Танец Примирения

      Победоносно удалившись, молодая демонесса направилась в свою комнату. Уроки давно закончились, дополнительных занятий не было, Люцифер сегодня днём был на задании и не смог уделить Ости много внимания.       Она жила одна. Те, кто раньше селился с ней, сбегали спустя пару недель, и поэтому совет школы разрешил дьяволице жить без надоедливых соседей. Произошедшее в стенах школы не отпускало, откровенные воспоминания сменяли друг друга, не давая влажной истоме внизу живота исчезнуть.       «Я займусь им сегодня»,— подойдя к кровати, Ости легла на чёрные шелковые простыни, которые приятно холодили оголенные участки кожи, и вспомнила нежные губы невинного ангела.       Его запах отпечатался на коже. Дьяволица, блаженно прикрыв глаза и облизав губы, ласково провела острыми коготками по шее, спускаясь ниже по ключицам. Резко дернув за застежки на корсете, оголяя грудь.       Любовные прикосновения заставляли вспомнить, как неопытный юноша ласкал её. Схватив себя за сосок, вздрогнула от накатившего возбуждения, дыхание участилось. Продолжая ласку, свободной рукой она приспустила кожаные штаны, оголяя лоно.       Изящная ладошка пробежалась по нижним губам, отчего дьяволица блаженно выгнулась. Лоно было разгорячено до предела, пальчик скользнул вдоль промежности и нащупали чувствительный бугорок.       Круговые движение подвергали тело приятной му́ке. Грубые надавливания и лёгкие поглаживания дразнили возбуждённую девушку, заставляя испытывать трепетный восторг. Она не могла сдерживать себя, да и не нужно было — никто не слышал громкие стоны, чувственные всхлипы и даже злобное шипение. Скользнув ниже, вторглась в себя двумя пальчиками, начиная сладкую пытку. Страстно потрахивая, она не забывала изредка возвращаться к чувствительному бугорку, выгибаясь навстречу движению руки.       Вместо своих пальцев девушка представляла неумелые руки молодого ангела, его неловкие телодвижения, сильную робость; от нахлынувших образов изголодавшаяся по ласке дьяволица стала активно проталкивать пальчики глубже. Вожделение кружило голову, щеки приобрели лёгкий розовый оттенок; подмахивая бедрами, Ости выгнулась и опустошенно простонала. Нахлынувшее несколько минут назад возбуждение испарилось, оставляя сладкое наслаждение и слабость.       Устало улыбнувшись, она вытянулась на кровати. Вставать не хотелось, но надо было привести себя в порядок перед вторым актом сегодняшнего представления.

***

      Выйдя из клубов горячего пара ванной комнаты, девушка подобрала более удобный наряд для сегодняшней вечеринки в вагончиках, которые проводились раз в неделю для всех рас небесной академии.       Ости знала, что она не найдёт там того, кто был нужен. Этот праведник всегда вместо отдыха и расслабления выбирал учебу, зубрежку, знания, как истинный ангел, посвящал себя развитию и самосовершенствованию. Ости давно наблюдала за ним. В самых тёмных мыслях у девушки давно возникла идея совратить эту невинную душу любыми способами.       Для вечеринки было выбрано облегающее платье, которое доходило до середины бедра, с глубоким вырезом на спине, подчеркивающее её пышные формы. Скрывать все свои достоинства дьяволица не видела смысла. Зачем прятать то, что приносит многим удовольствие? На щиколотках щелкнула застежка аккуратных туфель. Удовлетворившись своей сексуальностью, Ости направилась на неофициальное мероприятие.       Появление демонессы вызвало интерес среди всех присутствующих; напившиеся глифтом до потери памяти, ангелы и демоны провожали её взглядами. Возникшую тишину прервал тонкий голос дочери Мамона:       — Шепфа, Ости, зачем ты надела этот кусок ткани, если спокойно могла прийти голой, эффект был бы таким же.       — Она просто хочет своим появлением привязать внимание Люцифера, — иронично подметил Ади, притягивая Ости к себе за талию, — не так ли? Лицо партнёра рыжего демона — Сэми — исказилось от ревности, но в компании шумных демонов, зная их нравы, сын Шепфа предпочитал молчать.       — Ох, Ади-и, — протянула Ости, когда тот положил свою ладошку на бедро, — единственный демон, которого я хочу привязать, это ты.       Дьяволица игриво улыбнулась, схватила рыжика за подбородок и притянула к губам. Ади пах глифтом, поэтому поцелуй опьянял, манил, раскрепощал. Расторопный демон прижал девушку к себе, жадно впиваясь в губы, быстро углубляя поцелуй. Откровенные поцелуи не смогли оставить равнодушными местную публику: Мими ахнула, прикрыв рот ладошкой, — даже среди демонов не одобрялось подобное поведение. Такая наглость откровенно удивила всех!       Сэми, сжав челюсть, молча наблюдал за этим странным спектаклем. Пальцы юноши всё сильнее сжимали хрупкое стекло в руках. Бокал не выдержал такого напора и с громким звоном разлетелся на мелкие осколки.       — Ты что делаешь, Ости! — Мими прикрикнула на демонессу, пытаясь влезть между целующимися. — Сэми!       Рыжий демон нагло усмехнулся, вытирая губы от едкой красной помады, которая не хотела стираться, не смотря на все приложенные усилия. Окинув пьяным взором плохо освещаемое помещение, он понял, что его парень куда-то исчез, и виновато побежал искать его. С лица Ости не сходила победоносная улыбка.       Она была ещё той сукой, которая ломала чужие отношения, жизни и кости. Мими с укором посмотрела на подругу и ретировалась следом за убежавшей парой. Схватив и осушив бокал глифта залпом, Ости прошлась между рядов, присев рядом с Люцифером.       Около высшего демона, как всегда, вилась очередная демонесса из низшего сословия, однако это ни капельки не задевало его закадычную подружку. Они с сыном Сатаны были просто любовниками, друзьями по сексу, иногда партнерами по влиянию на судьбы людишек, но никак не возлюбленными. Молодую дьяволицу эта роль вполне устраивала.       — Рушишь чужие отношения, Ости? — усмехнулся Люцифер, пригубив синий дымящийся напиток из замысловатого бокала. Высшие создания обожали пафосные вещи, кухонная утварь была не исключением — чем больше на обычном куске стекла было вензелей, тем дороже он ценился, как и всё в этом мире кривых зеркал.       — Впрочем, как и всегда, — подтвердила она, забирая сосуд из рук мужчины и поднося его к губам. Издав утробный смех, сын Сатаны отправил неизвестную ему демонессу, которая вилась вокруг парочки, за очередной порцией напитков.       Алкоголь лился рекой, в тёмном и тесном помещении уже никто не разбирал, кто является ангелом, а кто демоном, и, как обычно это случалось на таких вечерах, небесные существа изучали тела друг друга, поддавшись искушению. Напившись, Ости отправилась соблазнять первокурсников — горячая молодая кровь и желание понравиться девушке заставляло их совершать самые дерзкие и неконтролируемые поступки. Однако у дьяволицы был иной замысел. Она прекрасно знала, что обычно в это время Дино обитал в своей уютной пыльной библиотеке. Как же ей хотелось привлечь его внимание, заставить смотреть на неё, наслаждаться муками выбора и даже ревновать.       Один из студентов активно проявлял к ней своё внимание. На протяжении всего вечера она ловила на себе похотливые взгляды. К концу вечера ненасытная дяволица уже в открытую заигрывала с ним и позволяла его рукам исследовать своё молодое тело. Ости, прерываясь от не совсем приятных поцелуев неизвестного ей первокурсника, замечала лукавый и дьявольски соблазнительный огонь в глазах сына Сатаны. Чтобы укрыться для исполнения странного акта, соблазнительница заманила свою жертву в тёмные закоулки тихой библиотеки. Осквернить дом знаний было одним из её пунктиков.       