Хочешь быть разбойником - не люби принцессу

      Яркие лучи солнца били сквозь прикрытые шторы. Разлепив веки, Адира обнаружила, что Кассандра не только встала, но и успела притащить в комнату какую-то еду.       -Доброе утро, - улыбается, выглядит подозрительно свежо, уплетая тосты с джемом. - Есть будешь?       -Что случилось?       -В смысле?       -Ещё ни разу не было , чтобы я проснулась и все было хорошо.       -Ну, пока я перла сюда эту еду, чёртова тварь подобралась ко мне так близко, что я слышала, как скрипят её суставы. А в остальном это действительно спокойное утро.       Подозрительно поглядывая на Кассандру, Адира пошла умываться. За окном высились огромные каменные столбы на фоне сочно-зелёного моря колыхающейся травы. Покончив с водными процедурами, Адира вернулась в комнату. поймав восхищенный взгляд Кассандры, воительница нахмурилась:       -Что опять?       -Ты такая... Мускулистая.       Вот это неожиданность. Ухмыльнувшись, Адира решила не надевать рубаху; пускай девчонка давится слюнями.       -Берлиоз с Муромом проболтали всю ночь. Кажется, они подружились.       -Вот так союз двух уродцев...       -Почему ты так цепляешься к Берлиозу?       -Это по-дружески.       -Да, да, конечно...       Адира потянулась, разминая затекшие мышцы. Кассандра покраснела.       -Может, оденешься?       -Не-а. Зачем?       Кассандра промолчала, но её взгляд был красноречивее любых слов. Не переставая ухмыляться, Адира нанесла краску на лицо, после чего, все же, неторопливо оделась. Это что, разочарованный вздох? Ох, девочка...       -Пошли, что ли?

