Часть 7
29 декабря 2020 г., 17:00
Лань Сичэнь улыбался, и Мэн Яо смотрел на него как завороженный, хотя почему как? Этот взгляд и правда завораживал, тем более что улыбка была точно такая же, как в тот день, который навсегда запечатлелся в его памяти. Тогда он ничего не успел сказать, а теперь у них было время - пусть немного, но было, и Мэн Яо мог снова и снова прикасаться к рукам Цзэу-цзюня, и тот совсем не возражал. И даже наоборот, было заметно, слишком заметно, что ему это тоже приятно. Но может ли быть... Нет, надеяться на такое не стоило. Это было бы не то что слишком смело - даже слишком нагло.
- Не наелся, - признался Мэн Яо. Естественно, руку главы ордена Лань он и не думал отпускать, хоть и не мог теперь сжимать ее в обеих ладонях. - Со мной все будет в порядке, только мне, наверное, все-таки нужно будет опираться на вашу руку...
Это "наверное" было предлогом в гораздо большей степени, чем можно было предположить при его состоянии, но он этим пользовался, и его совесть хранила по этому поводу согласное молчание. А еще теперь можно было переплести пальцы с пальцами Лань Сичэня, так ведь надежнее - и это даже выглядело уместным... Естественно, и этой возможностью Мэн Яо тоже воспользовался с радостью и безо всяких шевелений со стороны совести.
Солнце успело опуститься уже довольно низко, а им предстояло найти какую-то другую поляну, не ту, на которой они собирали ягоды вчера, - на той они уже почти все оборвали, но его это не смущало. Голова, конечно, и кружилась, и время от времени болела, но Мэн Яо был уверен, что с ним все будет в порядке, и главе ордена Лань не придется переживать за него.
- Цзэу-цзюнь, как вы думаете... Потом, когда закончится война... Мы когда-нибудь вернемся в это место? Сможем отыскать его? - мысль была странной, но из тех, что сейчас крутились в голове Мэн Яо, она была единственной приличной, все остальное озвучивать вслух было никак нельзя. - Мне кажется, я буду скучать по этому дому.
И по вам.
Наверное, правильнее было сказать, не по этому дому, а по времени, которое они провели здесь, но сейчас Мэн Яо казалось, что он будет скучать и по самому месту. В этих горах было так тихо и спокойно, несмотря на бродившую по склонам нечисть, что было сложно даже думать о возвращении в шумный и многолюдный город.
- Жаль только, что здесь нет озера. Было бы здорово найти озеро и искупаться, я так соскучился по воде, по ее запаху, по порхающим над водными цветами стрекозам... - он мечтательно улыбался и совсем не замечал, что опять ласково поглаживает руку Лань Сичэня.
***
Если бы сейчас А-Яо сказал, что ему надо не только опираться на руку Цзэу-цзюня, но и идти, обнимая его, тот бы только порадовался. Все это было каким-то сумасшествием, но разве это имело значение? Они одновременно начали переплетать пальцы, и если Мэн Яо хотя бы мог бы мотивировать это надежностью, Лань Сичэнь просто хотел этого, и никаких других объяснений у него не было - ни для себя самого, ни для А-Яо. Они шли через лес, держась за руки, и перед мысленным взором главы ордена Лань проходили картины его сна. Там они не держались за руки, но как было бы хорошо так пройтись по Облачным глубинам! Как будет хорошо, обязательно будет... - Не знаю, - он немного растерялся от такого вопроса, а потом задумался. - Кто знает, не доберется ли война и сюда. Но мне бы этого хотелось. Знаешь, А-Яо, я ведь тоже буду скучать, - хотя и не по дому, а по этой жизни. А потом ему в голову пришла одна идея, и он тихо рассмеялся. - Но я могу построить в Облачных глубинах похожую хижину. Вдали от остальных домов, ведь наши горы большие. Конечно, это будет не то, но... Только