Зеркальный том

Как бы Хантера ни пытался успокоить сводный брат, традиция и ее значение доводили парня до истерики. Он честно пытался не зацикливаться на переживаниях, однако каждый раз закрывая глаза, всплывала картина развивающегося на ветру, точно флаг, футболки, зацепившейся за шпиль, напоминающий флагшток. Казалось, что ни прошлое, ни настоящее – не будет забыто в будущем, напоминая о себе всем, чем только возможно. Хотелось упасть лицом в подушку и больше никогда не подниматься с постели, но тогда и обстановка, и состояние сделают свое дело, подложив «свинью» блондину, и оказав медвежью услугу судьбе. За шпиль зацепилась футболка, всего лишь кусок ткани, тряпка, некогда пригодная для постоянной носки, но разорванным изнутри, хоть и морально, оказался ее бывший владелец. «Время еще детское», - сказал бы один из братьев, если не нужно было покидать страну менее чем через сутки, однако сейчас глаза закрывались сами собой, будто организм понимал, что впереди нелегкий путь. «Шпиль… шпиль… шпиль…» – единственное, что звучало в мыслях парня, пока мир вокруг все еще продолжал существовать. Из транса его вывел скрип половиц за дверью. Странно, а может и нет, но младший Росс забыл, что помимо него самого и брата в доме есть еще люди. Дверь слегка отворилась, чтобы не заскрипеть петлями, которые не спасало никакое масло. Сквозь щель протиснулась голова Ребекки. – Если я вас напугала, то приношу извинения. – женщина улыбнулась. – Все в порядке, мам. – отозвался Ричи, на секунду перестав зло тыкать в экран телефона пальцем, пытаясь закрыть надоедливую рекламу доставки еды. – Точно? – брюнетка посмотрела на сына, потом на пасынка, мысленно делая свои выводы. – Хантер, что случилось? – еще чуть приоткрыв дверь так, чтобы скрип не оказался в зоне слышимости соседей, мать-мачеха протиснулась в комнату. Парень моргнул. Осознание реальности ударило в голову слишком сильно. – Он зациклился на традиции последней ночи перед переездом. – ответил за брата Ричи. – Да-а-а! – завопил парень, сумевший наконец-то закрыть рекламу. Находящиеся по другую сторону родственники тихо посмеялись. – Ну а чего они постоянно на весь экран рекламу с нарисованным крестиком пихают? – выпятив нижнюю губу, обиженно промямлил брюнет. – Я так понимаю, это твоя футболка развивается на шпиле дома, где живет директор вашей бывшей школы? – предположила Ребекка, присаживаясь на кровать пасынка. Последний лишь кивнул, подтверждая судьбоносный знак. Бекка вздохнула, потирая палец с кольцом. – Когда я выпускалась из колледжа, – она поймала удивленный взгляд сына. – Да, Ричард младший Морган, я образованная личность. – обернувшись к единственному оставшемуся кровному родственнику, ответила женщина. – Я и мои соседки по общежитию вспомнили про эту традицию. – она продолжила придаваться воспоминаниям о молодости. – Старший брат моей лучшей подруги привез своей сестре какие-то старые вещи, которые ни ему, ни семье уже были не нужны. Странно было это, но не суть. – Ребекка старшая Морган, – в официальном тоне обратился сын к матери. – Почему мне ты никогда не рассказывала о своих студенческих годах, а моему сводному брату преподносишь на блюдечке с голубой каемочкой? – парень приподнял одну бровь. Женщина вздохнула, устало улыбаясь. – А ты и не спрашивал. – осадив родного сына, Ребекка повернулась обратно к Хантеру. – Так вот, мы считали эту девушку ведьмой, а она и не отрицала. – брюнетка пожала плечами, улыбнувшись чуть веселее. – В тот вечер мы вышли на балкон одной из комнат. Луны почти не было видно за тучами...

