haikyuu!! Волейбол!!

      Атсуко любит приходить на концерты к парню, любит смотреть на сцену и зал свысока, оперевшись о железные перила локтями.       Громкая музыка разносится по всему клубу, а в центре сцены сидит её парень. Хината незаменимая, почти самая затмевающая частичка их группы. Каждая пятая девушка, являющаяся их фанаткой обязательно пускает слюни по Шоё, в мыслях продумывая все свои самые развратные мечты с ним.       Как же бесят. Като ненавидит, когда после выступлений эти курицы бегут за ним, в гримерку, не давая отдохнуть. А когда брюнетка расталкивает их, они визжат и пищат, мол, какая она плохая, помешала им увидеть кумира. Но ей плевать. Хината её и только её. И пускать по нему слюни может только она. Восхищаться им может только она. Видеть его полностью обнаженным, чувствовать его в себе, трогать рыжие волосы — дозволено только ей.       Шое быстрыми движениями пальцев проходиться по струнам. Громкая мелодия звучит из колонок. Создаётся ощущение, что земля под ногами вот-вот провалится из-за безумной тряски. — Хей, приветик, — незнакомый парень подходит к ней, внимательно разглядывая профиль лица и становясь в такую же позу, как и она. — Чего надо? — небрежно отвечает Атсуко, не удосужившись даже повернуться к парню авансом. — Как-то грубо, не находишь? — он фыркает, пододвигаясь ближе. — Я просто хотел познакомиться с такой малышкой. Кстати, что такая как ты забыла в таком месте? — Ты можешь отвалить? — Като повернулась к нему лицом. — Чего пристал блять. У меня парень есть.  — Да? И кто же? — Я должна тебе отчитываться? — она возмущенно выгнула бровь. — Единственное, что я скажу тебе — если он увидит, что ты разговариваешь со мной вот таким вот слащавым тоном, заигрывая, выйдешь ты отсюда с уже разукрашенным личиком, вместо привычного смазливого, — подмигнув, Атсуко улыбнулась, отходя от парня.       Смешно наблюдать за его реакцией и бегающим взглядом по всему залу в поисках её парня. Но то, что она сказала — чистая правда. Не зря Хината тренировался шесть лет. Волейбол, баскетбол, борьба. Все это Шое познал в старшей школе, продолжая заниматься этим до недавнего времени. Поэтому у него отличная физическая форма, пусть он и мал ростом, но очень силён. Помнится, даже был случай, когда какой-то незнакомец на вечеринке облапал её прямо на его глазах. Спустя несколько минут шатен стоял на коленях, прося прощения. Атсуко не знает, что именно сделал ему Шоё, но было довольно забавно.       Когда концерт закончился, ребята поспешили в гримерку. Брюнетка чуть прибралась на сцене и поспешила к парням, продумывая в голове, что бы сказать им насчёт их выступления. Но все её мысли перебил блондин, преграждая дорогу собой. Остановившись, девушка от испуга отошла назад, вздыхая. — Ты идиот? Чего на пути встал, дай пройду, — девушка отталкивает от себя парня, проходя за его спину, но её тут же цепляют за плечо, вжимая в стену. — Пиздец, ты че творишь,ненормальный? — девушка шипит, ударяясь затылком о холодную поверхность. — Не стоит мне отказывать, милая, — он заправил прядку волос, рассматривая черты её лица.       Атсуко стоит, вжатая в стену. Чуть поёжившись, она пытается вырваться из хватки, но этот упрямый козёл лишь сильнее сжимает плечо. Ну все, надоело. Не раздумывая, девушка смачно плюет незнакомцу в лицо. Плевок попадает прямо на переносицу, стекая по носу. — Какого… какого хуя?! — он кричит, злобно хватаясь за лоб и утирая вязкую слюну рукавом кофты. — Дура, я с тобой нормально разговаривал, — блондин замахнулся кулаком.       Като закричала, чуть жмурясь. — Атсуко! — знакомый голос донесся до ушей. Она в ужасе распахнула глаза.       