Драконьи сокровища

      Он летел. Впервые в жизни оторвавшись от земли, дракон почувствовал, где его место. Большие алые крылья со свистом разрезали воздух — пару дней назад это всё, что требовалось для искреннего счастья.       Холодный небосвод больше не был нужен. Время, словно насмехаясь, замерло, задерживая солнечный свет у границы видимого. На земле за драконом тянулась извивавшаяся тень, пряча под собой деревья, дома, испуганных людей.       Он не смотрел. Сил не хватало. Каждый вдох давался с трудом, выдох заставлял на краткий миг из пасти выталкивать языки пламени, а после, сжимать крепче белоснежные острые зубы, пока между ними тянулись кровавые дорожки.       Хотелось закрыть глаза. Даже здесь, сейчас, Кэйл мог ощутить свой предел, тонкую нить, за которой обитал ужас, в голодном исступлении ожидавший его, пристально ловивший каждый неровный вздох, отсчитывавший шаги, отделявшие разум от безумия. Встреча с ним — неизбежность, с которой пришлось смириться.       В драконьих когтях было бережно сжато тело. Алые волосы растрепал ветер, руки безвольно свисали, их золотом окрасили последние солнечные лучи. Только запястья черные, укутанные лоскутьями, насквозь пропитанными кровью.       Кэйлу сегодня исполнилось десять и у него осталось не так уж много времени. Собственное тело в относительном порядке, по крайней мере ближайшие восемь лет. Дальше пришлось бы уйти с территории Хенитьюзов, но сейчас его это совершенно не беспокоило.       Молодому дракону казалось, что не сможет дотянуть и до ночи.       Было бы неплохо упасть в паре метрах от замка. От большого, неуютного, единственного дома, подаренного на время до казни. На драгоценные, хрупкие два года, в руках Джур Темз — мёртвой женщины, сжатой в его когтях.       Джур Темз, которую Кэйл нёс домой.

***

      В коридоре было слишком холодно. Тяжёлые занавески закрывали огромные окна, не пропуская солнечные лучи, но были зажжены канделябры на высоких стойках. Свет от мерцающего пламени разливался на длинном алом ковре и отгонял танцующие тени.       Тени, что тянулись к юноше, лицо которого Розалин узнала сразу. И невольно замерла.       Существо спасшее их сегодня на площади. Существо из старинных легенд. Существо, от которого теперь едва заметно веяло не величественной магией древних драконов, а тёмной маной.       Невысокий и, откровенно говоря, слишком худощавый дворянин, стоял, прислонившись спиной к стене, в излишне расслабленной позе, особенно учитывая, что коридор был предназначен для правящей семьи и их доверенных лиц. Саму Розалин провели в качестве исключения и только в сопровождении наследного принца. Тот, в свою очередь, не был удивлен присутствию юноши.       Растянув губы в довольно неприятной улыбке, дворянин неторопливо подошёл к наследному принцу, пожал ему руку, а затем произнёс одно единственное «должник» и, резко развернувшись, направился к входу в зал, в метрах четырёх от них.       Судя по шуму, большая часть знати после взрыва поторопилась прийти сюда.       Спустя мгновение хрипловатый голос эхом отразился от стен.       — Господа, рад, что у вас так много свободного времени. Посетить дворец сразу после теракта — достойно восхищения.       Посетить дворец, вместо заботы о пострадавших, вместо участия в ликвидации последствий взрыва, вместо попытки найти виновных. То, что осталось непроизнесённым обратилось невольным уважением от лица Розалин.       Пока Хенитьюз отвлекал (оскорблял) знать, она и наследный принц смогли без лишнего шума пройти мимо открытых дверей.       — У вас тоже появилась возможность почтить нас своим присутствием.       — Пока Басен Хенитьюз является наследником, у меня будет время на беседу со столь приятными людьми.       Розалин искренне сожалела о невозможности услышать продолжение разговора. Теперь она знала, с кем была обязана встретиться. И как можно скорее.

***

      Жизнь слишком легко перешла на бег. Особенно после взрыва на площади и необходимости сбежать от наследного принца. Тот определённо жаждал задать несколько вопросов.       Отдохнуть на берегу моря по многочисленным просьбам детей — хорошо. Взять с собой мага-принцессу и хвост в виде наёмников — не хорошо. Абсолютное нет, если бы Кэйл имел право голоса. Смотря на девушку перед собой, Хенитьюз уверен — судьбу в принципе не интересуют его желания.       Розалин казалась довольно милой особой, ровно до того, как вероломно заняла место в его карете, и, резко вздохнув, поклонилась.       — Мне очень жаль, но прошу выслушать меня!       Котята, сидевшие на полу, взволнованно мяукнули. Невидимый черный дракон, устроившийся на коленях дворянина, тут же передал свои мысли.       «Давай послушаем?»       Кэйл нахмурился, прежде чем ответить.       — У тебя пять минут.       Девушка выпрямилась и торопливо достала из сумки небольшую колбочку. Судя по запаху, защищённую довольно сложными заклинаниями.       — Это было отдано мне, с просьбой найти владельца.       Розалин протянула колбочку перед собой и Кэйл осторожно взял её. Рассмотрев содержимое, он перевёл холодный взгляд на девушку. Крошечный осколок пурпурной скорлупы, был для него угрозой.       — Если мне улыбнется удача, и смогу встретить... — маг нервно сглотнула — Вас, то я должна передать послание. Мировое дерево хочет встретиться с Вами.