Мемфис 25 июня 1999 Вторник

Учеба закончилась так, словно и не начиналась. Год был легким для многих студентов. Возможно, на этом сказывался приказ, подписанный ректором буквально в последний момент перед началом нового учебного года, когда студенты и школьники сметали писчие принадлежности с полок двух популярнейших магазинов, таких как: “Target” и “Walmart”. Осталась лишь ночь, когда обучающиеся на последнем курсе разлетятся, точно птенцы из гнезд, уже во второй раз. Им больше не придется возвращаться ни в родительский дом, чтобы попросить помощи ни с проектом или дипломной работой, ни с деньгами на оплату обучения, на которое не могут заработать сами, так как не хватает на то свободного от учебы времени. – Ведьма, ты уверена, что стоит испытывать судьбу? – спросила молодая Ребекка, еще не познавшая горечи жизни. – Подружка ведьмы, – обратилась девушка, сидящая на полу, собирая в чемодан ароматические свечи, которыми так и не воспользовалась во время студенчества. – Сегодня у нас последняя ночь перед отправлением в последний путь. Другого шанса просто не будет. – она подмигнула. – Бон, я не уверена, что это действительно того стоит. – продолжала метаться в сомнениях брюнетка. – Кто знает, как на нас это повлияет? – Ой, - отмахнулась Бонни. – Оно того стоит. – Ты бы еще подожгла свои тряпки. Кудрявая блондинка блеснула глазами. – О боги, – Ребекка закатила глаза. – Только не говори, что это и была твоя «бонус-изюминка» для ритуала. – Именно это она и имела в виду. – подтвердила подозрения студентка из комнаты напротив, зажав зубами колпачок ручки с синей пастой, что-то записывая в блокнот, после яростно зачеркивая. – Регина всегда раскусывает мои планы раньше времени. – устало выдохнув и посмотрев на потолок, прошептала Бонни. – Если что, я поддерживаю тебя. – вновь отозвалась грызунья ручечных колпачков. – Регина! – пискнула Ребекка, хмуря брови и поглядывая на соседку.– Первое правило шабаша: поддерживать главную ведьму шабаша. – разведя руки в стороны, аргументировала свои слова девушка. – Иногда мне действительно кажется, что вы ведьмы. – хихикнула Ребекка, закатывая рукава серого свитера, надетого поверх белой блузы – формы колледжа. Девушки еще с минуту занимались своими делами, но когда часы показали 8:00 вечера, то моментально выскочили на балкон, держа в руках спички (или зажигалку), старые вещи, а также свои не сбывшиеся мечты о будущем. Подкинув потертый пиджак в воздух, Бонни помедлила секунду, после чего быстрым движением зажгла спичку, следом закинув ее в карман вещи. Та моментально загорелась, продолжив полет. Одним только богам известно, сколько этот пылесборник пролетел до момента превращения в кучку пепла. Следующей на очереди была Регина, держащая оборванные еще на первом курсе форменные брюки. Она не стала удивлять какими-либо трюками, просто поднеся пламя зажигалки к нитке, после подбросив над головой. Воздушный порыв подхвати наполовину покрытую пламенем вещь. Но вот шутка судьбы, ведь горящий объект пролетел не более одного метра, зацепившись за флагшток, где после и догорел. – Это всего лишь традиция. – пожала девушка плечами. Если она и паниковала, то очень хорошо могла скрывать это. – Бекка, - смотря на звезды, обратилась «ведьма» к подруге. – Твоя очередь. – она перевела взгляд на брюнетку, устанавливая зрительный контакт. Студентка сглотнула слюну. Запах гари бил в нос с невероятной силой, заставляя дышать через раз. Девушке захотелось повторить трюк первой подруги, но понимала, что ловкость рук была явно не ее «коньком». Вложив в карман тряпичной сумки записку с просьбой догореть после минимум пяти минут полета, девушка чуть подкинула вещь в воздух, после