***

      Интерьер таверны сегодня был почти обычным, если не считать синей будки с дверцами, стоящей в углу. Эта вещь настолько сильно контрастировала с окружением, что Кассандра не удержалась, колупнула ногтем синюю стену: крашенное дерево. Ну и пускай стоит.       -Проснулась, что ли?       Муром, облаченный в тяжёлый передник поверх обычной одежды, снял очки, в точности такие, какие носил Вэриан, устало опустившись на скамью.       -Ладно, беру слова назад. Берлиоз молодец. Не все звезды, стало быть, одинаково плохи.       -А что вы делали? - поинтересовалась Адира, подхватив кусок хлеба со стола.       -Генератор червоточины калибровали, - чёрный конь вытек из железной двери рядом с барной стойкой. Он тоже носил защитные очки, смотрящиеся на нем не лучше, чем седло на корове. Адира хрюкнула каламбуру в своей голове, получив за это подозрительный взгляд Кассандры. - Теперь, в теории, можно контролировать, куда будут вести некоторые двери.       -Полезно. Особенно после того, как мы отправили ковёр обратно в Аграбу...       -Ага. Один шаг, и мы в Чжунго!       -Или на луне. Или на морском дне...       -Ох.       -Сначала мы закончим с Ахтохаллан, - произнесла Кассандра, поглаживая филина, слетевшего со стропил ей на плечо.       -Честно говоря, я надеялся, что когда вы услышите про возможность оказаться в Китае в один шаг, вы бросите эту затею.       -Где оказаться?       "... А потом отправлюсь в Китай, чтобы исправить то, что вы сотворили с девчонкой..."       -Ну, Чжунго. Это они потом станут Китаем.       -Нет, не бросим, - покачала головой Кассандра. - Мне нужна сила звезды.       -Жанетт она тоже была нужна, помни, - Адира накрыла ладонь Кассандры своей. - Надо быть осторожнее.       -У меня есть голова на плечах, Адира, спасибо, - откуда это раздражение? Воительница удивлённо взглянула на Кассандру.       -Ты в порядке?       Кассандра глубоко вдохнула.       -Да, Адира. Да, я в порядке. Просто я не всегда нуждаюсь в защите.       -Это не защита, девочка, - Адира пожала плечами. - Ты прекрасно сама справляешься. Это моё беспокойство за тебя.       Кассандра слабо улыбнулась.       -Спасибо.       -Если мы вылетим сейчас, то через четыре дня окажемся у берега Тёмного моря, - произнёс Берлиоз, постучав копытом по столу. - А вот оттуда начнётся самое интересное. Дух воды, по словам Мурома, сейчас спит, он не причинит нам вреда. Но это не значит, что исчезнут ледяные волны и штормовой ветер. Приготовьтесь к тяжело путешествию.       -В наших краях принято на долгую дорогу давать подарок и напутствие, - прогудел Муром. - Так вот что. Адира. Подарком тебе будет моя кольчуга. Из времен стародавних, Сварогом-кузнецом кованная, да на семь голов заговоренная. Я под тебя её подогнал, будет у тебя кольчуга, что боги носят.       -Спасибо...       Потрясенная, Адира приняла из рук Мурома свёрток с вороненой броней, словно поглощающей свет.       -А напутствие тебе будет такое, - Муром наклонился к воительнице и что-то шепнул ей на ухо. Адира кивнула, смахнув выступившие слезы.       Повернувшись к девушке, Муром на минуту замолчал, изучающе глядя на неё.       -Тебе, Кассандра, я дарю ещё год.       -Что?       -Не успеете вы до весны, боюсь. Потому бери год моей жизни. Их осталось всего ничего, но уж годик я тебе дать могу.       -Это... Спасибо, Иван Тимофеевич. Это очень большой подарок.       -А напутствие…       Гигант наклонился к самому уху Кассандры.       -Когда ты захлебнешься силой, когда потеряешь себя в бесконечных отражениях других, ты вспомнишь лишь эти слова. Они станут твоим якорем, твоей... Человечностью. Верь той, кто любит тебя больше своей жизни. Я это ясно вижу. Будь осторожнее, девочка-рыцарь. Твоя дорожка все уже, а за краем - пропасть, дна не видать.       -Я поняла, Иван Тимофеевич, - кивнула Кассандра и замолчала, чувствуя вновь нарастающее жжение в груди.       -Ну вот и все. С победой или нет - возвращайтесь. Я буду ждать вас.