Чуть подальше от них стоял Шоё, удивленный этой ситуацией. Быстро сокращая расстояние, он хватает незнакомца за руку, притягивая к себе. Его глаза горят огнем, ноздри расширяются от частых вздохов, а брови хмурятся. — Ты что сейчас собирался сделать? — холодно спрашивает рыжий, хватая блондина еще крепче. — Твоя шлюха? — незнакомец усмехается, мельком взглянув на Атсуко, но сразу же возращает взгляд чуть вниз, ведь Шоё был ниже его примерно на сантиметров пять. — Так бы и всадил ей, если бы не её отвратный характер, — он довольно ухмыляется. — Как-как ты её назвал? —  встряхнув парня, зрачки бешенно расширяются,       Като молча наблюдает за разговором, уже зная, что последует дальше. Шоё безумно зол, она прекрасно видит это. Но брюнетка даже представить себе не может, как внутри у него все бурлит от нахлынувшей агрессии.       Вопрос, конечно, был риторический. Не дав блондину ответить, размашистый удар проходится по носу, сваливая его на пол. Парень, хватаясь за больное место, шикает, пытаясь встать, но Шоё не дает. Он набрасывается на него, хватая за воротник. — Утырок, я сделаю так, что ты будешь молить у неё прощения с разбитым в хлам хлебалом, понял?!        Выплюнув слова, Хината с громким рыком отпускает его, покрывая лицо болезненными ударами. Кровь ручьём хлещет из носа. Блондин хрипит, брыкается, пытаясь встать, но Шоё это злит больше. — Уродец, да как ты смеешь замахиваться на нёё? — рычит он, не останавливаясь ни на секунду. — Как ты смеешь называть её шлюхой? Да я тебя убью, — рыжий усмехается. В глазах горит бешенный огонь, как будто Шоё — Дьявол, спустившийся на землю.       Атсуко, округлив глаза, застыла у той самой несчастной стены. Конечно приятно, что он так заступается за неё, но если она сейчас же что-то не предпримет, своего любимого можно искать за решеткой. — Шоё! Все, хватит, ты его сейчас убьешь! — девушка вздрагивает, хватая молодого человека за локоть.       Рыжий останавливается, тут же переводя удивленный взгляд на Атсуко. Она смотрит на него немного строго, но это лишь из-за волнения о будущем парня. Блондин полностью получил по заслугам. — Хватит, милый, я думаю, он понял, — помогая встать Шоё, девушка хватает его руку, чмокая любимого в щечку. — Эй, урод, — рыжий легонько пинает блондина. — На колени и извиняйся, реще! — голос Шоё будоражит. Как же она любит видеть его таким.       Блондин, довольно медленно привстал, сгибаясь напополам. Промямлив что-то по типу «искренне прощу прощения», он болезненно постанывал.       Атсуко присела на корточки, хватая незнакомца за подбородок. Рассматривая лицо, покрытое ударами, губы расплываются в улыбке. — Я ведь тебя предупреждала. Блондин остался валяться на полу,        когда парочка, под испепеляющий взгляд Хинаты зашли в его собственную гримерку. — Ну ты даешь, — протягивает девушка, присаживаясь у туалетного столика, который освещен небольшими лампочками вокруг. — Но спасибо, — она улыбается, чуть закусывая нижнюю губу. — Мне приятно, что ты заступился за меня. А ещё ты так вовремя оказался рядом. Прям спаситель мой, — усмехается, по глупому улыбаясь. — Дурочка, — Шоё целует ее в лоб, встряхивая волосы. — Хорошо, что я успел, кто знает, что бы этот урод сделал, — Хината вновь злится, сжимая кулаки. — Все хорошо, ты успел, а это самое главное, — ласково мурлычет девушка, вставая с нагретого стула и усаживая туда своего молодого человека. — Хочешь я сделаю тебе массаж?       Не дожидаясь ответа, хотя она итак знала его, нежные ладони оказываются у напряженных надплечий, мягко поглаживая их. Она аккуратно хватается пальцами за кожу и сжимает её, стараясь не сделать больно. Атсуко любит делать массаж своему парню. Он буквально тает, стоит ей только прикоснуться к нему. — Сними футболку, неудобно через нее, — тихо шепчет, убирая руки. — Ага, просто хочешь позалипать на меня, — Шоё смеется, но просьбу выполняет.       