Часть 3
21 декабря 2020 г., 12:01
Они беседовали так, словно находились в резиденции ордена Лань и сидели за столом в окружении адептов ордена, под множеством внимательных взглядов. Мэн Яо хотелось бы, чтобы они могли говорить свободнее, но разве это было возможно? Между ними была пропасть, и с этим ничего нельзя было сделать.
- Цзэу-цзюнь, мне правда можно будет посетить Облачные глубины? - он чуть не выронил пиалу, услышав слова Лань Сичэня. - Я не смел надеяться, что смогу увидеть их еще раз. Я...
Мэн Яо замялся и опустил взгляд, вспомнив, как он услышал о случившемся в резиденции клана Лань. Затянувшаяся рана снова заныла, и он немного побледнел. Он чуть не погиб из-за этого воспоминания, именно оно нарушило правильный ход их ночной охоты, но признаться в этом...
- Цзэу-цзюнь, простите меня, - прошептал Мэн Яо, отставив пиалу в сторону. - Я вспомнил, как услышал о сожжении Облачных глубин, и из-за этого отвлекся на ночной охоте, и все пошло наперекосяк. Я испугался, что вы можете погибнуть, и это было невыносимо. Но вы ведь... Простите меня, я не должен никогда сомневаться в таких вещах.
Потом он торопливо доедал суп - и почти не чувствовал горечи. И был уверен, что хуже ему не станет, потому что хуже этого холодного и невероятно цепкого страха не могло быть ничего. Вдруг с Лань Сичэнем все-таки что-то случится? Их убежище было не настолько безопасным, как хотелось бы. И столько всего могло произойти...
- Спасибо вам, Цзэу-цзюнь, - слышать, что он не может помешать главе ордена Лань, было очень приятно. Как и думать о том, что он сможет снова опереться на его руку. Мэн Яо понимал, что это странно, но ничего не мог с собой поделать: эти мысли приходили снова и снова.
Лань Сичэнь сжал его пальцы и очень тепло улыбнулся, и это тоже было приятно, и его слова, и взгляд... Мэн Яо не сразу понял, что засмотрелся на него, а когда понял, поспешно опустил глаза.
- Я не могу представить, чтобы это было случайностью, Цзэу-цзюнь, - тихо проговорил он, осторожно освобождая руку.
Потом они отправились за ягодами. Мэн Яо, пожалуй, уже смог бы идти сам, но все равно опирался на руку Лань Сичэня и на каждой кочке сжимал ее сильнее. Отпускать его ему совсем не хотелось, и это он пока не мог объяснить даже самому себе, но потом ему все-таки пришлось сесть на траву, чтобы в самом деле не мешать. Ягоды были немного недоспелыми, но после горького бульона такая кислинка казалась особенно приятной.
- Если запечь мясо с такими ягодами, оно будет очень сочным и нежным... - задумчиво проговорил Мэн Яо, поворачивая в пальцах очередную ягоду. - Нужно будет попробовать. Цзэу-цзюнь, где вы раздобыли того петуха?
