Неправильный герой

Когда Гарри вошел в кабинет директора, там уже собрались старосты школы — Перси Уизли и Джемма Фарли — и их деканы. Малфой появился буквально через полминуты после него. — Я требую исключения Поттера, — начал Снейп в своей привычной манере, как только все расселись по местам. — Дуэль — это уже не мелкая провинность! Это серьезное нарушение. На говоря уже о систематическом пренебрежении всеми возможными школьными правилами! В прошлом году по его вине едва не погибла Дракучая ива, которая, напомню вам, является редчайшим экземпляром подвида плакучих ив. И я уже не говорю об этом нелепейшем происшествии в конце прошлого учебного года, когда по вине Поттера и его приятелей профессор Хогвартса был отправлен в клинику Святого Мунго с полной потерей памяти! — Ну же, Северус, — миролюбиво произнес Дамблдор, поглаживая длинную седую бороду. — Все эти события не имеют никакого отношения ко вчерашней дуэли, которую устроили мальчики. Давай не будем вспоминать былое. Лучше введи в курс дела Минерву и наших уважаемых старост школы. Снейп злобно зыркнул на директора, но не стал возражать и начал свой рассказ: — Сегодня, в половину четвертого утра, недалеко от одного из выходов во внутренний двор школы я поймал Поттера и Малфоя, которые... — Северус, погоди, а разве это ты вчера ночью дежурил? — с некоторым возмущением воскликнула профессор Макгонагалл. — Мерлина ради, какое это имеет значение, Минерва? — в тон ей ответил Снейп и язвительно добавил: — Впрочем, раз тебя больше беспокоит, почему я не спал вчера ночью, чем причины, по которым студенты вопиюще нарушают правила, то, так и быть, расскажу. Нужно? Возможно, он ожидал, что профессор Макгонагалл откажется, но она напротив была вся во внимании. — Прошу, Северус. Нам всем интересно. Снейп скептически изогнул правую бровь. — Если ты думаешь, что мои дела отвлекут внимание от Поттера, то напрасно, — хмыкнул он. — Вчера ночью я работал. Только глубокой ночью мне удалось закончить эксперимент над одним очень сложным составом, позволяющим восстанавливать поврежденные клетки мозга, и направлялся проветриться на свежем воздухе. Но дойти до улицы мне не удалось, так как я наткнулся на двух студентов. Оба выглядели так, как будто только что совершили паломничество в Запретный лес и нарвались на стаю акромантулов. Мистер Малфой сообщил мне, что у них с Поттером была дуэль. — То есть ты считаешь, что нужно исключить именно мистера Поттера, полагаясь только на слова мистера Малфоя? — холодно поинтересовалась профессор Макгонагалл. — Все было понятно и до этого, Минерва! Поттер — явный зачинщик. Он совершенно не способен соблюдать элементарные школьные правила! — Северус, пожалуйста, продолжай, — вмешался Дамблдор, прежде чем деканы противоборствующих факультетов начнут ругаться между собой. — Потом обсудим степень вины каждого из студентов. — А нечего продолжать. Я отправил их обоих в Больничное крыло и оставил все разбирательства до утра. — Хорошо. Спасибо, Северус, — Дамблдор внимательно посмотрел на провинившихся студентов, поправив свои очки в форме полумесяцев. — Гарри, эта дуэль действительно была твоей инициативой? — Да, профессор, — понуро кивнул Гарри. В конце концов, он действительно напал на Малфоя первым. К тому же тот был прав, это единственное объяснение, которое устроит преподавателей в достаточной степени, что они не станут копать глубже. Дамблдор выглядел разочарованным. Гарри перевел взгляд на портреты прежних директоров и директрис Хогвартса, висящих за его спиной. Ему не хотелось смотреть профессору в глаза. Большинство обитателей портретов мирно дремали, но некоторые поглядывали на участников разбирательства с явным интересом. Неожиданно темноволосый мужчина с небольшой бородкой, изображенный на одном из портретов, с усмешкой ему подмигнул, после чего сразу же прикрыл глаза, изображая крепкий сон. — Что же такого произошло, что ты посчитал необходимым решать проблему таким варварским способом? — в голосе Дамблдора сквозило не столько разочарование, сколько искреннее недоумение. Гарри заерзал. О том, что его будут спрашивать