Тайна королевского сада

Глава 18

Или история о том, как граф Эббет познакомился с принцем

Сезон дождей, часть 14

Прошло всего пара дней с того момента, как Лилиан Эббет поселился во дворце и начал обустраиваться, постепенно знакомясь с новыми для себя людьми, здешними обычаями и, конечно же, разгадывая загадки и тайны, встречающиеся на каждом шагу. С одной стороны, дворец – кристально чистое месте, где трудятся и живут люди, достойные своих титулов; они создают вещи, не подвластные обычным дворянам, служат короне верной и правдой, не опускаясь до уровня обгладывающих старые кости сорок, дерущихся с неестественной жаждой за слухи и золото, пытаясь выставить друг дружку не в самом лучшем свете. С другой же, дворец – самое опасное место на свете, полное безумцев разных мастей, и, в зависимости от расположения к себе короля, выступают, как в роли спасителя для новоприбывших, так и в роли палача, жаждущего справедливости. Вчерашний день закончился спокойно, как и те, что были до него, собственно. Ничего чрезмерно страшного и ужасающего не произошло: Лилиан навестил старую подругу, отправившую письмо-приглашение; в первый день с давним другом, ныне же герцогом Павусом, походил по дворцу, по крайней мере по одной из его частей, узнав, где находятся некоторые места, что ему можно посещать; а также обзавелся парочкой слуг, в чей верности ещё стоит удостовериться; и, конечно же, получил указания от учителя, узнав о том, что приехал сюда не со всем с той целью, что была обговорена ранее, и, не смея противиться и перечить, понимая, что сил на противостояние нынешнему придворному магу на его же территории у него нет, с позволения волшебника временно отдыхал, изучая места, куда, по идее, он ещё попадёт не раз и с ними, разумеется, будет взаимодействовать практически каждый день, если боги позволят, конечно же, ведь самостоятельности, как таковой, никто из смертных не имеет. Бланш и Лилиан расстались уже во дворце – благородная дама решила остаться при дворе до самого Зимнего Бала, ведь ей хотелось побыть с мужем, которого, по её словам, она не видела уже довольно давно. Лили не стал возражать её желанию и даже пообещал, что как-нибудь зайдёт её проведать, ведь та хотела написать письмо возлюбленному Фаусту о своём местонахождении, дабы тот не переживал; а наш герой же напишет герцогу Кестрану, так же осведомляя его о том, что благополучно добрался до дворца и медленно, но верно, обустраивается в нём, и ждёт прибытия генерала, а также своих вещей, которые, на данный момент, мужчина охранял и берег, вместе с везущими их кучером; стоило поинтересоваться об состоянии последнего, ибо тот стар и мог захворать, а это отсрочило бы их прибытие на несколько недель, если даже не больше, что огорчало графа. Утро для графа началось довольно рано – глаза открылись задолго до завтрака, хотя заснул юноша позже обычного, на что указывала лёгкая припухлость в обстали щёк, небольшие отёки возле глаз, добавлявшие какую-то болезненность всему общему виду благородного господина. Руки холодные, пускай в камине горел огонь, а окно уже закрыто – Лилиан открывал его, так как не мог заснуть в душном помещении (видимо, последствия воспитания со стороны Лоуса и вечно душных комнат, в которых приходилось сидеть по мере обучения), но ближе к рассвету слуги уже закрывали их, чтобы комната нагрелась, и господин не просыпался в «Заснеженной Долине». Приподнявшись на постели, заметил, как возле туалетного столика уже возиться Агнес, ставя теплую розовую воду*, да поднос с различными принадлежностями для утреннего ритуала. Позади неё расположилась маленькая Анна, разглаживающая новый комплект одежды, складывая его на ближайший стул. За процессом наблюдал Ясен, личный слуга, небрежно поправляющий ошейник, недовольно хмурясь. Давил, наверное. А может не привык ещё к носке. Заметив, что господин проснулся и успел сесть на постели, мальчишка тут же подлетел к нему, кланяясь, выражая почтение, громко шикая, дабы сёстры незамедлительно поступили так же и не разгибали