Танец Примирения

      Ости не помнила, как дошла до своей комнаты. Всё было как в тумане, она всё валила на глифт, даже резкий дискомфорт где-то в груди, от которого сводило крылья и пальцы.       По пути встретилась Мими. Заметив, в каком состоянии подруга, та быстро подлетела к ней:       — Ости, ты как? — она взяла демонессу за руку и провела в комнату, в которой, как всегда, было мало света и всё пропитал запах корицы. Положив на кровать, Мими пошла готовить свой фирменный чай, который нравился многим: поговаривали, что даже сын Сатаны приходил за этим к ней.       — Кажется, я перепила, — хозяйка комнаты ухмыльнулась. Перед глазами стоял высокий стан ангела, а на руках ощущалось тепло и лёгкое покалывание. Качнув головой, стряхивая воспоминания, Ости резко встала с простыней и направилась в ванную мыться, надеясь забыться хоть на мгновенье. — Мими, вместо чая неси глифт!       Щелкнув пальцами, дьяволица зажгла небольшие свечи, которые были расставлены на всех поверхностях небольшой мраморной комнаты; мягкие переливы отскакивали от коричнево-графитовых с золотыми прожилками стен, создавая вид капилляров и вен, идущих вдоль стен. Набирая ванну водой, как обычно, девушка добавила свои любимые ароматные масла, пену. Немного пошатываясь, почти элегантно Ости выскользнула из платья, кинув по привычке одежду на пол, забралась в обжигающую воду, позволяя немножко расслабиться. Из комнаты слышалось постукивание бокалов, а также невнятное бормотание маленькой дьяволицы.       — Заведи себе слугу, Ости, — зайдя в душную ванную комнату, проговорила Мими. Она резко остановилась, и серый взгляд дьяволицы проскользил по обнаженному телу подруги: большой округлой груди, остро стоящим соскам, пышным бедрам. Ости была похожа на роскошную черноволосую богиню похоти и соблазна из людских мифов. На щеках дочери Мамона вспыхнул румянец, глаза опустились вниз, затылком хозяйка комнаты почувствовала желание маленькой дьяволицы. Сжав стаканы в руках, Мими подошла к бортику ванной и уселась на него. В руках у неё было два напитка, протянув Ости один запотевший бокал с синеватой жидкостью, маленькая сплетница с нескрываемым интересом спросила: — Что случилось?       Несмотря на произошедшее на вечеринке, Мими нормально относилась к подруге — иногда у неё случались перепады и уровень дерзости и сучести зашкаливал, но такое случалось со всеми демонами.       — Да, там в … — Ости поперхнулась глифтом и закашляла, а может, это было специально, чтобы прервать разговор. Хотя маленькая дьяволица и не отличалась чувством такта, но она не стала донимать подругу и перевела разговор на нейтральную тему.       — Знаешь, я бы хотела, чтобы нас поставили вместе на следующее задание… — Мими, как всегда, говорила с восторгом, щебетала, о том, как хотела бы поучиться у старшей по курсу, но Ости всегда знала, что надо этой малышке. Люцифер уже очень давно занимал мысли глупенькой девушки, стремление сблизиться с сыном Верховного Князя было не таким уж благородным, как она хотела это показать. — …и, конечно, было бы здорово походить с тобой по людским магазинам и…       — Тебе нечем заняться? — лениво спросила Ости, исподлобья смотря на подругу, болтовня которой уже утомляла. Она была погружена в другие мысли, и назойливое возбужденное жужжание малышки уже порядком надоело. Она размышляла о произошедшем, искала пути, чтобы разыграть карты, которые оказались у неё в руках, и не отпугнуть ангела еще сильнее.       — О чём ты думаешь? — спросила в лоб дьяволица с тёмной помадой, и укоризненный взгляд серых глаз пригвоздили Ости ко дну ванной. Чтобы скрыть растерянность, девушка усмехнулась и допила остатки глифта.       — Обычно такие вопросы я слышу после секса, — дьяволица решила сыграть в небольшую игру с малышкой, ведь вкус её энергии кислый, манящий — так хотелось попробовать. Поставив пустой бокал на бортик ванной, привстав, Ости подвинулась ближе к Мими. Сейчас она с игривой полуулыбкой смотрела на подругу, взяв её за руку, игриво провела пальчиками по небольшой ладошке дочери Мамона. Горькое послевкусие от неудачи затмевало разум, подвернувшаяся под руку хрупкая дьяволица была бы прекрасной заменой на сегодняшнюю ночь. — Но почему-то ты до сих пор одета.       