Танец Примирения

      Долгое время место Дино на занятиях пустовало. Сперва Лилу очень плакала, а потом вечно срывалась на мелких демонах, которые не могли ей дать сдачи.       Ади и Сэми, а за ними и Мими оторвались от компании Люцифера. Девушка не смогла простить её предводителя за то, что он сделал с Ости и Дино, как он надругался над самым прекрасным чувством — любовью.       Правда и Люцифер после слушания пропал на пару месяцев. Поговаривали, что Сатана очень жестоко наказал его за проигрыш.       В одно утро на пороге школы появился советник Родент. Он, опираясь на трость, подошёл к Фенцио и, слегка склонив голову для приличия, протянул маленький ларец.       Как только Фенцио открыл шкатулку, то на его лице заиграла мерзкая улыбка. Ангел был доволен и удовлетворён.       — Все разногласия улажены? — тогда никто даже не догадывался, о чём толкуют эти два создания.       — Да, — стиснув зубы прошипел обычный учитель.       — Во имя равновесия, — советник Сатаны поклонился ангелу и был таков.       Развернувшись, Родент услышал фразу:       — Во славу его, — просипел отец Дино.       — Я передам Сатане ваш ответ.       После этого инцидента всё улеглось. Фенцио оставался тем ещё уродом, но меньше кошмарил и без того забитых студентов.       В течение года к бывшему Престолу лучше было не подходить. Он не особо церемонился с учениками, был груб и скабрёзен, однако это никого не пугало — таким он был уже долгое время.       Про Ости как будто все забыли: ангелам она была чужда, Люциферу было не до неё, а Мими так и не смогла попросить прощения за свой длинный язык.       Каждый день демоны терялись без предводителя, а вот ангелы набирали силы. Лилу, отойдя от шока, взяла руководство школой на себя. Если Дино всегда закрывал глаза на мелкие каверзы демонов, то во время старостата Лилу школа превратилась в концлагерь.       Во время отсутствия Дино ангелы как озверели: стоило кому-то из демонов пошутить по поводу их «предводителя», как того били сразу жёстко и беспощадно.       Шоком было случай, когда Лилу сцепилась с Люцифером. Если бы не Мими, то, скорее всего, девушку-ангела пришлось бы собирать по кускам, а вот сына Сатаны ждал срок.       Чтобы не накалять обстановку, учебный совет решил перевести Люцифера на «продвинутый» уровень обучения.       Только тогда всё стихло. Улеглось. Конечно, благодаря усилиям Геральда и Мисселины, которые просто растаскивали по углам конфликтующих демонов и ангелов.       Он вернулся в один из самых обычных дней. Вся школа жила по своему расписанию. Год близился к концу, и экзамены заставляли многих учащихся трудиться в поте лица, чтобы получить у Фенцио заветный пропуск на следующий курс.       Лилу бежала на пары, ведь она по старинке проспала, но теперь никто её не мог отмазать, как обычно это делал Дино.       Посредине холла стоял незнакомый ангел, высокий и широкий в плечах, неподвижно созерцающий статую Равновесия.       — Извините, вы… — Лилу боялась ошибиться, ведь только белые волосы, аккуратно собранные в пучок, напоминали ей хорошего друга.       — Лилу? Я думал, все на занятиях. Тут так тихо и спокойно, что задумался, — сказал знакомым голосом ангел. Всмотрелась в лицо, которое полностью заросло бородой, и глаза заблестели от слёз.       — ДИНО! — выкрикнула девушка. — ЭТО ТЫ! ТЫ ВЕРНУЛСЯ!       Ангел протянула худенькие ручки к дорогому другу, но тот отшатнулся, быстро сделав шаг назад.       — Приятно было увидеться, Лилу, — Дино, быстро взяв сумку, отправился к комнате, в которой не был год. На удивление она оставалась такой же, ничего не поменялось.       — С возвращением, сын, — тихо произнёс голос за спиной.       Однако теперь крылья ангела даже не шелохнулись. Теперь этот голос не вызывал никаких эмоций: ни страха, ни желания биться за свои идеалы, ибо идеалов не осталось.       — Отец, — возмужавший ангел повернулся к родственнику и ударил себя по груди в знак приветствия, при этом склонив голову.       Фенцио было попытался что-то сказать, но, сжав губы, тихо прошипел:       — Через пятнадцать минут у меня на уроке, — после чего развернулся и ушёл.       Раньше пятнадцать минут для ангела было так мало — теперь это целая вечность. Он успел освежиться, побриться, переодеться и прибыть на урок вовремя.       Зайдя в класс, он услышал радостный шёпот со стороны ангелов и злобное шипение демонов, но это ни капли не трогало. Он выбрал место около окна и сел один. Расправив крылья так, чтобы рядом никто не расположился.       Теперь Дино пребывал один. Он не подпускал к себе никого, кроме своего отца, но и с ним говорил холодно и отчуждённо. Не было страха, но и уважения к учителю Фенцио не прибавилось.       