Потерянный ангел

Самая большая, на тот момент, катастрофа её жизни, встретилась с ней лицом к лицу, когда ей было шестнадцать. Билли остановилась прямо под фонарем посреди улицы и достала из кармана телефон. Прокручивая его в холодных руках, пыталась ответить себе на вопрос: точно ли ей это надо? Может сейчас развернуться, пойти домой, лечь в кровать и спать? Первые четыре секунды такой вариант развития событий казался наиболее благоприятным и просто прекрасным, а потом вдруг перед глазами промелькнула Лилиан, её руки на голом теле, её действия... и боль. Встряхнула головой, прогоняя мерзкое воспоминание и убедилась окончательно: надо выпить. В ближайших клубах её уже все знали - на танцпол пускали без проблем, но к бару пройти не давали. А сейчас... Сейчас, наверное, она не справится без алкоголя. Разблокировала телефон и, глянув на время, удивившись его идеальности, выбрала в списке контактов номер наугад. – Ало? – сонный голос мужчины, явно только что проснувшегося, на том конце, заставил Билли почувствовать себя слегка разбалованным и эгоистичным ребенком, требующим внимания. – Тодд, привет! – Билли... – Разбудила? – Да. Что-то случилось? – Извини. Нет, всё в порядке. Тодд, я хотела тебя попросить. Может ты можешь отвезти меня в бар? – В какой бар ты хочешь в час ночи? – Не знаю, в любой. – А выпивка? Как покупать будешь? – Потому ты мне и нужен. – Понятно, – тяжело выдохнул, зевнув после. – За тобой заехать, я так понимаю? – Ага. – Ты дома? – Да, решила прогуляться. – Буду у тебя через сорок минут. – Спасибо. Жду. – Ага, давай. Развернулась и медленно побрела домой, пряча руки в карманах большой, но ужасно тонкой толстовки, которую опрометчиво надела перед выходом, надеясь, что та защитит от порывов холодного ветра. Хоть на дворе уже и двадцать пятое февраля, но ночи по-прежнему холодные, а ветра — ещё холоднее, однако дома она не могла оставаться. Там плохо. Мама со своими вечными претензиями и советами, папа, активно ей помогающий в поиске причин, чтобы прицепиться к Билли. Дома она больше не чувствует себя в безопасности, да и не особо помнит, когда вообще переступая порог, она чувствовала спокойствие и умиротворение, потому что там могут сделать больно. Кто угодно. В первую очередь — сама Билли. Другое дело — тур, которого, если честно, она очень ждала. Да, выматывает. Да, тяжело. Да, много болеть будет — без этого никуда, но, всё же, это в разы лучше, чем быть дома. В туре за ней всегда кто-нибудь, да невольно присматривает. Особенно частые взгляды она ловила от Сэма, кажется, так его зовут, — нового врача, на котором, непонятно зачем, настоял лейбл. Билли было плевать: главное, что ей зарплату не урезают, а если у лейбла есть лишние деньги — пожалуйста, она всё равно рада новым знакомствам. Сэм выглядит милым и всегда за ней присматривает, словно ей не шестнадцать, а всего шесть. Хочется поговорить с ним хоть раз. А для этого нужны выездные концерты. Телефон завибрировал в кармане, зажатый в руке. Билли нехотя высунула кисть из псевдотеплого кармана и, неглядя, приняла звонок, ведь только один человек может ей звонить в без двадцати два. – Тодд, привет. Подъехал уже? – ... – Нет, не звони в дверь, там все спят. Я рядом, минут семь осталось идти. – ... – Ну ладно. Просто едь прямо по улице и увидишь. – ... – Спасибо. Спрятала руки обратно, всё равно медленно идя в сторону дома. Маме совсем не интересно, где дочь пропадает ночью, но ведь сейчас холодно — заболеет, да и пустые улицы далеко не самого благополучного района — не место для прогулок в одиночку. Издалека Билли увидела яркий белый свет фар. Внешне спокойная, внутри она гадала: едет ли это Тодд или сейчас машина остановится, её запихнут внутрь, изнасилуют, а после выкинут где-нибудь на обочине трассы? Но автомобиль остановился и через окно Билли увидела знакомое лицо телохранителя. Сердце немного сбавило свой темп, а адреналин растекся теплом