Неправильный герой

Северная Шотландия и в разгар июля далеко не всегда могла похвастаться приятной погодой. Лето было коротким и достаточно холодным, даже в сравнении с Лондоном: осенью и весной днями лили дожди, а снег лежал с ноября по март. К концу октября стало особенно ощутимо, что приближается зима. Дни становились короче и холоднее, зарядили дожди, но никакие погодные условия ни на йоту не уменьшали энтузиазм Оливера Вуда. Он гонял команду шесть дней в неделю, заставляя отрабатывать сложные приемы и разные тактики. Как только он узнал, что противником Гриффиндора в первой игре этого сезона станет Слизерин, он удвоил и без того немалое количество тренировок. Когда к и без того немалой нагрузке Гарри добавились ежевечерние отработки с Малфоем у Филча, он понял, что попросту перестает вывозить нагрузку. Как-то перед тренировкой он попросил Вуда сжалиться и проводить тренировки хотя бы через день, как раньше. Но тот не проникся, а наоборот, отреагировал на, казалось бы, невинную просьбу Гарри излишне эмоционально. Он практически наорал на него и обвинил в безразличии к успехам факультета. С точки зрения Оливера Вуда, Гарри сам был виноват в том, что ничего не успевал. Если бы Гарри не устраивал дурацкую дуэль, а сражался с Малфоем на квиддичном поле, то никаких бы проблем со своевременным выполнением домашних заданий у него бы не было. Анджелина предприняла попытку заступиться за Гарри, объясняя Вуду, что несколько тренировок в неделю они могут провести и без ловца, тем более, что Поттер еще ни разу не упускал снитч, но Вуд на это лишь разразился тирадой: — Это наш, точнее, мой единственный шанс выиграть Кубок школы, — проникновенно говорил Оливер, вышагивая перед командой из угла в угол. — Я играю с вами последний сезон. Это мой последний шанс. Понимаете? Команда Гриффиндора проигрывала семь лет подряд. Нам не везло: были травмы, в прошлом году турнир отменили. — Вуд сглотнул, будто в горле у него все еще стоял ком после прошлогоднего разочарования. — Но наша команда самая крутая во всей школе! Наши имена уже два года должны стоять на Кубке, — Вуд снова замаячил туда-сюда. — Когда Гарри пришел в команду, я сказал себе: Кубок у нас в кармане. Не вышло... Но в этом году, моем последнем... В его голосе звучала такая горечь, что Гарри даже стало его жаль. — Ладно, Оливер! Уговорил! — махнул рукой Поттер, прерывая его речь. — Я со всем справлюсь! Ничего, буду делать уроки по ночам. Не умру думаю. Пару недель продержусь, а там и отработки закончатся. Мы обязательно выиграем Кубок в этом году! — Вот это совсем другой настрой, Гарри! — Вуд с силой хлопнул его по плечу и выгнал команду на поле. * * * Изматывающие тренировки продолжались уже вторую неделю, и Гарри был уже не рад, что пошел капитану навстречу. Сегодня тренировка вышла особенно тяжелой, а впереди его ждала пара часов в компании Малфоя и пыльной школьной утвари. Продрогший и особенно уставший из-за недосыпа, Гарри плелся в школу, чтобы успеть переодеться перед ужином, размышляя о том, так ли уж сильно он любит квиддич. — Ну же, Гарри, не кисни, — попытался подбодрить его Джордж, когда они с Фредом нагнали его на входе в замок. — А то на тебе лица нет. Краше в гроб кладут, как говорит наша матушка. Гарри хотел было отмахнуться от близнецов до того, как они начнут отпускать свои шуточки, но тут вспомнил, что он давно хотел убедиться, что законченная версия Карты Мародеров именно у близнецов, но ему все не удавалось застать их одних. Рядом всегда был либо Ли Джордан, либо Рон, которого не хотелось погружать в лишние детали. К тому же, Гарри хотел предложить близнецам обменять их Карту на ее более раннюю версию или даже выкупить ее, а при Роне в последнее время лучше было не произносить слово «деньги». — Фред, Джордж, как удачно я вас встретил, — Гарри