о причинах, он не подумал. Пытаясь выдумать достаточно серьезный повод, который при этом не приведет к еще большим проблемам для них обоих, он вопросительно глянул на Малфоя. — Поттер счел оскорбительной мою конструктивную критику нашего преподавателя по Уходу за магическими существами, — чуть вальяжно произнес Драко и откинулся на спинку стула. — Да, Малфой неуважительно высказывался о профессоре Хагриде, — поспешил подтвердить Гарри. Идея показалась ему неплохой, и главное, опять же, правдоподобной. — И вы поэтому вызвали его на дуэль? — подняла брови профессор Макгонагалл. — Да, мэм. — Что же такого неуважительного говорил мистер Малфой? — Я бы предпочел не говорить. Если вы не возражаете, профессор. — Хорошо, Поттер. Давайте проверим, правильно ли я поняла ситуацию. Вам не понравилось, что мистер Малфой говорил о профессоре Хагриде, и вы не нашли лучшего решения, кроме как устроить драку посреди ночи? При этом, что же такого ужасного говорил Малфой, вы отказываетесь нам рассказывать? Все верно? — Да, мэм, — снова кивнул Гарри, чувствуя себя идиотом. В пересказе Макгонагалл история с дуэлью начинала выглядеть абсурдной. Студент, защищающий честь профессора на дуэли, — это по меньшей мере странно. Гарри даже думать не хотел, что будет, если эта история распространиться по Хогвартсу. Однокурсники замучают его дурацкими шутками. Да и сам Хагрид вряд ли бы оценил такой порыв. — А где были ваши секунданты? — вмешался в допрос Снейп. — У нас не было секундантов… Я хотел разобраться с Малфоем один на один, — обреченно выдохнул Гарри. Лучше бы он соврал, что Малфой обидел Гермиону... — То есть вам, Поттер, не только школьные правила не писаны, но и дуэльный кодекс. Блестяще! Альбус, я считаю это абсолютно возмутительным! Снейп разразился очередной тирадой о недопустимости его поведения и его отвратительном влиянии на других студентов. В какой-то момент Гарри перестал его слушать. Он украдкой наблюдал за Малфоем. Тот невозмутимо сидел в кресле, скрестив руки на груди, и сохранял абсолютно беспристрастное выражение лица, будто все происходящее ничуть его не касалось. Только глаза выдавали его легкую заинтересованность. Да и то, судя по траектории взгляда, любопытство Малфоя вызвал кабинет директора, а вовсе не спор профессоров о их дальнейшей судьбе. Пропустив мимо ушей очередной выпад Снейпа, Гарри принялся разглядывать странные приборы, стоящие на вращающихся столах. Они чуть слышно звенели и жужжали, выпуская небольшие клубы дыма. В прошлый раз, когда он был в кабинете директора, все внимание захватили Фоукс и Распределяющая Шляпа, все еще стоящая на полке за спиной директора. Тогда он даже не обратил внимание, сколько же в кабинете Дамблдора различных устройств неизвестного ему назначения. — Они оба получат одинаковые наказания, Северус! Малфоя никто насильно никуда не тащил! — крик профессора Макгонагалл вырвал Гарри из размышлений. — Минерва права, Северус. Оба студента в равной степени виноваты, — Дамблдор приподнял правую руку, давая понять деканом, что разбирательство закончено. Выдержав длинную паузу, он повернулся к студентам: — Мистер Поттер, мистер Малфой, я хочу, чтобы вы понимали, что впредь мы ожидаем от вас только примерного поведения. Дуэли и драки запрещены в Хогвартсе, так же, как и прогулки по территории школы в ночное время. Так как это ваше первое подобное нарушение, — Снейп громко хмыкнул, — ваше наказание ограничится снятыми баллами и двумя неделями отработок под руководством мистера Филча. Также о вашем поведении я буду вынужден написать вашим семьям. Мистер Уизли, мисс Фарли, — Дамблдор обратился к хранящим все это время молчания старостам, — оповестите, пожалуйста, мистера Филча и проследите, чтобы студенты ваших факультетов вели себя приемлемо. — Разумеется, профессор Дамблдор, — Перси Уизли, казалось, сейчас лопнет от собственной важности. — Мы обязательно все проконтролируем. — Спасибо, Персиваль. На этом мы можем считать разбирательство законченным. Я думаю, нам всем есть чем заняться этим чудесным вечером. Присутствующие поднялись со своих мест. Дамблдор перевел