по телу. – Привет, – открыла дверь, садясь на переднее сиденье. – Привет. Решила, куда едем? – Нет. Ты знаешь тут бары какие-нибудь? – Пока ехал, видел парочку. Ладно, сейчас придумаем что-нибудь. – Спасибо. Ехали молча. Билли смотрела в окно, прислонившись к стеклу, думая о том, как ускорить процесс подготовки к туру. Столько всего нужно сделать! А в тур хочется прямо сейчас. Менеджеры обещали, что после выхода альбома организуют мировой тур. Билли очень хотелось вживую увидеть Европу. Альбом вышел, а тур всё ещё в разработке — хоть сама бери и арендуй площадки, нанимай водителей и разбирайся с прочей тонной бумажной волокиты, в которую она даже вникать не хочет. – Приехали. Идёшь? – А? Да, да, иду. Нехотя вышла из теплой машины на холодную улицу, надеясь лишь на то, что в баре, ради названия которого слишком лень было поднимать голову, будет тепло. Зашли внутрь и только закрыли за собой дверь, как все грёзы Билли о мягких стульях около барной стойки и о выпивке были разрушены охраной бара, стоявшей прямо у входа. – Документы, пожалуйста. – Тодд? – обратилась к своей собственной охране, надеясь, что умный взрослый что-нибудь придумает. А её манила куча прыгающих на танцполе ярких точек-людей, чьё многообразие парфюмов так и тянуло к себе, умоляя присоединиться. – Проходите, – охранники расступились, пропуская Билли к горячо желанному танцполу и ещё более манящему и завлекающему бару. – Я сейчас. – Буду у бара, – кинул Тодд девочке, которая уже куда-то убежала. Подошёл к барной стойке. – Здравствуйте, что будете заказывать? – приветливо улыбнулся бармен. – Пока ничего. Извините, можно просьбу личного характера? – Допустим. – Сейчас подойдёт девушка, она со мной. Вы для вида откажите ей, пожалуйста, а потом лейте меньше алкоголя, чем в обычный коктейль, ладно? Заплатим как за стандартный напиток, плюс чаевые. – Без вопросов. – Спасибо. И ещё одна просьба: посмотрите, чтобы вот эти два стула не заняли, пожалуйста. – Хорошо. Их и не займут: все ещё слишком крепко стоят на ногах. – Всё равно спасибо. Отошёл от барной стойки и пошел искать Билли, которой не было видно уже десять минут. Среди людей в зале её не было, значит, пошла в туалет. Если он сейчас войдёт в женскую уборную, а у Билли всё в порядке, то будет выглядеть как минимум глупо. Но всё же, не стала бы Билли, так умолявшая привезти её в бар, торчать в туалете. Осторожно зашёл и не успел позвать девочку, как увидел её, сидящую под раковиной и... Спящую. Да, в самом деле: Билли уснула на полу. Тодд усмехнулся и присел рядом, положив руку на плечо: – Билли, может домой отвезти? – Что? – открыла глаза, зевая. – Домой, говорю, поехали. – Мх, не-ет, – закряхтела, протирая глаза. – Это я так... Не спала долго, а тут тепло и тихо. Пойдем в зал обратно. Дико хочу попробовать алкоголь! – Поверь мне, ничего с "вау" эффектом там нет. – А я хочу. – Да понял я, понял. Пошли. Встала, ещё раз зевнув, умылась и потащила Тодда за собой, обратно к барной стойке с кричащей и прыгающей толпой в полутора метрах от неё. – Доброй ночи, – поздоровалась с молодым парнем за стойкой. Она не ставила себе целью кого-то найти, но бармен был симпатичен. Правда до тех пор, пока она не увидела кольцо на безымянном пальце. – Доброй. Что для Вас? – Ммм. А у вас есть что-нибудь, чтобы вкусно было, вставило хорошенько в голову, но без сильного похмелья? – Да, есть. На счёт похмелья обещать не могу, но опьянение будет быстро. Коктейль... – Беру! – перебила, протягивая карту. – А какой алкоголь? – Там коктейль полностью из него: белый ром, водка, абсент, текила... – Прекрасно! Беру. Сколько? – Девять долларов и сорок семь центов. – Как дёшево! Округлите до пятнадцати. – Спасибо. Приняла карту обратно и, отдав Тодду, ведь сама наверняка потеряет, принялась ждать. – Пожалуйста, – поставил перед ней вытянутый стакан, наполненный чем-то зелёным. – Спасибо. Зачем-то подождала, пока парень отвернется, и