кидая в нее спичку. Нужно ли говорить, что изделие из странного материала загорелось будучи в воздухе, после пролетев ровно пять минут, и растворившись? – Бонни уже как лет восемь умерла, моя жизнь стала странной сразу после получения диплома, а Регина переехала в Нью-Йорк, далеко продвинулась по карьерной лестнице и воспитала двух девочек. – завершила свой рассказ Ребекка, смотря в пустоту, точно переживая тот день заново. Ричи и Хантер задумались, пытаясь осмыслить услышанное. – Получается, я умру раньше, чем мой сводный брат? – смотря на мать, спросил младший Морган, надеясь, что он просто все не так понял. Старшая Морган обернулась, смотря на сына, и покачала головой. – Это значит, что судьба старой вещи никак не определяет вашу. – ответила женщина, поднимаясь с кровати пасынка. – А теперь я вынуждена покинуть вас и реальный мир, оказавшись в одной постели с мужем, и отправиться в мир снов. – она улыбнулась. – Спокойной ночи, мальчики. Пока Ребекка не скрылась за дверью, Хантер решил сказать то, что так давно сидит в душе, что так его волнует. – Спокойной ночи, мам. – с его вида можно было писать картину: «Ночная Ниагара». Блондин облился холодным потом буквально за секунду, никто даже пальцами щелкнуть не успел бы. Мачеха, только что признанная мамой, сделала шаг назад, разворачиваясь на пятках. Улыбнувшись, Ребекка подошла к пасынку, резко ставшим сыном, и обняла. Когда же время продолжило неумолимо бежать вперед, оставляя всех свергнутых одышкой позади, женщина все-таки выскользнула из комнаты подростков, оставляя за собой шлейф духов, напоминавших летний вечер. Братья смотрели друг на друга так, будто признались друг другу в вине в страшном преступлении. – Ты действительно только что признал мою мать? – Ричи решился нарушить тишину. – Похоже на то. – кивнув, подтвердил Хантер, все еще не веря самому себе. – Это… так странно. – Помню, как странно на нас смотрели родители, когда мы начали называть друг друга «бро» еще до их помолвки. – тепло улыбнувшись, придался воспоминаниям старший из сводных. – Тогда было как-то легче. – блондин пожал плечами. – Сейчас у меня настолько сильно колотилось сердце, что я боялся за прекращение его работы, когда слышал стук в своих ушах. – глаза парня были открыты чуть шире, чем обычно. – Как бы то ни было, пора спать. – подытожил брюнет, переворачиваясь на другой бок и накрываясь одеялом до ушей. – Сладких снов. – пробормотал Ричи, шумно выдыхая в край одеяла. – Сладких снов, новый Росс. – ответно прошептал Хантер, закрывая глаза.

Тот же город Примерно 3:00 ночи

С наступлением ночи Хантер решил продемонстрировать «вокальные» данные своего носа, заставив стены квартиры содрогаться при каждом новом вдохе от храпа, а кровать Ричи и вовсе переживала десятибалльное землетрясение. – Как можно спать с такой милой рожей, но храпеть как десять морских свинок? – вслух ругался младший Морган, прекрасно понимая, что «носовое пение» брата заглушит даже крики во время убийства соседки. – Петух ты эдакий, я все-е-е слышу. – точно как в фильме ужасов, дополнительно что-то нашептывая себе под нос (возможно, проклятие), хихикнул Хантер, не открывая глаз. – Не-не-нет! – завопил Ричи. Уж не знаю, наигранно ли это было. Минута тишины наступила как-то резко, неожиданно. Младшие смотрели друг на друга, пытаясь разглядеть хоть какую-нибудь эмоцию, но отсутствие света отлично «рекламировало» свои функции. – Хантер, – обратился Морган к брату, тем самым нарушая звенящую тишину. – М? – хмыкнул Росс, все так же смотря то ли на брата, то сквозь него. – А ты действительно принцесска. – ответно хмыкнул брюнет, точно делал странное признание.

Небольшое лирическое отступление.