***

      -Как насчёт стихов?       -Я бы предпочла песни.       -Песни надо подо что-то, а стихи можно под тишину...       -Валяй. Кто сегодня?       Берлиоз задумался. Эренделл остался позади, впереди же открывался потрясающий вид на покрытый лесом и снегом фьорд и едва виднеющиеся вдали горы. Крохотный искоркой на склоне одного из них виднелся дворец.       -Пускай будет сэр Генри Лайон Олди. Или, точнее, его поэтическая часть души...       -Генри? С которым мы в Аграбу?..       -Ага, он.       -Я думала, он чужое поёт, - нахмурилась Адира. - Так он поэт, что ли?              -Поэт в России - больше, чем поэт.       В ней суждено поэтами рождаться       Лишь тем, в ком бродит гордый дух гражданства,       Кому уюта нет, покоя нет.              -Ты меня запутал, - Кассандра помотала головой. - Он из России, или из Англии?       -Генри? Из Англии. А это Евтушенко, он из России. Но вы послушайте!..              -Я не знаю, какая строка обернется последней,       На каком из аккордов ударит слепая коса,       Это вы – короли; я – наследник, а, может, посредник,       Я – усталое эхо в горах. Это вы – голоса.              В тишине, рассекаемой лишь свистом ветра и выразительным, сильным голосом Берлиоза, трое летели навстречу судьбе. Кассандра поглядывала на небо, ощущая на себе пристальное внимание звезды. Конечно, она будет следить. Ведь ей бы очень хотелось победить...              -Перекрестки дорог – узловатые пальцы старухи,       Я не знаю, какой из шагов отзовется бедой,       Это вы – горсть воды; я – лишь руки, дрожащие руки,       И ладони горят, обожженные этой водой.              А Сараман? А Сириус с Айнур? Похоже, даже их невероятная любовь дала трещину. Кассандра была совсем не против увидеться с Сириусом в Чжунго. Он оставил после себя хорошее впечатление. Но что за план Сарамана? И как он касается её, Кассандры?              -У какого колодца дадут леденящей отравы,       Мне узнать не дано, и глоток будет сладок и чист,       Это вы – соль земли; я – лишь травы, душистые травы,       Вы – мишень и стрела, я – внезапно раздавшийся свист.              Адира думала о победах. Оглушительные, великие, невероятные... Никому неизвестные. Лишь избранным ведомо, что она совершила. И, кажется, нынче судьба ведёт её к ещё одной неизвестной победе. Не будет песен о поражении звезды, никто не воспоет прекрасную любовь двух девушек, приведшую их в места столь потрясающие, что невозможно описать...              -От угрюмых Карпат до младенчески-сонной Равенны       Жизнь рассыпалась под ноги звоном веселых монет,       Вы – горячая кровь; я – ножом отворенные вены,       Вы – июльское солнце, я – солнечный зайчик в окне.              Ещё Адира думала о словах проклятой звезды. Не хотела, но думала. Не может такого быть, чтобы Кассандра вновь стала чудовищем! Но мысли, как ни гнала их Адира прочь, возвращались. Один раз это уже случилось. Раз чудовище - всегда чудовище. Ты сама это сказала... "дура", шепнул принц. Знаю, что дура, повела плечом Адира. А что делать? Ведь прошлое не изменить. "Верь в неё. Иначе быть вашей любви песком на ветру"...              -День котомкой висит за спиной, обещая усталость,       Ночь укроет колючим плащом, обещая покой,       Это вы – исполины; я – малость, ничтожная малость,       Это вы – гладь реки; я – вечерний туман над рекой.              Кстати, о тумане. Вон он, покрыл лес, висит, словно молоко, укрыв земли Нортулдра, исконных обитателей этих мест. Берлиоз не стал снижаться, по широкой дуге минуя белесые космы. Дальше, к побережью.              -Но когда завершу, упаду, отойду в бездорожье,       Замолчу, допишу, уроню, откажусь от всего,       Вас – великих! Могучих! – охватит болезненной дрожью:       Это он, это мы, и какие же мы без него…              -И какие же мы без него... - протянула Кассандра, глядя на разрастающиеся мрачные воды Тёмного моря. Мгла жила здесь уже давно, эти воды теперь - суть Ахтохаллан. Что может один человек противопоставить такой силе, такой чудовищной мощи?..       -Ты не одна, - шепнула ей на ухо Адира. Кассандра улыбнулась:       -Прочь из моей головы, ведьма.       -Мне надо передохнуть, - Берлиоз нервно дёрнулся. - Кажется, Муром ошибся. Ахтохаллан не пустит нас к себе так просто.       -Предлагаешь лодку сколотить?       -Есть одна идейка...