спины до тех пор, пока не позволит граф. - Доброе утро, господин. – эльф поприветствовал хозяина, спешно выпрямляясь, не смея глядеть в глаза, - Хорошо спалось? Лилиан покачал головой. - Сносно, ещё не привык. – свесил ноги с кровати, прощупывая мягкий коврик, - Думаю, сегодня позавтракаю в общей зале. У меня ещё есть время? - Ещё только раннее утро, господин. – осведомил Ясен, чуть улыбнувшись, - Слуги только начали убираться и готовить еду, потому, около часа у Вас точно есть. - Хорошо. – вздохнул, поднимаясь с постели, подходя к туалетному столику, слушая, как за спиной начала возлиться Анна, застилая кровать новокупленным покрывалом, опрыскивая какими-то духами – кажется, сейчас модно, чтобы от постельного белья приятно пахло. - Разрешите, господин. – обратилась Агнес, усаживая Лилиана, придвигая к столику, начиная ухаживать, - Прикройте глаза. Расслабляясь под руками молодой девицы, позволяя той омывать своё лицо, выслушивал ближайшие новости от Ясена, а также всё, что ему удалось узнать. Так как Ясен – личный слуга, он должен докладывать Лилиану всё, что слышал, видел, знает… Он – глаза и уши графа, его маленький защитник и глашатай. Только через него кто-то мог связаться с магом, донести что-то или попросить о встречи. Либо на балу, либо через Ясена, и никак иначе. Да и на эльфе – ошейник с родовым гербом, его легко отличить от какого-то чужого слуги, невозможно ошибиться. Во дворце пока что затишье, но все шепчутся о приезде Лилиана, желая поскорее увидеться с ним, пускай пока что никаких сообщений по этому поводу Ясен не получал. Что ж, это даже интересно, все хотят встретиться, но встреч не назначают. Может, это просто слухи, которые маленький эльф услышал, а может люди слишком наглые и хотят, чтобы граф назначил им встречу самолично. Какая же это наглость, если второй вариант верный. Мягкая губка прошлась по щекам вверх, затрагивая глаза, успокаивая, делая всё, лишь бы спало раздражение. После устремилась вниз, к шее, расслабляя затекшие мышцы и смывая грязь, появившуюся из неоткуда. Хотя, как это так, из неоткуда? Лилиан много где ходил, много чего видел и делал, оттого её появление – лишь вопрос времени. Дополнительная пара рук начала заниматься волосами, медленно и аккуратно расчесывая каждую прядку, стараясь сделать придать волосам шелковый эффект, естественный блеск и красоту, аристократичность, благородство. Даже если Лиан не самый красивый юноша во всем королевстве, маленькая Анна старалась сделать всё возможное, дабы любая леди лишь при одном взгляде на него полыхали страстью и желанием, чувствовали внутри себя безмерное желание в восхвалении волшебника, безумную влюбленность и жажду внимания со стороны графа. Пускай Анна особо не понимала этого и объясняла всё своё желание вызова подобных эмоций – наведение красоты, но старшие брат с сестрой прекрасно понимали отчего она так старается. Отчего-то, Лилиану приятно, что за ним вот так ухаживают. У жизни при дворе были свои плюсы, но всё же одеваться при помощи слуг он всё ещё не хотел – не так уж это и приятно. Возможно, это жизнь в Круге так воспитала нашего героя, а возможно обучение у Лоуса, заставлявшего Фейерка, и Лиана делать всё самим, но одеваться, опираясь на чью-то помощь, казалось волшебнику глупостью, хотя и понимал, что в некоторых случаях помощь слуг для аристократов и вправду требовалась – если человек физически не способен на подобную роскошь, как самостоятельность, или же это благородная дама, чьи наряды неудобны как в носке, так и в процессе примерки на себя. - Говорят, старший сын короля, кронпринц Селестин Просветленный, вчера вечером, незадолго до Вашего приезда, прибыл обратно во дворец после долгого паломничества к ступням Создателя. – заявил Ясен, добавляя, - Кронпринц так же осведомлен о том, что во дворец прибыли и Вы. Думаю, он захочет познакомиться с Вами, потому, присутствие на утренней трапезе, обязательно, хотя официального приглашения Вы не получали. - Думаю, официальное приглашение я получу уже в том случае, если не