Младшая перехватила руку Ости и стала массировать ладонь: пальцы, плавно скользя вверх, затрагивая предплечье, аккуратно коснулись плеча, но не позволили себе большего. Поглаживания были нежными, согревающими, расслабляющими.       — Но это же легко исправить, — игриво проговорила хрупкая дьяволица, придвигаясь к лицу подруги. Ости оскалилась, обнажая белые ровные зубы, разум был немного затуманен, но это было только на руку. Эмоции Мими, лёгкое возбуждение будоражили её.       Ости подалась вперёд, одновременно потянув на себя Мими, захватывая губы девушки своими. Дочь Мамона не нужно было приглашать дважды — с ярым остервенением та завладела ртом подруги. Сознание Ости перевернулось, она ощущала кислый привкус малины на своём языке, руки хрупкой демонессы легли на шею и плечи, стали плавно спускаться и ласкать грудь, аккуратные соски. Ости простонала.       Рука легла на живот сокурсницы, ловкие пальцы стали помогать Мими избавиться от тугого корсета. Дыхание девушки было прерывистым, немедля она стала дарить еле весомые поцелуи скулам и основанию шеи Ости, слегка прикусывая кожу и пробуя энергию на вкус. Ости провела рукой по животу демонессы и её аккуратной груди, ласково, не торопясь, массируя её, заставляя приглушенно постанывать на ухо.       — Ости, — проскулила дьяволица, быстро избавляясь от надоедливых штанов. Возможно, Мими хотела присоединиться к подруге в ванной, чтобы продолжать дарить ей ласку, но у близкой подружки Люцифера были другие планы. Ости, прерывая ласки, встала из ванной. Возвышаясь над своей подругой, нежно провела по скуле, аккуратно заправляя выбившуюся прядь за ухо. Округлые черты лица дочери Мамона казались ещё наивней под мягким светом свечей, но глаза, в которых плескалось раскаленное серебро, блестели от разыгравшегося возбуждения.       — Не спеши, у нас вся ночь впереди, — хрипло прошептала дьяволица, намотав длинные волосы девушки на кулак, со всей своей страстью накинулась на губы малышки, покусывая их, плавно проникая языком в рот своей спутницы на эту ночь. Ладошки Мими легли на талию партнерши, проскользив вниз, острые ноготки вырисовывали неизвестные узоры из светло-розовых царапин на бедрах и ягодицах. Сместив свою руку немного вперёд, она дотронулась до разгоряченного лона статной чертовки, проводя пальцами по влажной промежности, находя небольшой комочек нервов. Мими была нетерпелива и напориста, от чего Ости прорычала, горя от желания попробовать её на вкус, вылезла из ванной.       Страсть накрыла двух обнаженных девушек с головой, и как только ноги Ости опустились на прохладный мраморный пол, Мими с желанием накинулась на подругу, припечатывая её к небольшому комоду, в котором обычно хранились полотенца. Мелкие масла и бутылочки, стоявшие наверху, пошатнулись и упали на пол, но ни звон, ни острое стекло не могли остановить двух разгоряченных бестий.       Ости, повинуясь своему возникшему желанию, поменялась местами с Мими, усадила последнюю на поверхность комода, руками заставляя её широко раскинуть ноги. Дьяволица не торопилась, она ласково целовала шею, ключицы и небольшую грудь подруги.       — Как же это приятно, — Мими сладко застонала, когда зеленоглазая стала ласкать и посасывать сосок сперва на одной, потом на другой груди. Всё, что оставалось Ости, — это слегка усмехнуться, спускаясь ниже.       Она нарочно тянула время, мучая своими ласками однокурсницу. С остервенением поцеловав внутреннюю часть бедра подруги, оставляя влажные следы, плавно перешла с поцелуями на лоно. Мими громко втянула в себя воздух, когда сперва почувствовала лёгкое прохладное дуновение воздуха на разгоряченной промежности, невесомые поцелуи на половых губах, а потом ловкий язык Ости пробежался по небольшому комочку нервов. Внизу живота статной дьяволицы горела истома, но она хотела сперва подарить своей подруге такое желанное наслаждением, с удовольствием посасывая энергию своей подруги, плавно очерчивая языком неизвестные никому рисунки.       