***
- Отчего же нет? – Лань Сичэнь действительно удивился такому вопросу. – Конечно, сможете. В резиденции ордена Лань есть очень красивые места, думаю, вам они понравятся. Были красивые места… Были, но осталось ли хоть что-то теперь, после той резни и пожара, что учинили люди Вэнь Сюя? Если сгорели жилища, их можно отстроить, но если сгорел лес… Сколько лет уйдет на восстановление Облачных глубин? Или правильнее думать о том, что сначала их нужно будет отбить? Собрать остатки ордена, набрать новых людей… Но если люди ордена Вэнь пытаются уничтожить все несогласные с ними ордена, сможет ли он сделать хоть что-то? Рано или поздно, но ему придется уйти с этой горы и отправиться к другим влиятельным заклинателям. Просто для того, чтобы начать общую борьбу. - Надеяться на то, что мы сможем увидеть Облачные глубины еще раз, мы будем вместе, - вздохнул он. – У меня тоже нет ничего, кроме надежды. Великие кланы… Не уверен, что они готовы к борьбе, не уверен, что мне удастся собрать достаточно людей ордена Лань. Мэн Яо переживал за него? Удивительно. И совершенно непонятно, как мог глава ордена Не отпустить столь преданного человека. Ведь его, Цзэу-цзюня, до этой встречи в лесу он знал совсем мало, и тем не менее настолько искренен и вежлив. Каким же, должно быть, хорошим помощником он был! - Мэн Яо, прошу вас, думайте в первую очередь о своей жизни. Если из-за тревоги за меня вы пострадаете, я… Мне будет очень плохо, правда. А потом они все же пошли в лес, и Лань Сичэнь поддерживал Мэн Яо, чтобы тот не упал, если у него вдруг снова закружится голова. На поляне он усадил своего спутника на траву и стал собирать мокрые от вечерней росы ягоды прямо в ладонь, а потом отнес их Мэн Яо, отдал ему все, что успел собрать, потом снова набрал пригоршню и сел рядом. - Я делал ловушку, петух попался туда, - он смотрел на то, как Мэн Яо ест ягоды, и улыбался. Почему-то ему казалось это очень красивым. – Завтра поставим еще одну, я наберу еще ягод. Но вы уверены, что сможете готовить? Или хотя бы будете мне говорить, что и в какой последовательности нужно делать? – чувствовать себя не могущественным главой ордена, а обычным молодым человеком, почти учеником было на удивление приятно. Мэн Яо вертел в пальцах ягоду, и Цзэу-цзюнь как завороженный следил за этим, потом смутился, и сам стал есть их.***
- Цзэу-цзюнь, когда вы предлагали мне задержаться, я не мог остаться, - Мэн Яо вспоминал их первую встречу и улыбался. - А потом думал, что уже никогда не увижу Облачные глубины, разве мог бы я попасть туда снова? Я мог бы надеяться разве что на то, что молодой господин Не и в следующем году отправится учиться, и я буду снова сопровождать его, но он ведь смог завершить обучение достойно. А потом я услышал, что Облачные глубины сожгли, а вы пропали без вести, и надежда угасла окончательно. Разве я мог тогда предположить, что найду вас? Он сказал намного больше, чем собирался, и выглядел от этого совсем смущенным. Но ведь это было правдой: он до сих пор жалел о том, что не смог задержаться в Облачных глубинах хотя бы на несколько часов. И снова и снова вспоминал тот короткий разговор. - Я уверен, что вы вернете Облачные глубины и восстановите все то, что сожгли адепты ордена Вэнь, что в этих прекрасных краях снова воцарится мир, - он верил в это всем сердцем и готов был надеяться вместе с Лань Сичэнем. Или даже сильнее него и делиться с ним этой надеждой. - Цзэу-цзюнь, вы обязательно должны верить в это. Мэн Яо вряд ли сможет помочь вам, но он... Попытается сделать хоть что-нибудь. Это было обещание, и он намерен был его сдержать любой ценой. Осталось только придумать, что же а самом деле он мог бы сделать... - Я не хочу, чтобы вам было плохо! - взволнованно воскликнул Мэн Яо, тревожась от таких слов только сильнее. - Цзэу-цзюнь, я... Простите... Говорить о ягодах было все же несравнимо проще. Солнце