осторожно сделала первый глоток. Где-то отдалённо чувствовала вкус алкоголя, что, на удивление, слишком быстро дал в голову, так что к последним глоткам перед глазами уже поплыло, а на лице растеклась улыбка. Остатками трезвой головы понимала, что бармен явно уменьшил количество спиртного в её напитке, но ничего не сказала, продолжив молча пить. – Спасибо. Вкусно, – заключила через пару минут, отставив пустой стакан. – Рад, что Вам понравилось. – Ещё, пожалуйста. Бармен улыбнулся и кивнул. Билли подперла голову рукой и посмотрела на телохранителя, что сидел со стаканом воды. – Тодд? – Да? – Извини меня. Мы тут недолго будем, ещё минут сорок, может меньше. Я тебя не буду больше так дергать, обещаю, – улыбнулась, показывая мужчине мизинец. Телохранитель улыбнулся в ответ, сделав глоток воды из стакана. – В следующий раз зови Роба с собой: он у нас любитель шумных тусовок. – А ты? – легла на сложенные руки и посмотрела на Тодда. – А я люблю домашний уют. Последний раз в клубе был лет пять назад. – Прошу, – бармен подал Билли новую порцию коктейля. Девочка кивнула и, расплатившись, залпом выпила половину. – Тихо-тихо, закуси, хотя бы,а то опьянеешь быстро. О-о, Билли, ты уже готова. Ей больше не наливать, пожалуйста, – обратился к усмехнувшемуся бармену. – А я хочу быстро опьянеть. Кажется, я уже... Сука, на кой черт медляк включили?! – захныкала, когда на танцполе заиграла неспешная мелодия. И пока люди становились в пары и кружились, Билли сидела за стойкой, смотря на всю эту яркость макияжей и нарядов и думая о том, что коктейль безумно вкусный и все... Четыре? Или больше? Видов алкоголя, кажется, ей понравились. – Не-ет, – шепотом протянула, видя, как к ней из глубины танцпола, идёт охренеть какой высокий (на полторы головы выше неё самой точно) парень. – Добрый вечер! — Привет. – Ты одна тут? – Да. – Пошли потанцуем? – протянул руку. Билли, пьяно улыбнувшись, протянула свою ладонь, позволяя увести себя в самую гущу толпы.Положила вторую руку на плечо парня, а он приобнял Айлиш за талию, по-хозяйски кладя руку на большую кофту так, что даже через тонкую ткань Билли чувствовала тепло его ладони, будто и нет никакой преграды в виде одежды. Перед глазами всё плыло, поэтому девочка положила голову на плечо парня и закрыла глаза. – Как тебя зовут? – Билли. А тебя? – Адам. Музыка скоро прекратилась, потому что то ли они поздно вышли танцевать, то ли песня была короткая, то ли слишком долго Адам обнимал её. Билли, нехотя отстранившись, ведь плечо Адама было до ужаса мягким и пах он до одури приятно, подняла глаза и... Боже, какие у него глаза! Такие добрые! – Ты очень красивая, Билли, – прошептал Адам, наклонившись к уху девочки. Билли обдало волной жара от такого жеста. – Ты тоже... Боже, я... – отстранилась. – Мне пора. Да, пора. Э... Прощай? Да, пожалуй, – заторопилась, потому что... Всё, что угодно, только не возбуждение. Последний раз такое было с Лилиан. До того, как она изнасиловала Билли. – Дай свой номер. – А, номер... Я не помню, честно... Сейчас, секунду, подожди, – засмеялась и подошла к Тодду, таща Адама за собой. – Это Тодд. Тодд, это Адам. – Приятно познакомиться. – Взаимно, – пожали друг другу руки. – Тодд, дай ему мой номер, пожа-а-алуйста. – Билли? – Уволю! – Боже, – вздохнул и достал телефон. – Записывай, – обратился к Адаму. Парень достал собственный мобильник и записал продиктованный номер. – А теперь мы поедем домой, потому что я дико хочу в туалет, – сказала Адаму в лицо. Парень улыбнулся, а Тодд мягко потянул Билли на себя и, освободив её от рук парня, повел в сторону выхода. Девочка не сопротивлялась, а спокойно пошла за телохранителем. Тодд вывел Билли из клуба и повел к машине. – Домой? – Нет. – А как же туалет? – Да не хочу я ни в какой туалет, просто... Я бы переступила грань, пробудь я там ещё пару минут. Я слишком пьяна... – Я заметил. А мальчик же поверил, – в шутку отчитывал