Управляемая страстью Мими была как вкусная спелая малина, которая, оказавшись во рту, будоражила рецепторы своей кислинкой и насыщенным послевкусием. Пальцы совратительницы вторглись в лоно Мими, и та, хватая себя за грудь и играя с сосками, сладко простонала, голова была откинута назад.       Стоны дочери Мамона становились всё громче и громче. Желая получить всю ласку дьяволицы, она придвинула свои бедра ближе к краю, чтобы было удобней получать удовольствие, которое дарили губы, язык и пальцы любовницы. Ускоряясь, пальцы двигались быстрее и быстрее, Ости пришлось вцепиться в бедра подруги, заставляя ту не ерзать.       Резкий крик прервал влажную тишину, тело напряглось и расслабилось в один миг, бедра младшей демонессы задрожали и инстинктивно захотелось свести ноги, но Ости не позволила этого сделать, целуя каждый открытый влажный участок кожи подруги.       — Иди сюда, — Мими заставила переместиться Ости наверх и нежно поцеловала её губы, языки дьяволиц снова переплелись, и вкус собственной смазки ещё сильнее разжег страсть в девушках на долгосрочное ночное продолжение.       Лоно Ости горело, ей срочно хотелось получить свою порцию ласк, ноги подкашивались от желания ощутить маленький ротик Мими ниже своего живота. Будто бы прочитав мысли, хрупкая демонесса схватила любовницу за руку и повела в просторную тёмную комнату.       — Ложись, — командным тоном проговорила дочь Мамона, что вызвало мягкую улыбку.       — М-м-м, так ты решила командовать мной на моём же поле, — хозяйка комнаты по-царски уселась на кровать, опираясь на руки, и снизу вверх наблюдала за сомнениями близкой подруги. — Занятно…       Она не успела договорить, как ротик дьяволицы заткнул её. От такой наглости и страсти, которая горела огнем во всём теле, заставляя тягучую вязкую магму течь по венам, Ости мучительно простонала, желая наконец-то получить свою порцию удовольствия. Мими стала дарить влажные поцелуи своей партнерше, ощущая яркий, будоражащий рецепторы оттенок её энергии: резкая, дерзкая смесь ароматов аниса и корицы.       Демонесса стала спускаться ниже, целуя ключицы, пышную грудь подруги, очерчивая кончиком языка ореолы, играясь с остро выпирающими сосками зеленоглазой. В очередной раз Ости словила прилив желания, внизу живота завязался тугой узел, заставляющий сводить ноги, ерзать на прохладных простынях. Она не хотела просто получить девичью ласку, такую же, как она недавно дарила Мими, дьяволицы желала большего.       В полумраке своей комнаты, не переставая получать удовольствие от пробуждающих тянущее влажное желание поцелуев, резко открыв свою прикроватную тумбочку, в которой хранила свои разнообразные игрушки. Ости знала, что искала: отливающий на свете серебром продолговатый предмет средних размеров. Нащупав прохладный предмет, вытащив его, бросила рядом с собой на кровать, ожидая реакции Мими. Хрупкая демонесса, оторвавшись от целования плеч и груди подруги, с энтузиазмом посмотрела на хозяйку комнаты. Поймав ход мысли и даже не переговариваясь с подругой, она с нетерпением стала спускаться ниже.       Ости, откинувшись назад с глухими стонами, подставляла своё тело под поцелуи, губы Мими дошли до разгоряченного, влажного, пульсирующего желанием островка. Язык девушки скользнул вниз, собирая влагу, с громким стоном Ости раскрыла ноги шире, давая своей подруге карт-бланш для действий. Пальцы любовницы легли на разгоряченное лоно, в мучительной пытке стали водить вдоль, заставляя Ости изнывать от желанного проникновения. Простыни были смяты, длинные чёрные волосы прилипали к телу, комната наполнили ароматы кислой малины и терпкой корицы.       Мими была очень умела, её ласки приносили удовольствие, но оно было заурядным, таким же, как со всеми. Ости всматривалась в темноту комнаты, туда, где был полный мрак, и вдруг из темноты вышел строгий ангел. Он безмолвно стоял и смотрел на то, как девушки отдаются похоти и страсти.       