пора спать. Новообретенная знакомая стряхнула крошки со своей простыни и, скинув платье и оставшись в тонкой светлой рубахе, залезла в постель. - Если тебе станет страшно, можешь меня разбудить. Если понадобятся уборные, то они в конце коридора. Хотя одна лучше не ходи, заблудишься еще. —Девушка протянула руку и погладила новую знакомую по коленке. – Не важно, насколько мы разные, ты можешь звать меня своей подругой. – Сату улыбнулась и Харуми улыбнулась ей в ответ. - Спасибо. – Прошептала пленница. – Ты очень общительна… - Знаю! – Воскликнула девушка, после чего погасила стоявшую на подоконнике свечу. В комнате по-прежнему был свет, правда не такой яркий. Он доносился из окна и проникал в щель под дверью из коридора. - Спокойной ночи. – Прошептала Сату. Харуми сидела неподвижно. Она буравила взглядом звездное небо и прислушивалась к шорохам и тихим разговорам из соседних комнат. Девушка ни о чем не думала. Трудно сказать сколько прошло времени, но когда Харуми очнулась кругом стояла тишина, свет почти иссяк, а комната наполнилась холодным воздухом. Пленница с головой закуталась в одеяло. В окно по-прежнему бил дождь, прислушиваясь к шуму которого девушка заснула. Далеко, далеко мне идти Я сбегу в страну из огней Буду танцевать по пути По пути в страну голубей Ветер сильный, белые крылья Пташки выучат сказочный вальс Я сбегу по дороге из пыли Чтоб порадовать танцев и вас Эй! Эй! Просыпайся. – Харуми почувствовала как ее толкают в бок. – Подъем говорю! – Не переставал кричать знакомый голос. - Ммм…- Промычала девушка. – Не сплю, не сплю я. – В едва приоткрытые глаза попал луч яркого света, от чего Харуми сморщилась. – Неужели уже утро. - Еще какое, соня. Тебе принесли обувь. И распоряжение, пойдешь работать на кухню. – Горничная вновь толкнула спящую девушку. – Ну поднимайся же, некогда отлеживаться. Нехотя Харуми все же встала с кровати и обулась. Новые туфли пришлись в пору, но разве что были слегка великоваты. Хотя, будь они даже совсем большими, это все одно лучше, чем вновь остаться совершенно без них. - К чему такая спешка? – Пленница наблюдала за тем, как Сату, дрожащими руками, застилает постель. - И обсуждать это тоже некогда. – Пробубнила девушка. – Вечером поговорим. Харуми хмыкнула. - Как мне найти кухню? - За дверьми тебя ждет страж, он тебя проводит. – Сату стояла у окна, ловя в нем свое отражение. Девушка была невысокой и пухленькой. Наряд обтягивал пышную грудь и живот, что заставляло горничную выглядеть беззлобной. – Только прошу, не своенравничай сильно. Просто молча делай свою работу. Вряд ли ты кого-то встретишь, но в случае чего, просто кланяйся всем, кому кланяется стража. – Девушка улыбнулась. – Это не так сложно. Поверь мне, ты быстро привыкнешь. Пленница закатила глаза, но кивнула. Лишь для того, чтобы успокоить знакомую. - Не хочу идти со стражем. Ты не можешь меня провести? - Конечно могу, но не думаю, что на это есть хоть какая-то причина. – Сату посмотрела на Харуми. – Веришь или нет, но стражи тут, чтобы нас защищать. Девушка нарочито нахмурилась. -Если со мной что-то произойдет, мой призрак будет являться к тебе по ночам. Это я обещаю. Сату захохотала. - Ничего с тобой не случиться, так что бояться мне нечего. Иди уже. Пленница послушалась. На входе Харуми действительно ждал мужчина в форме. Воин вежливо пригласил девушку следовать за ним и замолк. Тишину разбавляло только тонкое пение пленницы. В голове крутились слова песни, пришедшие девушке во сне. Идти пришлось долго, Харуми была уверена, что не запомнила и половины нужных поворотов и лестниц. Изнутри замок оказался куда больше, нежели выглядел снаружи. Правда выглядел он уже совсем не таким пугающим: окна, длинною в стены, впускали внутрь обилие света, а насладиться видами на город мешали только служанки, намывавшие стекла дочиста. - Тебе сюда. – Страж встал напротив широких деревянных дверей из которых выскользнул парень с подносом в руках. - Мне сразу идти на кухню? – Спросила Харуми мужчину, но рядом его уже не было. Воин поспешно удалился прочь. – Грубиян. – Промямлила девушка, заходя в комнату. Как оказалось, там было пусто. Горячий воздух кухни пах топленым