крыша все-таки будет целой, хорошо? Он смотрел на А-Яо весело, чуть сощурившись, и очевидно было, что этот дом не для него, а для них, как будто такое место могло стать еще одной причиной для А-Яо посетить Гусу. Если ему были нужны дополнительные причины. - Через несколько дней мы сможем поискать озеро, - наверное, именно так смотрел А-Яо в детстве, именно так улыбался, чтобы ему никто не мог отказать. - Но ведь оно будет совсем другим. Горные реки и озера холодные, ты привык не к таким. А-Яо гладил его руку, и Лань Сичэнь действительно не заметил, что стал отвечать тем же, задумавшись о том, что найти нормальную воду было бы действительно хорошо. Но это будет не скоро, а вот поляну с ягодами они нашли довольно быстро.***
- Больше всего я буду скучать по вам, а не по этому дому, - признался Мэн Яо - и только после этого понял, что произнес это вслух. Но из того, что он мог бы сказать сейчас, это точно было не самым страшным, к тому же, Лань Сичэнь наверняка догадывался об этом и без слов. Ну, по крайней мере, Мэн Яо был уверен, что на его месте точно догадался бы. Цзэу-цзюнь смеялся, и им невозможно было не любоваться, да и без этого отвести взгляд было слишком сложно. Так что Мэн Яо в самом деле необходимо было опираться на руку своего спутника, ведь он все время смотрел на него, а не под ноги. И только каким-то чудом до сих пор никуда не свалился и не утащил главу ордена Лань за собой. - Крышу я починю, - пообещал Мэн Яо, тоже рассмеявшись. - Но будет хорошо, если в том, другом доме она сразу будет целой. Мне... Цзэу-цзюнь, мне можно будет приезжать и оставаться в доме, который вы построите? И вы будете приходить туда? Представить себе Лань Сичэня строящим дом он просто не смог. Говорят, что талантливый человек талантлив во всем, но Мэн Яо задумался о том, что страшнее: глава ордена Лань на кухне или в попытках что-нибудь построить, и так и не смог решить, как же хуже. Нет, такому человеку всеми этими обыденными вещами заниматься точно не стоило... С другой стороны, Мэн Яо понимал, что даже если Цзэу-цзюнь построит что-то такое же невыразимо жуткое, как недавний суп, он все равно будет счастлив жить в таком доме. Особенно если они будут жить там вдвоем. - Ну и что, что оно будет другим? Так ведь даже интереснее. Горных озер я еще не видел, - он пожал плечами и улыбнулся совсем беззаботно, уже представляя, как будет ласкать кожу прохладная вода. Потом, правда, Мэн Яо сообразил, что для купания придется раздеться, и Лань Сичэнь будет видеть его обнаженным, и это была какая-то очень сложная мысль. Не то чтобы в таком случае он мог увидеть что-то принципиально новое - пока они пытались лечить друг друга, они в каком только виде друг перед другом не представали, и в этом ничего такого не было, но теперь это смущало. Они нашли поляну с ягодами и начали собирать их - уже начинало смеркаться, так что терять время не стоило, тем более что обратный путь в этот раз обещал быть более долгим не только из-за того, что они отошли на большее расстояние, но и потому, что Мэн Яо совсем не смотрел под ноги и действительно часто спотыкался. - Цзэу-цзюнь, вы говорили, что у вас был кот, хотя правила ордена запрещали это. Скажите, а вы... Нарушали другие правила? - Мэн Яо и сам не знал, для чего спросил именно об этом. Оставалось только надеяться, что Лань Сичэнь не станет позже задавать ему такие же неудобные вопросы.***
