Драконьи сокровища

      Трудно не признать — характер скверный. Не учитывая свойственное его виду высокомерие, было слишком много привычек ярко демонстрирующих количество накопившегося внутри яда. К примеру — кривить губы в жестокой усмешке, пока равнодушный взгляд сосредоточен на чужом, мертвенно-бледном лице. Человек, сидевший перед ним на коленях, из последних сил запрокинул голову, в жалкой попытке вымолить спасение открыл рот, вздохнул поглубже. Но не проронил ни звука. Слова застряли в горле, за доли секунды потеряв смысл. Широко раскрытые глаза отразили растерянность, затем испуг. Молодой человек — последняя, шаткая надежда, оскалился, разрушив желанный образ.       Характер определённо не то, чем Кэйл мог гордиться. Совесть, изредка подающая признаки жизни, успешно игнорировалась, терялась среди множества оправданий и лаконичного «хочу».       Замерший в полуметре мужчина, наряженный в черный костюм, вооруженный тремя ножами и парой склянок магических зелий — мелко дрожал, позволив панике охватить сознание. Чудесная картина, определённо понравилась бы спасённому детёнышу. Но планы есть планы, Хенитьюз выпрямился, развернулся к выходу. Массивные ворота были едва приоткрыты пропуская с улицы холодный ветер. Глубокий вздох — желание ощутить сладостный, манящий аромат леса.       На языке всё ещё оседает привкус чужой крови.

***

      Дракон широко раскрыл глаза.       За клубящимся дымом простиралось желанное недосягаемое небо, украшенное россыпью звёзд — картина, разжигающая в нём позабытые чувства, трепет перед далёким, величественным, свободным. Сердце, казалось, замерло, пока внутри зарождалось хрупкое счастье.       Порыв ветра поднял в воздух и закружил в странном танце яркие искры. Пожар расползался, обезумевшее пламя, давно поглотившее подземную часть тюрьмы, теперь властвовало на поверхности.       Он перевёл взгляд на сидящего рядом незнакомца. Мерцающие всполохи осветили равнодушное лицо.       Спаситель молчал, следя за движением огненного вихря. С руки всё ещё стекала кровь, расползаясь алыми дорожками по бледной коже, от локтя к тонким дрожащим пальцам.       Послышался кашель. В миг исчез образ существа, бедствием обрушившегося на казавшуюся неприступной тюрьму.       Незнакомец небрежным, быстрым движением стёр с подбородка кровь тыльной стороной ладони. Затем сморщился, потянувшись рукой к голове, но так и не коснувшись её, неуверенно сжав пальцы.       — Чёрт       С трудом, он приподнялся. Не прошло и секунды, ноги отказались слушаться, тело пошатнулось, снова заставляя усесться на траву.

***

      Взятые с собой лечебные зелья были использованы ещё в камере, как только с дракона были сняты кандалы. Сил на самостоятельное возвращение не осталось, следовательно из вариантов только телепортационный круг. Стоило о нём подумать, Кэйл тут же почувствовал, как мир вокруг меняет оси, накреняясь в сторону.       Боль медленно, но верно вгрызалась в виски, деля мир на то, что усиляет её и что теряется на фоне.       Плата за магию — априори чуждую для него, подбиралась семимильными шагами. Телепортироваться либо сейчас, либо падать в обморок прямо здесь, надеясь, что Рон найдёт его раньше чем члены организации работавшей с Венионом.       Хенитьюз невольно перевёл взгляд на детёныша. Оценив его вид, Кэйл, определённо предчувствуя лавину новых забот, выбрал перемещение.