Белая футболка скользит по плечам, падая куда-то на пол. Като проходится ноготками по чуть вспотевшей спине, мягко почесывая её. Пальцы двигаются хаотично, массажируя то лопатки, то позвоночник. Ладони потирают шею, разогревая кожу. Она мягко сминает её, изредка чуть царапая. — Ну всё, хватит, — Хината резко хватает ее запяться, чуть притягивая к себе. — Иди ко мне, — девушка послушно присаживается на бедра парня.       Впиваясь губами в приоткрытый рот, язык Шоё проскальзывает внутрь, чуть щекоча нёба. Расслабленные мужские руки накрывают тонкую шею, чуть сжимая её. Не сильно, но ощутимо. Девушка блуждает руками по оголенному торсу, поглаживая крепкую мужскую грудь, всё еще не отрываясь от поцелуя. — Хочу тебя, — Шое выдыхает, отстраняя лицо. — Очень. Прямо здесь. — Нас могут услышать, — тихо шепчет Атсуко. Хотя, признаться, она и сама готова наброситься на него прямо тут. — Ну пожалуйста! Хоть раз займемся сексом не дома, — он чуть ёрзает, легонько вскидывая бедра вверх. — Хорошо, — чмокнув парня в носик, девушка улыбнулась.       Брюнетка осторожно сползла с ног, устраиваясь между разведенных коленок. Быстро справляясь с ненужной одеждой, девушка сглатывает. Член, стоящий колом, прижимается к прессу. Като обхватывает плоть ладошкой, размазывая смазку, выступающую из головки. — Атсуко, не медли, иначе я сам трахну твой рот, — кряхтит Шое, пододвигась вперед.       Девушка медленно проводит языком по всей длине, в эту же секунду заглатывая член. Хината вздрагивает, раскрывая губы. Жар проносится по всему телу.       Като посасывает головку, а затем вновь заглатывает почти до середины. Размер у Шоё немаленький, поэтому, для того чтобы взять его полностью, девушка расслабляет горло, раскрывая челюсть больше. Член проскальзывает внутрь, немного задевая зубы. Парень шикнул, схватив Атсуко за волосы. Он долго ждал, когда она сможет привыкнуть.       Парень толкнулся в рот, прижимая нос девушки к паху. Оставаясь в таком положении на пару секунд, Хината дергает Като за волосы, выскальзывая из горячего рта. Брюнетка кашляет, собирая всю слюну, стекающую у подбородка. Атсуко открывает рот пошире, прежде чем ствол вновь упирается куда-то в горло, толкаясь всё глубже. Парень загоняет член дальше, заставляя давиться и смаргивать слезы, которые скопились в уголках глаз. Девушка кряхтит, посылая приятные вибрации по члену. Шоё продолжает толкаться в глотку, из которой рвутся хлюпы.       Като резко отстраняется, пытаясь отдышаться. Сжав мужское колено, она пыталась привести дыхание в норму. В горле чуть зудит, так и хочется почесать чем-нибудь.       Шоё цокает, вновь притягивая к себе брюнетку. Полностью насаживая её на член, он громко стонет. Атсуко втягивает щеки, двигая головой вверх-вниз, пытаясь создать вакуум. И, кажется, по дрожащему голосу парня у нее неплохо выходит. Последний раз облизывая ствол, покрытый сеточкой вен, она чувствует, как плоть подрагивает. Хината тут же выходит, хватаясь за затылок и оттягивая его назад. Пару раз проведя рукой по члену, он кричит, изливаясь прямо в рот. — Глотай. Все, до конца, — он смотрит пронзительно, собирая всю сперму, стекающую по лицу. Шоё подносит палец ко рту Като. Жадно обсосав все, что было на фалангах, девушка вздохнула.       Опомниться ей не дали. Схватив её за предплечье, Атсуко резко дернули вверх, тут же потянув на себя. Девушка вновь оказалась на бедрах парня. Мужские, чуть грубоватые руки блуждали по телу, освобождая от мешающей одежды. Като вздрогнула, почувствовав у сжимающегося колечка мышц большой палец. — Т-ш-ш, — след от мокрого языка прошелся по женской шее. — Ш-шоё, — обвивая руками голову парня, выдохнула девушка, выгибаясь в спине       Хината резко погружает большой палец в анал, из-за чего Атсуко вскрикивает, сжимая шею молодого человека. Но парень не спешит двигаться внутри. Другая рука поглаживает клитор, иногда