явлюсь сегодня, и оно будет не приглашением, а угрозой. – заявил Лилиан, нахмурившись, из-за чего с уст Агнес сорвался тихий вздох – видимо, все её старания и разглаживания пошли коту под хвост, и Лили, своим выбросом эмоций, всё испортил. - Вы правы. – согласился Ясен, махнув рукой, дабы девушка удалилась и позволила их младшей сестре закончить работу с волосами, - Пока у Вас много времени, думаю, можете погулять по саду, говорят, он сейчас очень красив. Мне зайти за Вами туда позже, как только завтрак подавать начнут? – поинтересовался, замечая, как Агнес уносит розовую воду, а Лилиан уже любуется своим отражением в зеркале, радуясь, что попытки девушки сгладить его кожу не оказались тщетными – цвет выровнялся, стал живым, в глазах появился блеск, свойственным людям с живой надеждой на светлое будущее. - Да, думаю, лучше сделать именно так. – согласился, вскоре поворачиваясь к эльфу, - Но ещё лучше будет, ежели будет ходить попятам – так точно не потеряешь, да и спрашивать ни у кого не придётся, где я нахожусь. – предложил, но не приказывал, давая Ясену свободу действий. Последний же более ничего не сказал, лишь, когда Анна закончила заниматься волосами господина, заплетая их в низкий хвостик, попросил всех удалиться, самолично закрывая двери покоев, желая хозяину приятного времяпровождения, что бы то не означало. Лилиан же, проводив взглядом слуг, вновь посмотрел на себя в зеркало, оценивая внешний вид, и последовал к стулу, начиная одеваться. Наряд, по меркам столицы, скромный, но скорее утонченный, нежели простой. Блузка с вычурным жабо смотрелась интересно в сочетании с приталенным кафтаном дивного изумрудного оттенка, расшитого у рукавов золотыми нитками. На самой ткани не было никаких рисунков, только поблескивающие светлые пуговички, идущие до самой груди, не закрывая её полностью, позволяя лицезреть полупрозрачную блузку, скрывающую свои рукава-фонарики под жесткой тканью верхней одежды. Чуть темнее кафтана штаны, не стесняющие движений, но сидящие аккурат по фигуре, да, самое дорогое в этом костюме, туфли. На небольшом каблучке, из драгоценного хрусталя – такие изящные, нежные, будто созданы для дворца. В таких и нужно ходить здесь. Удостоверившись, что выглядит презентабельно, Лилиан поспешил выйти из спальни, спеша дойти до королевского сада. Что-то тянуло его туда. Возможно, красота природы, возможно тайны, скрывавшиеся в цветах манили мага, но что-то в этом саде было. Что-то особенное, никому, кроме Лиана, не ведомое. Что-то, предназначенное лишь для него одного. Громко цокая каблуками, волшебник направился в путь, явно ища приключения на свою голову, блуждая по величественным коридорам, украшенными множеством картин, да статуй, сделанных мастерами своего дела. Дворец не сравниться ни с одним из мест, где ранее бывал наш герой. Нигде он не видел такого изящества и изобилия красот. Всё казалось таким сказочным, нереальным, что, того гляди, лишь дотронься он рукой, то всё тут же исчезнет, как по волшебству! Звук шагов становился всё громче и торопливее. Была бы воля, Лилиан бы побежал, стремглав прямо к саду, да только он более не в имениях, чтоб так себя вести, потому мог позволить себе лишь быстрый шаг. Настолько быстрый, что ноги невольно начинали заплетаться одна об другую – того гляди носом упадёт, да расшибет своё дворянское личико. Учащенное дыхание. Быстро ходить в такой обуви не самая хорошая идея – помимо того, что можно стереть ноги, из-за ускоренной ходьбы легко сбить дыхание. Теперь же благородный граф больше походил на озорного мальчонку, нежели на человека, достойного своего титула. Расстояние между собственными покоями и королевским садом сократилось куда быстрее, нежели в прошлый раз, когда Лилиан находился в сопровождении герцога Павуса. Пара минут, вечностью длящихся для воспаленного ума, и юный волшебник уже стоит перед дверьми, ведущими в одно из загадочных и восхваляемых всеми, кому только не лень, и, в какой-то мере, почитаемых мест. Королевский сад. Одно только это слово вызывало у