Билли. – Ничего страшного. Вот странная штука — алкоголь. Меня явно шатает, всё плывет, а мысли свои я ощущаю трезво. – Только вот говоришь ты не совсем трезво. Но в целом да, мыслишь действительно ясно для двух коктейлей. – Поехали. – И куда? – Отвезешь на пляж? – Конечно. Любой каприз за Ваши деньги, – в шутку подмигнул Билли, открывая ей двери машины. – Тогда едем на Плайя. – Другой конец города. На заправку заедем. – Хорошо. Поехали. – Как скажешь, – завел мотор и опустил ногу на педаль газа. Билли устало откинула голову на спинку сиденья и прикрыла глаза. Мозг за закрытыми веками старательно вырисовывал образ Адама... Такой красивый! И то, как по-хозяйски он обнимал Билли, почему-то, произвело на неё наибольшее впечатление. Никто ещё не осмеливался при первом знакомстве опускать руки даже на поясницу, в то время как Адам не постеснялся и на бедра пару раз ненароком опустить ладони. – Тодд, вот скажи: ты брал номер Адама? – Нет. – Ну почему?! – Ты не сказала, что тебе это надо. – Да блять! – Тихо, не кричи. – Как думаешь, я ему понравилась? – Иначе бы он не брал твой номер. – Он хороший. А красивый какой... Ладно, я, – зевнула, – посплю. Ты разбуди, как на Плайя будем. – Я отвезу тебя домой, на пляж надо ехать, пока светло. А сейчас четыре утра. – Почти рассвет. Ну пое-ехали-и, ну пожа-а-алуйста. – Нельзя тебе пить, Билли. Можешь подремать минут сорок. – Спасибо.

***

– Билли. Билли, просыпайся, приехали, – проснулась от того,что Тодд тряс её за плечо. Безумно хотелось спать. Как будто бессонница мучала её не месяц, давая спать по часу, а целый год, не давая спать вообще. – А? – Приехали на твою Плайю. Пойдешь к океану? – Мх, – потянулась, зевнув. – Пойду. – Я в машине побуду. – Хорошо. Борясь с желанием остаться в теплой машине, вышла из автомобиля и медленно побрела к океану, мелко дрожа от холода. – Ну привет, – присела у самой кромки воды, позволяя омывать тонкую подошву кроссовок. – Целый год не виделись. То времени не было, то желания, уж извини. Знаешь, столько всего хочу тебе рассказать. Опустила пальцы в ледяную воду, словно пыталась погладить своего друга, и вздрогнула от холода. Сколько себя помнит, океан был рядом. Он всегда успокаивал тихим шумом волн, а пролетающие над водой чайки отвлекали своим криком, заставляя устремить свой взгляд вдаль, к горизонту. Здесь Билли всегда было спокойно. Эта часть пляжа немноголюдная, потому что туристы сюда не ходят, а местные редко вырывают время для встречи с океаном. – Я на тебя в обиде, если честно. В прошлом году ведь чуть не погибла из-за тебя, – в прошлом году... Это было летом. Она решила перед отправлением в тур последний раз на мучительно долгих с непривычки два месяца попрощаться с океаном. И хорошей идеей показалось искупаться. А потом начался шторм. Поднялся сильный ветер, гоняющий волны... Но сёрферы не уходили, потому и Билли твердо решила, что раз она надела купальник, то хоть метр, но проплывет. Стоило только зайти по шею в воду, как её накрыло волной. Она даже понять не успела, что произошло, как оказалась барахтающейся под водой. – Не знаю, если честно, как тогда смогла выплыть. Как вообще сёрферы меня заметили? Но спасибо, что не убил. Представляешь, кажется, я кому-то понравилась. Наверное, он хороший парень, но... Боже, я как вспомню, что было... – вытерла слёзы. – А если он такой же? Если он тоже сделает мне больно? Он выглядит очень добрым, но я не верю, я боюсь верить. Мне он нравится... И я ему, возможно, тоже нравлюсь. Но он клал руки на бедра, не значит ли это, что ему от меня надо только одно?... Если я снова ошибусь? Это ведь скользкая дорожка - ошиблась один раз, а дальше всё по накатанной. Как думаешь, стоит дать ему шанс? Океан согласно зашелестел волнами. Водная гладь оставалась спокойной, и внутри у Билли тоже медленно расползалось чувство уверенности в том, что с Адамом они сойдутся. Потому что океан хороший. Он не обманет.