растягивая половые губы. Девушка шипит, потому что ей срочно нужно чувствовать что-то внутри себя. Будто прочитав её мысли, Хината вводит в лоно три пальца, почти по самые костяшки. По телу словно прошелся разряд импульса, заставляя её вскрикнуть. Парень медленно, не спеша двигал пальцами внутри, чуть растягивая их, а после сгибая, ритмично двигая ими. Он искусно владел своими пальцами, трахая Атсуко долго, будто самому не нужна разрядка. Конечно, не зря же главный гитарист. — Шоё ты… может уже войдешь в меня? — возмущается Като, закатывая глаза от блаженства. — Хочу… Я х-хочу чувствовать больше! — А куда делась примерная Ко-чан? — усмехается, проталкивая пальцы глубже. — А как же «я не трахаюсь там, где попало?» — потирает стеночки влагалища, вновь растягивая. — Ай-ай-ай, — цокает, качая головой. — Проказница Ко-чан!       Обжигающий шлепок приходится на правую ягодицу. Девушка вскрикивает, чуть дергаясь. — Стоит ли оттрахать тебя здесь? Грубо, грязно, м? Или дотерпеть до дома? — с издевкой спрашивает парень, надкусывая плечо. — Н-нет! — стиснув зубы, Като почти кричит. — Что «нет?» Не трахать тебя здесь? — удивленно спрашивает, словно сам не знает ответа. — Здесь! Здесь-здесь-здесь, — нетерпеливо насаживаеться на пальцы, желая большего. — Я хочу сейчас. Здесь. — Тебе стоило лишь попросить меня, — он пожимает плечами.       Пальцы покидают уже достаточно растянутое лоно, которое постепенно готовится вновь сжаться, вот только налитая кровью головка не даёт этого сделать. Она потирается у влагалища, пару раз нарочно задевая клитор. Като прикусывает губы в приятном ожидании. Член проскальзывает внутрь наполовину, но этого достаточно, чтобы Атсуко чуть дернулась, чувствуя приятную горячую плоть внутри, которая, подобно пожару, полыхает, отдавая теплом.       Брюнетка опускается тазом ниже, насаживаясь глубже. Но ей все равно нужно время, чтобы привыкнуть к большому члену. Тихо вздыхая, девушка аккуратно присаживается, то приподнимается вверх, оставляя в себе лишь головку. Но у Хинаты терпение не такое бесконечное. Он грубо хватает её за талию, сжимая, и резко подается бедрами вперед, оказавшись внутри по самые яйца. — Ш-шоё! Твою мать! — она всхлипывает, тонкими пальцами зарываясь в рыжие волосы, чуть царапая кожу голову и оттягивая её назад. — Что такое? — еще один грубый шлепок соприкасающихся тел. — Мне двигаться быстрее? — Я… Н-не…       Договорить девушка не успела. Из глотки вырвался громкий вскрик. Толкнувшись слишком резко, Шоё уткнулся головкой в матку, растягивая её. Ноги дрожат, поэтому ей приходится ухватиться за растрепанные волосы сильнее, немного болезненно оттягивая их. Хината хрипит, вскидывая бедра вверх, вновь слыша отчаянный, хриплый стон.       Руки, недавно поглаживающие талию, опустились на упругие ягодицы, сжимая их, чуть раздвигая, потираясь пальцами между ними.       Горячее дыхание парня чувствуется у груди, обжигая нежную кожу. Девушка откидывает голову назад, позволяя Шоё зацеловывать шею, к чему юноша, с большим удовольствием приступает. Губы покрывают каждый миллиметр кожи, оставляя после себя влажный след от поцелуя. Хината чуть прикусывает тонкую кожу, нежно посасывая и оттягивая её. Завтра точно придется замазывать засосы.       Но завтра — не сегодня. Поэтому она позволяет ему делать с её телом все, что он пожелает.       Потому что она этого хочет.       Она безумно хочет этого парня.       Шое прекращает резкие движения бедрами, позволяя девушке взять контроль. Она прыгает вверх-вниз, создавая бешеный темп, потому что разрядка нужна скоро, иначе Като будет рыдать от того, насколько же ей это нужно.       Хината играется с её грудью, оставляя засосы даже там. Оттягивает соски, чуть посасывает их, не убирая рук с ягодиц. — Давай сменим позу? — Шоё спрашивает, но ответа слышать не хочет.       