многих таинственную улыбку на лице и легкий румянец, украшающий лицо так, как не могла украсить ни одна драгоценность. У каждого с этим местом связаны свои воспоминания, каждое из которых возымело особое влияние на человека. Кто-то встретил здесь первую любовь и удачно вышел замуж. Кто-то же заключил хорошую сделку, обогатившую собственный дом на несколько тысяч золотых. Ни разу здесь не случалось ничего плохого, хотя, возможно, об этом просто никто не говорит, ибо не принято освещать такие темы. Своего рода негласное табу говорить о чем-то, что может выставить тебя слабым и беспомощным. Табу просить о помощи и признавать свою слабость. Это ненормально, но люди живут так уже настолько давно, что стали забывать о временах, когда разговаривать на такие темы считалось чем-то нормальным и естественным. Королевский сад объединял людей, а также скрывал все их грязные секреты. Не зря Фейерк заявил, что здесь частенько назначают свидания и уединяются – по всей видимости связь влюбленных порицалась обществом или же не была той, о которой стоит кричать. А люди, зная, что их никто не видит и не слышит, оставаясь наедине со своими желаниями могли делать поистине откровенные вещи, одна мысль о которых вводила Лилиана в краску, ведь у того всплывал перед глазами случай с господином Кестраном. Конечно, они взрослые люди и всё, что делалось в тот день, служило защитой маленького графа, потому не стоило более заострять на этом внимание и постараться забыть о ней, как о страшном сне, да только у восприимчивого к потрясениям Лили не было возможности отделаться от ощущения того, что герцог немного увлекся, стараясь сделать всё настолько старательно, что аж дурно. Дурно, стыдно, но не противно. Отчего-то хотелось вновь ощутить прикосновения герцога и понять, что же это за чувство. Что держит Лиана возле этого воспоминания, не позволяя забыть его? Лишь вновь испытав его наш маленький герой сможет понять его. Хотя, возможно, не с первого раза. Уйдет много времени для того, чтобы всё для себя расставить по полочкам, отыскать ответы на мучающие разум вопросы и суметь принять сложившуюся ситуацию. Так же стоило спросить мнения у Бланш, хотя та, скорее всего, толкового ничего ему не скажет, да и сейчас стыдно обсуждать с ней подобные вещи; и, конечно же, обсудить всё с Талбортом, хотя тот ничего плохого не сделал, лишь выполнял поставленный ему указ, но говорить о чувствах и спросить совета у более мудрого человека никогда не поздно и не стыдно – это вполне нормально, когда не понимаешь, что чувствуешь рядом с человеком, и обсудить с ним всё, что накопилось – самое верное решение, которое только может прийти в голову. Робко приоткрыв двери, прошмыгнул в сад, тут же зажмурившись от яркого света, едва ли не ослепившего нашего героя. Прикрыв глаза рукой, открывая их, давая себе время привыкнуть, сделал пару неуверенных шагов вперед, чувствуя, как под ногами шуршит земля. Не мокрая, но и не чрезмерно сухая. Она казалась какой-то слишком нормальной. Такую землю не встретить в лесах или рощах, не встретить за пределами городов или же в других странах. Она будто не настоящая. Хотя, если в королевском саде есть что-то настоящее, то это поистине удивительно, ведь если учитывать, что всё пространство окружено куполом господина Саламандра, укрывавшего растения от невзгод, то что-то не пропитавшееся магией вызовет непередаваемый восторг и даже удивление. Спустя время глаза привыкли к освещению, и оно более не казалось таким ярким. Теперь, Лилиан мог рассмотреть всё куда детальнее, хотя глаза так и разбегались в разные стороны, и ухватиться за что-то одно – просто невозможно. Где-то заливались тихой трелью не улетающие отсюда соловьи, напевающие дивные мелодии звонкими голосками, стремясь донести до господ что-то особенное, сокровенное, неведомое ныне. Где-то жужжали стрекозы, да другие насекомые, бегая с цветка на цветок, как нерешительные девицы на балу. Множество протоптанных тропинок шли каждая в разную сторону, плутая меж кустов, деревьев и аккуратных