***

Самый мерзкий звук в её жизни — вибрация телефона на твердой поверхности. Медленно раскрыла глаза, щурясь от слишком яркого для февраля солнца. Во рту было сухо, словно она сутки не пила, или, что более вероятно, спала с открытым ртом. Искренне и всем сердцем благодарила вчерашнюю себя, которая, вопреки идущей кругом голове, смогла донести стакан воды до тумбы, который схватила сейчас Билли и принялась жадно пить. – Какого черта? – прокряхтела, прикрывая глаза и на ощупь пытаясь найти вибрирующее исчадие ада, которое всё никак не успокаивалось. Найдя телефон, валяющийся всего в двух сантиметрах от стакана с водой, неглядя приняла вызов. – Да? – прохрипела в трубку, услышав на том конце тихий смех. – Разбудил? Извини. Ты живая? – Да... – Хорошо, потому что я после "Зелёной феи" ещё сутки обычно отойти не могу, а ты два стакана выпила. – После чего? – как же она ненавидела заставлять мозг работать сразу после пробуждения! – Коктейль, который ты вчера пила. – Ты кто вообще? – Да ладно! Всё таки раскрыла один глаз, смотря на номер звонящего, который не был записан у неё в контактах. – Какого черта?! – возмущенно спросила. Не пойми кто разбудил её в двенадцать часов дня, не учитывая того, что вчера она до семи утра просидела на пляже, так ещё и несёт какую-то ересь. – Адам. Вчера танцевали вместе. – Кто?.. – Адам, брал твой номер у телохранителя. Ты ещё в туалет хотела. – Что... Твою мать! – вскрикнула, поняв наконец, кто ей звонит. – О Господи, извини, – прикрыла рот рукой, покраснев. Боже, с такой манерой общения в неё никто не влюбится! – Смешная ты, Билли. Выпей минералки, полегчает. – Терпеть не могу газированную воду. – Тогда удачи тебе. Можешь душ принять. – А вот за это спасибо. – Слушай, а что если нам встретиться? – Не сегодня. – Это понятно. – Завтра у меня интервью... А послезавтра я свободна. – Я тоже. Значит, до послезавтра? – Да. А куда пойдем? – Хочешь в кино? – Хочу. Сто лет не была. – Вот и решили. Жанр? – Любой, только не комедия. – Хорошо. Я куплю билеты и позвоню тебе. – Буду ждать. Сбросила звонок и, пару секунд приводя мысли в порядок, улыбнулась. В груди расплывалось что-то теплое и светлое, принося с собой лёгкое волнение, потому что Билли уже забыла, каково ходить на свидания. Кряхтя потянулась и нехотя выползла из кровати, руководствуясь лишь верой в то, что душ ей поможет. Как назло, мимо комнаты проходила мама, аккурат в момент выхода Билли. – Привет, – тихо поздоровалась она с матерью. Мэгги обернулась. – Ты дома... Когда успела прийти? – Мам, не начинай. – Когда? – Утром, ближе к девяти. – И где ты шлялась всю ночь? – В клубе была. – Понятно. Приведи себя в порядок. Мне нужна будет твоя помощь. – Я к Финнеасу хотела поехать. – Ничего страшного. Поможешь — и езжай на все четыре стороны. Через час жду тебя на заднем дворе. – Ладно. Билли правда было всё равно, потому что к Финнеасу она не собиралась — ляпнула, скорее, по привычке, чтобы мама отстала. Но мечта поваляться в кровати весь день разрушилась. Хотя мама права, надо привести себя в порядок. Господи, как она могла так оплошать с Адамом? Он ведь единственный, кто за последние два месяца взял её номер. Но не важно. Главное, что он тоже посмеялся с этой ситуации. Важнее чувства юмора будущего, Билли надеялась, партнёра лишь то, что она наконец почувствует себя любимой и желанной. А это — самое главное и значимое.