маслом и ванилью. Пленница обошла кругом тумбы, на одной из которых стояли корзины с яйцами; кувшин с молоком; ящик фруктов и, завернутый в полотенце, кусок сыра. На столе напротив лежали небольшие мешки. Харуми предположила, что в них мука или сахар. Девушка подошла к столешнице и запустила палец в один из мешков, а после высунула и облизнула. - М-м-м. – Протянула она. – Сладкое. - Стоит заметить, что ваше поведение абсолютно непристойно, в особенности для юной леди. Харуми резко обернулась на голос. В дверях застыл дедушка, низенький и совсем седой. Кожа его рук, лица и лысины на макушке покрылась пигментными пятнами, а на лбу скопились глубокие морщины. Мужчина казался озадаченным и хмурыми, но не долго. Мгновение спустя тонкие губы его растянулись в улыбке, из-за чего вокруг них возникли новые морщинки. - Простите. Не думала, что это кто-то увидит. На кухне никого не было. – Девушка пожала плечами. - Ха-ха. – Рассмеялся дедушка. – Довольно честный ответ. Люблю честность. – Мужчина подошел к Харуми и протянул ей свою руку. – Меня зовут Шо. Шо Такана. Но, коль нам вместе работать, можешь звать меня просто Шо. - Я Харуми. – Пленница некрепко сжала протянутую руку. - Приятно познакомиться. – Шо улыбнулся. – Ты голодна? - Нет, не очень. Дедушка хмыкнул. -Тогда приступим к работе, а поедим потом. Мужчина, потуже завязывая белый фартук, встал напротив длинного, деревянного стола. Харуми встала с ним рядом. - Что ты умеешь? - Много что, а даже если и чего-то не умею, то быстро учусь. Что нужно? – Девушка зажала в руке небольшой ножик. - Пока не знаю, я еще не словил свое вдохновение. Мне нужно изготовить несколько новых блюд на пробу. Для предстоящих праздников. – Шо нахмурился, прикрыв глаза. - Что за праздники? - Спросила пленница, прежде чем словила на себе косой взгляд. - За такие шутки, юная леди, вам бы вымыли рот с мылом, будь вы чуть помладше. День рождения ее величества конечно. - Мне неоткуда было это знать, уж извините. Я не из местных. - Нет оправдания твоему невежеству. А коль не здешняя, расскажи лучше о том, чем у вас кормят. Харуми нахмурилась, но спорить не стала. Шо не был злым или высокомерным, он был старым. А потому и хамить ему не хотелось. - Бабушка готовила сырный пирог по праздникам. Старик прищурился, почесал седую голову, а после засвистел. - А что, можно! – Воскликнул он. - Могу сплести колоски из теста по краям и украсить лимонной кожурой или ягодами. Девушка улыбнулась. - Хотите, чтобы я замесила тесто? - Нет, лучше займись яблоками. Но это для другого творения. – Шо засмеялся, а после пропел – необходимы яблоки, просто необходимы. В ту же секунду на кухне воцарился хаус. Хромой и медленный старик, как будто напрочь позабыв о своем преклонном возрасте, практически запорхал среди столов. Мужчина в пол голоса что-то пел и, изредка, прерывался на возмущения, когда Харуми попадалась ему под руку. «Ну что ты нерадивая то такая? Шустрее надо быть. Шустрее!»: ворчал он. Работа шла полным ходом. Харуми нарезала с пол кило яблок, но на этом поручения ей не закончились. Все время до полудня, если не позднее, девушка чистила и резала картофель, мыла вновь и вновь копившуюся в медном тазу посуду, шинковала овощи, по меньшей мере половина из которых так и не понадобилась. Шо не отличался гармоничной рациональностью, когда речь заходила о готовке. Мужчина и правда был художником, экспрессивным и вспыльчивым. Он слонялся с места на место, бегал среди кастрюли и сковородок, вновь и вновь готовил одно и то же блюдо, а после вновь и вновь выбрасывал его в помойное ведро. И хоть на кухне было лишь два человека, в этих четырех стенах суматохи было предостаточно. И только солнце за окном плавно тянулась к линии горизонта. - Хочешь узнать кто научил меня этому рецепту? – Спросил Шо, помешивая в глубокой посудине красную, бурлящую жидкость. - Хочу. – Харуми вытерла руки о, некогда белый, фартук и уселась рядом с поваром. Признаться она была рада возможности передохнуть пару минут. Мужчина достал из серванта тарелку и, щедро наполнив ее горячим супом, протянул блюдо новой знакомой. От сладкого запаха томатов Харуми расплылась в улыбке. - Моя