***

      Чёрный песок хрустел под ногами при каждом шаге. Антрацитовые скалы зубами древних чудовищ возносились к мрачному, затянутому тучами небу. А море...       -Сущность звезды, да? Как там Муром сказал. .. "это пиздец".       Ледяные волны мглистыми валами накатывали на недружелюбный берег. Вода была чёрной, чёрнее ночи, чёрнее злых мыслей; казалось, что волны поглощает свет солнца, едва-едва пробивающийся сквозь плотную пелену туч.       Девушки смогли развести костер из более-менее сухих веток, растущих недалеко от туманной стены. Под влажно блестящей чёрной скалой, в небольшой пещерке, трое жались к костру, прислушиваясь к завыванию ветра.       -Что это?!       Зов. Протяжный, манящий, такой... Одинокий. Кассандра всеми фибрами души ощущала это одиночество. Но зов был не для неё. Звезда вкладывала всю свою силу, чтобы приманить другого человека.       -Что же будет, когда королева поддастся этому зову?       -Ничего хорошего, - буркнул Берлиоз.       Кассандра смотрела в огонь, стараясь разглядеть там... Что-то. Не обращая внимания на предостережение Адиры, она сунула руку почти в самое пламя. Так и есть, жжение внутри было сильнее.       -Сдурела?       Воительница оттолкнула Кассандру от огня. Распахнуты сумку с припасами, она принялась обрабатывать руку девушки.       -Кас, что происходит?       -Космос уже рядом, Адира. Муром дал мне отсрочку, без неё... Все бы пропало.       -Ты говорила, что у тебя ещё времени - до конца зимы!       -Я ошибалась.       -Чтоб тебя, Кас...       -У нас есть год, Адира. У меня есть год.       -Это много. Особенно, если сработает та дверь в таверне, и мы сразу окажемся в империи Хань!       -А дальше? Раз за разом нам помогало чудо. Что если чуда не случится на этот раз?       -Что за мысли, девочка? Раз за разом мы побеждали, вот что важно. cào nĭ mā, да у тебя и сомнения не должно быть, что все закончится хорошо!       -Я правда надеюсь на это, Адира, - Кассандра осторожно пошевелила пальцами забинтованной руки. - Больно!       -Конечно, больно, глупая, - ласково улыбнулась воительница. - Так бывает, когда ты суешь руку в огонь.       -Cào...       -Эй, не говори этого слова.       -Почему?       -Оно не для леди.       Кассандра усмехнулась. Устроившись головой на ногах Адиры, девушка, чувствуя, как воительница гладит её волосы, вновь взглянула в огонь, прямо в чёрные воронки глаз звезды.

