Я не получаю подарки

— Итак, А-Ло,— мужчина, придерживая в руках небольшой заварочный чайник, разливал пахучий напиток по кружкам,— ты о чем-то мне хотел рассказать? — Зовите меня по имени, пожалуйста,— сквозь стиснутые от раздражения и гнева зубы проговорил мальчик. — Разве я называю тебя иначе? А-Ло. Этот человек его игнорировал. Можно ли вообще вести адекватный диалог с тем, кто не в силах расслышать слова собеседника даже в сотый раз? Нужно успокоиться. Вдох, выдох, вдох... Бин-гэ не хотел начинать свой "доклад" на Цзю с препирательств. Иначе он рисковал быть мало того не услышанным, так еще и оставленным после уроков на дежурство за хамство и непочтительное отношение к старшим. Учитель, продолжая умиротворенно улыбаться, придвинул кружку с чаем поближе к ворчливому ученику. Бин-гэ театрально сморщился и брезгливо отодвинул кружку как можно дальше, едва не расплескав по столу горячий напиток. По-любому невкусно. Бин-гэ уверен, эта подлая змея могла подсыпать в чай какую-нибудь горькую и терпкую дрянь. Если он вообще знает, что такое нормальный чай... Мама не раз упоминала, что гостеприимство стоит демонстрировать не только внимательным отношением к гостю, но и качеством любой проделанной работы, так сказать. Блюда, которыми ты собираешься угощать гостей, должны быть свежими и вкусными, горячими. Такими, чтобы человек мог ощущать себя, как дома, в уюте и комфорте. Соответственно, касалось это и напитков. Если к застолью прилагается алкоголь, то он должен быть хорошим (желательно столько же качественным, сколько дорогим), способным угодить вкусам дражайшего гостя, а если чай, то он должен быть согревающим и легким, чтобы захотелось выпить еще... Но никак не тяжелым и крепким, как чифир! Бин-гэ, смотря на человека перед собой, никак не может взять в толк, как этот ублюдок вообще мог... — Не будешь? — Нет. — Очень жаль. «Жаль ему!»,— думал Бин-гэ,— «да эта несчастная заварка у тебя стоит уже дня два! Ты просто залил ее кипятком по десятому кругу!» — А-Ло, у меня много дел. Вон, тетради еще ваши проверять нужно. Что ты хотел? Идя с этим человеком в его дом, он понимал, на что подписывается. Понимал, что перед тем, как поведать о жулике Цзю, ему придется пройти все круги Ада, высидев за одним столом вот...с ним. Но боги, Бин-гэ успел и позабыть, каково находиться с этим человеком один на один... — Шень Цзю испортил игру,— без предисловий начал он. — О?— на красивом лице мужчины скользнуло удивление, словно он и не догадывается, о чем речь,— как это, испортил? Ладно, пожалуйста, пусть и дальше косит под дурака. Хотя, Бин-гэ не удивится, если и не косит. — Он...написал на всех бумажках одно и то же имя,— закатывая глаза, пояснил мальчик,— теперь весь класс тайный друг А-Юаня. Я думаю, что стоит переиграть. — Понятно. Бин-гэ чуть не взорвался от нахлынувшего негодования. Что ему понятно? Что понятно-то?! Может, если ты учитель, черт возьми, да еще и такой крутой, как о себе говоришь, сделаешь что-нибудь?! Может, стоит расширить хотя бы свой эмоциональный диапазон и не останавливаться на безразличном «понятно», когда с тобой говорят дети?! — Так...— главное, не закричать,— когда мы будем переигрывать? — Ах, А-Ло, боюсь, с этим придется повременить. Повременить? Он, должно быть, шутит. — Почему?— Бин-гэ трясло от злости. Он был на грани и если прямо сейчас этот старый остолоп ему не ответит, он... — Шень Цзю поступил как эгоист и это обернулось против него. Он должен понять свою ошибку сам. Прийти и рассказать. — Но... Он никогда этого не сделает! Игры не будет, потому что Цзю никогда не сознается! — Не будет,— согласился учитель. Вдруг послышался короткий звонок. Это было оповещение о пришедшем на телефон сообщении. Бин-гэ аж передернуло. Теперь эта тварь не просто бесила его своим обществом и выражением лица, так еще и гребанной счастливой улыбкой, с которой он отвечал на сообщение. Мерзость... — То есть, вам все равно, что весь класс останется без подарков? — Подарки можно получить на следующий год,— даже от телефона не оторвался!— Но мне не все равно на моральные качества моих учеников. Я буду ждать Шень Цзю с повинной. Либо так, либо никак. Не то чтобы Бин-гэ поражен... — Можешь этому поспособствовать, А-Ло, раз так хочешь подарок. Вы же с ним дружите? Глаза Бин-гэ становились все шире. Он? Дружит?! И с кем! С Шень Цзю! Да как этот человек смеет называться учителем, если всю начальную школу он не видел их с Цзю вражды! Бин-гэ уверен, его глаза просто были в за... — Вообще, посмотри на это с другой стороны. А-Юань будет просто купаться в подарках. Разве плохо? Нет, не плохо, конечно. Но нечестно по отношению к другим... Раздался звонок в дверь и, потерявший всякое самообладание учитель, рванул к порогу. Бин-гэ скривился. Он почти мог видеть, как руки этого человека тряслись, когда он отпирал замок. Через мгновение из прихожей уже доносились голоса. Однако, громче всех звучал самый ненавистный: — ...мое сердце уже разрывалось от тоски, мы так давно не виделись! Следом послышалось фырканье, заставляющее Бин-гэ одобрительно усмехнуться: — Мы виделись вчера. — Вчера! Я успел соскучиться. — Соскучиться он успел... о чем-нибудь другом ты хоть думаешь? — Ну разумеется,— пауза,— вот твоему сыну помог. — Вот как. Значит, он тут? В проеме показалась стройная женская фигура... Она улыбнулась и махнула Бин-гэ рукой, подзывая к себе. Мальчик бросился в объятия матери. — Дева Су останется на ужин? — Нет,— отчеканил Бин-гэ, прижимаясь к ней сильнее. Если бы его кто-то слушал... Господи, пусть она ему откажет... Ну пожалуйста... Послышался смешок: — Останется, останется. И зови меня уже по имени.