жена. Прекрасная женщина. – Шо расслабленно прикрыл глаза. - Вы женаты? – Суп обжег девушке язык, но остановиться она была уже не в силах. Восхитительный запах напомнил служанке о том, насколько она успела проголодаться за весь день. - Был. Моя любимая скончалась два года назад. Она была старше на несколько лет, хотя глядя на меня не вериться, что можно быть еще старше, верно? – Шо рассмеялся. – Но она все равно была прекрасна, с тех пор как я ее встретил и до самого последнего дня. Всегда считал, что был ее не достоен. Харуми стыдливо опустила глаза. - Мне очень жаль… - Нет, не нужно скорби. Она бы не этого хотела. - Дедушка, сделав вид, что чешет щеку, смахнул с нее крошечную слезинку. Должно быть он говорил это больше себе, нежели пленнице. - Как ее звали? - Сумико. В юные годы она была очень похожа на тебя. Разве что глаза карие. И не горбилась никогда. – Шо взглянул на девушку. Она тихо рассмеялась и мужчина захохотал вместе с ней. Вскоре, когда солнце совсем вплотную приблизилось к линии горизонта, а Шо с гордостью сообщил, что наконец нашел для себя блюдо-фаворит, за пленницей явился страж. Воин отвел девушку обратно в покои, на этот раз Харуми практически полностью запомнила дорогу. - Что я тебе говорила?! – Практически с порога на девушку посыпался шквал обвинений. Возбужденная и явно чем-то раздосадованная Сату злобно смотрела на Харуми, размахивая при этом какой-то книгой в руках. - Дорогая моя… - Служанка подбежала к пленнице, ласково взяв ее лицо в свои ладоши. – Ну что же тебе неймется то? – Прошептала она. – Признайся честно, что ты натворила? Харуми застыла в полнейшем недопонимании. - Не уверена, что понимаю о чем ты. – Прошипела она сквозь стиснутые щеки. - Я же просила тебя не попадать в неприятности. И ты кивнула мне на мою просьбу! – Еле слышный голос Сату сменился на крик. - И только ради тебя, любовь моя, я весь день была паинькой. – Заигрывая, пропела пленница. – Можешь спросить Шо, он меня, между прочим, весь день на прочность испытывал. Так что твои обвинения беспочвенны. - Да? – Воскликнула девушка. – А это тогда ты как объяснишь? Сижу я значит в своей комнате, никого не трогаю, как вдруг в дверь стучится королевский страж. - И что? Ты же сама говорила, они тут чтобы нас защищать. –Пленница хмыкнула. - Харуми, королевский страж! -Девушка сделал акцент на слове «королевский». - Говорит, ее величество приказала вести тебя к ней, как только ты явишься. Что ты натворила? – Сату затрясла Харуми за плечи. - Да клянусь тебе, ничего. Может она просто соскучилась? – Отшутилась пленница, но ее собеседница никак не успокаивалась. - Ты не понимаешь… Королева никогда не зовет к себе никого просто так. Это серьезно… - Тогда почему я тут? Разве мне не нужно идти к ней? Сату помедлила. - Мне велено обучить тебя этикету. – Девушка испуганно схватилась за ладони Харуми, поймав ее недовольный взгляд. – Прошу тебя, это очень важно. Ты должна вести себя в точности как я скажу. Пообещай, что ты будешь вести себя так, как я скажу! Пленница недовольно фыркнула - Говори, что нужно делать? Сату впервые выдохнула с облегчением. - Для начала ты должна поклониться. Ниже, чем кланяешься остальным. Никогда не смотри ей в глаза, до тех пор пока тебя об этом не попросят. Не спорь, не возражай, говорить можно только с разрешения. Что бы она тебе ни сказала, не груби в ответ. Извинись и тебя обязательно помилуют. - Я ничего не сделала! Сату с новой силой вцепилась в плечи Харуми. - Пообещай, что сделаешь все так, как я сказала! Пленница закатила глаза. -Обещаю…- Прошептала она. Сату тут же отпрянула. -Хорошо… Харуми вышла в коридор, где проследовала за, присланным за ней, гончим псом. «Еще чего.» - подумала девушка. – «Я буду смотреть ей в глаза ровно так долго, насколько у меня хватит сил!» За пределами знакомой части замка, в которой, по всей видимости, жила только прислуга, пленнице подумалось, что она попала в совершенно другой дворец. По широким и пустым залам разносилось эхо. Оно билось о колонны и мраморный пол, а после попадало в ловушку мрачных углов комнат. Тут горел яркой огонь, но казалось что даже он был холодным. Замок выглядел мертвым, не