Причина твоих комплексов

      Ещё с самого начала обеда со стороны мужского туалета средней школы **** раздавались странные, немного пугающие звуки. Вперемежку с хриплыми стонами и умоляющими выкриками «пожалуйста, хватит!», доносилось и противное гоготание, которое можно было бы списать на смех сумасшедшего человека, чем на смех нормального, адекватного: — Эй, ребят, если так посудить со стороны, постоять снаружи и послушать, то это выглядит так, будто вы этих двоих жёстко трахаете, а не выбиваете дурь, ха-ха, — прокомментировал только что вошедший в уборную довольно крепкого телосложения парень, еле сдерживая смех. — Да? Ну тогда, пожалуй, хватит на сегодня.       Главарь, который по сравнению со своими дружками был маленького роста, нехотя отбросил от себя полностью израненного и избитого Юнхо, состояние которого выглядело не менее плачевно, чем у того же покалеченного Минги. Минги также отбросили в сторону, словно мешок картошки, и отошли чуть подальше, любуясь ничтожностью двух жалких изгоев, скрючивающихся на холодном, немного кровавом полу, и всхлипывающих от боли. — Бля, а что если от слов Чанбина у них появились стояки? — немного опасливо, но скорее с ноткой задора в голосе предположил Минхо. — ЧТО?! О БОЖЕ, ХАХАХА, — заржал Банчан, а с ним и его друзья. — Ты чё… — Ну-ка… — вызвался еле успокоившийся Чанбин и подошёл к двум ослабевшим и размякшим телам. Пнув сначала Юнхо, заставляя перевернуться, но по итогу не обнаружив желаемого, он также поступил и с Минги. Какого же было удивление всей шайки… — НИ ХУЯ… ЧЁ ЗА…       Минги слегка приподнялся, подрагивая, скрестил ноги и спрятал ладонями пах, ощущая неимоверный стыд, а заодно и с ним отвращение к себе. Он не мог… Как вообще так вышло?! Слишком много мыслей посетили в этот момент его голову. — Я… Я… — он не хотел смотреть на Юнхо, но все же перевел взгляд на него. Но тот, к счастью или сожалению, продолжал лежать с зажмуренными глазами, едва мыча от боли. — Фу, какая мерзость. Сон, ты настолько больной выродок, что у тебя встал из-за каких-то «жёстко трахаете?» — Чанбин подошёл к нему ещё ближе и ботинком надавил на ноющую промежность Минги. — Нравится? — П-прекрати… — Ого! Да у него он стал ещё больше! Пиздец… — активно показывая, нет, тыкая пальцем на данную картину, с испугом прогремел Чан и, специально имитируя рвотные позывы, скомандовал: — ну на хуй это дерьмо, уходим. Долбанные извращенцы…       Повинуясь, группа хулиганов последовали за пулей выскочившим Бан Чаном, однако перед этим они не упустили шанс ещё раз пнуть два почти бездвижных тела и не побрезговать «комплементами» по отношению к лежащим. — Что мы наделали… — сразу же после этого прошипел Юнхо. — Т-ты… — Юн-юнхо… Хён, пожалуйста, оно случайно, — Минги нашел в себе силы подползти к израненному Чону и расстерянно и невнятно начать объяснять, что всё что произошло — это случайность.       Нет, это не его реакция. Это просто совпадение, оно всегда внезапно, в самый неподходящий момент… Выскакивает?       Но Юнхо лишь качает головой и со слабым усилием отодвигает от себя всего дрожащего от напряжения и страха Сона, а затем еле произносит: — Ты же понимаешь, что в этой школе нам больше нельзя оставаться?       Минги на миг прекращает суету, спровоцированную частой жестикуляцией рук, и замирает. — Но ведь нам осталось здесь учиться ещё две недели. А что если… — Нам надо прервать общение на какое-то время, — из-за сухого кашля, резко оборвал предложение Хо. — Иначе если эти ублюдки увидят нас вместе опять…       Юнхо решил всё-таки встать, что по итогу далось ему с трудом, и присесть на закрытый унитаз. — Но… Это навсегда? — слегка подрагивая голосом, басисто спросил Сон. Для него в этот момент время будто остановилось: ведь если он перестанет общаться со своей надеждой на будущее, со своей единственной искоркой мотивации продолжать ходить в школу, да и, в конце концов, со своим смыслом жить дальше… Он просто не выдержит и подохнет в одиночестве, так и не найдя замену. Потому что Юнхо — его самый лучший друг за всю его четырнадцатилетнюю жизнь, которого никем, блять, не заменишь. — Нет, ты что, придурок, — хмыкает Чон и наклоняется к голове со стеклянными глазами перед собой и слабо треплет младшего по черным волосам. — Я ж подохну со скуки, если навсегда. Конечно на две оставшиеся недели.       Потекла первая слеза — а за ней и вторая. Хоть Минги и настигло приятное облегчение, но выражение его лица исказилось в предстоящем рёве и, в конце концов, он громко завыл: — Юнхо, это случайность. Пожалуйста, не думай, что я из этих. Не кидай меня из-за этого! — Да ты че разорался, потише, эй. Ну даёшь, расстроиться из-за какой-то херни! Да я даже и не думал об этом, братик. Ну ты чего?       С тех пор они поклялись не вспоминать этот день. Поклялись быть друзьями, которых фиг разлучишь. Ну и конечно же… — Все они рушат нам жизнь. Абсолютно все, без исключения! Поэтому мы никогда не будем им прощать такого. Никому. Никогда.