- Это хорошо, - говорил Лань Сичэнь вроде бы серьезно, но глаза его смеялись. Сейчас ему было очень легко, все время хотелось улыбаться А-Яо, смотреть на него, и это очень легко читалось по его лицу. - Тогда ты быстрее верн... придешь ко мне. И он сам быстрее сделает то, что должно. Даже если все еще хуже, чем он мог думать, даже если умерли слишком многие, у него ведь будет еще один - личный - повод, сделать все, чтобы война быстрее закончилась, и восстановить дом. Или даже восстановить его раньше... - Какая крыша! - как можно смотреть под ноги, когда на тебя так смотрят? - А-Яо, если ты в ближайшие дни попробуешь туда залезть, я... я... Я снова буду кормить тебя ужасным супом, вот! - ну а какой еще страшной карой он мог грозить, чтобы А-Яо не пытался перенапрягаться, не долечившись? - Я бы очень хотел, чтобы ты туда не только приезжал, - тихо проговорил он, понимая, что не имеет на это права, что это слишком жестоко по отношению к человеку, который стремится к совсем другому признанию. - Я же говорил, что буду ждать тебя. Или ты не веришь? А-Яо предвкушал возможное купание, а Лань Сичэнь задумался о том, что показалось ему возможным спасением. Почему-то именно так - не просто решением. - А-Яо, ты умеешь рисовать талисманы-посланники? - это требовало определенных знаний, но все-таки как было бы хорошо хоть иногда получать весточки от А-Яо, знать, что тот жив... И это было даже страшно - даже с братом он мог не видеться долгое время и обменивался посланиями только в самом крайнем случае. А ведь ему хочется иметь возможность переписки с А-Яо совсем не из-за того, что он просто переживает за заклинателя, знающего много меньше других... Эти ягоды были более спелыми, чем те, которые они собирали утром для петуха, так что пальцы и губы Цзэу-цзюня быстро стали красными от сока. А потом он стал собирать ягоды в пригоршню - и сначала с огорчением подумал, что такой рукой не стоит касаться А-Яо, но потом прогнал глупые мысли - ведь тот тоже собирает ягоды! - Нарушал, - если его и удивил вопрос, то скорее не смыслом, а неожиданностью. - Я был не самым спокойным ребенком. В Облачных глубинах запрещено бегать, шуметь, смеяться - а я, к сожалению, не настолько спокоен, как Ванцзи. Запрещено гулять по ночам, нарушать режим, играть на музыкальных инструментах по ночам, ходить босиком, а я... Я всегда старался не тревожить покой других обитателей Облачных глубин, но все же... - вообще-то по правилам ордена за все это ему стоило наказать самого себя, но отказаться от ночных прогулок в тишине он не мог, он любил ночь и лунный свет, и не мог долго без него. Даже флейта его имела имя Лебин. В конце концов, некоторые правила предназначались в первую очередь для учеников. - А-Яо, ты теперь знаешь страшную тайну главы ордена Лань, - он рассмеялся, глядя на того сияющими глазами. А-Яо тоже ел ягоды, тоже вымазался соком, и это почему-то взволновало Цзэу-цзюня, так что он поспешил отвести взгляд.***
- Цзэу-цзюнь, вы же знаете... Я бы вовсе не уходил, если бы мог, - для них обоих это было действительно важно, и Мэн Яо говорил об этом очень серьезно. Если бы он только мог... Если его попытка добиться признания в ордене Цзинь опять окажется неудачной, если его снова прогонят с позором, и об этом будут говорить все заклинатели, смеясь и смешивая его имя с грязью, будут ли для него все еще открыты ворота Облачных глубин? Лань Сичэня такое отвернуться не заставило бы, это было очевидно, но ведь он был не один. И другие могли относиться к таким вещам намного щепетильнее... Но резиденцию ордена Лань сперва нужно было отстроить заново, а Мэн Яо уже не был уверен, что отправится именно в Башню золотого карпа. Возможно... Может быть, ему сперва нужно выбрать другую дорогу. - Вы способны повторить это? - он искренне удивился и во все глаза уставился на главу ордена Лань. - Цзэу-цзюнь, вы правда помните все, что добавляли в этот