уже почти опустилось, его лучи тревожного розового цвета подсвечивали тучи, придавая им какой-то странный, почти воспаленный вид. Ветер стих, навалившаяся духота давила на голову и грудь, предвещая скорую грозу. - Давайте завтра попробуем снова, - Лань Сичэнь принес ему ягоды, и Мэн Яо потихоньку ел их, довольно улыбаясь и жмурясь от удовольствия. После отвратительного супа они казались как никогда вкусными. - Но в этом ведь нет ничего сложного, и вы будете помогать мне, значит, все получится. Он не замечал, что глава ордена Лань любуется им, вероятно, потому что сам любовался собеседником, в изящных руках которого собранные ягоды казались драгоценными бусинами. Вскоре им все-таки пришлось вернуться домой: душное затишье сменилось резкими порывами холодного ветра, стало ясно, что вот-вот пойдет сильный дождь, и Лань Сичэнь и Мэн Яо как могли поспешили в свое убежище. Зато можно было не переживать о том, что они собирались израсходовать много воды на мытье слипшихся от крови волосы, ведь дождь быстро наполнит бочку снова.***
Эти дни, которые Лань Сичэнь провел в этой хижине, он не раз вспоминал ту их первую встречу. Это была церемония поклонения Учителю, одна из многих и привычных церемоний. Молодые люди из разных орденов снова собрались в Облачных глубинах, но именно в этот раз Цзэу-цзюнь наблюдал за ними не только как за будущими учениками и союзниками его ордена. Ему хотелось, чтобы брат нашел друзей, и потому присматривался ко всем вдвойне внимательно. А потом заметил, как отличается спутник молодого господина Не от других сопровождающих лиц. Он был в других одеждах, и даже из-за этого взгляд то и дело возвращался к нему. И наблюдать за тем живым любопытством, с которым этот человек смотрит вокруг, Лань Сичэню неожиданно понравилось. До самого приглашения ордена Не на поклон он не знал, кто же этот молодой заклинатель, а потом… Потом ему стало стыдно за то, как люди осуждают других, как обсуждают их в их же присутствии. А ведь Мэн Яо был не простым учеником, как многие из них. Лань Сичэнь действительно слышал о новом помощнике Не Минцзюэ, и сейчас порадовался за Чифэн-цзуня – похоже, тому удалось найти настоящее сокровище. Ни словом, ни взглядом молодой господин Мэн не показал, как ему неприятны эти разговоры. И если бы Лань Сичэнь наблюдал за ним чуть менее пристально, он бы не увидел еле заметно сжатых пальцев – единственного свидетельства того, что злые шепотки и переглядывания учеников задели его. И пусть по протоколу дары учеников забирал один из адептов ордена Лань – Цзэу-цзюнь подошел сам, и в этом было не только желание показать всем злословящим свое к этому отношение, но и желание увидеть эту улыбку вблизи. Да, ему захотелось пообщаться с молодым господином Мэн, но додумать мысль о том, что не только Ванцзи мог бы найти друзей среди собравшихся здесь молодых людей, он просто не успел. Появились люди из ордена Вэнь. Но даже тогда, когда все внимание уже было сосредоточено на разгорающейся ссоре, глава ордена Лань успел заметить, как быстро Мэн Яо прикрыл собой Не Хуайсана – заметить и подумать о том, что в чем-то помощник главы ордена Не куда больше похож на воина клана Не, чем наследник ордена. Были, были у Цзэу-цзюня мысли найти вечером молодого господина Мэн. Что скрывать, этот человек стал ему интересен сразу, но… Не сложилось. Мэн Яо ждал его, чтобы поблагодарить и проститься, и Лань Сичэнь действительно не имел права задерживать его… - Мэн Яо, вы помните, что я говорил вам еще тогда? – теперь они оба улыбались, мысленно перенесясь в прошлое. – Об излишней торжественности и почтительности. Прошу вас, мы ведь действительно… Он не нашел слов закончить фразу, но очень тепло улыбнулся. Конечно, они не равны, глупо было бы даже думать о подобном. Но все же разве станет он считать Мэн Яо менее воспитанным, если тот позволит себе говорить с ним проще? - Тем