Отныне юноша не встревал ни в какие разборки, он не защищал Непризнанных и не отстаивал права ангелов, на насмешки ему было всё равно. Вскоре он снова пропал. Всех оповестили, что Дино учится на продвинутом уровне вместе с Люцифером.       Теперь присутствие уже не мальчика, но мужчины стало на общих уроках крайне редким явлением.       Так прошёл ещё год. Постепенно Дино стал таять и уже более охотно шёл на контакт с Непризнанными, даже иногда подучивал их чему-нибудь, а вот небесные дружки и демоны оставались за бортом.       Спустя некоторое время юноша научился вести светские беседы с сокурсниками.       В конце этого года был объявлен традиционный бал, на который как всегда все должны были прийти со своей стороной.       Дино подчёркнуто демонстративно явился один, хотя это не отменяло того факта, что его вечная подружка Лилу кружилась рядом с ним и сливками ангельского общества, которые посетили этот бал.       Праздничный зал был по обычаю украшен воздушно и помпезно. Казалось, что праздник жизни принадлежит только светлой стороне Академии. Старинные светильники освещали весь зал, но из-за непогоды на улице это не спасало от серой промозглой холодной поволоки.       Всё шло своим чередом: демоны шалили, а ангелы их корили, непризнанные толпились где-то в уголках залы, боясь с кем-либо заговорить.       Зазвучали первые аккорды, и сердце ангела пронзила дикая боль. Это был Танец Примирения — танец, с которого началась вся эта долгая история, которая так сильно отразилась на его душевном покое.       Дино было засобирался выйти на балкон подышать воздухом, ибо ему становилось дурно от данного ритма.       Однако звонкое постукивание злата стал чётче отдаваться в его ушах. Ему не надо было гадать, кто позовёт его на танец. Демонесса Мими, которая не столь давно приняла часть обязанностей демона Мамона и теперь всем своим видом показывала, что заведует отчасти казной Ада. Это был династический наряд, шелест денег заполонил всё помещение и остановился как раз около него.       — Танец Примирения. Демон выбрал своего ангела, — Мими протянула свою руку, которая подрагивала от перенапряжения. Он сразу смекнул, что девушка чего-то боится или сильно волнуется.       — Ангел принял желание демона на Примирение, — произнёс Дино, быстро уводя девушку от своего отца, который явно хотел уже высказать юной особе пару ласковых слов.       Пара стала в позицию и стала плавно передвигаться по залу. Мими время от времени вздрагивала.       — Зачем ты позвала меня на танец? Тебя кто-то заставил это сделать, Мими? Почему ты дрожишь? — он вёл демоническую леди по залу, ни разу не взглянув ей в глаза.       — Это я рассказала Люциферу про вас с Ости. Прости меня, — теперь по интонации небесный житель понял, что Мими не боялась, она еле сдерживала слёзы.       Дино было открыл рот, чтобы что-то сказать, но слов не было. Он не знал, что ей ответить. Он не был в обиде, он не был в ярости. Это было ожидаемо от демона — вот что он усвоил в Горах.       Демоны — низкие создание, они не чураются ничего, чтобы выжить. Теперь мужчина не верил этим речам, этим слезам. Всё это было ложью. Ложь — сама цель, демоны лгали ради факта лжи, им не нужны были причина или повод.       — Прости меня, я клялась Ости, что не скажу, но глифт развязал мне язык. Глифт и обида на Люцифера, — знакомое имя заставило парня раз сбиться с ритма. — Я ему сказала, что его никто не любил, даже его любовница Ости, что она любит тебя, потому что ты лучше. Я не думала, что он пойдёт стучать, что он напишет донос.       — Меняемся, — отчеканил юноша и перешёл к другой партнёрше.       В один момент в его руках оказалась до боли знакомые формы девушки. Сам того не желая, Дино опустил свой взгляд и увидел ту самую демоницу, что уничтожила и растоптала его сердце.       Сейчас на Дино смотрело другое создание, от которого было неуютно и тяжело. У этого создания были такие же, как у него, холодные пустые глаза. Беспристрастно смотрящий зелёный омут, горделивый, но пустой, словно краски покинули душу.       За короткие пару тактов танца перед глазами пронеслись картинки прошлого. Слова Мими как отбойный молоток бились где-то на задворках сознания. Воспоминания: их первый контакт у стены академии, дерзкая улыбка Ости, алые губы, которые хотелось целовать, драка в библиотеке и залечивание ран у статуи равновесия. Долгие минуты молчания вместе, грозные ссоры, страстные примирения, любовь и нежность.       Множество воспоминаний накрывали с головой, но, несмотря на произошедшее, в душе отзывалась только пустота. Сложная, тяжёлая, давящая пустота. Чувство, когда ты пытаешься ударить по сердцу, заставляя его функционировать как раньше, но ничто не откликается. Только глухие удары и безмятежность.       