пустым, а именно мертвым. Словно человек лишившийся сердца, но, по какой-то причине, еще способный существовать. И такой была каждая новая комната и, ни высокие стены, ни замысловатые арки, ни расписные ковры и картины не могли это исправить. Как будто утопленница, наряженная в шелковое, белоснежное платье. Посреди длинного и широкого коридора, спиной к открытому балкону, вид из которого падал прямиком на центр площади, находились двери. Их охраняли четверо стражей. Тогда Харуми стало ясно, в комнате была королеве. Один из воинов едва заметно кивну, а после дважды ударил кулаком о деревянную дверь. Секунду спустя вход в покои, изнутри, отворил очередной, хмурый солдат. - Прошу. – Он галантно пригласил пленницу пройти внутрь. Как только Харуми преодолела порог, двери за ее спиной захлопнулись. Девушка осталась стоять посреди спальни. В тишине и полном одиночестве. Перед ней находился невысокий столик, окруженный подушками, поодаль стояла широкая кровать, накрытая бархатным, красным одеялом, а полукруглая стена напротив состояла практически из одних только окон. В одном углу стоял большой комод, в другом длинная и пустая ваза, расписанная золотой краской. - Подойди. – Раздался голос в спальне, в которой Харуми, к ее удивлению, по-прежнему находилась одна. Девушка озадаченно вертелась вокруг себя, до тех пор пока не обнаружила проход в другую комнату. По левую сторону от кровати стояла дверь. Она была едва приоткрыта и выглядела в точности как книжный шкаф. Насторожившись, Харуми заглянула внутрь. Комната оказалась кабинетом, хоть и на первый взгляд более походила на библиотеку. В ней находилось лишь одно окно, а все остальные стены были заставлены книжными стеллажами. На полу лежал красный ковер. В дальнем углу, в камине, громко трещали дрова, окутанные огнем. В центре стояло два стола. Первый был круглым и пустым, разве что его окружали высокие, резные стулья. Второй же был более вытянутым, правда представлял он из себя скорее карту, нежели стол, так как вся его поверхность повторяла рельеф всего мира, земли всех четырех королевств. - Вы меня звали? – Пленница присела в поклоне перед ее величеством. Глаза, что правда, опускать не стала. Девушка вновь ощутила привкус храбрости, правда скорее всего от того, что королева стояла к ней спиной. – Я весь день провела на кухне и не сделала ничего плохого! – Возмутилась она. - Я удивлена этому не меньше твоего. – Азула обошла круглый стол, после чего все же взглянула на Харуми. – К твоему счастью, за провинности тебя буду карать не я, так что видеться после каждой твоей шалости мы не станем. - Тогда зачем я здесь? В ответ, королева бросила на стол небольшую, черную тетрадь. - Я же говорила, что тебе нужно научиться читать. Харуми насторожено приблизилась к одному из стульев, а после обхватила руками его спинку. - Я была уверена, что это не в серьез. - Азула усадила пленницу за стол, от чего у девушки по телу побежали мурашки. - Полагаю, начнем с алфавита. – Женщина открыла тетрадь на первой странице. Харуми встретилась взглядом с рядами букв, произношения большинства которых она не знала. - Зачем это все? – Девушка посмотрела на Азулу. Королева отрешенно посмотрела в окно, разминая рукой напряженную шею. – Мне показалось, у тебя хороший голос. – Холодно похвалила она. – Если научишься читать и играть на инструментах, то станешь королевской придворной. Сможешь развлекать меня и некоторых важных гостей. - Вы и вправду считаете, что я захочу веселить вас? Читать книги и стихи рассказывать? – Харуми говорила тихо, не кричала. Разве что, возмущенно хмурилась. - А мыть за мной посуду тебя устраивает? – Азула встала у девушки за спиной. – Ты уже мне служишь. Цени возможности, которые выпадают не каждому и постарайся меня не разочаровать. Девушка склонилась над тетрадью. - Я по-прежнему не понимаю, зачем вы это делаете. - Выдавила она. - Неужели больше никто не сможет меня учить? – Харуми мямлила под нос, не оборачиваясь. - Конечно так будет не всегда. Хочу посмотреть стоишь ли ты того. Обычно девушкам преподают искусства с двенадцати лет и только в твоем возрасте они приступают к работе. – Женщина склонилась