более, что другие мои слова… Похоже, что я был неправ, простите меня, - и он выразительно перевел взгляд на грудь Мэн Яо, стараясь все же не говорить прямо о Не Минцзюэ, зная, что это его расстраивает. Мэн Яо выглядел очень смущенным, и Лань Сичень очень остро почувствовал сожаление – возможно, если бы тогда они смогли нормально поговорить, смогли бы обмениваться вестями… Но нет, не стоило думать, что тогда что-то было бы иначе, что ему не пришлось бы покинуть Нечистую юдоль раненым и скрываться в лесу. Пусть глава ордена Лань и был одним из сильнейших заклинателей, над судьбами других он был не властен. И все же он не смог – не захотел? – промолчать. - Если бы вы смогли остаться, я бы искал с вами встречи вечером, - признался он, не поднимая глаз на Мэн Яо. – Тогда, когда вы пришли проститься, я как раз думал о том, что нужно уточнить, где остановились заклинатели клана Не. Но вам нужно было возвращаться, а я не мог вас задерживать. А потом он не мог покинуть Облачные глубины надолго, чтобы посетить Цинхе. Слишком много проблем было у каждого клана заклинателей. И хотя с Не Минцзюэ они не раз отправляли друг другу письма, в них практически не упоминался помощник Чифэн-цзуня. - Спасибо вам за веру, Мэн Яо, - сейчас это было действительно очень важно, ведь если бы он и дальше бродил по лесам в одиночку,ему действительно было бы намного сложнее верить в лучшее. – Я сделаю все, что в моих силах – и даже большее, - чтобы восстановить Облачные глубины. Орден Лань не должен исчезнуть так просто, и если в это верите вы, я могу надеяться, что поверят и другие. Благодарю вас, - он склонил голову и улыбнувшись, доел ягоды. Наблюдать за Мэн Яо, который довольно жмурится, когда ест, ему нравилось. Потом они все же вернулись в свою хижину, и по дороге Лань Сичэнь снова придерживал Мэн Яо, ведь теперь в лесу было намного темнее. Воду можно было не экономить, вот-вот должен был пойти дождь, и они занялись последним на сегодня важным делом – нужно было прочесать и промыть слипшиеся от крови волосы Мэн Яо. Лань Сичень попросил его сесть, а сам стал аккуратно разбирать то, что когда-то было аккуратной прической, стараясь не причинять сильную боль.***
Оказалось, что Лань Сичэнь тоже запомнил их первую встречу - и запомнил ее хорошо, а ведь Мэн Яо до сих пор думал, что для Цзэу-цзюня она никакого особенного значения не имела, он думал, что глава ордена Лань просто обладает превосходной памятью и только потому узнал его. Но он бережно хранил это воспоминание, и от этого было так странно и... Волнительно. - Конечно, я помню... - тихо проговорил молодой человек, совсем потупившись. - Но Цзэу-цзюнь, я ведь... Он тоже не договорил. И так было ясно, что он не ровня Лань Сичэню и никогда не будет равным ему ни в чем. Но если бы только тот пожелал хоть немного сократить дистанцию, Мэн Яо был бы безмерно счастлив. И теперь в его взгляде читалась такая надежда, но сам заговорить об этом он не имел никакого права. - Цзэу-цзюнь, когда вы так говорите, мне хочется вам поклониться, но я не могу. Сжальтесь надо мной, прошу вас, - Мэн Яо смущенно, но вместе с тем лукаво улыбнулся, осмелившись на несколько секунд поднять взгляд. - И вам ведь не за что просить прощения, я действительно... Все случилось так, должно было случиться. Может быть, однажды я смогу искупить свою вину, но я не хотел бы... Не хотел бы думать о таких вещах прямо сейчас. Он подумал, что Лань Сичэнь позже наверняка встретится с Чифэн-цзунем - и станет задавать ему вопросы; это было бы очень и очень плохо, глава ордена Не ведь никогда не стеснялся в выражениях и не скупился на гнев, а Цзэу-цзюнь теперь мог бы попытаться заступиться за человека, который лечил его раны. Неужели все-таки придется объясниться? Но не станет ли от этого еще хуже? - Цзэу-цзюнь, вы... - узнав, что Лань Сичэнь тогда сам готов был искать его общества, Мэн Яо замер с