обернулся и расплылся в улыбке. — Что вы хотите за Карту Мародеров? — Откуда ты знаешь про Карту? — Какая Карта? — одновременно сказали близнецы. Фред недовольно посмотрел на Джорджа, который своим вопросом не оставил у Гарри сомнений, что Карта у них. — Вы сами говорили о ней в Норе. Тогда, когда мы поймали Петтигрю. Помните? — почти шепотом продолжил Гарри. — Эту Карту сделали мой отец, крестный и их друзья, когда они учились на пятом курсе. Незадолго до того, как они окончили школу, Карта куда-то пропала. — А зачем она тебе? — с подозрением спросил Фред. — Если она просто дорога тебе как память, то мы с удовольствием позаботимся о ней еще пару лет, пока учимся в Хогвартсе. А потом торжественно ее вернем. — Не только для этого, — вздохнул Гарри, решив заходить сразу с козырей. — Вы, наверное, слышали, что Петтигрю сбежал? Говорят, что на допросах он грозился пробраться в Хогвартс и навредить кому-то из студентов. — Кому-то — это тебе? — уточнил Джордж. — Да, — не стал отрицать очевидное Гарри. В конце концов, именно на то, что близнецы придут к таким выводам, он и рассчитывал. — К тому же, я готов вам отдать первую незаконченную версию. Она работает, но здесь спутались этажи и не видно окрестностей школы, — он достал из сумки сложенный пергамент, который ему вручил Сириус, и протянул его близнецам. — Вот, смотрите. Близнецы склонились над пергаментом и замахали палочками, шепча какие-то неизвестные ему заклинания. — Так что? — Гарри попробовал привлечь внимание близнецов спустя несколько минут. — Как вы смотрите на обмен с доплатой? Ну или, если хотите, я могу ее просто выкупить. — Выкупить? — задумался Фред. Деньги им были очень нужны. — А за сколько? — Гарри, погоди минутку, — лучезарно улыбнулся Джордж. — Нам с братом нужно кое-что обсудить. Он схватил Фреда за отворот квиддичной мантии и оттащил чуть в сторону. Гарри не слышал, о чем именно они говорили, но до него доносились обрывки фраз: «память об отце», «зачем нам чужое», «все тайные ходы мы и так выучили», «у него полно денег». Наконец близнецы Уизли пришли к какому-то консенсусу и вернулись обратно к Гарри. — Хорошо, Гарри, — торжественно произнес Фред. — Мы готовы обменять нашу Карту на твою с доплатой. Какая твоя цена? — Десять галлеонов, — сказал Гарри наугад, решив сначала начать с относительно небольшой суммы. — Каждому! — потребовал Фред. — Фред! — возмущенно воскликнул Джордж. — Это же слишком много! — Идет, — Гарри протянул быстро Фреду руку, прежде чем братья снова начнут спорить. Тот хитро прищурился и озвучил еще одно условие: — И ты будешь одалживать Карту нам, если она нам понадобится. Эта, — он помахал перед Гарри черновиком, — только от Филча бегать сгодится. А вот если нам понадобится из Хогвартса выбраться, то нужна нормальная. — Ладно. Но только когда проблема с Петтигрю будет решена, — не стал спорить Поттер. Условия близнецов его вполне устраивали. — Тогда по рукам! — довольно улыбнулся Фред и пожал руку, которую Гарри протягивал. — Только Ронни ни слова! — предупредил его Джордж, когда они уже поднимались по ступенькам в башню. — Само собой, — хмыкнул Гарри. Он даже представлять не хотел, как бы отреагировал Рон, узнав, что его друг только что купил у его братьев кусок зачарованного пергамента за двадцать галлеонов. * * * Гарри влетел в одно из складских помещений, в котором они убирались на этой неделе, на десять минут позже, чем должна была начаться отработка. Из-за разговора с Фредом и Джорджем, он так и не успел переодеться, зато плотно поужинал и чувствовал себя гораздо лучше, чем после тренировки. — Можешь так не бежать, Поттер. Филч еще не появлялся, — протянул Малфой, лениво прислонившись к стене. — Мне кажется, он вообще про нас забыл. — Думаешь? Может, сходить его позвать? — предложил Гарри. — А зачем? И так