Дочь Мамона резко вцепилась в бедра юной особы, оставляя красные следы, в этот момент от приятной боли морок растворился. Бестия с громким стоном выдохнула, когда услышала рядом со своим ухом слегка хрипловатый голос Дино:       — Какая же ты собственница, Ости, — взгляд был холоден и непроницаем. Его рука скользнула по плечам Ости, разжигая пожар в демонице. — Пометила, значит, теперь счастлива?       Девушка быстро посмотрела вниз и поняла, что это фантазия, наваждение, запретное желание, игра разума.       Хотя Ости имела множество разных контактов с демонами разного пола, для неё похожие игры были не впервой, но сегодня было что-то не так. Не смотря на опытность подруги и осознание, что это Мими ласкает её, мысли дьяволицы с каждой волной страсти возвращались к воспоминаниям о небольшой стычке с ангелом. Широкие мужские плечи, распущенные волосы, синие как море глаза отпечатались в подсознании девушки. С каждым поцелуем и прикосновением острого языка Мими дьяволица желала, чтобы все эти действия делал он — Дино.       Эротическая фантазия казалось очень реальной. Юноша не старался как можно быстрее завладеть Ости, её телом, наоборот, только смотрел, иногда пальцы мнимого Дино проходились по бархатной коже разгоряченной бестии, от чего та начинала стонать ещё больше.       — И где же ты хочешь, чтобы я тебя потрогал? Здесь? — юноша подарил еле ощутимый поцелуй за ушком.       — Здесь? — указательный палец морока скользнул по вспотевшей шее демоницы, от чего та вцепилась в голову своей партнерши, прижимая её как можно сильнее к себе.       — Может быть, здесь? — шершавые пальцы стали очерчивать круги на груди, еле касаясь сосков. Пальцы подозрительно умелого ангела скользнули по животу и проникли в лоно девушки.       Заскулив от томительного ожидания, она подалась вперёд и почувствовала жалящее своей прохладой проникновение. Выгнувшись в спине, сильнее насадилась на своё недавнее приобретение. С губ сорвался стон, движения малышки Мими стали активнее, поцелуи откровеннее, с каждым движением Ости уже не различала грани реальности и воображения.       Если змей-искуситель существовал, то она готова была поклясться, что сейчас её подталкивали к нарушению самых главных запретов и догм. Ости лишь на мгновение прикрыла глаза, а когда открыла, то её явственная фантазия уже нависла над ней, коварно улыбаясь. Юноша склонился над девушкой так, что можно было почувствовать жар ангельского тела, как дыхание обжигает её шею, а пшеничные волосы щекочут грудь.       —Ну же, произнеси моё имя, — Ости понимала, что это наваждение. Руки метались по кровати и не могли найти точку опоры; крепкие плечи девственника, его сильные и грубые руки, мощный торс — она желала, чтобы капризные губы касались внутренней стороны бедра, целовали и дарили ласки её разгоряченному от соития телу. Сейчас ей было очень хорошо, но почему-то гребанная фантазия никуда не хотела уходить.       — Ах, Д… — с губ Ости слетел полустон. До крови прикусив свою щёку, она почувствовала тяжёлый металлический привкус. Морок злобно заулыбался, уже чувствуя себя победителем. Ещё чуть-чуть — и она потеряла бы контроль. — Дьявол.       Толчки стали резкими и такими желанными, Мими растягивала момент, она игралась с ней, заставляя лавировать на грани.       — Плохая девочка, — с некой смешинкой в голосе произнесло наваждение, растворяясь в воздухе, как будто его никогда и не было.       Грубый толчок, прикосновение языка, с громким надрывным стоном главная стерва школы выгнулась, ловя волну оргазма. Мими, не прерывая поцелуй, вытащила игрушку, кинув её на постель. С некой благодарностью стала осыпать поцелуями живот, грудь и шею Ости. Сведя ноги вместе, та старалась продлить тянущийся момент сладости и грехопадения. Прижавшись к своей подружке, Мими провела носом по шее подруги.       — Ты такая вкусная, Ости — хрипло прошептала демонесса, даря невесомый поцелуй за ушком.       — Я знаю, — лукавая улыбка появилась на искусанных губах. Ответ удивил дочь Мамона, она по-детски ожидала услышать ответный комплимент и недовольно посмотрела на подругу.       — Не люблю, когда ты так отвечаешь, — наивно протянула Мими, ложась на свободную часть кровати, рядом с подругой, выпуская её из объятий.       