клумб, созданных искусными флористами, гордостью короля и всей страны, ведь, что нравится королю, то нравится всем – такова абсолютная истина, неоспоримая и великая, будто закон. Пока что, здесь никого не было или же так казалось на первый взгляд – тишину нарушали лишь живность, населявшая королевский сад, и не более того. Ни одного шороха, ни одного лишнего вздоха – тишь, да гладь. Возможно, это самое спокойное и безопасное место на всём свете. По крайней мере в столице уж точно. Наверное, даже в самой Яснораде и королевской молельни не так спокойно, как здесь. Везде есть люди, желающие навредить кому-то, но не здесь. Хотя, единственное и вправду безопасное место на всей земле всё же было. Оно далекое, недоступное даже королям с континентов. Далекое и свободное, полное надежд и процветания. Медленно шагая по одной из троп, Лилиан осматривался осторожно, с восторженной любовью и желанием лицезреть нечто красивое. Многим детям из дворянских семей прививают едва ли не с младенчества любовь к прекрасному, оттого не оценить того, как красив королевский сад, просто не представляется возможным. Но, оказалось, здесь есть нечто куда более прекрасное, нежели природа. Под одним из деревьев, на небольшой полянке расположился совсем молодой ещё аристократ. Утонченные черты лица, бледная, едва ли не прозрачная кожа блестела на солнце горным хрусталем, поражая лицезревшего молодого мага своей нежностью и драгоценностью легендарных камней, о которых только слухи ходят. Жемчужно-белые волосы лежали восхитительными волнами лежали на широких плечах, достаточно крепких, чтобы влиятельно выступать из-под дорогих светлых одежд. Весь образ незнакомца казался святым, настолько светлым, что глаза слепил. По сравнению с ним Лилиан казался исчадием Бездны, чудовищем, вышедшим из своего укрытия, дабы совершить свои злодеяния перед очередным уходом в пещеру, где можно спрятаться от солнечного света, от укора людей и их всепоглощающего желания в познании, жажды в изучении чего-то непонятного, чего-то особенного, не похожего на то, что привычно взору. Отчего-то громко схватил ртом воздух, растеряно охнув, не зная, куда себя деть, боясь спугнуть мимолетное видение. Точно божественное явление дворянин лежал под широкими ветвями, отбрасывавшими красочные тени, прикрыв глаза, будто дремля. Его светлые ресницы чуть дрожали от дуновения ветерка, как у сделанной в ручную фарфоровой куклы с приклеенными к глазам тонкими волосками. Такой величественный и аккуратный, нежный цветочек, растущий посреди блистательного сада, способного любому вскружить голову. Лилиан не хотел мешать отдыхать человеку, но тот, по всей видимости, желал увидеть мир, оттого его кристально чистые глаза открылись в тот же миг, как Лиан сделал неаккуратный шаг навстречу. Под ногами на мгновение пропала земля. Таких светлых, ясных глаз волшебник не видел никогда. В них будто отражалось само небо, полное могущества и власти над всеми смертными, смотрящими в него с немой надеждой на светлое будущее. Улыбка засияла на лице незнакомца, и он поднялся с земли, делая уверенные шаги в сторону растерянного и явно смущенного мага, не знающего, куда себя деть, ведь он долгое время смотрел на человека, с которым даже не знаком. - Приятно видеть здесь кого-то в столь ранний час. – голос его звучал, как горный ручей, сладостно и лестно. Язык у него подвешен, это точно. Лилиан постарался произнести что-то сносное, да только голос дрожал. Повисла неловкость. Незнакомец, понимая, что его новый друг не особо умеет поддержать беседу и немного рассеян, решил продолжить диалог самостоятельно. - Сегодня хорошее утро, не находите? – приподнял брови, довольно улыбаясь, шагнув перед, будто пытаясь получше рассмотреть юного мага, вызвавшего неподдельный интерес. - Вы, несомненно, правы. – проблеял, отводя взгляд, немного сжимаясь. Ситуация не особо нравилась ему, но поделать ничего не мог. Всё же, с незнакомыми людьми стоит быть поаккуратнее, особенно если они красивые – не всё золото, что