над ухом служанки. – И каждая из них благодарна быть на своем месте. - Шептала она. - В таком случае, зачем вам со мной мучаться? Азула выпрямилась и хмыкнула, а после протянула елейным голосом – Ты мне глаз радуешь. На тебя бывает очень приятно смотреть. Харуми вздрогнула. Слова королевы не должны были ей польстить, скорее девушка обязывалась испугаться, но даже сейчас щеки ее наполнились жаром. Харуми попыталась скрыть румянец, прикрыв лицо рукой. Азула говорила это не в первый раз и, девушка предполагала, что и не в последний. Пленница задумалась о том, чтобы принять предложение ее величества. Но ведь это значило бы то, что Харуми станет обязанной тешить самолюбие королевы так часто, как она того пожелает. Правда и то, что девушка уже находиться в ее замке, должно быть, и без того сильно ублажало Азулу. А так Харуми получит возможность, о которой и не осмеливалась мечтать. Девушка сможет учиться. Но и не этого, по правде говоря, ей хотелось больше всего. - Если я соглашусь и обучусь грамоте, вы позволите мне отправить письмо в Ба Синг Се? Своей бабушке? – Пленница бросила на королеву взгляд через плечо. – Только одно. - Ты же не думаешь, что я стану тебя уговаривать, верно? Красота не меняет твоего положения. - Я не пытаюсь ставить вам условия, ваше величество. – Харуми прикрыла глаза. – Я прошу. Пленница внимательно следила за тем, как королева огибает стол. Женщина села напротив служанки, хмуро взглянула на нее, после на раскрытую тетрадь. - Всего есть два алфавита…- Начала Азула, прогладив ладонью разворот между станиц. Харуми улыбнулась и принялась внимательно изучать лежащую перед ней тетрадь. Девушка знала, что это означало «да». Часа два спустя, когда дрова в камине стали совсем черными, а тетрадь закрылась на последней странице, уставшая, но довольная собой Харуми гордилась тем, что теперь умеет читать. Конечно девушка сама себе лукавила, нет читать то она научилась, но лишь от части. Пока девушка испробовала свои силы лишь на простеньких, детских стишках и даже их она произносила медленно, то и дело запинаясь. Но для начала этого было достаточно, так ей сказала королева. К большому удивление Харуми, урок ее величества оказался не таким уж тяжелым. Конечно первое время девушке было боязно говорить, но какое-то время спустя страх перед королевой, перед ее холодным тоном и стеклянными глазами сходил на нет. Он возвращался только когда служанка допускала ошибки. Благо это было не часто. - У тебя есть время до завтрашнего вечера, чтобы научиться читать бегло. Справишься и я тебя вознагражу. – Королева протянула Харуми книгу, лежавшую на каминной полке. Девушка сразу узнала знакомый переплет. - Это роман с вашего корабля! – От чего-то радостно взвизгнула служанка. – Спасибо. - Почему ты удивляешься? Сама же его сложила. – Азула, игнорируя благодарную улыбку Харуми, прошла мимо девушки. Женщина обошла кругом второй, продолговатый стол, остановившись у макета гор воздушных кочевников. – Можешь идти. – Сказала она. Харуми прижала книгу к груди, она казалась девушке родной, а от того, сквозь платье, грела душу. - Могу я кое-что узнать? – Прошептала служанка. Ее величество переместила взгляд с карты на девушку. - Чья это книга? – Пленница сделала небольшой шаг на встречу королеве. - Что? – Переспросила Азула. Харуми крепче прижала к себе роман. - В тот раз вы сказали, что книга не ваша. Чья же? Королева громко втянула носом воздух. Лицо ее, на мгновение, поразила гримаса гнева, а после, еще на секунду, тоски. Но это был всего миг, который прошел, оставив после себя всю ту же Азулу, мрачную и бесчувственную. - Моей почившей матери…- Протянула она. Женщина вновь опустила глаза. Вокруг объёмных гор лежали металлические фигуры солдат и развернутые письма, по одному из которых ее величества теперь бегала глазами. Служанка, стыдливо, склонила голову. – Простите меня, я не знала. – Девушка положила книгу на край стола, рядом с Азулой. – Я возьму другую. – Промямлила она. - В этом нет необходимости. – Королева пожала плечами. – Мы не были близки. - Тогда почему вы храните ее книгу? – Харуми заправила за уши выбившиеся из косы, беспокойные пряди. - Мы