Исступленно целуясь с демоном, Ости мимолётно прощупывала зал библиотеки на присутствие в ней нужного третьего персонажа. Он был на месте: аура беспокойства и напряжения отражалась от стен залы.       Дино сидел в самой дальней секции и нервно листал какую-то книгу, попутно тарахтя проклятия на древнеангельском языке. Коварная соблазнительница ловко направила пьяного демона в нужную сторону. Она не помнила его имени, да и выглядел этот субъект совсем не примечательно. Из полуоткрытого мужского рта так сильно несло алкоголем, что Ости стало дурно от запаха. Слишком слюнявые поцелуи заставляли её пересилить брезгливость и продолжить воплощать план в жизнь. Идею, известную только ей. Надо было удостовериться, что маленький демон не вспомнит, с кем и чем он занимался ночью в полупустой библиотеке.       Прислонив любовника-однодневку к одному из дальних стеллажей, Ости стала страстно целовать его, медленно раздевая. Молодой студент также не терял времени, его наглые руки стали поднимать платье вверх, оголяя ягодицы.       — М-м-м… — промычала Ости, закусывая губу, когда демон стал ласкать пальцами между ног. Ей не хотелось заходить сильно далеко с этим юнцом в плане близости, как и давать ложные надежды.       Ей было не просто интересно посмотреть на реакцию ангела, она желала совратить и привлечь недотрогу к увлекательной игре под названием секс и страсть. Стать первым проводником в мир греха, тёмных мыслей и неестественных, как для ангела, желаний. Тот, о ком мечтала Ости, как раз стал собирать свои вещи и раскладывать книги по залу. Однако, что-то пошло не так, и одна из них отлетела от стеллажа, за которым пряталась парочка. Ласкающий её мальчишка помедлил, но по велению Ости не прекратил своих действий. Пылко прислонив искусительницу к стеллажу, не заметил, как пара томов вылетели с полки и рухнули на пол — тогда ангел и заметил двоих будущих штрафников, которые бесстыдно обжимались в храме науки.       Совсем рядом раздалось нервное покашливание: дьяволица ощущала напряжение, которое возникло в тесном помещении, воздух зарядился искрами ненависти, похоти и отвращения.       — Вы совсем стыд потеряли? — голос старосты дрогнул, когда тот увидел, кто перед ним. Его внешний вид выдавал неловкое волнение, лицо побелело; стараясь избежать близкого контакта, ангел отошёл на пару шагов назад.       Целующиеся демоны оторвались друг от друга и удивлённо уставились на старосту ангельского факультета. Пальцы спутника Ости перестали дарить ласку. Растерявшись, первокурсник завел руки за спину, пытаясь показать себя безучастным в происходящем. Одернув короткое платье и расправив плечи, девушка повернулась лицом к блондину, одаривая последнего хищной улыбкой:       — Исчезни, — прошипела она демону. Повторять дважды не нужно было — первогодка не хотел влипнуть в неприятности. Застегнув ширинку, перепуганный парень как можно быстрее ретировался.       — Пожалуйста, распускайте руки на факультете Ада, — привычным менторским тоном произнёс Дино. Вскоре в библиотеке остались только двое. Наедине с этой неуравновешенной женщиной ангел быть не хотел. Подсознание и некая чуйка подсказывали, что этот спектакль устроен специально. Больше не хотелось участвовать в подобном, не хотелось врать в глаза другим созданиям, только для того, чтобы скрыть следы греховной связи, поэтому, не дожидаясь ответа наглой демоницы, он первым прервал напряжённое молчание:       — Я уже уходил, — схватив сумку, которая валялась на полу, Дино стал быстро набивать её нужными и ненужными предметами. Ему не хотелось быть загнанным в угол, как утром, не хотел, чтобы над ним смеялись.       — Так, так, так, — протянула девушка. На губах появилась сладенькая улыбочка, Ости последовала за трусливо убегающим ангелом, наблюдая за его действиями. Его присутствие заставляло кровь гнаться по венам, пальцы приятно покалывало от накрывающего желания совратить. — Кто это тут у нас, наш неискушённый староста? Извини, — хмыкнула девушка, слова извинения редко слетали с её губ, — мы тебе помешали, не против?       Дино всегда был вспыльчив. Даже не смотря на годы тренировок и медитаций, он всё равно не мог полностью побороть эту черту.       — Я не могу понять, что ты хотела этим показать. Что тебе на меня плевать? Так я и не думал по-другому. Что у тебя не один Люцифер в любовниках ходит? Так все в курсе, — юноша настолько разозлился, что в принципе не особо обращал внимание на то, как была разодета демонесса. — Я не хочу быть втянутым в ваши игры, — повесив сумку, он направился к выходу.       Ости совсем не ожидала такой реакции. План состоял в том, чтобы совратить, обнадежить и выбросить, как ненужную сломанную игрушку.       Ангел избегал зрительного контакта, нервно вцепившись пальцами в лямки холщовой сумки, словно те — спасательный круг. Реакция старосты разочаровала. Ости медленно подошла к парню. План, которого она так старательно придерживалась, рушился. Мальчишка, испугавшись сильного напора, убегал из цепких рук.       — Если попытаешься хоть на шаг приблизиться, я применю силу, — в глубине души Дино металась обида, его мужская честь была задета, высмеяна и растоптана.       — Мой невинный ангел, — девушка обошла молодого мужчину по кругу, нежно ведя тонкими пальчиками по торсу — от груди, по ключицам, по сильным плечам, заходя за спину. Положив руки на его поясницу, провела ладошками снизу-вверх и восхитилась слаженностью тела ангела. Даже через тонкую рубашку оно выглядело прекрасно, видимо, он потратил немало времени на достижение такого результата. — Хватит быть маленькой недотрогой, расслабься.       — Перестань меня так называть. Я ничего не скрываю и мне нечего стыдиться. У нас всё сложнее, — он почему-то оправдывался перед демоном. На самом деле у Дино просто не было времени на подобные вещи, да и просто переспать ни одна из девушек-ангелов бы не согласилась, к тому же он ни к кому не испытывал сильных чувств. Пальцы обжигали кожу даже через ткань, отступив, он пытался прервать этот контакт.       Дино хотел было атаковать, но, не зная почему, не смог. Его всю жизнь учили, что если демон начнёт призывать к нарушению догм, то его надо приструнить, в крайнем случае ликвидировать. Ости пыталась нарушить закон неприкосновения — самый важный из законов.       «Что за бред? Она же враг! Ости такой же демон, как и все остальные. Атакуй её! Покажи, где её место! Не давай себя касаться! Она поиграется и бросит дело на полпути!» — орал рассудок, однако слепой интерес блокировал SOS-сигналы.       Дьяволица ещё раз провела по плечам мужчинам и, встав на носочки, осыпала заднюю часть шеи нежными поцелуями. Лёгкая дрожь овладела телом старосты, а кожа покрылась еле заметными мурашками.       — То, что я здесь, оказалась случайностью, но этот факт не должен волновать тебя, — она подарила ещё один невесомый поцелуй, ловкие пальчики развязали волосы Дино, одно движение — и те легли на плечи. Ости попыталась предпринять ещё одну попытку совратить и настроить ангела на свой лад, но он явно был не в духе после того, что случилось на школьном дворе. Разочаровывающая усталость зародилась где-то в глубине потерянной души. — Я же говорила, что распущенные волосы идут тебе лучше.       — А я тебе уже говорил, что не надо трогать мои волосы, — небожитель нахмурился, быстро развернувшись, он выпалил первое, что пришло в голову: — Отец прав насчёт вас, — Дино сразу понял, что это прозвучало очень грубо и нелицеприятно.       