Примерно четыре года назад, когда мать Ричи и отец Хантера объявили о помолвке, сын последнего обрадовался настолько, что поднялся со стула, после выбежал в центр комнаты, где стал странно танцевать, размахивая свободными домашними штанами так, словно это было платье. Ричи стало настолько смешно, что в перерывах между смешками он взял со стола держатель для салфеток (который к концу вечера уже был пустым), имеющий форму короны, который умело водрузил на голову младшему Россу. С тех пор за светловолосым парнем закрепилось прозвище «Принцесски». – И что же я за принцесса такая? – парень повел бровью. – Принцесса храпа глушения мышей! – в очередной раз завопил Ричи, предчувствуя мгновенную карму. – Да чтоб у тебя туалетная бумага закончилась! – фраза, после которой в голову брюнета прилетела подушка, приобретя странную тяжесть. – Ай... – отбив подушку головой, шикнул напросившийся на месть. – Ай. – высунув язык, передразнил Хантер Ричарда. – Если вы не заткнетесь, то я подопру вашу дверь еще до того, как вы это обнаружите за полчаса до рейса. – посыпались угрозы за стеной. Бабуля Хилдисо разбушевалась. И то ли извиниться надо, то ли умолкнуть. Никогда эту женщину не поймешь, однако парни выбрали все же «прикусить» языки, и попытаться вернуться в мир снов. Часовая стрелка очередной оборот, показав 5:40 утра, после чего прозвенел будильник, не оставивший братьям никакого выбора, кроме как вывалиться из сна в суровую реальность. – Вырубите эту крикунью… – стонал блондин. – Я спать хочу. – продолжил свое нытье парень, закрыв уши подушкой, которая несколько часов назад сделала эпичный рикошет от головы брюнета. – Ты хотя бы спал. – точно котенка в лужу на пороге, Ричи тыкал Хантеру обвинения, пытаясь разлепить глаза на опухшем лице и не заснуть еще раз. – Упс… – смутился Хантер, смотря в пол. – Да ладно. – отмахнулся Ричи, приподнимаясь с кровати на локтях. - Не первый раз уже такое. Братья одновременно зевнули, и зевали до тех пор, пока в дверь не постучали. – Да-да, – промурлыкал младший Морган тоном джентльмена, оборвав зевок, одновременно поставив ногу на ногу, одной рукой прикрыв колено. – Мальчики, идите завтракать. – не открывая двери, выдала информацию сонная Ребекка. – Идем! – растеряв свои джентльменские манеры, Ричи зевнул. – Но ведь мы не идем, – поправил блондин брюнета, на что последний выгнул брови. – Мы бежим! – как только фраза долетела до ушей Ричи, Хантера и след простыл, однако показался в дверном проеме спустя секунду, держась за косяк. – Кто последний, тот петух! – крикнул он, смотря на ошарашенного брата, у которого уже дергалось нижнее веко. – Хантер… – устало позвал брюнет, смотря на довольную рожу блондина. – Ну все с тобой ясно, петух. – язвительно бросил Хантер, скрываясь за стеной. Ричи только и мог, что закатить глаза. Раз уж клеймо «петуха» на нем останется при любом раскладе, то бежать за юрким братом не было ровным счетом никакого смысла. Рассчитав, что чай будет сохранять высокую температуру еще минимум десять минут, а Хантер уже успел добежать до своей кружки с кофе и обжечься, Ричи встал с постели, потянулся и направился к шкафу, чтобы переодеться сразу и больше никогда не возвращаться в эту комнату. Время до вылета пролетело как-то незаметно, точно кто-то поставил быструю перемотку. – Я буду скучать по этому месту. – прошептал Ричи, воспользовавшись заминкой, возникшей при разговоре матери с соседкой, которая, как хотелось думать, не была угрозой для жизни. – А я нет. – закатив глаза и посмотрев на мачеху, все еще болтающую с женщиной в возрасте, шикнул Хантер. – Предлагаю свентить на улицу, пока нас не укокошили «любимые» соседи. – предпоследнее слово блондин выделил тонально. – Нет, мы никуда не пойдем, пока не получим знак от родителей. – вдыхая запах старой квартиры, от которой останутся лишь туманные воспоминания, прошептал брюнет. – Или пока нас не убьет кто-то из соседей. – хмыкнул блондин, заставляя младшего Моргана вновь закатить глаза. Дождавшись, пока мать и отец наговорятся с соседкой в последний раз, семья двинулась к лестнице, где перестали осторожничать, зная, что убийца слишком умен для убийства до заката, пока жители не будут столь активны. Стоило