приоткрытым ртом. Он боялся поверить в услышанное, радовался, смущался и грустил одновременно, и такая смесь эмоций оказалась для него слишком яркой, он совсем растерялся и не мог найти подходящие слова, да хоть какие-нибудь... «Если бы я только мог задержаться тогда!..» - с горечью думал он. Мэн Яо увидел лишь малую часть великолепия Облачных глубин, а теперь... Даже если все отстроят в точности так же, это ведь будут уже совсем другие Облачные глубины, возрожденные из пепла, возможно, еще более прекрасные, но все-таки другие, не те, какими их полюбил Лань Сичэнь, а ему сейчас хотелось смотреть именно его глазами. - Я всегда буду верить в вас, Цзэу-цзюнь, - он прошептал это едва слышно, не потому, что боялся, что глава ордена Лань как-то неправильно поймет его слова, а от смущения. Мэн Яо все еще был потрясен услышанным, и ему нужно было время, чтобы осознать, что ему это все не пригрезилось. Смена обстановки пошла ему на пользу - он все-таки смог немного расслабиться и вел себя уже куда более непринужденно, пока они ели ягоды и беседовали о планах на следующего петуха, который должен был попасться в их ловушку. Потом пришлось довольно поспешно возвращаться домой, и это тоже отвлекло от сложных размышлений и заставило вспомнить о вещах куда более простых, но тоже важных. - Может быть, если их намочить, распутывать волосы станет легче? - с сомнением спросил Мэн Яо. Он пытался помогать Лань Сичэню, и их пальцы то и дело соприкасались. Иногда он морщился от боли, но гораздо больше улыбался и сам не замечал, как ластился к рукам Цзэу-цзюня.***
«Опять поклониться, - печально вздохнул Лань Сичэнь. Неужели так будет всегда? Неужели интересные ему люди всегда будут смотреть на него настолько снизу вверх, выражать почтительность всеми мыслимыми и немыслимыми способами, неужели кроме брата у него не будет близких людей? – Все-таки я слишком рано стал главой ордена. Остальные главы великих орденов старше меня, мы с ними слишком разные. А когда мне хочется сблизиться с кем-то еще, мне постоянно напоминают о дистанции». Он снова печально вздохнул, а потом улыбнулся. - Я ужасный человек, - ему стало даже смешно. – Но теперь мне придется даже радоваться вашей ране, раз из-за нее вы не можете постоянно кланяться. Но это же чудовищно! Может быть… - в голосе его было сомнение, он понимал, что для Мэн Яо должно быть действительно важно проявлять почтительность, он так воспитан, и обижать его не хотелось. – Может быть, вы позволите обращаться к вам на «ты» и ждать, что когда-нибудь и вы сможете не кланяться мне постоянно и быть со мной свободнее? Прошу вас, хотя бы когда мы одни. Когда, - когда, а не если, почему-то он был в этом уверен, - мы встретимся в будущем, я уже не смогу просить вас об этом, но сейчас… А что сейчас? Как мог Лань Сичэнь объяснить, почему ему так хочется другого общения с Мэн Яо? Ему, главе ордена, первому нефриту ордена Лань, прославленному заклинателю – с обычным самоучкой, чье происхождение до сих пор порождает злые сплетни? Никак. Но для него это было действительно важно, и он не скрывал этого ни во взгляде, ни в интонациях. Да, лучше было заняться чем-то другим. Не пытаться говорить о таких сложных вещах, не наблюдать за сменой выражений на лице Мэн Яо. Так было правильнее. Но почему-то распутывать волосы Мэн Яо оказалось очень волнительно, они пытались сделать это вместе, и то и дело соприкасались пальцами, но Лань Сичэнь не считал, что этим они мешают друг другу. Несмотря на боль, Мэн Яо действительно немного расслабился, и это было приятно, и из-за этого Лань Сичэнь старался сделать все очень нежно, а не только аккуратно. - Попробуем, - улыбнулся он, заканчивая с кончиками волос, которые пытался привести в порядок. Он действительно намочил волосы Мэн Яо, а потом стал лить воду небольшой струйкой, пытаясь вымыть кровь и грязь, так что он практически все время касался кожи головы.***