Дерзкая улыбка — всё та же, но жестокая, холодная и алчная. Теперь эта маска не была защитой от жестокого мира. Ости убила себя для того, чтобы стать той, кем давно хотела, — циничной сукой, которая ценит в живых сознаниях только силу.       Он быстро отпустил демоницу, которую любил когда-то так давно, и заметил, что его сердце даже не дрогнуло. Оно перестало биться на мгновение из-за страха того, что это повторится вновь. Прошлая любовь казалась дурным сном.       Через пару мгновений он снова был в объятиях Мими.       — Я хочу отдать тебе кое-что. Оно было в твоей комнате. Я не вскрывала. Оно от Ости, — Мими быстро затолкала бумагу в ангельский кулак.       Мими боялась Дино. Она лишь на мгновение отважилась заглянуть в пустые глаза ангела.       — Что они с тобой сделали, Дино? Кто ты теперь?       Того парня, которого она знала, — чистого, светлого, слегка глупого, — уже не существовало. С ней танцевало иное создание. Дино был не Дино. Он был похож на статую, которая почему-то начала двигаться.       — Я? — не раздумывая ни минуты, он дал ответ: — Ангел божий.       Мими округлила ротик в безмолвном крике. Дино больше не существовало. Теперь перед ней был покорный раб, винтик в системе. Ему отбили желание желать что-либо. Теперь он делал так, как требовала мир.       Мими вспомнила, как все шутили, что он собачка Фенцио, а теперь он стал цепным псом ангельского режима.       Ей стало страшно. Странно, но раньше присутствие Дино в школе давало чувство безопасности. Мими понимала, что поздно сейчас что-либо говорить, но она просто боялась промолчать, как тогда. Просто уйти и бросить непутёвого ангела одного.       — Дино, ты не ангел. Помни это. Ты просто Дино. Ты никогда не был ни ангелом, ни демоном. Странный парень, которого все недолюбливали, но при этом уважали за то, что он никогда не бросит, — на глаза навернулись слёзы. — Научит тебя анатомии, заткнёт Люци, никогда не будет безразличным к боли и страданиям, кем бы ни было это создание.       Она даже не надеялась, что увидит того Дино, — просто глотала слёзы, понимая, что натворила. Однако ангел как будто проснулся ото сна, встрепенулся.       — Спасибо, Мими, — он нежно коснулся губами макушки.       — Я растоптала твоё счастье, за что ты меня благодаришь? — девушка уже не стесняясь смахивала слёзы с лица.       — Нечего было растаптывать, но ты единственная, кто понял свою ошибку, кажется, — музыка стихла, и он сделал шаг назад для поклона.       — Она тебя любит, — схватив его за руку, произнесла Мими.       Дино низко поклонился, подарив партнёрше по танцу лёгкую улыбку:       — Нет, мы любили себя, и как только нам пригрозили пальчиком — мы сдались. Если ты не готов рисковать всем, значит, ты не любил, — юноша развернулся и пошёл к отцу и его коллегам. Пропустив мимо ушей пару ничего не значащих разговоров, откланялся в желании подышать свежим воздухом.       Промозглая мгла проникала под рубашку, ветер игрался с выбившимися за время танца прядями. Видимо, сегодня Шепфа решил специально опустил молочно-бледный туман на Академию. Несмотря на то, что видимость была плохая, Дино направился в сторону сада. Письмо, которое всучила ему Мими, жгло руку; находясь в смятении, он нервно теребил уже пожелтевший и частично искромсанный уголок конверта. Аккуратным, знакомым почерком на лицевой стороне значилось его имя.       Сев на скамью около статуи Равновесия, он всё вертел в руках маленький, но плотный клочок бумаги, не отваживаясь его вскрыть. Больше всего на свете он не хотел, чтобы вернулся тот, прежний Дино, а письмо зазывало надавить, вскрыть все старые раны, заставить окунуться в прошлое. Сердце пропустило болезненный удар, но он стойко игнорировал это позабытое чувство.       Закрыв глаза, юноша вспоминал один из многочисленных диалогов с не его Ости.       «Знаешь, на одном из островов есть огоньки, если смотреть на них, то они снимают всю боль и печаль», — голос, который раздавался в голове, был настолько реальным, что, казалось, рядом стоит та самая девушка, которую он так самозабвенно любил пару-тройку лет назад.       Открыв глаза, Дино, стиснув челюсти, стал с ненавистью разрывать письмо пополам, потом ещё раз, и ещё, и ещё — и так, пока рвать уже было нечего и на ярко-зелёной траве, покрытой туманной росой, не остались уносимые ветром мелкие кусочки бумаги.       Письмо предназначалось не ему, другому ангелу, а читать чужие письма негоже.       Встав со скамейки, он расправил крылья и полетел искать огоньки, которые сулили невиданные чудеса.