***

      -План такой, девочки.       Берлиоз внимательно глядел на бушующие волны. Шторм мутил и без того непроницаемую воду, поднимая волны до небес.       -Твои слуги, Кассандра. Призови их.       Не очень понимая, что нужно коню, Кассандра, тем не менее, прикрыла глаза. Вот они, рядом. Всегда рядом. Но сейчас они, как и тогда в лесу, чего-то ужасно боятся.       Открыв глаза, Кассандра окинула взглядом пляж. Мир не изменился, он и так был черно-белым.       -Ну а теперь пусть они окутают меня. Все сразу.       -Но ведь они тебя сожрут.       -Так не дай им этого сделать!       Девушка глубоко вдохнула. Тени медленно поползли, опутывая чёрного коня своими сущностями. Немой вопрос звучал раз за разом, и раз за разом Кассандра отвечала "нет". Это есть нельзя.       -Очень хорошо. Я все меньше ощущаю давление Ахтохаллан, - удовлетворённо заржал Берлиоз. Его голос дробился, словно тени говорили с ним хором. - Залезайте и полетели. Другого варианта нет. Кас, пусть они перестанут меня кусать!       -Лучше так, чем если они начнут тебя переваривать. Это все, что я могу сделать.       -При таком раскладе, конечно, все в порядке...       Чёрный пляж остался позади, а бушующие волны раскинулись под копытами Берлиоза повсюду, куда ни бросишь взгляд. Оглушительный шум волн наотмаш бил по ушам, так же, как и ледяные брызги.       -Ты слышишь?!       -Да! Зов! И этот - уже для нас!       Я знаю, что вам нужно, пела звезда. Убирайтесь, вы не получите ничего!       -Она злится!       -Боится?!       Кассандра не знала. В зове не было страха. Ахтохаллан предупреждала ее... Как равную?       В чёрной воде мелькнул ярко-голубой огонёк. Мелькнул - и пропал.       -Что это?!       -Дух воды, - в голосе Берлиоз промелькнуло беспокойство. - Она будит стихийных духов!       Молния прочертила небо, ударившись в гребень волны. Оглушительно-холодный град окатил путешественниц.       -Надо снижаться!       -На кой черт?!       -Следующая молния прилетит в нас!       -Bī!..       Ругательства потонули в воде, когда Берлиоз пушечным ядром прошил следующую волну. В пучине вновь мелькнул ярко-голубой огонёк.       -Кассандра, пусть твои ублюдки перестанут меня жрать!       -Прости!       Во вспышке молнии дух воды вынырнул прямо перед Берлиозом. Тонконогий скакун, состоящий из голубого света и воды, чьи глаза сияли яростью, прянул вперёд, вынуждая чёрного коня резко уйти вбок.       -Осторожнее!       -Он хочет нас утопить!       Дух воды носился над волнами, меняя их направление вопреки всякой логике. Чудовищными пастями распахивались пропасти на дно, когда очередные волны вбирали в себя воду, чтобы обрушить её с оглушительным грохотом на головы девушек.       -Далеко ещё?!       -Совсем немного! Держитесь!       Прянув вниз, Берлиоз ушёл в крутое пике, вынуждая Адиру и Кассандру вжаться в покрытую тенями шкуру. Закрывая грозовое небо, над ними пронеслась туша огромной рыбы.       -Твою мать!..       -Cào nĭ mā!..       Вспышка молнии выхватил из окружающей темноты лежащий у горизонта остров, состоящий, кажется, только изо льда.       -Вон там!       Вспышка! Что это? На мгновение ледник и окружающие воды окутали призрачные щупальца, уходящие в пучину вод, словно корни жуткого растения. Мгновение - и они пропали.       Дух воды вновь яростно атаковал, клацая зубами. Не удержавшись на крутом перевороте, Адира свалилась вниз, успев лишь ухватиться за ногу Берлиоза. Не долго думая, тот втянул в себя конечность вместе с Адирой, вытолкнув её из своей спины. На лице воительницы читалось крайнее омерзение, вперемешку с испугом.       -Что это был за... pìgŭ?!       -Не понравилось моё нутро?! - расхохотался Берлиоз. - Ты первая, кто вылезла оттуда живой!       -В сторону!       -Что?!       -В СТОРОНУ!       Теневое щупальце проявилось лишь на долю мгновения, освещённое очередной вспышкой молнии. По широкой дуге оно размахнулось, пытаясь зацепить коня и его наездниц. Костяные наросты, покрывавшие внутреннюю сторону щупальца, разочарованно клацнули, вновь исчезая в бушующей пучине.       -Diǎo, так нечестно! Мы её не видим!       -Скажи об этом Ахтохаллан, когда приземлимся!       Ледник становился все ближе. Выступая из окружающего безумства волн и черноты, он, словно островок спокойствия в ледяном аду, возвышался над водой.       -Последний рывок, - прорычал Берлиоз. И в этот момент в коня ударила молния.       Тени брызнули во все стороны, оставляя его беззащитным перед звездой. Кассандра и Адира разлетелись в разные стороны, камнем падая в тёмную пучину. Ещё секунда и...       ... И секунда ещё. Что случилось? Нет времени!       -Берлиоз, вниз!       Конь прянул к воде и в ту же секунду в гребень волны рядом ударила молния.       -Как ты...       -Я помню, что было! - расхохоталась Адира. Или это был принц? - Да, пески времени могут такое!       -Как удобно, - проворчал Берлиоз, заходя на посадку. Шторм утихал, словно звезда признала свое поражение. - Почему раньше не пользовалась?       -Ещё бы я знала как...       Снова зов. Не королеве, нет. Не Кассандре. Далеко-далеко, высоко в горах и ещё дальше, за огромной каменной стеной, бритоголовые монахи вскакивали со своих кроватей, покидали кельи, собирались вместе, только чтобы спастись от неведомого кошмара, разом накрывшего тех, кто близок к небу...       И вот, мчат в столицу гонцы, загоняя до смерти лошадей. Император должен знать! Поднять войска! Где Дракон Востока? Мы должны быть готовы, что к нам идёт...       Охотница.