суп? И готовы приготовить его еще раз? Никогда бы не подумал, что вы такой жестокий человек!.. Мэн Яо рассмеялся и сжал ладонь Лань Сичэня - гораздо нежнее, чем можно было бы предположить в такой ситуации. А потом невольно остановился. Он смотрел на собеседника снизу вверх, запрокинув голову, чтобы поймать его взгляд. Сейчас он казался при этом каким-то совсем беззащитным. - Цзэу-цзюнь, я... - он хотел бы пообещать, что однажды приедет и останется навсегда, но он просто не имел права что надеяться на это, что давать такую надежду главе ордена Лань. Из-за этого он чувствовал себя очень неловко, и еще Мэн Яо было больно из-за того, что Лань Сичэнь почему-то думал, что он мог бы не верить ему. Но он ведь не мог не верить... - Цзэу-цзюнь, разве я когда-нибудь сомневался в ваши словах? Я верю вам. Я всегда буду вам верить. Думать о купании ему уже не хотелось, зачем ему это озеро, зачем... И для чего ему могли бы понадобиться эти талисманы, о которых вдруг заговорил глава ордена Лань, Мэн Яо даже задумываться не хотел. Его сердце по-прежнему звало его в совсем другую сторону, не туда, куда он должен был отправиться, и ему казалось, что он сейчас, вот прямо сейчас порвется на две части, причем, видимо, неравные, и одна из них навсегда останется с Лань Сичэнем, а вторая отправится исполнять обещанное матери. Только такого ведь не бывает... - Я не знаю, что это такое, - они шли дальше, и Мэн Яо по-прежнему смотрел на собеседника, а не под ноги. - Для чего они используются? С ними можно... Передавать послания? Письма? Пока не стемнело, они собирали ягоды, и он радовался возможности полюбоваться Лань Сичэнем: стоило тому опустить взгляд, высматривая очередную ягоду, как Мэн Яо смотрел на него, а когда тот говорил что-нибудь и поднимал взгляд, он тут же опускал глаза и делал вид, что страшно увлечен поисками. Правда, в конце концов он ими действительно увлекся, он ведь не наелся, а ягоды были спелыми и очень вкусными. - Простите, Цзэу-цзюнь, но половину перечисленных вами правил я просто не понимаю... - осторожно проговорил он. Его руки были все в красном соке, да и губы тоже, только он об этом не задумывался, зато заметил, какими яркими стали губы Лань Сичэня - и просто не мог оторвать от них взгляд. - Неужели у юных адептов получается соблюдать их? Но ведь усидеть на одном месте без движения бывает так трудно... Он и сейчас, пока они собирали ягоды, успел множество раз сменить положение. Впрочем, он в любом случае устраивался так, чтобы можно было любоваться собеседником, - и уже не особенно старался прятать эти взгляды, губы главы ордена Лань выглядели слишком соблазнительно, чтобы Мэн Яо сохранил способность рассуждать здраво, рассматривая их со всех доступных ему ракурсов. - Я никому не расскажу! - смеясь, пообещал он. - И мне тоже нельзя будет ходить босиком? И гулять по ночам? Даже если никто, кроме вас, об этом не узнает?***
- Не помню, - он не стал продолжать больную тему, ведь им неизбежно предстоит расстаться, зачем же говорить об этом сейчас, когда они еще не долечились? Это было странно, но когда бы еще раны так радовали Лань Сичэня? Так что лучше было смеяться и говорить о супе. Ведь здесь нет этих правил! - Но зачем повторять? Неужели ты думаешь, что если я снова буду что-то готовить не под твоим руководством, получится что-то более съедобное? Да, он мог быть жестоким. И если бы людей клана Вэнь можно было бы действительно уничтожить его супом, он бы готовил днями и ночами, но увы, ему предстоит проливать кровь. По крайней мере, это он умеет лучше, хотя и предпочел обойтись без лишних жертв. А потом А-Яо остановился, и так на него посмотрел, что