Ости, облокотившись, ласковым взглядом пробежалась по разгоряченному телу рядом и издала подобие усмешки.       — Я не успела тебя распробовать, — прошептала она, даря нежный поцелуй партнёрше.       Ночь пролетела незаметно, каждый акт соития прерывался короткими моментами сна и недолгими разговорами о пустяках. Так было всегда. Несмотря на свою наивность, Мими была одной из самых опытных дьяволиц, которые попадались Ости.       Рано утром, несмотря на головную боль и лёгкую слабость, Ости чувствовала себя прекрасно, тени непонятных ей чувств снова скрылись за тёмной дьявольской душой. Воспоминания о ночных приключениях снова всплыли в голове, и на губах появилась удовлетворенная улыбка. Зацелованные губы Мими аккуратно коснулись плеча Ости, потом ещё раз и ещё раз, пока последняя не обратила не неё внимание.       — Доброе утро, — хрипло проговорила Ости, нежно гладя ладошку дочери Мамона.       — Я знаю, как сделать его ещё добрее, — прошептала Мими, привстав на локтях, быстро провела своим юрким язычком по истерзанным губам Ости, захватывая нижнюю для поцелуя. Та не стала сопротивляться и просто позволила языку проникнуть в свой рот, прижавшись к ближе к ненасытной подруге. Она уже хотела оседлать её, как раздался громкий стук в дверь.       Оторвавшись друг от друга, дьяволицы удивлённо уставились на дверь. С нежеланием хозяйка комнаты встала с постели, чтобы открыть незваному гостю.       Желание выйти обнаженной приятно зудело где-то между лопатками. Поддавшись порыву произвести некий ажиотаж, Ости сразу направилась приветствовать нежданного утреннего посетителя.       Резко открыв дверь, она, как и подозревала, увидела Дино. Ангел уже было открыл рот, чтобы что-то сказать, но из лёгких как будто выкачали весь воздух. Он не ожидал с утра пораньше вляпаться в приключения. Он уже час как наворачивал круги по общежитию. Признаться, ему было сложно просить прощения у демона за свой длинный язык, свою несдержанность.       Однако, как только из темноты своей комнаты вышла девушка, спокойствия в парне становилось всё меньше, из головы вылетели все мысли и слова, которые он заготовил для того, чтобы закопать топор войны. Абсолютно голая демонесса предстала перед ним. Глаза Дино беспорядочно метались, ведь само сознание не могло понять, как надо действовать.       — О Шепфа! — юноша тут же стал активно рассматривать фрески на потолке.       Однако как бы заинтересованно Дино не рассматривал произведения искусства, всё равно глаза уставали и приходилось фокусироваться на других вещах. Ему сейчас поочередно нравились не только фрески на потолке, но и до блеска вымытый пол или же статуя слева и дверь справа. Доводилось краем глаз цепляться за прелести, которые дьяволица так нагло решила продемонстрировать.       — Так, так, так, кто это тут у нас? — лениво прислонившись к дверному проёму, Ости ещё сильнее усмехнулась возникшей ситуации. Буря, которая бушевала в глубине души, утихла благодаря нежным утешениям подруги, и вместо неё появилось очередное желание дразнить юношу. — Наш маленький ангелочек Дино.       За несколько секунд она отметила всё: распущенные волосы, которые аккуратно лежали на плечах молодого ангела, перепуганный взгляд, который отражал весь его страх и внутреннюю панику, скрывающуюся за маской напускного безразличия.       Не смотря на произошедшее в библиотеке, Ости не могла отрицать того факта, что мысли об ангеле в последнее время крутились у неё голове всё чаще и чаще, причём с достаточно пикантными подробностями.       — Ты бы не могла… — Дино запнулся на половине фразы, его голос звучал очень приглушенно, сходя на шепот, так как он осознал, что в комнате кто-то есть — скорее всего, Люцифер. Сердце ангела перестало биться.       «Святые престолы, что мне сейчас говорить её парню? Зачем я пришёл в такую рань? Я шёл на тренировку. А почему после тренировки не зашёл?» — дальше мозг юноши издавал просто истошный крик паники и отчаяния. Он же просто хотел извиниться за своё поведение! Почему рядом с Ости все ситуации становились чуточку извращёнными?       — Нет, не могла, — подавшись вперёд, двинулась навстречу к ангелу.       Не боясь, что кто-то её увидит, Ости вышла в прохладный холл, от чего на нежной коже появились мурашки. Зоркий взгляд отметил, что укус, который она нанесла несколькими часами ранее до сих пор не зажил, тихой поступью она приблизилась к ангелу, который упорно не смотрел ниже уровня её головы, его лицо стало мраморно-бледным.       — Вижу, что мой подарок тебе понравился, — она нежно провела пальчиками по абрису укуса, на месте которого возник ярко-фиолетовый синяк. Острота ситуации, возбужденное ночными приключениями сознание, а также присутствие парня пробуждали лёгкое волнение. Позади послышался шелест одеяла, у ангела в голове возникла истеричная мысль, что сейчас из комнаты появится Люцифер, но интимный момент прервал заинтересованный голос Мими:       — Кто там, Ости? — она вышла в коридор, чтобы увидеть пришедшего, от неожиданности встав на месте, поднимая смятую простынь чуть ли не до подбородка. — Ой, Дино.       Дочь Мамона знала, каким бывает этот ангел, когда нарушают спокойствие на территории школы, а импульсивная выходка подруги выходила за все рамки приличия.       Небесный житель от отчаянья прикрыл глаза, а мозг завопил:       «Всё, Дино! Твоя репутация, твой авторитет сейчас уничтожается навсегда. Пи…» — даже в мыслях юноша не мог от души поругаться, ему это казалось чем-то непотребным.        Ангел словил себя на мысли, что лучше бы это был Люцифер. Он уже знал, как себя вести с демонами, подобными сыну Сатаны, и его собачками.       — Да, Дино, — желание Ости побыстрее свести с ума этого девственника билось в голове ещё со вчерашнего дня; разобраться с этим и закрыть свой неугасаемый интерес к его персоне. Прижавшись к ангелу грудью, встав на носочки, еле доставая до уха, прошептала: — Не желаешь к нам присоединиться?       Чем сильнее становился напор этой развратной стервы, тем спокойнее и холоднее становился Дино. Предложение, которое было произнесено вслух, шокировало не только старосту, который только чуть пошатнулся от подобных слов и предложений. Казалось, ангел совершенно перестал дышать — Ости отметила, как венка на его шее билась из-за активного кровообращения.       Староста встретился взглядом с Мими. Она сама опешила. Такие выходки очень жестоко карались школой. Само предложение о соитии ангела и демона могло стать причиной административного разбирательства. Минимум, который светил такому умнику или умнице: годы отработки, всеобщее порицание, невозможность занять хоть какую-либо значимую должность.       — Ости, что ты делаешь? — голос дочери Мамона звучал испуганно, но Ости почувствовала распаленное желание подруги.       — Не играй в недотрогу, — демонесса оглядела Дино с ног до головы, не желая делиться этим мужчиной с подругой. Хотелось быть первой, собственническая натура взыграла у неё внутри. Мысль о том, что, может, ангел сломается при таком раскладе, не покидала. — Присоединяйся, можем славно повеселиться.       Мими, побоявшись реакции старших демонов, запихнула свой страх наказания подальше. Подойдя к девушке сзади и, прикрыв её наготу большим тёмным покрывалом, стала нежно целовать светлую шею, наблюдая, со смесью страха и возбуждения, за стоящим на расстоянии вытянутой руки ангелом. Ости томно простонала ему на ухо, почувствовав ритмичные поглаживания внизу живота.       В какой-то момент Дино надоел этот спектакль. Парня не устраивало, что все так и хотят пошутить по поводу его неискушённости, неопытности. Прикосновения демоницы вызывали отторжение. Стало противно. Теперь он понимал, почему между ангелами и демонами не может быть даже дружбы. Девушкам нравились подобные игры, а вот ему хотелось обработать себя всего каким-нибудь обеззараживающим эликсиром, чтобы точно не подцепить ничего от этих двоих.       — Пойдём, — Ости поцеловала шею молодого ангела и, взяв за руку, потянула в сторону комнаты, сгорая от желания снять с него всю эту одежду и отвлечь от учёбы, зубрежки и медитаций хотя бы на несколько часов.       