Все знали, что ангел Фенцио чуть ли не в открытую выступает за сокращение демонов до минимального количества. Учитель всегда был за геноцид, и Ости своими действиями подтолкнула Дино к подобным мыслям.       — Вот как, — девушка разочарованно, со смесью презрения, окинула ангела взглядом, — а ты всё делаешь, как тебе говорит папочка?       Фенцио был его ахиллесовой пятой, триггером, больной темой. Ангел всегда был очень эмоционален, когда дело касалось отца и их «особой связи».       — У меня он хотя бы есть, Ости! — в сердцах произнёс староста и тут же понял низость своего поступка. Дино быстро развернулся. Он клял себя за эти слова. В желании отстоять свои идеалы позабыл о том, чему его учили с рождения — всепрощению. А вместо этого что? Задел за живое, оскорбил, унизил, показал своё эго, указал, где место для таких, как Ости.       Юноша от стыда готов был сквозь землю провалиться. Какой чёрт его дернул за язык? С каких пор он стал несдержанным? Таким токсичным? Стал отвечать на грубость той же монетой? Когда он решил, что это поведение достойно ангела?       — Ости, ради всех сил небесных, про… — ангел не успел попросить прощения, ведь тут же поплатился за свои слова.       — Поздно, — её похотливая игра провалилась. Вместо неё появилась ненависть.       Тема отцов и детей для обоих была острой, неприятной и болезненной. Девушка не особо церемонилась с теми, кто пытался очернить память о папе. Злоба застилала глаза, подбородок предательски задрожал, и, сама того не желая, она нанесла мощный удар в солнечное сплетение своего противника. Ангела согнуло пополам от боли — демонесса явно не пожалела сил, чтобы наказать Дино за длинный язык, но он не особо сопротивлялся. Понимал — заслужил. Однако староста наивно предполагал, что всё обойдется одним пинком, но нет — Ости, как всегда, завелась и готова была порвать любое живое существо, которое упомянуло её отца.       Сделав шаг назад, парень увернулся от разрушительного удара. Кулак дьяволицы пролетел мимо, но она не собиралась останавливаться и, резко развернувшись, атаковала снова.       — Ости, уймись! Прекрати так себя вести. Прошло уже столько лет, — ангел пытался объяснить то, что надо идти дальше, прошлое не вернёшь и не изменишь, надо смириться и продолжать жить.       Однако странное кровожадное выражение лица демона не сулило ничего хорошего. Она взяла выше — теперь её целью были не внутренние органы, а нос.       Перехватив руку девушки, он остановил очередной удар. Несмотря на то, что среди демонов Ости была чуть ли не самой разрушительной по силе, но их уровни контроля были разными. Дино уступал в силе только Люциферу, иногда с большой неохотой. Разрыв между силой демонессы и Люци был велик. Она даже не собиралась мериться с сыном Сатаны, а вот лицо Дино хотела превратить в кашу.       Однако сладким мечтам не дано было сбыться, без особых усилий парень взял девушку в захват сзади и не девал двинуться с места.       — Этим ты только разрушаешь себя, — слова ангела действовали на демоницу, как яд, который медленно разъедал изнутри, делая её слабой и уязвимой.       — Отпусти! — взревела зеленоглазая и со всей мощи заехала парню острой шпилькой по ноге. Кто-кто, а демоны знали, где находится слабое место их соперников.       Ангел не закричал — он просто не знал, что делать: отпустить демоницу и получить по лицу, или же начать прыгать от боли, ведь своими каблуками Ости чуть не сломала ему большой палец.       Узкое помещение, несанкционированная драка, яркая вспышка боли сделали своё дело — ангел потерял равновесие и рухнул на пол вместе с Ости, которая приземлилась своим мягким местом прямо на живот юноше, отчего тот болезненно застонал.       