у Цзэу-цзюня просто не нашлось слов, и он просто медленно кивнул, опуская глаза, и сжал плечо А-Яо, ведь сейчас ему не нужно было для этого отпускать его руку. Но они быстро пошли дальше, и, наверное, это было к лучшему. - Да, это особенная почта, очень быстрая. Она требует сил и умения точно прорисовать довольно сложный талисман, но во многих ситуациях она дает возможность быстро узнать новости или передать важные сведения. Я научу тебя его рисовать, хорошо? И если ты сможешь иногда присылать мне послания, чтобы я знал, что ты жив... С каждой минутой все это казалось одновременно и более странным, и более естественным, и Лань Сичэню было очень сложно разобраться в собственных чувствах. Но еще сложнее было не смотреть на А-Яо, на его живое лицо и измазанные в соке губы, и понимать, что происходит что-то совершенно непонятное и незнакомое, и даже вряд ли нормальное. - У них не получается, - он снова смеялся, и ему почему-то очень хотелось кормить А-Яо ягодами с рук, и это желание уже просто пугало. - Поэтому в наказание они переписывают правила ордена Лань, стоя на руках у стены послушания. Правила они обычно запоминают быстро, но выполняют их все равно не все. Ты же знаешь молодого господина Вэя? Он нарушил за время обучения так много правил, что мой дядя выглядел как никогда счастливым после того, как он покинул Облачные глубины. Даже его знакомство с Ванцзи началось с того, что молодой господин Вэй принес вино, а ведь в Облачных глубинах запрещен алкоголь... Наверное, если бы Мэн Яо учился вместе с другими молодыми заклинателями, он бы тоже невольно нарушал правила - просто из-за того, что у него совсем другой характер, он весь совсем другой. И это было еще одной причиной, почему ему все же не стоит становиться адептом ордена Лань - такая жизнь будет для него слишком странной. И все же... - Тебе - можно, - он смеялся и смотрел на А-Яо очень нежно, не до конца осознавая это. - Только лучше не делать этого там, где могут увидеть остальные заклинатели. Но если в доме, который будет вдали от всех - там точно никто не увидит и не заставит понести наказание! Отдельный дом далеко от всех, куда сможет приезжать А-Яо... Да ведь тогда Цзэу-цзюнь не захочет жить в покоях главы ордена, точно не захочет! А еще в этом доме можно будет поселить кота... От взглядов А-Яо становилось жарко - и это несмотря на то, что под вечер похолодало. Чувства были незнакомые, но очень яркие, и Лань Сичэнь вспоминал рассказ А-Яо о том, что женщины все время хотели его целовать. Кажется, он понимает и почему, и что это такое... Но разве это возможно? Он ведь не женщина, тогда что же происходит?***
Когда Лань Сичэнь сказал, что они смогут обмениваться особыми письмами, если Мэн Яо сможет научиться использовать для этого специальные талисманы, думать о предстоящем расставании стало все же немного легче: даже если они будут очень далеко, они не потеряют друг друга, смогут слать друг другу хотя бы коротенькие весточки. - Я обязательно научусь, - пообещал он. Только у них не было ни бумаги, ни туши, но сейчас это не казалось проблемой. Главное ведь освоить сам принцип, правда? - Надеюсь, моих способностей на это хватит. Потом Цзэу-цзюнь рассказывал что-то еще о правилах своего ордена, а Мэн Яо почти не слушал, потому что окончательно залюбовался им, и думать о таких сложных вещах уже никак не получалось. Впрочем, кое-какие выводы он все-таки был в состоянии сделать, только от них ему было стыдно. - Когда в следующий раз пойдем на ночную охоту, если люди захотят отблагодарить нас, нужно будет попросить у них вина, - заключил он, искренне стыдясь того, что ему хочется напоить такого