***

— Помнишь наше обещание? — спросил Минги, кладя голову на плечо сидевшему рядом с ним Юнхо. — Что ни при каких обстоятельствах мы не должны влюбляться друг в друга? — Ещё как…       Где-то вдали прострекотала сорока и дунул летний ночной ветерок, обдавая молодых людей приятной свежестью. Несмотря на шум города, почему-то только им двоим слышалось далёкое пение птиц. Будто именно они избраны самой природой в этот день быть счастливее других, по-особенному счастливее. — И что ты думаешь по этому поводу? — на мосту, рядом с водоемом, было слегка прохладно, поэтому Сон слегка поежился, а голос его в какой-то момент предательски дрогнул.       Юнхо, увидев это, приобнял замёрзшего парня и притиснул его к себе ещё ближе. — Я думаю, что те гандоны, которые набили нам морды в средней школе, сейчас находятся где-нибудь в гей-клубе и кайфуют от жизни. А мы… Почему мы должны страдать? — А ты сейчас страдаешь? Я вот нет…       Юнхо на минуту задумался и перевел взгляд на покоящуюся на его плече голову: всю взлохмаченную, неотесанную, но такую родную… — Да я тоже, собственно… — выступившая краска на лице Чона предательски нагрело все тело, что заставило Сона поднять голову. — То есть… — Ты хочешь, чтобы мы банде Чана сейчас устроили взбучку? Чтобы они тоже страдали? — Потом.       Затем последовал поцелуй: между прочим второй в их жизни. Первый случился именно тогда, в тот день, в туалете… Он казался случайным, они просто баловались... Но их всё же засекли, ну а дальше вы сами знаете, что произошло.       Поцеловавшись во второй раз, они как будто почувствовали то самое долгое ожидание, которое испытывали после первого поцелуя на протяжении двух лет. Два года они ждали его глубоко в своей душе…       Отстранившись, оба сразу же резко отскочили друг от друга, будто только что обожглись. — Блин, ты че губу-то кусаешь? Больно ведь… — прохнычил Минги, большими ладонями прикрывая алые щеки. — Я то? Сам в рот полез, тебя никто не просил, — потирая чувствительные губы, буркнул Юнхо. — Ладно, всё, пойдем уже. А то как ебланы стоим тут, непонятно чего ждём…       М-да, этим двоим явно долго придётся привыкать к тому факту, что они уже больше, чем просто друзья. Надеюсь, у них всё получиться. Что ж, удачи им.