понятно, что от нас требуется, — Драко показал рукой в сторону внушительной груды старых учебников. — Предлагаю сегодня разложить вот эти книги. А со всем остальным разобраться завтра и послезавтра. — Идет, — кивнул Гарри и молча принялся за работу. В целом их отработки проходили куда комфортнее, чем он ожидал вначале. Они быстро выполняли какой-то кусок работы с помощью магии, а затем занимались домашними заданиями или другими своими делами, изредка перекидываясь ничего не значащими фразами. Гарри не сразу заметил, как Малфой перестал его бесить, а их периодические перепалки стали скорее развлекать, чем выводить из себя. Да и сами колкости, которыми они обменивались, стали какими-то… дружескими? Закончив работу на сегодня, Гарри какое-то время поразмышлял, есть ли смысл сбегать сейчас за учебниками и недописанным эссе по Рунам в гриффиндорскую башню, но решил, что ничего не стоит риска нарваться на дополнительную отработку, которую он обязательно получит, если Филч его поймает. — Слушай, Малфой, — Гарри наконец-то решился на вопрос, который давно хотел ему задать. Драко оторвал взгляд от книги. — Ты ведь умеешь вызывать Патронуса? — Умею. Ты же сам видел, — Малфой смерил его внимательным взглядом и ехидно добавил: — Или у тебя на фоне недосыпа и переутомления начались провалы в памяти? Гарри закатил глаза, но не стал никак комментировать последнюю фразу. — Научи меня, — попросил он. — Я тренировался сам, но все, что у меня выходит — это облако неопределенной формы. — А в обморок не грохнешься? Серьезно, Поттер. Ты бы видел себя сейчас. У тебя синяки под глазами чуть ли не до середины щек. — Спасибо за заботу, Малфой, — усмехнулся Гарри. — Не волнуйся, не грохнусь. Драко для вида еще несколько минут поспорил, а потом неожиданно легко согласился. — Ну так и быть. Только имей в виду, Поттер, первую помощь я тебе оказывать не буду. Так и будешь здесь лежать, пока Филч не придет, — произнес он, захлопнул книгу и поднялся на ноги. — Покажи, как ты его вызываешь. Гарри прикрыл глаза, сосредоточился на счастливом воспоминании и взмахнул палочкой: — Экспекто Патронум! Из палочки вылетел серебристый ручеек, который начал образовывать бесформенное облачко. — Я думаю, все проблема в твоей концентрации, — задумчиво заключил Малфой, когда облачко рассеялось. — Или в силе эмоций. Что ты представляешь, когда выполняешь заклинание? — Ну, — Гарри замялся. Это было не самое личное воспоминание, но рассказывать Малфою, в какие моменты он чувствует себя счастливым, было, мягко говоря, неловко. — Я представляю, — произнес он, — как я летаю на метле. Лицо Драко стало плохо читаемым. — Ты что, идиот? — спокойно поинтересовался он. — Кто тебя так учил? — Никто. Я сам учился, по книгам, — с легкой обидой в голосе ответил Гарри. — Что не так? — Чтобы вызвать Патронуса, нужно сконцентрироваться на сильном светлом воспоминании. Странно, что, думая о полетах, ты смог вызвать даже дымку, — словно читая лекцию, размеренно произнес Малфой. — Воспоминание, на котором ты концентрируешься, не обязательно должно быть именно счастливым, но важно, чтобы оно было светлым. И достаточно сильным, иначе оно не поможет тебе сфокусировать твои энергетические потоки. Кроме того, это также может быть мечта или яркое желание. Но обычно неопытным магам проще концентрироваться именно на воспоминании. У них более четкий образ, чем у фантазий. Это понятно? Гарри с серьезным видом кивнул, и Драко не удержался от шпильки. — Скорее, тебе поможет, если ты сконцентрируешься на чем-нибудь героическом. Спасение котят, равные права для грязнокровок и кентавров, мир во всем мире или что там еще входит в программный манифест гриффиндорцев? Гарри пропустил мимо ушей последний язвительный пассаж Малфоя и задумался. Что-то достаточно сильное и светлое, да? Причем не обязательно