Дино быстро отшатнулся от двух демониц. Глаза парня были полны какого-то странного ужаса. Ему было не страшно от того, что они могут нарушить закон. Нет, ему было страшно, что в этом царстве похоти и эгоистических желаний не будет никогда света и места для правильных эмоций. Становилось грустно от осознания этой жестокой правды.       Дино посмотрел на Ости с какой-то печалью и тоской, ведь он на мгновение поверил, что эта ядовитая демоница не такая, что она может чувствовать и понимать больше. Она не совсем демон, как и он не совсем ангел, ведь они пережили схожие трагедии в жизни. Такие события оставляют след в душе раз и навсегда.       Однако после разочарования пришли злость и гнев — праведный гнев, который жестоко карал нарушителей правил, баланса, границ.       — Пойдём, — тихо произнёс парень, хватая совратительницу за предплечье, со всей силы сжимая его. Мысленно Ости ликовала быстрому согласию, сердце забилось сильнее, и, даже несмотря на ноющую боль в плече, была довольна результатом.       Дино понял человеческую поговорку о том, что благими намерениями вымощена дорога в ад. Он хотел извиниться, но сейчас своими же руками делал ещё хуже: накалял ситуацию до абсурда, до открытого конфликта между сторонами.       — Кого, — ангел поперхнулся от того, что хотел произнести, но это было необходимым, ведь если он сейчас не поставит заносчивых демониц на место, жить в этой тюрьме станет ещё хуже, — мне первым использовать? Вы же этого хотите?       — Дино, ты делаешь мне больно, — прорычала Ости. Юноша сильно сжал руку, до того состояния, что кожа под его пальцами пару раз сменила цвет. Он отпустил стальную хватку только тогда, когда девушка сама начала вырываться.       Панику в глазах Мими было не передать словами. Кажется, она уже думала, как сбежать в ад на несколько неделек, пока вся эта ситуация не уляжется. Она отошла на пару шагов назад, оставляя подругу разбираться с ангелом один на один. Ости чувствовала эту перемену в настроении. Эту напускную строгость и правильность, от которой неприятно сводило желудок.       Дино смиренно стоял и смотрел на девушек, которые думали, что уже выиграли, что он стушуется, покраснеет, побежит звать папочку, жаловаться на нарушение законов, но только смерил их холодным взглядом. Его взор был безжизненным. Любовницы могли подумать, что белокрылый ввел себя в боевой транс, а это было скверно для всех обитателей общежития. На ангельском лике появилась не характерная злобная улыбка — улыбка победителя.       Парень не собирался бежать от схватки, тем более на кону уже стояла его репутация, ведь Мими явно разболтает всем об этом инциденте, так пусть будет то, что языкатая демоница захочет утаить, а именно предложение Ости о соитии.       — Посмеялись? Над неопытным краснеющим мальчиком. Неискушенным. Правильным зазнайкой, который тушуется при виде женского пола, — ангел с болью посмотрел в изумрудные глаза. Однако во взгляде парня не было злобы, только горечь от разочарования. Могло показаться, что Дино управляет кто-то другой или же он под чьим-то внушением.       — Убирайся, Дино, — Ости сложила руки на груди, желая прикрыться от ненавидящего взгляда ангела. Её план опять провалился. Досада от проигрыша терзала её. Ища поддержку и защиту от подруги, она отступила на несколько шагов назад, но ангел не ушёл.       Наоборот, юноша горделиво встряхнул крыльями, прижав их к спине. Это был скверный знак: такое положение крыльев говорило о том, что их носитель зол. Староста дал себе зарок, что никому не даст усомниться в чистоте своих намерений, а также никому не даст разрушить его кристально чистую репутацию.       Дино сделал первый шаг навстречу отшатнувшимся девушкам, приговаривая:       — Естественно. Вы же только и умеете, что глумиться над слабыми, немощными, бесправными, чтобы не чувствовать себя ущербными, ведь вы — не любимые дети Шепфа, — юноша перевел взгляд на Мими, которая побагровела от злобы.       — Не смей так говорить! — воскликнула дочь Мамона, собираясь силами пойти в атаку, но спокойный, убийственно-холодный взгляд старосты остановил её.       — Не советую, Мими, или ты лишишься рук в тот самый миг, как только замахнешься на меня, — в Дино бурлила злость, но она была другой — праведной, безэмоциональной. Он знал, куда бить, чтобы было максимально больно.       Сравнявшись с Ости, одарил её взглядом, полным безразличия, как будто смотрел на ужасную картину или слушал неинтересную лекцию. Он знал, что она боится равнодушия.       — Я лучше субантре дам себя поцеловать, — Дино чеканил каждое слово, чтобы пронзить сердце зарвавшейся демоницы. — Она не виновата, что живёт инстинктами. Шепфа создал её такой. Это его замысел. Разве демоны были созданы для того, чтобы жить инстинктами?       С каждым словом ангел надевал на себя личину другого существа, которое умеет резать без ножа. Он не знал, что в нём говорило больше: обида или фемида.       — Так вперёд, Дино, — Ости приняла эту праведную игру, не боясь его равнодушия и колких слов, расправила крылья, показывая, что его угрозы не волнуют, и двинулась на ангела. Зелёные искры с ненавистью выверяли шанс убить этого недотрогу, она уже жалела, что не сделала этого в библиотеке. — Уверена, Субантра устроит тебе незабываемые впечатления.       Колкие замечания не доходили до сознания Дино, казалось, что с девушками общается не кто иной, как Шепфа.       — Алчные, сладострастные, вечно жаждущие утех во грехе, не уважающие ни себя, ни родителей своих. Шакалы. Вы — хуже людей. Они способны любить и сострадать. Вы же умеете только потреблять, ничего не давая взамен, — ни на минуту не разрывая зрительный контакт с демонессой, которая унизила его несколько раз за сутки.       Сравнение с людьми заставил дьяволицу сжать челюсть сильнее, взгляд стал жестче. Она уже хотела выполнить то, что побоялась сделать Мими, — напасть на ангела, но аккуратная ладошка легла на талию, отрезвляя.       — Не здесь, — произнесла Мими одними губами так, чтобы никто кроме подруги не услышал этого. Девушка отвлеклась на подругу, всё же дочь Мамона была права — надо было остыть.       — Ости, — Дино резко обратился парень к ней. В коридорах было так тихо, что имя эхом разнеслось по холлу. Холодный голос прошёлся по всему нутру дьяволицы. Заставляя её усмирить свой гнев и со скрытой злобой посмотреть на ангела.       — Я был лучшего о тебе мнения, — после этого юноша развернулся и пошагал прочь, кинув через плечо напоследок: — Славно, что я ошибался, — было всё равно, что подумает Ости, что расскажет всем Мими.       — К слову, я не расскажу отцу, что случилось в библиотеке. Надеюсь, инцидент исчерпан, — больше Дино не хотел находиться ни минуты рядом с этими двумя демоницами. Ему захотелось снова в душ, отмыться от той грязи, что произошла только что.       — Ты пожалеешь о своих словах, — успокоив свою ненависть, произнесла дьяволица. Дерзкая улыбка расплылась на губах. Позади раздался тяжёлый выдох подруги, Ости повернулась к ней лицом, ожидая лавину недовольств.       — Что это было?! — Мими закуталась в одеяло сильнее, глаза зло блестели в ожидании обоснованного ответа.       — Не бери в голову, — девушка усмехнулась старой шутке, которую постоянно говорили в таких ситуациях. — Бери в рот.       Ости действительно хотелось смеяться, настроение было странно приподнятым. Зайдя в комнату, она направилась в ванную, не закрывая за собой дверь. Мими зашла следом.       Желание обеих дьяволиц угасло, продолжать интимную игру после слов ангела совсем не хотелось. Включив душ, она смывала с себя пот, влагу и неприятное ощущение на коже, которое появилось после стычки в коридоре. Из комнаты доносилась ругань подруги, которая сражалась с застежками на корсете.       — А что за инцидент произошёл в библиотеке? — задала свой вопрос появившаяся в дверном проёме Мими.       — Ничего особенного, мы с каким-то первокурсником помешали нашей библиотечной крысе зубрить уроки, — нараспев сказала Ости, ловя заинтересованный взгляд.       Как бы ей не хотелось снять напряжение с тела, но опаздывать на занятие Геральда никто имел права. Поэтому, проигнорировав её, отправилась собираться на очередное практическое занятие.