плыли на корабле моего отца. Он хранил ее. – Ее величество недовольно поджала губы. - Живот болит? – Неожиданно для служанки, в одно мгновение посерьезнев, спросила Азула. Заметив удивленный взгляд пленницы, женщина уточнила. – Ожоги не могли сойти так быстро. Если нужно, я прикажу страже отвести тебя в лазарет. Девушка, не в силах преодолеть замешательство, раздраженно хмыкнула. - Теперь вы заботитесь обо мне?! – Вскликнула Харуми, но тут же, испуганно, зажала рот рукой. - А я только собиралась хвалить твое поведение…- Холодно протянула королева. - Я не хотела кричать. – Спина девушки покрылась мелкими мурашками, когда Азула вплотную приблизилась к ней. - Ты должна понять две вещи, Харуми…- Ее величество всегда казалось злой, будучи невозмутимой, и всегда оставалась невозмутимой, когда злилась. И не всегда было понятно, как это у нее получается. Ведь это две противоположности, но, тем не менее, им приходилось уживаться внутри королевы. – Первое- продолжила она – в твоих страданиях виновна только ты. Я не стала бы тебя мучать, будь ты честной со мной. – Женщина сделала паузу. – И второе…- Азула смотрела служанке глубоко в глаза. – я уже давно о тебе забочусь. – Тихо протянула она. - Я точно не хороший человек, Харуми, но и винить меня в безразличии ты не можешь, ведь будь оно так, ты бы уже давно кормила рыб. – Женщина завела руки за спину, от чего осанка ее стала еще прямее, а сама королева, будто бы, стала выше. - Вы не имеете права сердиться на меня за то, что я вижу вас бессердечной. Вы забрали у меня семью! Пуска после этого сохранили мне жизнь, пускай! Это не меняет того, что в глазах людей вы остаетесь чудовищем. И сказки о том, что вы рассылаете еду нуждающимся в Ба Синг Се этого не исправят! Азула взглянула на пленницу сверху вниз и заулыбалась. - Мышонок кусается. – Ядовито пропела она, после чего улыбка с тонких ее губ исчезла, а взгляд вновь потускнел. - Ты свободна, можешь возвращаться в комнату. – Сухо проговорила она. Озлобившись, служанка молчаливо крепче сжала книгу в руке и, театрально поклонившись, быстрым шагом удалилась из королевских покоев. Харуми, забегая в собственную спальню, хлопнула дверью, до того громко, что звук хлопка пронесся по всему коридору южного крыла. - Королева просто невыносима! – Прорычала она, гневно бросив книгу на подоконник. Девушка в комнате оказалась не одна, чему была несказанно рада. Наконец ей предоставилась возможность высказать кому-то все, что кипело внутри ее груди. - Это что? – Удивилась Сату, буравя взглядом твердый, старый переплет. Пленница рассмеялась. - Домашнее задание. – Ответила она. Собеседница, в свою очередь, удивилась еще больше. - Тебе, в наказание, дали прочесть книгу? - Меня, в наказание, учат быть придворным шутом. Но Азула считает что это, как впрочем и все остальные ее поступки, громадная милостыня! - Она права, что бы между вами ни произошло. - Твоя слепая вера не приведет ни к чему хорошему, Сату. – Прорычала пленница, обхватив себя руками. Служанка подошла к Харуми, мягко приобнял ту за плечи. - Ну что произошло? – Встревоженно спросила она. Харуми недовольно помялась на месте, но, немного оттаяв под заботливым взглядом знакомой, принялась пересказывать все минувшие события, включая похищение и поездку на корабле, в мельчайших подробностях. Единственное, о чем девушка все же смолчала, были вещие сны. Сату, в свою очередь, слушала внимательно. Не перебивала, не задавала вопросов, хотя, наверное ей это и давалось с большим трудом. Разве что, временами, девушка беспокойно хмыкала или закатывала глаза, а порой даже игриво улыбалась, но тут же, усилиями воли, прятала улыбку. В конечном итоге, когда одинокий монолог Харуми был полностью изложен, в комнате по-прежнему царило молчание. Сату сердечно обнимала соседку по комнате, от чего пленница хорошо чувствовала как, от тяжелого дыхания, вздымается пышная грудь новообретённой подруги. Харуми же все вытирала непроизвольные слезы, что сами собой катились по ее щекам. - Не могу представить, как тебе должно быть тяжело…- Наконец выдавила из себя Сату. Пленница улыбнулась. - Все еще считаешь королеву не такой уж плохой? – Харуми