именно реальное воспоминание… Сначала ему ничего не приходило в голову, но осознание не заставило себя долго ждать. Есть же то, чего он хотел сильнее всего на свете. Гарри закрыл глаза и представил, что Сириуса наконец-то оправдали, и он теперь может жить с крестным и никогда не возвращаться к Дурслям. Они вместе летом отправятся в путешествие и своими глазами увидят Европу, Америку и Азию. Сириус будет так счастлив. А Гарри больше не надо будет каждый день бояться за жизнь крестного. Сконцентрировавшись на этом желании и своих чувствах, Гарри снова взмахнул волшебной палочкой. Появившееся облако на этот раз было больше. Гарри и Драко зачарованно смотрели, как оно продолжает увеличиваться в размере, а затем начинает принимать форму. Кажется, у животного были рога или копыта… Внезапно Гарри почувствовал слабость и головокружение. Кровь отлила от лица. Патронус растворился в воздухе. — Поттер, я кажется, предупреждал тебя об обмороке, — недовольно произнес Драко, подхватив его в последний момент. — Я не в обмороке, — возразил Гарри, довольно улыбаясь. Его слегка мутило, но он был действительно рад, что Патронус наконец-то начал обретать форму. Конечно, это был еще не телесный Патронус, но после месяца абсолютно бесплотных тренировок это был огромный прогресс. — Да, скорее, ты просто инфернал, который разговаривает, — пробурчал Драко, усаживая его на стул с тремя ножками, выглядящий наиболее устойчивым в груде другой поломанной мебели. Он порылся в сумке и бросил ему на колени шоколадную лягушку. — Ешь. Гарри послушно развернул конфету и, продолжая улыбаться, откусил кусок. Малфой что, переживал за него? Это казалось ему настолько забавным, что он с трудом сдержал смех. — Что вообще с тобой не так? — чуть раздраженно спросил Драко, когда на лице Поттера снова начали проявляться краски. — Ты выглядишь так, будто не спал неделю! — Ну, примерно так оно и было, — снова расплылся в улыбке Гарри. Его все еще переполняло то самое чувство, которое помогло его патронусу начать обретать форму. — Ты еще и лыбишься! Чего ради так напрягаться? Флинт говорил, что вы теперь тренируетесь каждый день. Я не поверил, но глядя на тебя, придурка, начинаю думать, что Маркус был прав. — Зато мы вас обыграем, — самоуверенно заявил Гарри. Шоколад подействовал, и к нему начали возвращаться силы. — Ха, это мы еще посмотрим! — усмехнулся в ответ Драко. — Если тебе один раз удалось обыграть меня, это не значит, что тебе и дальше будет так везти! — Я обыграю тебя, Малфой. Готов поспорить на свою метлу, — в глазах Гарри зажглись озорные огоньки. — Зачем мне эта рухлядь? — тон Драко был слегка презрительным, но он не мог сдержать ответную улыбку. — Давай лучше на десять галлеонов. — Ты просто боишься проиграть! — насмешливо произнес Гарри. — Ничего подобного! — горячо возразил Малфой и снова нацепил на себя маску холодного презрения. — Сам подумай, Поттер. Зачем мне твой позапрошлогодний "Нимбус", когда моя метла новее, а летом вышла "Молния"? В музей его сдать? Если ты так в себе уверен, то давай на сто. Немного подкопишь и купишь себе метлу поприличнее. — Нет уж, давай на десять, — засмеялся Гарри. Он ни капли не сомневался, что обыграет Малфоя и в этот раз, но считал, что обирать противника — недостойно гриффиндорца. — Ага! Испугался! — обрадовался Драко и протянул Поттеру руку, чтобы закрепить спор, пока тот не передумал. — Готовься расстаться с деньгами, Малфой! — Гарри подавил в себе хулиганское желание показать сопернику язык и, поднявшись на ноги, крепко пожал Малфою руку. — Пойдем, что ли, Филча поищем. Уже десять почти. * * * — Что, Поттер, ты теперь со слизнями якшаешься? — налетел на него с порога Рон, едва Гарри вошел в Гриффиндорскую башню. — Что? — искренне удивился Гарри. — Я на отработке был… Что за бред ты несешь? — Я