Вырвавшись из пут, Ости буквально оседлала ангела. Победоносно оскалившись, она стала наносить лёгкие удары по плечам, рукам и лицу. Она желала переломать каждую косточку на ангельском личике.       Обхватив руками шею ангела, она медленно стала наблюдать за тем, как страдает светлое создание. Нехватка воздуха ярко отражалась на лице ангела, он старался освободиться из цепких рук, что практически удалось.       Дьяволица слегка разжала руки, и мужчина сделал глубокий вдох:       — Ости, не поможет, — ангел закашлялся, ведь эта сумасшедшая уселась прямо на живот, мешая спокойно дышать. Ости с неприкрытой ненавистью смотрела на своего соперника. — Ничего не поможет. Эту боль не унять.       Демон в полной мере ощутила на себе слово божье. Оно пронзало, залезало в какие-то самые тёмные уголки демонической сущности, вытаскивало наружу сокрытые страхи. В этот момент девушке захотелось закричать, обнять себя за плечи и бежать, чтобы не видеть этих пронзительных голубых глаз, которые не осуждали, не попрекали, а прекрасно понимали её боль.       — Да что ты знаешь! — Ости предприняла последнюю попытку защитить себя и своё тёмное нутро. Ей не нужно было чьё-то понимание, не нужна была снисходительная жалость.       — Я знаю всё, — лицо парня было холодным и отрешенным, каким-то строгим, а потом на невинном лице появилась ужасная гримаса боли, той самой боли, которая мучила Ости уже не один год.       Они были слишком похожи, но по-разному выходили из ситуаций. Беспомощно опустив руки на грудь ангела, она долго рассматривала его. Лицо девушки также было напряжено: губы поджаты, брови нахмурены, а в глазах метался зелёный огонь. Понимание того, что ангел одолел её словом и эту битву она проиграла, обрушилось как лавина.       Стиснув челюсть до такой степени, что зубы издали жалобный скрежет, девушка решила выровнять счёт. Она никому не даст делать из себя слабачку!       Оскалившись, дьяволица склонилась над парнем, так что их губы практически касались друг друга:       — Решил полечить мне душу? Как благородно! Я не нуждаюсь в твоих проповедях и молитвах! — в следующий момент она впилась зубами в шею ангела, оставляя там сильный укус.       Как же ей стало хорошо от осознания того, что завтра мальчику с белоснежной репутацией придётся краснеть, заикаться и врать об этой метке. Во рту остался привкус крови, который привел дьяволицу в неописуемый восторг. Злость ангела находилась в самой высокой точке, а вкус его ауры — такой морозный, свежий, как первый выпавший снег, — будоражил рецепторы.       — Ты что творишь?! — взревел Дино, без особого труда скидывая девушку с себя, как надоедливую муху. Схватившись за шею, он злобно посмотрел на демоницу. В этом взгляде уже не было жалости. Сейчас сильнейший из школьного потока был готов сровнять злобную противницу с землей.       — Злобная стерва, — процитировал своего знакомого ангел.       После этих слов девушке захотелось рассмеяться и взреветь от злости. Она только что доказала самой себе, что ангелы — лицемеры; добры только до тех пор, пока им выгодна эта доброта. Однако правда не принесла радости. Почему Ости хотела, чтобы этот ангел оказался не таким? Почему именно его так хотелось доводить до белого каления, чтобы, сорвав с него маску увидеть, что он…       — Придумай что-нибудь оригинальное, Дино, — дьяволица дерзко выплюнула ядовитые слова ему в лицо со всей той болью, которая таилась в груди. Тусклый свет луны из окна освещал пару на полу, светлые волосы юноши были растрепаны и частично падали на лицо, синие глаза неестественно светились, возможно, от прилива адреналина. Проведя по лбу ангела, она убрала непослушные локоны. Ости улыбнулась своим мыслям. — Твой отец прав, держись подальше от таких, как я.       