блестит. - Потрясающе, правда? – спросил вновь, подходя достаточно близко, чтобы рассмотреть приятные мелкие детали во внешности, возможно не доступные даже самому Лилиану, ведь тот навряд ли подмечает каждую ямочку на щечках, каждый гладкий кусочек кожи и легкие покраснения на щечках. Лили не самый красивый человек на свете, но достаточно привлекательный для тех, у кого вкус на темноволосых молоденьких магов, не умеющих правильно подбирать себе компанию. - Обычно, здесь частенько бывает королева – она любит настолько красивые вещи, как сад – изящный и не похожий на что-либо из того, что когда-либо создавалось. – заявление было поистине будоражащим сердце. Лилиан не мог не согласиться. Да и вообще, между нами, дорогой читатель, Лилиан не мог сейчас вообще ничего. Как он может сказать или сделать что-то более или менее отрицательное в сторону нового знакомого, когда при одном виде на него у Лили пересыхало во рту, а сердце начинало биться всё быстрее и быстрее, сильнее и сильнее, и все попытки успокоиться или же попытаться возразить заканчивались собственным поражением. - Думаю, едва ли во всем мире есть хоть что-то, что может сравниваться с этим местом. – сглотнул, всё ещё ощущая неловкость между ними. - Простите, если я испугал Вас. – поспешил извиниться и загладить свою вину, будто считывая эмоции маленького графа, успевшего лишь блаженно вздохнуть, благодаря всех богов за понимание, - Как грубо с моей стороны! Позвольте представиться, меня зовут Селестин. – молодой человек склонился в легком реверансе, представляясь новому знакомому, пытаясь произвести хорошее впечатление. - Повезло. – улыбнулся маг, вызвав удивление на лице Селестина, - Прямо как принца. Юноша заулыбался в ответ. - Верно, прямо как принца. – расплываясь в улыбке, указал рукой в сторону, призывая пройтись. Лилиан не особо-то против. Парочка двинулась в сторону, лавируя между изящно стриженными кустарниками, да искусными камнями, придававшими общему виду какую-то особенную окраску. Сад приобрел какую-то магию, или ж так просто казалось. Возможно, именно в этом и его особенность – гуляя с кем-то, всё смотрится иначе. Смотрится, чувствуется… Будто всё пропитывается какой-то особенной магией и нити, скрытые даже для самых величественных магов, выглядывают из Завесы* и позволяют видеть настоящее волшебство, доступное лишь колдунам, да тварям, населяющим мир во всех его секретных уголках. Новый знакомый прекрасно ориентировался в саде, хотя Фейерк уверял, что заплутать здесь – обыденное дело. Возможно, Селестин живет здесь достаточно долго для того, чтобы иметь представление о местности. Как не посмотри, а названный Селестин казался слишком хорошим, если можно так выразиться. От него едва ли не исходил солнечный свет – настолько этот человек был нежным и радостным, будто новорожденное дитя, впитывающим в себя всё, что ему дарует жизнь. Весело поддерживая беседу, стараясь узнать Лилиана получше, он почти не говорил о себе, будто для него это казалось чем-то заносчивым и эгоистичным, недостойным его. Но было в этом что-то ещё. Намеренное скрытие своей личности? Возможно. Стоило слушать Фейерка получше и не сближаться со всеми подряд, доверяя первому встречному, выкладывая всю свою подноготную. Может, не совсем всю, но ту, что знают не так много людей. Селестин впитывал всё, что ему давал Лилиан – внимательно слушал его, восхищаясь каждой деталью его идеального, донельзя вылизанного образа. Возле выхода стояла небольшая лавочка, на которую можно присесть. Это не тот выход, через которой вошёл наш герой, но оттого он казался ещё более интересным и загадочным. - Никогда бы не подумал, что Вы – маг, граф Эббет. – заявил Селестин, глядя на дворянина, льстя его самолюбию, - Не то чтобы я никогда не видел волшебников, но отличить их от простых людей никогда не мог. Ах, позвольте, - юноша придвинулся поближе, - позвольте увидеть хотя бы капельку магии, - голос его стал тише, и он едва ли не перешел на шепот, будто говорил о чем-то запретном, хотя магия для здешних мест – один из