взгляд на Гарри. — Гарри, задержись, пожалуйста. Я бы хотел кое-что с тобой обсудить. Гарри опустился обратно на стул. Да что сегодня за день такой?! Когда все покинули кабинет, Дамблдор замахал волшебной палочкой, и на его столе появились пузатый чайник, две чашки и вазочка с конфетами. — Чаю, мой мальчик? — с улыбкой спросил директор, протягивая ему чашку, уже наполненную горячим ароматным напитком. — Спасибо, сэр, — Гарри принял чашку, но пить не стал. — Наверное, ты догадываешься, почему я попросил тебя остаться? — Дамблдор, пристально посмотрев на него, сквозь свои очки-полумесяцы. — Вы поговорили с мистером Уизли? — Гарри не стал строить из себя дурака. — Да, мой мальчик. Артур рассказал мне, что летом ты получил письмо от Сириуса Блэка, и о том, что произошло в Норе. Гарри молчаливо ждал продолжения. — Я боюсь, что тебя могли ввести в заблуждение, — сочувственно произнес директор. — Что вы имеете в виду, сэр? — еще сильнее напрягся Гарри. —- Я не думаю, что человек, который скрывался в семье Уизли, действительно Питер Петтигрю. Я думаю, это был кто-то другой. — Что? Да как такое может быть?! — Гарри от возмущения облился чаем, но не обратил на это никакого внимания. — Я же видел его собственными глазами. — Ты видел, как крыса превратилась в человека, отдаленно напоминающего того Питера Петтигрю, с которым дружили твои родители в детстве, — спокойно возразил Дамблдор. — Но он не был Питером. Питер погиб двенадцать лет назад от руки Сириуса Блэка. — Но как вы можете быть в этом уверены? — Гарри неверяще смотрел на директора. Когда он только познакомился с Сириусом, он так надеялся, что Дамблдор поможет добиться освобождения Сириуса, но вместо этого тот, напротив, был уверен в его виновности. — Я был на месте преступления в тот день. А еще я был на суде Сириуса. Он сам признал, что виновен, — жестко сказал Дамблдор и чуть мягче добавил: — Кроме того, Питер Петтигрю не был анимагом. Я знаю это наверняка. Трансфигурация ему совершенно не давалась. Он даже не смог сдать по ней СОВ. Гарри угрюмо молчал. Он не верил директору, но в его разум уже проскользнула мысль: «А что, если Дамблдор прав?» Гарри внимательно посмотрел на профессора и встретился с ним взглядом Тут же он почувствовал, как на груди что-то жжется. Нагрелся амулет, который, по словам Сириуса, должен был защищать его разум от проникновения легилиментов. Неужели директор только пытался прочитать его мысли? — Гарри, мальчик мой, ты еще так молод, — скорбно произнес Дамблдор, никак не реагируя на то, как сильно Поттер только что вздрогнул. — К сожалению, люди, которым мы хотим верить по разным причинам, не всегда преследуют самые благородные мотивы. Сириус Блэк может тебя использовать для своих собственных целей. Но самое страшное, если он правда верит во все, что тебе написал в своих письмах. Не забывай, он двенадцать лет провел в Азкабане. Многие и за меньший срок теряли рассудок. Ты не задавался вопросом, почему он не стал обращаться в Министерство Магии? Если бы он действительно был невиновен, он бы первым делом постарался восстановить справедливость. Ты согласен со мной, мальчик мой? — Не знаю, сэр, — выдавил из себя Гарри. — Может быть, Блэк не обращается в Министерство, потому он приговорен к Поцелую дементора? Если он им попадется, вряд ли кто-то будет разбираться… — Не думаю, мальчик мой, — на миг в глазах Дамблдора мелькнула злость, но так же быстро и исчезла. Гарри был даже не уверен, что ему не показалось. — К тому же, даже если представить, что этот фантастический сценарий с ожившим Питером Петтигрю может оказаться правдой, разве это как-то доказывает, что именно он предал твоих родителей? Кроме того, Сириус Блэк обвинялся не только в предательстве своих сторонников. Он виновен в гибели двенадцати ни в чем не повинных человек. Дамблдор внимательно следил за Гарри, тот так и сидел не поднимая глаз. — В любом случае, Сириус Блэк опасен. И уж точно его нельзя назвать хорошим человеком, — продолжал директор. — Тебе известно, где он скрывается? — Нет, сэр. — Может быть, ты мог бы отправить ему сову и узнать, где он