Мэн Яо превосходно научился владеть собой и в любой ситуации сохранять подобающее выражение лица, но в этот раз таланты подвели его, и он изумленно и радостно уставился на собеседника, широко распахнув глаза и глуповато улыбаясь. Он весь просто сиял - и совсем не мог сдерживаться, он был слишком счастлив и не мог, да и не хотел скрывать это. - Я... Я был бы так рад, если бы вы обращались ко мне на "ты"! - воскликнул он. - Не могли бы вы звать меня просто по имени? Мне это было бы очень приятно. Теперь он готов был благодарить и даолаогуя, и камни, об которые он разбил голову. Пусть он до сих пор чувствовал себя неважно, это того стоило! Мэн Яо радовался как ребенок - и верил, что они обязательно встретятся снова, и что они вместе отправятся в Облачные глубины, сейчас все казалось возможным. Так что если попытки распутать слипшиеся от крови волосы и причиняли боль, Мэн Яо было просто не до того. Его переполняло тепло, он весь светился и чувствовал себя неприлично, невозможно счастливым. Правда, к вечеру стало прохладнее, и на все усиливавшемся ветру сидеть в одних штанах было холодновато, но это не портило впечатление и ни чуть не уменьшало его радость. Мэн Яо только иногда вздрагивал, если струйки воды пробегали по только что затянувшемуся темно-розовому шраму, но не мешал Лань Сичэню распутывать и промывать его волосы. И даже пытался помогать ему - толку от этого не было никакого, но так он мог прикасаться к его пальцам, и это было приятно. Почему это было настолько необходимо... Вряд ли стоило об этом сейчас рассуждать, и он просто радовался тому, что это маленькое - и все-таки очень странное - желание может быть воплощено в реальность. - Вот здесь болит, - Мэн Яо смешно сморщил нос, когда кончики пальцев главы ордена Лань коснулись скрытой под волосами ссадины на затылке. - Только я не понимаю, насколько эта ссадина большая. Коркой крови всю кожу стянуло, иногда кажется, что весь затылок разбит, а иногда почти ничего не чувствуется. Он вздохнул и попытался поймать потекшую по шее к груди струйку, это, конечно же, не получилось, и Мэн Яо недовольно фыркнул, когда вода снова добралась до пока еще слишком чувствительного шрама. Он был безобразным, и ему было стыдно из-за того, что Лань Сичэнь его видел, но он также понимал, что никогда не попытается избавиться от этой отметины. Она была слишком важным напоминанием.***
Просто по имени? Ему правда этого хочется? Лань Сичэнь очень обрадовался, и сиял он от этого не меньше, чем Мэн Яо. Нет. Чем А-Яо. Теперь так. - Спасибо, А-Яо, - он улыбнулся, совершенно не представляя, как выглядит теперь его лицо, и улыбался все время, пока промывал его волосы. Но когда А-Яо сказал, где болит, Лань Сичэнь нахмурился. Кровь надо было смыть, под коркой действительно не было видно саму ссадину, но причинять ему боль он не хотел. - А-Яо, не мог бы ты подержать ковш и потихоньку лить воду? – попросил он, и, когда обе руки были свободны, постарался обезболить духовной силой, чтобы процесс не был таким болезненным. – Я постараюсь, чтобы было не очень больно. Он постарался, и надеялся, что к тому моменту, когда он закончил и смог-таки смыть всю кровь, А-Яо не потеряет сознание от боли. - Ссадина не очень большая, - заметил он, пробегая пальцами по ране и залечивая ее, как мог. – Без кровавой корки должно быть проще, - он забрал у А-Яо ковш, мысленно удивляясь тому, как быстро и легко стал думать о нем именно так, и стал тщательно промывать его густые волосы, теперь уже распутанные, чтобы вымыть остатки крови и грязи. А-Яо, должно быть, было холодно так сидеть на ветру, и он постарался ускориться, чтобы его… кто?... не слишком замерз. – Все, - улыбнулся он. – А-Яо, ты не очень замерз?***