слышал вас! Понял? Как вы смеялись и разговаривали. Как будто вы с Хорьком теперь лучшие друзья! — голос Рона был переполнен злобой, лицо покраснело, и он с ненавистью смотрел на друга. — Что, матч по квиддичу тоже ему сольешь? — Рон, шел бы ты спать, — проговорил Гарри сквозь зубы, стараясь сохранять тон максимально спокойным. — Я не знаю, что за чушь пришла тебе в голову, но я не намерен выслушивать придуманные претензии. — Как знаешь, Поттер! Если ты думаешь, что с тобой будут все носиться даже после предательства факультета из-за того, что ты весь такой знаменитый герой, ты очень сильно ошибаешься. Я сразу понял, что все эти писульки в газеты неспроста! Раньше ты бы никогда на такое не пошел! С этими словами Рон резко развернулся и быстрым шагом отправился в сторону спален. Гарри какое-то время просто молча стоял, не понимая, что нашло на его лучшего друга, уставившись в горящий в камине огонь. Его кто-то тихо окликнул. Гарри обернулся и встретился взглядом с встревоженной Гермионой. Остальные гриффиндорцы, все еще присутствующие в этот час в гостиной, упорно делали вид, что заняты своими делами. Гарри подошел к подруге и устало опустился в кресло напротив нее. — Гермиона, ты можешь мне объяснить, что это только что было? — Не знаю, Гарри, — она тяжело вздохнула. — Рон влетел в башню минут пять назад. Лицо перекошено, кулаки сжаты. Его буквально трясло от злости на что-то. Он начал кричать, что ты теперь заодно со слизеринцами и что мы все, сами того не зная, пригрели на груди змею. Я пыталась выяснить, что именно его так расстроило, но он только обозвал меня ограниченной дурой, которая ничего не видит за своими книжками, — Гермиона обиженно поджала губы. — Дальше ты сам слышал. Ты о чем-то договаривался с Малфоем? Гарри внимательно посмотрел на подругу. Она выглядела искренне расстроенной и сбитой с толку. Он не стал показывать, насколько его расстроил ее вопрос. Неужели она действительно думает, что он может как-то нечестно себя повести? — Я поспорил с Малфоем на десять галлеонов, что обыграю его в квиддич. Это все. — Да? — недоверчиво уточнила Гермиона. — Да, — сухо ответил он и все же добавил: — И знаешь, Гермиона, это вообще-то обидно, что ты тоже во мне сомневаешься. — Я не сомневаюсь! — поспешила уточнить она. — Я просто искренне не понимаю, что произошло. Из-за чего Рон настолько сильно разозлился? Может, ему что-то послышалось? Или он что-нибудь не так понял? — Может, — задумчиво согласился Гарри. — Я поговорю с ним завтра. Надеюсь, к утру он остынет и станет способен адекватно воспринимать слова других людей. — Обязательно! Ты же знаешь, какой он вспыльчивый, но он всегда быстро отходит. Я думаю, утром, когда вы поговорите, он сразу же поймет, что наговорил ерунды, и извинится, — с надеждой в голосе произнесла Гермиона. Эта глупая ссора на ровном месте ее очень огорчила. Гарри вздохнул. Он был настроен не так оптимистично. — Будем надеяться. Как твое исследование? — перевел он тему. — За день никаких изменений. Я только-только закончила эссе по Рунам. — понимающе улыбнулась Гермиона и взяла его за руку. — Иди спать, Гарри. У тебя усталый вид. — В отличие от тебя, у меня эссе по Рунам не дописано, — признался Гарри, борясь с искушением прямо сейчас отправиться под горячий душ и сразу после него завалиться спать. — Как и по Трансфигурации, и даже по Зельям. Гермиона охнула. Видимо, она не подозревала размах его невыполненных домашних заданий. — Знаешь, Гарри. Сон все равно важнее, — внезапно сказала она. — Я думаю, профессора не будут сильно против, если ты сдашь несделанные работы после матча. Ну, кроме Снейпа, конечно. Но он все равно найдет, за что с нас снять баллы. — Кто ты такая и куда ты дела мою подругу? — усмехнулся Гарри и, сжав на прощание руку Гермионы, поспешил последовать ее совету.