Дьяволица с грустью наблюдала за метанием в глазах Дино. Его взгляд был сильным, непоколебимым, а хмурая складка пролегла между бровей. На данный момент от пережитых эмоций ей больше не хотелось играться с этим молодым ангелом со слишком взрослым осуждающим взглядом.       Встав, она нарочно наступила на живот мужчины, как можно сильнее впиваясь каблуком в тело, нанося ещё одно ранение, теша свою задетую гордость. Развернувшись, она пошла по направлению к выходу, выжигая на подкорке своего мозга возникшую ситуацию как единственный момент слабости в её жизни.       — Ости, я не хотел, — тихо прошептал Дино, но это уже никто не услышал.       Руки ангела предательски задрожали. Он не мог понять только одно. Почему он рушит всё, к чему прикасается?       Парень зарылся в волосы пятерней и как-то болезненно улыбнулся.       «Дурак, какой же я дурак»,— корил себя старший из ангелов. Он не мог забыть те слова, сказанные в сердцах.       «Что же я за ангел, если делаю больно ближнему своему?» — юноша тяжко вздохнул. Он не знал, что делать. Бежать за Ости и молить о прощении? Сделать вид, что всё так и задумывалось?       «Ты поставил на место зарвавшуюся демоницу. Твой отец гордился бы тобой. Ангельское общество одобрило такой поступок», — однако от подобных мыслей становилось ещё гаже на душе.       Придя к себе в комнату Дино быстро вымыл руки и встал на колени перед маленькой статуэткой, которая символизировала Шепфу.       — Шепфа, что мне делать? Как поступить? Я не знаю, я в тупике. Мои желания разнятся с ангельской доктриной, — ответом на вопрошание ангела была тишина.       Однако в голове всплыл голос, такой родной, такой тёплый. У Дино не было матери, так как в ангельском сообществе парные браки были редкостью. Он никогда не видел женщины, которая породила его — наследника Престола Фенцио. В голове всплыло воспоминание о беззаботных земных деньках, когда отца отправляли на задание, а его оставляли на попечительство осведомленных смертных.       Те больше походили на фриков, изгоев. Отношение к потомку апостола и его пассии было таким же. Взрослые шептались по углам, а вот дети кидали обидные словечки в адрес друзей отца, а значит, и его друзей тоже.       Естественно, Дино не мог терпеть подобную несправедливость. Он мог дать отпор обидчикам с лёгкостью, поэтому часто встревал в драки без повода. В одной из подобных драк одному смертному мальчику сильно досталось.       — Зачем ты это сделал, Дино? — в воспоминаниях всплыл очень строгий голос. Молящийся ангел знал, кому он принадлежит.       — Он сам напросился! — маленького Дино трясло от злости и того, что задели его чувства и его друзей.       — И это отлично, что ты постоял за себя и свои идеалы, но посмотри — ему больно. Ты перестарался. Это не та цена, которую надо платить за справедливость, — Дино подтолкнули к плачущему от боли мальчику.       Ангельские воспоминания отличались от человеческих, юноша как будто заново переживал эти деньки, всё было настолько реальным, что он чувствовал запах жасмина, который цвел через дорогу от детской площадки, на которой он проводил месяцы, ведь после разжалования Фенцио буквально пропадал на Земле и Дино был вместе с ним.       — Что надо сказать? — смертный друг отца решил выступить арбитром и рассудить двух мальчишек, которые поссорились из-за пустяка.       — Прости, — произнёс маленький Дино: ему было сложно говорить эти слова, тогда это казалось несправедливым, но сейчас он понял, что готов извиниться перед демоницей за свой некрасивый поступок, за отвратительные слова, которые были брошены сгоряча.       Всю ночь Дино молился, желая лишь одного: чтобы наступило утро и он смог попросить у Ости прощение.