было открыть железную дверь, оставив позади прошлую жизнь и прошлых себя, пыль, являющаяся результатом отсутствия уборки, стала моментально собираться в одном месте из-за порыва ветра, превращаясь в перекати-поле. – Интересно, отчего жители умрут быстрее: от убийцы, или же просто задохнутся? – вслух размышлял Ричи, подходя к желтому кэбу (то есть такси). – Как колесо фортуны того захочет, так и будет. – что-то Росса потянуло на философию. Рейс был на восемь часов утра, следовательно, семейство могло проспать еще час, а не вставать до рассвета, терпя противный утренний холод в квартире, о чем не раз говорил Ричи, аргументируя тем, что вещи были собраны еще с вечера, а ночью ему не удалось нормально поспать из-за храпящего соседа. – Уж прости, но тебе еще должно придется его терпеть. – покачав головой, прошептал Уолли. – Я терпел его ночное носовое пение. – мужчина хмыкнул. – Даже не представляю, как вы его в детстве терпели. – удивился Ричи неожиданному разговору с отчимом. – Не без труда. – не стал отрицать старший Росс, открывая дверь такси, возвращаясь к холодному утреннему ветру. До вылета было еще полчаса, когда жаждущие скорее покинуть ненавистный штат прошли регистрацию и просто ждали последние минуты. Рядом мельтешили люди, переругиваясь друг с другом из-за того, что кто-то забыл взять с собой прах тетушки по седьмому колену маминого кота; кто-то пытался не заснуть, либо наоборот, полагаясь на громкоговоритель. И только семейство Морган-Росс прибывало в хорошем настроении от осознания, что им больше ничего не будет угрожать, что они снова смогут разговаривать так громко, как захотят, и никто не будет точить на них зуб за малейшую неприятность. В 7:50 утра по громкоговорители объявили о посадке на рейс Мемфис – Москва. И да, лететь придется с пересадкой. Только-только оказавшись в салоне самолете, Ричи нашел свое место и плюхнулся на кресло, моментально погружаясь в мир сновидений, где он по-прежнему маленький мальчик, имеющий лишь одну проблему, выраженную разбитой коленкой. Родители и брат позволили себе лишь приглушенно посмеяться, но младшего Моргана трогать не стали. Какой смысл, если он все равно будет дрыхнуть как мертвый?

12:40 Россия, Москва

Вынырнуть в реальный мир из океана снов удалось лишь после прибытия в Москву, где не будет ровным счетом ни минуты, которую можно было бы потратить на знакомство с городом. До поезда оставалось около пятнадцати минут, когда новоиспеченные граждане (еще не получившие гражданство, конечно) пытались привыкнуть к непривычному часовому поясу, отличавшимся на добрых восемь часов. – А в Мемфисе уже вечер. – зевая и обнимая подушку, посчитал нужным сказать Ричи. – Ты проспал весь перелет. – фыркнул Хантер, который все время, проведенное в воздухе, витал в облаках, думая, что такого красавчика (еще и скромного) в любую компанию отберут с руками и ногами. – Если бы кое-кто не устраивал концерт носовых симфоний, то я вполне мог бы помечтать о минимальном буллинге вместе с тобой. – ответно фыркнул Морган, прожигая во лбу брата дыру. Младший Росс махнул рукой, показывая, что не хочет разговаривать со сводным братом дальше. Его оскорбили, видите ли. Неженка светловолосая. Старшие еле сдерживали смешки, смотря на своих детей. Семья ввалилась в вагон почти сразу, как только поезд прибыл на станцию. Хотелось скорее открыть дверь новой квартиры, зная, что не нужно будет передвигаться по корпусу на полусогнутых ногах, уменьшая шанс быть замеченным убийцей (а лучше выдать себя самого за маньяка). «Новые знакомства, интриги, разбитые сердца. М-м…» – прокручивал свои планы на новый город Хантер. «Крова-а-а-ать…» – Ричи всегда правильно расставлял приоритеты. Странно, но в поезде никто не изъявил желания прикладываться к подушке головой, сминая кожу на щеках и кривя нос. Ребекка завороженно смотрела в окно, за которым проносились деревья, еще только начинающие покрываться листвой. Она думала, что все скоро станет до жути красивым, однако эта иллюзия развеялась почти сразу, как женщина посмотрела чуть ниже. Взору представилось множество луж, созданных подтаявшим снегом, бонусом к которым был недавно прошедший ливень. Все как и оговаривалось: из дождя в ливень.