возвышенного и высоконравственного человека, чтобы стереть еще остававшиеся между ними рамки ограничений, которых и без алкоголя становилось все меньше. - Выпьем за то, чтобы нам сопутствовала удача. И почтим память тех, кто покинул этот мир. Ему даже удалось найти приличный предлог - и от этого тоже было стыдно, потому что думать о таких мрачных вещах ему на самом деле совсем не хотелось. - Но, Цзэу-цзюнь, если вы будете позволять мне нарушать правила, вас тоже нужно будет наказывать. Неужели вам придется самому себе назначить наказание? Будет так странно, если вы отправитесь к Стене послушания переписывать правила... Да еще и стоя на руках... - Мэн Яо весело смеялся, лукаво щурясь, ему очень понравилось дразнить Лань Сичэня. Тут ему в голову пришла еще одна идея - на его взгляд, просто блестящая, хотя это, конечно, было чистым безумием. Он сорвал несколько ягод и бросил одну в главу ордена Лань - нарочно так, чтобы тот точно не смог поймать. И еще одну, передвинувшись чуть поближе. И еще одну - и перебрался еще немного ближе. - Цзэу-цзюнь, что же вы такой неловкий? - следующую ягоду он уже просто поднес к губам Лань Сичэня, почти их коснувшись. Такое поведение было возмутительным, и Мэн Яо даже смутно догадывался об этом, но остановиться уже не мог.***
- Вина? - сначала Лань Сичэнь удивился, но когда А-Яо объяснил, что хочет почтить память погибших, понял, что спорить уже не сможет. Да и не захочет, вот только... - Я никогда не пил вина по-настоящему, - признался он с ласковой улыбкой. - Когда это было необходимо, всегда нейтрализовывал алкоголь силой Золотого Ядра. Совершенно не представляю, как могу отреагировать на вино. Цзэу-цзюнь помнил, как молодой господин Вэй угостил вином его брата - тогда Ванцзи просто уснул, но в совсем неподобающем месте. Рассказывал он тоже очень неохотно, так что глава ордена сделал вывод, что и для него алкоголь может быть не менее опасным. Но если Мэн Яо хочет выпить за их удачу... Нет, он не может пить не по-настоящему, это будет неправильно и как-то нечестно. - Но спуститься и правда стоит. Может быть, мы сможем раздобыть немного бумаги или хотя бы чистой ткани, - научить рисовать нужные символы можно и на земле, но все же было бы намного удобнее делать это на нормальном материале. Мэн Яо смеялся, и Лань Сичэнь просто не мог отвести взгляд от его лица. Иногда у него это получалось, и тогда он мог дотянуться до ягод, но это было сложно, потому что то, что с ним происходило, он уже никак не мог объяснить и считать нормальным, и в то же время это казалось правильным и естественным, и это пугало. - Мне как главе ордена будет послабление, - смеялся он. - Можно будет не стоять у стены послушания. И вообще - если построить наш дом, - этого "наш" он даже не заметил, - сразу за границей охранного контура Облачных глубин, как ты думаешь, это будет считаться нарушением? О том, как бьют ферулами, сколько восстанавливаются провинившиеся он рассказывать не стал. Сейчас это было бы лишним, хотя, наверное, за то, как он не только позволяет себе вести себя с А-Яо, но и хочет этого, дядя назначил бы ему по-настоящему суровое наказание. Пусть и вдали от всех, чтобы не пятнать репутацию главы ордена. А потом он все же отвернулся, чтобы набрать ягод, и в этот момент почувствовал, как в него что-то попало. Оказалось, это ягода, и А-Яо сразу же бросил вторую, только Лань Сичэнь так растерялся, что не смог поймать ее, а потом оказалось, что Мэн Яо придвинулся ближе и протягивает ему ягоду. Видимо, не только Цзэу-цзюню хотелось кормить другого с рук... - А-Яо, - никогда и не к кому он не испытывал ничего подобного, и боялся, что это не