Он резко перехватывает ее и встает с кресла, прижимая Атсуко животом к туалетному столику. Шоё надавливает на голову, заставляя склонить её на бок и прогнуться больше, оттопыривая задницу. — Нет, смотри на себя, — хватая Като за волосы, он рычит, поворачивая её лицо к зеркалу. — Смотри, как ты кончаешь, извиваешься на моем члене.       Шоё обожает доминировать. Наверное, он делает это всегда. Но Атсуко не против. Никогда. Потому что девушка всегда готова кончить лишь от его грязных словечек, которые он шепчет ей. Что уж говорить о том, когда парень командует. Ей просто сносит крышу.       Хината входит грубо, рвано, заполняя полностью. Атсуко смотрит на свое перекошенное от удовольствия лицо и вздыхает с небольшими паузами. Яйца изредка бьются об клитор, вызывая приятные покалывания. — Я знаю, что по тебе течет половина зала, — еще один грубый толчок, заполняющий внутри. — Пиздец, знала бы ты, как я бешусь, когда только представляю, как эти ублюдки бегают по тебе похотливым взглядом, словно раздевая, — он хватает её за локоны, притягивая голову ближе к себе. — Я готов им глотки перегрызть, — шепчет он ей в ухо, следом облизывая его. — Потому что ты только моя. Только я имею право смотреть так на тебя.       Девушка хрипло смеётся, упираясь руками об края бедного стола, нервно сжимая их. Забавно, что она точно такого же мнения. — Ох, а как же твои фанатки? Смотрят на тебя, будто хотят трахнуть прямо в зале, перед всеми, — огрызается, получая болезненный шлепок. — А что? Я, знаешь ли, однажды даже дралась с такой. Эта овца хотела ворваться… к те…бе… в гримерку, — девушка говорит с небольшими паузами, потому что из глотки вырываются стоны. — Да пусть хотят, мне-то что. Я трахаю только тебя и готов делать это хоть всю оставшуюся жизнь. — Господи, Шое, самый глупый комплимент, который я только слышала, — фыркает брюнетка.       Хината хрипло смеётся, откидывая голову назад. Член уже начинает подрагивать, а значит, он близок к разрядке. — Противозаточные пила? — У-угу, — мычит Като, сжимая лоно.       Она вот-вот кончит. Но Шое опережает её, с громким криком изливаясь внутрь, заполняя полностью, до краёв, собственной спермой. Парень довольно улыбается, разглядывая, как из пульсирующего влагалища стекает вязкая жидкость. — Я ещё… я ещё не кончила! — шипит Атсуко, прижатая к столу. — Исправим.       Пальцы накрывают клитор, надавливая на чувствительную горошину, растирая её в хаотичном порядке. Девушка подкашивает ноги, втягивая воздух. Внизу творится настоящий хаос. Рыжеволосый все еще играется с набухшим клитором, оттягивая его. — Блять! — она вздрагивает, когда промежность накрывает шершавый язык.       Он проводит им пару раз, растягивая половые губы, иногда кончиком проникая внутрь, тут же выскальзывая. — Я уже на пределе! Шоё, ну же! — кричит, почти срывая голос.       Като нетерпеливо бьёт руками по дереву, стискивая зубы. Удовольствие накрывает с головой и она, громко выстанывая имя любимого, обильно кончает, подрагивая всем телом. Полупрозрачная жидкость пачкает бедра, стекая по дрожащим ногам. — Поздравляю, у тебя очередной сквирт, — Хината смеётся, натягивая на ноги боксеры. — Пиздец, — девушка с дрожащими ногами присаживается на кресло, пытаясь найти одежду. — Это было ахуенно. — Согласен, — парень кивает, надевая толстовку. — Ну, домой? — Если я сейчас не откинусь, — Атсуко смеётся, наконец одевшись.       Като неожиданно вскрикивает, когда её тело подхватывают словно перышко, отрывая от земли. С округлыми глазами она хватается за плечи Шоё. — Теперь не откинешься, — чмокнув девушку в носик, он выходит из гримерки, закрывая дверь ногой. — Ты просто чудо.       Атсуко прижимается ближе, чувствуя его сердцебиение и теплоту. С этим парнем ей ничего не страшно. Она доверяет ему всю себя.