15:09 Россия, Санкт-Петербург

– Такое путешествие я забуду еще не скоро. – хрустнув онемевшей шеей, пробурчал Ричи, стараясь не сильно дергаться при улавливании ушами собственных щелчков шейных позвонков. – Сказал человек, проспавший все. – шутливо поддразнила Ребекка сына, чуть улыбнувшись. Будь на ее месте Хантер, то вполне могла бы начаться братская перепалка, закончившаяся лишь дома, когда один из них поднимет белый флаг со словами: «Сдаюсь, уважаемый». – Я уже говорил причину своей сонливости. – устало улыбнувшись, проговорил парень так, чтобы услышать могла лишь родня по крови. – Уолли так же храпит. – хихикнула брюнетка, прикрывая ладошкой рот. Ричи тихо и недолго посмеялся. – Тоже кажется, что стены рухнут? – сквозь тихий смех, спросил парень, глядя на мать исподлобья. Та лишь кивнула, надеясь, что не взорвется из-за хохота, который она так старательно сдерживала внутри себя. Время, потраченное на поиск квартиры прошло достаточно странно, особенно если учитывать, что улица, названная продавцом была либо расслышана не так, как надо (сыграл роль акцент), либо ее и вовсе не существовало. – И что будем делать? – присев на лавочку в еще неизвестном месте, спросил Хантер, понимая, что надежды и мечты как-то быстро начинают таять, развеиваться по воздуху, точно футболка, что зацепилась за шпиль. – Во всяком случае, мы можем поселиться в гостинице для снятия напряжения после поездки, где и обсудим все свои дальнейшие действия. – Ричи не стал молчать. – А ты умнее, чем кажешься. – широко открыв глаза от удивления, выпалил блондин, поймав взгляд брюнета, в состав которого входила капля злости. – Это был не сарказм или издевка. – словесно попятился назад младший Росс. Младший Морган расслабился, услышав эти слова. – Ты тоже далеко не самый глупый. – слегка улыбнувшись, проговорил Ричи. – Это все, конечно, звучит хорошо, но тащить столько вещей в номер… – окинув взглядом сумки и чемоданы взглядом, вслух размышлял Уолли. – Вам не кажется, что это далеко не лучшая идея? – чуть выгнув брови, что усиливало вопросительные нотки в голосе, спросил мужчина. Троица задумалась, а Ребекка будто выпала из реальности. – Ты не уснула? – спросил старший Росс, касаясь плеча жены. Последняя испуганно вздрогнула, обратив внимание на мужа. – Уснула. – кивнув, ответила женщина, зевая после. Со странным продавцом квартиры все же удалось разобраться, и прошло это даже нормально, если не считать добротного русского мата. Культурная столица, ничего не сказать. – Надо было попросить записать этот поток странных слов в блокнот, не забыв добавить транскрипцию на английском. – уже более бодро пошутила Ребекка, как только бывший хозяин квартиры скрылся из виду. – Вот это ты жжешь, мать. – хрюкнул Ричи. Уолли и Хантер от такой шутки подавились каким-то хлебобулочным изделием, отдаленно напоминавшим школьную столовую. – Это определенно знак, что не стоило было даже покупать. – посмотрев на кусок теста, прилетевший под ноги, хмыкнул младший Морган. Россы одновременно закатили глаза, но доедать не решились, глазами ища мусорную урну. Таковая нашлась спустя несколько минут поисков «стеклянными» от недосыпа глазами. – Покойся с миром, странное нечто, сделанное