находится? Скажем, предложить ему встретиться? — забросил удочку Дамблдор. — Боюсь, что это невозможно, сэр. Я всегда отвечал Блэку с той же совой, которая приносила письма. Я однажды пробовал отправить Хедвиг, но она не смогла его найти, — Гарри старался, чтобы его голос звучал расстроенно. Он чувствовал, что вокруг него происходит что-то очень неправильное, но не мог понять, как из этого выпутаться. Сейчас он хотел поскорее выбраться из кабинета директора. Ему не хватало воздуха. — Профессор, можно я пойду? Я очень устал и хотел бы лечь спать пораньше. Дамблдор погладил бороду. Он уже не пытался прочитать мысли Гарри, но отнесся к его последним словам с явным недоверием. — Мальчик мой, ты же знаешь, я хочу для тебя только блага. Я боюсь, что из-за своей доверчивости ты можешь попасть в серьезную беду. Если Сириус Блэк снова с тобой свяжется, пообещай, что сразу же придешь ко мне, — попросил он. — Хорошо, я обещаю, — соврал Гарри. — Спасибо. А теперь ступай. Уже скоро отбой, я не хочу, чтобы по моей вине ты нарушил комендантский час. Гарри пулей вылетел из кабинета директора. В его голове царил полнейший хаос. За последние сутки произошло столько всего, что он уже начал сомневаться в собственной способности адекватно оценивать ситуацию. Он верил Блэку, но некоторые слова директора вопреки его воле застряли в голове. Он очень хотел поговорить с Сириусом, но тот весь день упорно не выходил на связь. Нет, он даже допускать не должен, что Сириус его обманул. «Он бы не пришел вчера, если бы не переживал за меня. Какой в этом смысл? — убеждал себя Гарри. — Карту еще эту притащил...» Точно, Карта! В его голове будто зажегся свет, и Гарри вспомнил летний разговор Фреда и Джорджа. — Мы же именно это имя видели на карте. Могли бы попробовать у кого-нибудь узнать… Ну или хоть в старых газетах порыться… — Мы три раза проверяли и никого не находили. Ты же сам был согласен с тем, что это просто глюк карты! Близнецы Уизли наверняка говорили о Карте Мародеров! Сириус говорил, что законченную версию у них когда-то конфисковал Филч. Должно быть, Фред и Джордж ее стащили у завхоза. Если она показывала им Петтигрю, значит Сириус не лжец и не сумасшедший. Ну, или по крайней мере не настолько сумасшедший. Гарри от облегчения едва не рассмеялся. Но на месте этой проблемы тут же появилась новая: зачем Дамблдор так настойчиво убеждал его в виновности Блэка? * * * На следующий день сразу после ужина Гарри отправился к Филчу на свою первую отработку. Он был максимально не в духе. Он раз за разом прокручивал в голове вчерашние сутки. У него не уложились в голове и предупреждения Сириуса, но это его не сильно беспокоило. В отличие от того, что Дамблдор и Люпин вчера его явно пытались убедить в виновности крестного, и Гарри не понимал зачем. Кроме того, он опять поцапался с Роном из-за какой-то ерунды, а Сириус так и не вышел на связь. Малфой же напротив буквально сиял и внешне ничем не выражал своего недовольства по поводу отработок. Он стоял возле кабинета Филча и, должно быть, поджидал его. — Привет, Поттер, — вполне доброжелательно сказал он. — Привет, — буркнул Гарри с подозрением. Поведение Малфоя его настораживало. К тому же он все еще боялся, что информация о крестном попадет не в те руки. Филч появился через пару минут и повел их в восточное крыло первого этажа, где в основном находились подсобные помещения. Распахнув перед ними дверь большой кладовки, площадь которой была с половину гриффиндорской спальни, он проскрипел: — Сломанную мебель выбросить, везде протереть пыль и аккуратно разложить вещи по полкам. И все без применения магии! Ведра и тряпки найдете здесь же. Вы поняли меня? — Да, мистер Филч, — послушно кивнул Гарри. Филч с подозрением зыркнул на него. — Только попробуйте здесь набезобразничать или отлынивать от работы! Через два часа вернусь, и чтобы все было готово! Гарри не стал заморачиваться и взял волшебную палочку, как только завхоз вышел из комнаты, бормоча себе под нос о том, что вот в его времена студентов за такие проступки наказывали как положено. Несколькими заклинаниями, Гарри полностью