обреченно кивнула головой, заметив виноватый взгляд соседки, уставившийся на нее. – Ясно…- тихо прошептала она. - Ее величество бывает жестокой, знаю что бывает. Но и на это есть свои причины, дорогая…- Сату присела на кровать и, потянув за собой Харуми, усадила и девушку тоже. Пленница тоскливо скривилась. - Какие например? Сату сжалась, служанка закусила губу и нервно сжала край своего платья. Она осторожно прильнула к уху подруги, еле слышно зашептав: - Есть одна легенда, о ней мало кто знает. Я ненароком подслушала разговор королевы с одним из ее поверенных несколько лет назад. – Девушка замолкла на мгновение, но быстро продолжила. – Одна гадалка предсказала, что Лорд Оозай не застанет воссоединения земель, что только его дочь сможет довести начатое до конца, но и это будет не вечным. По поверию явиться некто из царства земли, некто способный разрушить все ее планы. Никто сказанному особо не верит, да и гадалки той больше нет в живых, но ее величество никогда никого не недооценивает. Сату неловко выпрямилась и, успокаивающе, пригладила свои волосы. - Надеюсь ты понимаешь, что если об этом кто-то узнает, меня тут же казнят. Я говорю это лишь для того, чтобы оправдать королеву. – Жалобно протянула девушка. Харуми завороженно смотрела на собеседницу. Она точно знала, что это никогда не оправдает Азулу в ее глазах, но все же понимающе улыбнулась. - Я никому не скажу. – Заверила она. - Хорошо…- шепнула Сату, двигаюсь в глубь кровати, от чего та издала неприятный звук. – Думаешь это ты тот самый некто из поверия? – Улыбаясь, спросила девушка. Харуми неспешно замотала головой. - Нет…- тяжко протянула она. – Это точно не я. Соседка снова обняла девушку за плечи. - Не расстраивайся…Может не в этом, но для ее величества ты точно особенная. Пленница недовольно взглянула на Сату, от чего та залилась прерывистым смехом. - Знаю, ты не захочешь этого слышать, - защебетала девушка – но ты явно пришлась королеве по нраву. В конце концов она слишком многое спускает тебе с рук. Закатив глаза, Харуми беззлобно толкнула Сату в бок, от чего обе они улыбнулись. - Предлагаешь ждать предложения? – Ядовито пропела пленница. - Если и так, спать ты все равно будешь тут, со мной. Пока что ты самая интересная соседка из всех, что у меня были. - Идет. – Харуми игриво прищурилась, после чего девушки залились смехом. Сату достала с подоконника новую книгу. Недолго покрутив ее в руках, девушка положила ее обратно. - Ну а вообще, когда ты и сама заметишь очевидное, не рассчитывай на многое. Вряд ли королева решит жениться снова. От услышанного у Харуми приостановилось дыхание. Девушка закашлялась, поперхнувшись слюной. - С-снова?! – Прерывисто вскрикнула она. - А ты не знала? – От предвкушения Сату хлопнула в ладоши, готовясь рассказать новую историю. Девушка уселась поудобнее, ближе склонившись к новой подруге. – Королева никогда не была больно сердечной, - настороженно начала повествование девушка – но был один человек, рядом с которым она заметно менялась, так говорят. Ее звали Тай Ли. Она долгое время входила в свиту ее величества, хотя тогда она была еще принцессой. Все знали Тай Ли как приближенную к королевской семье, но, пять лет назад, Азула объявила об их помолвке. Я тогда еще не работала в замке, но эту новость было трудно пропустить. О чудесном известии говорило все королевство. – Сату воодушевленно улыбалась, то и дело размахивая руками во все стороны. - Не думала, что ее величество, и в правду, может кого-то полюбить. - Да, но на этом история не закончилась… Как видишь сейчас королева одна….