в печи. – проговорил Хантер, выкидывая непонятное изделие. Ричи и Ребекка вновь начали смеяться над своими родственниками не по крови. Такое бывало часто, но обычно не выносилось из домашней избы, оставаясь там до забвения, но новая страна и город повлияли на семью. То ли солнце, являющееся не самым частым явлением, начало припекать голову, то ли дело было в осознании, что больше не придется возвращаться в место, вдоль и поперек окрашенное каплями крови после преступлений. До нужной улицы добирались пешком, совсем не чувствуя усталости в ногах, однако глаза просили паузы, перерыва в своей работе. Открыв дверь дома в жилом районе, прибывших окатил прохладный воздух светлого подъезда. Облегченно вздохнув, семья побрела на верхний этаж, так как лифт решил послать на три веселых поля вместе со светом. – Плановое отключение…. – вдох. – Электроэнергии… – поднимаясь по уже восьмому лестничному пролету, тяжело дыша вымолвил Хантер. – Ты тратишь воздух и силы, которые у тебя не неограниченные. – едкое замечание сводного брата не могло остаться без озвучки. Младший Росс хотел съязвить, но потом понял, что действительно впустую тратил свои силы. Пришлось признать поражение. Поднявшись на верхний этаж, семейство облегченно вздохнула, увидев нужную дверь в конце коридора. – Угораздило нас на двадцать третьем этаже квартиру выбрать. – шумно дыша носом, будто был драконом, ведь казалось, что сейчас из носа и ушей повалит дым, шикнул Хантер, упершись руками о колени. – Ну да, это тебе не бедный район Мемфиса. – хмыкнул Ричи, все время появляющийся будто для едкого комментария. – Вот не будь я таким дохлым после подъема, обязательно отвесил тебе смачного леща. – огрызнулся блондин, все еще будучи согнутым пополам. – Ну-ну, светловолосая принцесса всех пони, спокойствие. – очередная шутка рассекла воздух. – Папа! – удивленно подняв брови, прикрикнул младший Росс. – Хочешь сказать, что не на твою светлую макушку поставили «корону»? – чуть приподняв уголки губ, задал риторический вопрос глава семейства. Младшему оставалось лишь проглотить шутку, не найдя ответа. – Предатель. – шутливо ткнув отца в бок, шикнул Хантер. – Так и будем тусоваться в падике, или все же зайдем в эту берлогу? – спросила Ребекка, все время спора и шуток подпирающая стены. От услышанных слов у всех троих представителей мужского пола полезли глаза на лоб. – Ты когда разговорные фразы успела выучить? – выпытывал Ричи, надеясь запомнить новое словцо. – От того продавца, да? – От барыги. – кивнув, ответила женщина, «познакомив» сына с еще одним разговорным. – О горошила, так огорошила. – хмыкнул младший Морган, отступая от матери на шаг. – Сдаюсь, победила. – подняв руки и опустив голову, смотря на напольную плитку, где не заметил клубов пыли (как было в Мемфисе), признал победу единственной женщины в семье Ричи. – Вот и славненько, мой побежденный в дружеском словесном бою. – для красочности картины еще воздушного поцелуя не хватало, но такие жесты ему другие представители прекрасного пола будут показывать. – Так, хватит обжиматься со стенами. – заключил Уолли, звеня ключами, что держал в руке уже минут десять, никак не используя их по назначению. – Пора заселяться.