только неподобающе, но и действительно плохо и недостойно, вот только в том, что этим он точно не обидит А-Яо, он почему-то был уверен. Слишком сверкали у него глаза, и Лань Сичэнь понимал, что это не может быть простое желание найти друга. Он смотрел на А-Яо потемневшими глазами, аккуратно взял губами ягоду, мимолетно коснувшись его пальцев, съел ее и облизал губы. - Неужели ты собрал самые вкусные? Остальные были не такие... Того, что он и сам потянулся навстречу, сокращая расстояние между ними, он не замечал, расстояние это все равно казалось ему слишком большим, но разве мог он... Что же с ним происходит, почему, что с ним не в порядке, что его так тянет к мужчине?***
- Цзэу-цзюнь, неужели вам никогда даже не хотелось напиться? - удивился Мэн Яо, но все-таки догадался, что ляпнул глупость. И тут же потупился - впрочем, совсем ненадолго. - Простите, мне не стоило спрашивать. Конечно, такой человек, как вы, не может думать о таких вещах. Ему вот напиваться случалось, и он этого не стыдился: лучше уж залить боль вином и отлежаться где-нибудь в темноте, чем показать ее людям. Это казалось разумным выбором, но прибегал он к такому способу все-таки нечасто. Слишком боялся, что его все-таки увидят пьяным и беспомощным. - И предлагать вам выпить тоже не стоило... - конечно, не стоило, это сразу было очевидно, просто Мэн Яо сперва очень не хотелось об этом думать. Теперь, когда он узнал, что Лань Сичэнь совсем не умеет пить, его разрывали противоречивые чувства: он радовался тому, что если они все-таки решатся вместе попробовать вино, он точно сможет споить главу ордена Лань, но ему было ужасно стыдно думать об этом, ведь осознанно пользоваться такой слабостью доверившегося ему человека было совсем уж подло. Но с другой стороны... С другой стороны, Мэн Яо понимал, что поцеловать Цзэу-цзюня он сможет только если тот будет вдрызг пьян - и то вряд ли, с таким-то самоконтролем... Но может быть... Нужно было как-то перестать обо всем этом думать, но как? Лань Сичэнь сказал "построить наш дом", и Мэн Яо окончательно утратил способность соображать - не то что здраво, вообще соображать. Он видел, что мужчине нравится то, что между ними происходит, поэтому сдерживаться становилось все сложнее и сложнее. - Какая разница, где будет находиться этот дом, важно ведь не это, а что он будет нашим... - прошептал Мэн Яо. Совсем тихо, потому что это казалось чем-то почти священным. Впрочем, очень скоро он уже снова весело смеялся и вел себя возмутительно-беззаботно. Еще совсем недавно он и представить не мог, что Лань Сичэнь позволит ему вытворять такое, но тот осторожно взял предложенную ему ягоду губами и слегка коснулся ими перемазанных ягодным соком пальцев, - и Мэн Яо не сдержал вздоха. И потом откровенно любовался тем, как Цзэу-цзюнь облизывает губы, как же это было красиво... В это сложно было поверить, но он видел, как глава ордена Лань сам потянулся к нему, видел, какими глазами он на него смотрит, - и думал, что вино, наверное, и не понадобится. Мэн Яо все-таки заставил себя отвести взгляд, но только для того, чтобы сорвать еще несколько ягод. Одну из них он сразу же снова поднес к лицу Лань Сичэня, заглядывая в его глаза и взволнованно улыбаясь чуть приоткрытыми губами. - Может быть, эти даже вкуснее, - предположил он. - Только нужно съесть все, чтобы убедиться в этом наверняка. Теперь они сидели еще ближе друг к другу, но в какой-то момент Мэн Яо все-таки перестал придвигаться, предоставив главе ордена Лань самому решать, какое между ними должно быть расстояние. Сам он, конечно, предпочел бы, что их ничего не разделяло - совсем ничего, чтобы не было даже одежды.