- Жалобно протянула Сату. Харуми скривилась, подсаживаясь к девушке ближе. - В день свадьбы невесту ее величества убили. Говорят, это произошло пока та шла к алтарю. Один из стражей был предателем, в маске охраны. Лучник выпустил Тай Ли стрелу в сердце. Не могу знать, было ли оно так, но так мне сказали. – Девушка обреченно замолкла. Глаза ее виновато опустились вниз. - Какая ужасная история…- выдавила из себя Харуми. - Да. - Тихо согласилась Сату. Пленница холодно следила за сумерками в открытом окне, так как сил смотреть на расстроенную собеседницу у нее не было. - Никто такого не заслуживает…- Прошептала она. - Да... - Вновь произнесла служанка. Харуми окутала искренняя жалость к королеве. Девушка знала, нельзя прощать лишь за то, что человеку когда-то было больно, пусть эта боль и настолько велика, но остановить бьющееся в скорби за Азулу сердце она не могла. - Ну, не будем о грустном. – Прервала размышления пленницы Сату. – К тому же… - как-то стыдливо протянула она. Харуми перевела взгляд на покрасневшую девушку. Служанка робко теребила простыню, а краешек ее губ дергался в усмешке. – Раз мы уже заговорили о делах сердечных… - Что? – Поинтересовалась девушка. Сату молчала, пока улыбка на ее лице цвела все ярче. - Нет, ничего…- Отступила она. – Это глупо. Харуми ущипнула соседку за бедро. - Так не пойдет! Говори. – Пленница несколько раз встречалась глазами с подругой, что, то и дело, невинно опускала взгляд. Сату еще несколько раз стыдливо хихикнула, а после проговорила на одном дыхании: - Тебя ведь поставили на кухню, готовиться к празднику… - Да…- Настороженно промычала Харуми. - Ну вот я и подумала, может мы могли бы поменяться работой завтра. Там есть кое-кто, кто мне очень нравиться и…- Служанка не смогла закончить, ее перебила соседка. - Ты же не про Шо говоришь, я надеюсь. – Брезгливо зашипела девушка. – Он, несомненно, хороший человек, но… не слишком ли для тебя…взрослый? - Харуми! – Вскликнула Сату. – Конечно нет. С ним работает его сын. Насколько я знаю, он только носит продукты, но может мне повезет обмолвиться с ним парой слов. – Девушка улыбнулась. - А я и не знала, что у Шо есть сын. – Пленница задумалась. На кухню действительно, время от времени, забегал незнакомы парень. Если бы Харуми знала, что он предмет воздыхания новой подруги, то непременно рассмотрела бы его тщательнее. - Есть…- Воодушевлённо пропела Сату. – Ну так, что скажешь? – Девушка уставилась на соседку молящим взглядом, сложив ладони перед собой. – Пожалуйста. Харуми веселило то, какой сейчас была собеседница. - У меня нет с этим никаких проблем. – Пленница охнула, когда подруга накинулась на нее с беспощадными объятиями. - Спасибо, спасибо! – Кричала она. Харуми рухнула на кровать, под телом Сату, что не переставала сжимать девушку в сильных руках. Дышать становилось тяжело, от чего пленница задыхалась, жадно глотая воздух и умоляя ее отпустить. Минуту спустя, выпрямившись и отсмеявшись, девушки посмотрели друг на друга. - А у нас не возникнет никаких проблем? – Спросила Харуми. - Не должно. – Заверила ее Сату. – Я работаю с морскими воронами, они переносят почту. Тебе нужно будет только их покормить и вычистить клетки. Ты как? - Все интереснее, нежели чистить картошку. Служанка восторженно вскликнула, радостно подскочив с места. – Тогда нужно заснуть как можно быстрее, чтобы скорее завтра наступило! Харуми рассмеялась, поднимаясь с постели Сату, дав той возможность ее расстелить. - Ты не против, если я не стану тушить свечу? Хочу почитать. – Пленница поудобнее устроилась на своей кровати, облокотив голову о стену. Служанка же игриво хмыкнула. - Значит предложение ты все таки приняла. – Увильнув от ядовитого взгляда, Сату запрыгнула в объятия одеяла. – Читай на здоровье. – Прошептала она, разворачиваясь к огарку спиной. Харуми тихонько раскрыла книгу. Первые главы давались девушке не без труда, буквы часто плавали, ускользали от нее, а глаза вновь и вновь перепрыгивали со строчки на строчку, не оставляя шанса сосредоточиться. Но пленница не унывала, перечитывая знакомые фразы снова и снова. И все приложенные усилия не прошли даром. С каждым новым абзацем пленнице чтение давалось все легче. К двенадцатой главе Харуми и вовсе перестала замечать за собой каки-то старания. Страница, сама собой, сменялась следующей, а все ее мысли полностью поглотил незамысловатый сюжет. Вскоре, когда третья, по счету, свеча исчезла, оставив после себя лишь блинчик желтого воска, девушка не заметила как заснула, с раскрытым романом, зажатым в руке. Далеко, далеко мне идти Я сбегу в страну из огней Буду танцевать по пути По пути в страну голубей Ветер сильный, белые крылья Пташки выучат сказочный вальс Я сбегу по дороге из пыли Чтоб порадовать танцев и вас