очистил кладовку от пыли. Этим летом у него было много практики в особняке на площади Гриммо. — Ого, Поттер, ты, оказывается, можешь убираться не хуже, чем домовой эльф, — протянул у него за спиной Малфой. Гарри проигнорировал его слова и при помощи Левиосы стал потихоньку расчищать бардак. Он не был уверен, что и с магией здесь можно управиться за два часа. В кладовке был настоящий погром. Полки стеллажей, расположенные вдоль каждой из стен, были практически пусты, зато пол был завален самыми разными предметами, часть из которых выглядели безнадежно сломанными. Гарри предположил, что это все дело рук Пивза, который разгромил кладовку, чтобы насолить завхозу. — Малфой, а ты помочь не хочешь? — мрачно поинтересовался Гарри, заметив, что тот ничего не делает. — Откуда мне знать бытовые чары? — фыркнул он. — Для этого есть эльфы и специально обученные люди. — Не делай из себя еще большего кретина, чем ты и так есть, — устало произнес Гарри, даже не обернувшись. — Левиосу на первом курсе проходят. — Уверен, что есть куда более подходящие заклинания для сортировки предметов, — протянул тот. — Я их не знаю, — Гарри смерил Малфоя тяжелым взглядом. — Мне плевать, какие заклинания будешь использовать ты, но не надейся, что я стану делать работу за двоих. Малфой хмыкнул, но все же достал свою волшебную палочку из чехла на поясе и принялся наводить порядок в противоположном конце кладовки. Во время работы они практически не разговаривали, и управились меньше чем за час. Когда за ними вернулся Филч, чтобы принять отработку, в кладовке царил полный порядок, а Поттер и Малфой сидели на полу в разных концах помещения и читали учебники. * * * В воскресенье утром во время завтрака перед Гарри опустилась незнакомая сова. К ее лапке был привязан свежий номер «Еженедельного Пророка». Половину первой страницы занимала фотография Петтигрю, вероятно, сделанная в Министерстве после его задержания. УПИВАЮЩИЙСЯ СМЕРТЬЮ 12 ЛЕТ СКРЫВАЛСЯ В СЕМЬЕ СОТРУДНИКА МИНИСТЕРСТВА МАГИИ Вчера из надежных источников стало известно, что Питер Петтигрю — кавалер Ордена Мерлина Первой Степени, погибший от рук Сириуса Блэка, 28 августа этого года был задержан аврорами по обвинению в применении анимагии без надлежащей регистрации. «Как это возможно, если он был жестоко убит двенадцать лет назад?» — спросят наши читатели. Редакции «Ежедневного Пророка» удалось заполучить копию допроса при задержании Питера Петтигрю. Как оказалось, что все это время он скрывался в семье Артура Уизли — главы отдела по борьбе с незаконным использованием изобретений магглов, где изображал домашнюю крысу, с которой играли дети Уизли. «Я даже представить не мог, что Скабберс на самом деле волшебник-анимаг. Он всегда вел себя как обычная крыса: бегал по дому, ел корм для животных, иногда мог погрызть обувь. В его поведении не было ничего подозрительного!» — делится своим ужасом Артур Уизли. Однако обнаружение Питера Петтигрю живым и невредимым — не единственная новость, которой спешит поделиться «Ежедневный Пророк». На прошлой неделе Питер Петтигрю совершил побег, и его так и не удалось обнаружить! Наша редакция призывает всех читателей быть бдительными и задуматься о том, почему же молчало Министерство все это время, не рассказывая общественности ни о поимке преступника, ни о его побеге? Кто виновен в том, что министерская тюрьма, где содержатся преступники до суда, оказалась такой ненадежной? Могут ли наши читатели чувствовать себя в безопасности, когда Аврорат раз за разом демонстрирует полную беспомощность? И самое важное! За что же тогда был приговорен к пожизненному сроку в Азкабане Сириус Блэк — единственный наследник одной из самых древних и уважаемых магических фамилий, если его предполагаемая жертва все эти годы обитала в тепле и сытости? Специальный корреспондент «Еженедельного Пророка» Рита Скитер начинает свое журналистское расследование. Сириус Блэк — преступник или жертва? Как складывалась жизнь самого завидного жениха магической Британии до того, как он угодил в Азкабан? Ответы на эти вопросы ждут вас в следующих номерах «Ежедневного Пророка».