Лань Сичэнь теперь обращался к нему на "ты" и не просто по имени, а ласково, как к младшему другу, и от этого Мэн Яо чувствовал себя таким счастливым, что у него просто не находилось слов, чтобы выразить это. Но его улыбка была более чем красноречивой, и его глаза сияли, так что глава ордена Лань мог все понять и без слов. Он тоже улыбался - и это была такая солнечная улыбка, что Мэн Яо казалось, что от нее совершенно буквально становится теплее. - Вот так? - Цзэу-цзюнь передал ему ковш, и он пытался лить из него воду медленно, что было не слишком удобно, но он старался как мог. - Ничего страшного, это же только ссадина. Сейчас Мэн Яо казалось, что ему никакая боль не страшна, впрочем, Лань Сичэнь прикасался к его коже так бережно, что бояться и правда было нечего. Да и не такой уж и страшной была эта ссадина. - Значит, быстро заживет, - Мэн Яо все-таки немного побледнел - и из-за потревоженной раны, и от холода, но продолжать все так же сиять и улыбаться. - Спасибо вам, Цзэу-цзюнь. Назвать его по имени - даже по полному - Мэн Яо все-таки не решился. Но он мог теперь не прятать улыбки и взгляды, и этого должно было быть достаточно. - Замерз, - признался он, ни чуть не расстраиваясь. - Ничего страшного, в доме будет теплее. С чистыми волосами он чувствовал себя намного комфортнее. Вроде бы мелочь, а сколько добавляет уверенности! Впрочем, для него всегда очень важно было выглядеть подобающе, а в таких условиях это было очень непростой задачей. Они перебрались в дом, и Мэн Яо поспешил натянуть сухую одежду. Он нашел свой гребень и теперь вертел его в руках, сомневаясь, стоит ли пытаться расчесать волосы сразу после того, как Лань Сичэнь занимался лечением той ссадины на затылке. - Кажется, вот-вот начнется дождь, - через приоткрытую дверь было видно, что небо совсем почернело, в воздухе запахло пылью, и это ощущалось даже в хижине. - Или гроза. Тучи такие мрачные... Но мы теперь можем отдохнуть. Цзэу-цзюнь, вы же тоже ляжете отдыхать?***
- Надеюсь, это будет обычная гроза, а не очередной монстр, - усмехнулся Лань Сичэнь, вытряхивая за порогом их постель, пока А-Яо одевался. - Но я не против хорошего дождя. Может... - он с сомнением посмотрел на грязную одежду, - просто оставить на улице, тогда не нужно будет стирать? Или ветром все же унесет? Да, он не разбирался в этом, и от этого было немного неловко, но рядом был человек, который мог ответить на такие вопросы, поэтому больше проявлять инициативу в вопросах быта Цзэу-цзюнь не стал. Хватило супа. - Конечно, лягу, А-Яо, - он постелил все на место, которое было выбрано давно - там хотя бы точно не протекала крыша, - и стал раздеваться и расплетать волосы. Собирал он их каждый день так же, как и привык, хотя в этой глуши такое могло показаться и странным. - Как ты сейчас себя чувствуешь? Так долго ходил, но ведь твоя голова еще не прошла. Теперь он мог действительно отдохнуть, не тревожась за состояние А-Яо, но кто знает, не станет ли ему хуже? Все же исцелить сотрясение мозга так быстро - очень сложная задача, а если еще и действовать только духовной силой, не использовать никакие специальные снадобья, все могло бы быть намного хуже.***
- Другой даолаогуй мог выследить нас и прийти сюда? - Мэн Яо недостаточно хорошо знал повадки этих тварей, так что предполагал, что его вопрос прозвучал очень глупо, но мало ли... Лучше спросить и больше не думать о том, что в любой момент к ним в дом может вломиться монстр. Или наоборот - подготовиться к этому, насколько это возможно. - Это было бы здорово, но вещи так не отстираются, тем более от крови, - он улыбнулся очень ласково, наивность Лань Сичэня в таких вопросах вызывала у Мэн Яо безграничное умиление. - Я потом все постираю. Боюсь только, вернуть вашей одежде ее первозданную белизну уже ничто не поможет. Но вряд ли сейчас стоило переживать о таких вещах. Их одежда была относительно целой, и это уже было неплохо. Да и пятна были не такими уж и ужасными, Мэн Яо очень старался, пытаясь их вывести, и по большей части ему