Я по-вашему демон ?

«А говорят, что белый в Китае траурный…»

      Раскрыв свёрток, я увидел одеяния белого цвета. Причём и нижнее, и верхнее одеяния белые. И моя память подбросила исторический факт, что в древнем Китае белый цвет в принципе считался траурным цветом. Ладно, тогда побуду призраком имени самого себя в этой библиотеке. Надеюсь, эти одежды не станут для меня похоронными в прямом смысле.       Бай Мэй отвернулась, а я скрылся за шкафом и начал доставать одеяния. Так как я из тех, кто постоянно замерзает (даже летом в тридцатиградусную жару), то надену всё это поверх своей одежды, в которой я тут появился, а до этого в ней же дважды уснул.       Надев нижний слой одежд и завязав его, достал второй и таким же образом надел, и так же последний слой одежд, что мне нашли. Пришлось потом воротник рубашки заправить под только что выданную одежду, чтобы его не было видно хотя бы на первый взгляд. Если не ступать слишком широким шагом, то мои штаны не видны. Думаю, они знали или догадывались, что я надену всё это поверх своей одежды, и из-за этого не дали штаны, что всегда идут в комплекте. Или же штанов попросту не было там, откуда они достали остальное.       Поправив рукава, я пошёл назад к девушке. Заодно хотелось бы внимательнее поглядеть, что она принесла мне поесть. Бог послал вороне кусок сыра, а мне люди послали чай, миску риса и мясо к нему, а также кувшин, наполненный какой-то жидкостью (наверное, водой). Всё это мне придётся есть палочками, но, к моему счастью, мне не придётся стыдиться, ведь я умею ими пользоваться. Хотя рис удобнее есть вилкой, а лучше ложкой. Но, думаю, вам так каждый европеец скажет.       — Вау, если не смотреть на цвет и длину волос, то вас можно принять за учёного или небожителя.       — Ну и сравнение. Хотя, учитывая, что тут книжный червь и учёный почти одно и тоже, то, может, и немножко подхожу. Но с небожителями ты слишком сильно загнула. Я на них максимум спокойствием и терпением похож. Спасибо за еду, и вам троим отдельно «спасибо» за одежду.       После этого подошёл к столику, взял пиалу с рисом и мясом в правую руку и палочки в левую. Положив в рот кусочек мяса, я опомнился, понимая ещё кое-что. А точнее, что в средневековье, до этого и позже, всех левшей переучивали насильно под правшей, в разные времена и в разных странах говорили причину несколько разную, но смысл примерно заключался в том, что «эта рука не та, она неправильная» и так далее. У меня от двоюродной бабки (сравнительно рано умершей тёти моей мамы) врождённая амбидекстерия, то есть, я одновременно и правша, и левша. Впервые это заметила мама, когда мы были в кафе. Я ел блинчики, и она показала, как правильно пользоваться ножом и вилкой для правшей, ведь именно как правшу меня учили до этого, но я попробовал и понял, что это неудобно, сказал об этом маме и взял наоборот, и стало гораздо удобнее. А потом отец часто ругался, что во время еды у меня кружка стоит неправильно. Лично я до этого считал, что это норма, да и мне удобно. Мама говорила, чтобы он перестал так говорить, но в ответ получала лишь: «Он у нас не грёбаный левша!» Впоследствии при нем я ставил кружку «правильно». Потом я начал учиться писать и левой, замечая, что левая рука в повседневной жизни зачастую более удобна мне, я начал пользоваться и ей. В двадцать первом веке нет ничего необычно или странного, что человек левша или амбидекстр, но меньше века назад и до этого людей насильно переучивали. Я, честно, не знаю, было ли подобное в Древнем Китае или этом мире, но лучше перестраховаться и пользоваться правой рукой. Поменяв миску и палочки местами, я продолжил кушать пренесённую мне еду. К сожалению, мой манёвр не остался незамеченным, хотя, это естественно, не спиной же я стоял к сестрице Мэй.