двигателей прогресса, - вот так – близко-близко. Всего капельку, граф Эббет. – Селестин просил, как малое дитя. Как такому можно отказаться? Несдержанно хихикнув, не вызвав никакой отрицательной реакции – Селестин лишь приподнял брови вверх, да уселся поудобнее, дабы рассмотреть всё повнимательнее. Видимо, и вправду вблизи никогда не видел, как действует магия. Хотя, никто из людей, не связанных с миром волшебников и их тонкостей, не представлял, как всё работает. Думается автору, читателю сейчас не стоит задумываться над тем, как всё здесь работает. Конечно, рано или поздно придётся поговорить об этом, но не сейчас. Сейчас стоит наслаждаться общей эстетичностью. Магия может быть опасна в руках неопытных детей, только-только осознающих, какая сила теплится в них; но может быть и до поражающего прекрасна – искриться белым светом из рук, принимая форму, задаваемую хозяином. Сжав ладонь в кулак, так же придвинулся к Селестену, ударяясь своим бедром об его, повернул к нему кулачок и раскрыл его. Изнутри вылетел рой белоснежных бабочек, крылья которых отражали свет, заставляя все вокруг блестеть и сверкать, словно усыпанную песком землю возле моря. Те разлетелись в разные стороны, но общее направление не сменили – поднимались вверх, долетая до самого купола, утопая в его магии, растворяясь кусочком сахара в горячем горьком чае. Селестин неверяще глядел на эту иллюзию, открывая рот, как малое дитя. Кажется, ему нравится. Наблюдая за новым знакомым, где-то поодаль Лили заметил Ясена. Лицо его вызывало какую-то тревогу – бледное, как у трупа, а глаза будто пытались что-то подсказать – глядели то на него, то на Селестина, приподнимая веки, призывая обратить на него внимание. Собственные брови уселись на переносицу – Лиан нахмурился. Но после того, как Ясен показал на собственной головой пятерню, всё встало на свои места – новый друг графа Эббета – принц Селестин собственной персоной. В силу того, что наш герой не знаком ни с кем из королевской семьи, предположить не мог, что перед ним сам кронпринц! Это утро явно обещает большие потрясения. Вдруг Лилиан ещё встретит короля или же королеву? И как не упасть в грязь лицом второй раз? - Что скажете? – Лили не стал менять манеру речи и звать Селестина по статусу – раз уж тот не захотел представлять, как принц, то не стоит акцентировать на этом внимание. - Потрясающе! – прошептал юноша, опуская глаза ниже, на своего знакомого, - Никогда не видел ничего подобного! – верхняя губа поднялась вверх и оголила гладкие белые зубы. Похоже, тот и вправду вне себя от радости и восхищения. - Рад, что понравилось. – на щеках заиграл румянец – приятно, когда сам принц тебя хвалит. - Хотите ещё погулять со мной? – поинтересовался Селестин, приподнимая брови. - Кажется, завтрак готов. – неуверенно пролепетал Лилиан, получая в ответ мольбу. - Прошу, граф Эббет, прошу – захотите погулять со мной. – умолял принц, глядя на него чистыми глазами, полными надежды на согласие. Не знай бы Лилиан, что это принц, то тут же бы отказал, настояв на том, что им пора, но зная истинную сущность знакомого, не мог долго сопротивляться, да и едва ли смог бы, ведь тот выглядел, будто настоящий святой. А святым не отказывают. Святым принцам тем более. - Как скажете. – вздохнул, пожав плечами, - Я могу составить Вам компанию ненадолго. – подняв глаза на Селестина, постарался получить от него положительный ответ, - Пообещайте, что после отправимся на трапезу – времени в обрез. - Конечно, граф Эббет, - воскликнул принц, обещая играть по правилам, - конечно! Вскоре парочка поднялась и отправилась куда-то, в место, известное лишь Селестину – он явно хотел показать что-то особенное и красивое.

Сноски:

Розовая вода – вода, созданная специально для утреннего ритуала – в воду помещаются лепестки розы на неопределенное время, придавая первой розовый вид. Данная вода призвана очищать кожу от токсинов. Некоторые верят, что она сохраняет молодость. Завеса – мир магических нитей, их видят лишь колдуны (лишь те, кто отдал своё зрение).