это удалось, но все-таки не везде. И после их последней ночной охоты его снова ожидала стирка. - Сейчас голова почти не болит, - Лань Сичэнь раздевался, а Мэн Яо все еще мерз и наоборот кутался в их общее одеяло, заштопать все дыры на котором ему никак не удавалось. - Спасибо вам, Цзэу-цзюнь. Мне теперь намного легче, думаю, если я хорошо высплюсь, завтра я буду чувствовать себя еще лучше, и мы сможем вместе приготовить обед. Вы возьмете меня с собой, когда пойдете за ягодами? Я... Не хочу оставаться один. Это, наверное, глупо, но мне очень этого не хочется. Он улыбнулся, все-таки лег и попытался устроить свои мокрые волосы как-нибудь так, чтобы от них не было холодно ни ему, ни Лань Сичэню, что было непростой задачей, учитывая, что подушка тоже была общей, маленькой и представляла из себя набитый соломой старый мешок. Но на ней Мэн Яо как будто реже видел давно преследовавшие его кошмары - или дело было вовсе не в подушке?***
- Не думаю, - Лань Сичэнь лег рядом, но не стал забирать у замерзшего А-Яо одеяло, чтобы укрыться. Ему пока не было холодно несмотря на погоду. - Я никогда не слышал о таких повадках даолаогуев. Так что хочется верить, что нас с тобой этой ночью никто не потревожит. А потом, - почему-то он смотрел на А-Яо и улыбался, ему еще ни разу не было так спокойно после сожжения Облачных глубин, - мы пойдем за ягодами. Мне... тоже хочется идти вместе, - он смущенно пожал плечами. - И потом готовить. И все, что будет нужно делать. Он ничего не понимал, но ему так хотелось, чтобы А-Яо было хорошо, что он почти не думал о проблемах. И о "внешнем" мире. Ему было просто спокойно и радостно, и сейчас совсем не хотелось, чтобы их раны затянулись быстрее. Ведь тогда им придется разойтись в разные стороны, и кто знает, когда они встретятся снова? О том, что кто-то другой может занять в его сердце место, которое уже принадлежало А-Яо, он даже не думал. И вообще не думал ни о чем таком. Просто лежал рядом, слушал дыхание А-Яо и не мог уснуть - ему было слишком хорошо, чтобы спать.***
- Надеюсь, им такое действительно несвойственно. В бою я сейчас совершенно бесполезен, и это меня очень беспокоит. Если к нам в самом деле кто-то наведается, я буду только мешать... - Мэн Яо вздохнул и встревоженно улыбнулся. Раньше он сказал бы "сюда", а не "к нам", но он не заметил, что выбрал другие слова, они казались очень естественными и уместными, настолько, что он просто не ощущал разницы. Он наконец-то перестал дрожать и смог поделиться одеялом с Лань Сичэнем, попытался даже сам накрыть его. Если бы он просто прижался к лежавшему совсем рядом главе ордена Лань, он согрелся бы гораздо быстрее, но такая простая мысль в его голову как-то не приходила. А даже если бы и пришла, он ведь все равно не решился бы - ну, по крайней мере, осознанно, а не во сне. Спал он всегда беспокойно, и Цзэу-цзюнь часто обнаруживал Мэн Яо под утро уютно свернувшимся в клубок, прижимавшимся спиной к его боку. - Вы всегда просыпаетесь так рано! Это хорошо: чем раньше вы поставите вашу ловушку, тем больше будет шансов, что в нее попадется еще один петух, - петух. А они здесь вообще водятся? Дикие петухи... Может быть. Но рядом вроде бы не было никаких поселений, откуда бы птицы могли сбежать и одичать. Может, это на самом деле были фазаны? С другой стороны, диких кур Мэн Яо тоже случалось видеть, только не в этих широтах, а южнее. Но вдруг и здесь для них достаточно тепло? Интересно... Вскоре дождь застучал по их дырявой крыше, и из-за двери потянуло сыростью и свежестью. Почти сразу же зазвучали и раскаты грома, пока далекие, но все же достаточно громкие. - Спокойной ночи, Цзэу-цзюнь... - еще не было даже девяти вечера, но они оба устали и нуждались в отдыхе, и Мэн Яо уже отчаянно зевал. Через каких-нибудь пару минут он уже заснул, несмотря на шум и прохладу. И первое время даже спал спокойно, как и надеялся.
