Глава 8. Внутренняя борьба
18 января 2021 г., 12:56
Люцифер рассерженно пролетал между облаками, будучи озлобленным на самого себя за то, что переступил через свою гордость, самолюбие, дабы оказать кому-то бескорыстную помощь, а в итоге, все вокруг имели наглость непрерывно возмущаться его сущностью.
Его не столько выводило из себя, сколько задевало предвзятое мнение о нём: да, он мог быть нахальным, наглым, по большей части грубияном, однако, за маской своего цинизма скрывалось сострадательность и добросердечность. Разумеется, это касалось определенных ангелов или демонов, тем не менее, оставлять кого-то в беду попросту не мог себе позволить.
Все эмоции: злость, ненависть, бывает жестокость и насмешливость, выраженные в своих предложениях, являлись не более чем результатом равнодушия со стороны отца. Чрезмерная критика, строгость привели к тому, что демон был менее открытым с окружающими; неуверенным в своих действиях, за которые могло последовать уже привычное недовольство Сатаны, либо одобрение, которое отличалось от общепринятой её подачи, а потому, оно не давало ему расслабляться, наоборот, в какой-то степени, боялся больше, чем безразличного взгляда отца.
Люциферу было чуждым отцовская любовь, забота, теплота и ласка, поэтому он неосознанно сформировал свой характер искажённо и противоестественно тому, как бы если он подвергся правильному воспитанию, переминая на себя только лучшие нравственные качества.
Ему более не хотелось размышлять на тему собственного детства, которое сложно было назвать таковым, а также на тему отца, потому как его прошлое всегда было досадным и разочаровывающем; оно всегда погружало в себя подобию зыбучим пескам.
Незаметно для него самого, демон долетел до собственной комнаты с шумом залетая в окно, слегка цепляясь крыльями за оконную раму.
— Ах, Шепфа, – испуганно пошатнулась Уокер, когда в абсолютной тишине раздался грохот. – Ты всегда будешь так шумно и бесцеремонно вваливаться в комнату через окно?
Возмущение ангела позабавило Люцифера, заставив последнего моментально изгнать и забыть удручающие и тоскливые мысли, тенью заливавшие его почерневшую душу.
— Только по особым праздникам, – краешек губы демона в ехидной ухмылке пополз вверх, не отрывая при этом взгляд от элегантности и дивности Вики. Шарм девушки инстинктивно заманивал и притягивал к себе.
— И какой праздник на сей раз? – Уловив легкомысленный и распутный замысел демона, Уокер кокетливо ему подыгрывала.
Без лишних слов Люцифер подкрадывающимся шагом приблизился к ангелу, любуясь её женственностью. Только сантиметры отделяли их тела. Демон властно подхватил Вики, проводя рукой по позвоночнику, заставив ту слегка выгнуться вперёд, касаясь его груди, тем самым предоставив возможность нежно и мягко поцеловать столь манящие губы девушки. Сладкий восхитительный привкус дурманил разум. Шелковое платье скользнуло вниз, небрежными складками осыпаясь на полу у её ног, оголяя утончённость изгибов тела.
Избавившись от лишней одежды, они переместились на кровать, чьи прохладные гладкие простыни соприкоснулись с разгорячённой кожей, вызывая волну приятных мурашек. Губы Люцифера шаловливо изучали влажными поцелуями бархатную кожу ангела, а её тело в трепетном ожидании податливо выгибалась навстречу каждому прикосновению его грубых пальцев. Каждый вырывающийся вздох, стон, сопровождался легким покусыванием до боли, но такой сладостной и соблазнительной.
Демон не мог насытиться её обаянием: когда кто-то влюблён, образ любимого обладает тем совершенством, полноту которого не измерить ни словами, ни объятьями — его на какое-то время может вместить только любовное соитие.
Люцифер нежно, но желанно овладел ею, ощущая запах мирта и слыша шелест подрагивающих крыльев от непристойной возбудимости; движения – равномерные и заводящие, а чуть позже ускоренные и будоражащие, вызывая под конец прилив удовлетворения страсти. Гармоничность, безмятежность и духовная близость – приятное послевкусие плотских утех.
Утопая в объятьях друг друга, они наслаждались моментом.
— Почему тебя не было сегодня на занятиях? – Шёпотом спросила Вики после долгого молчания.
— Я был в Библиотеке, – ответил демон, играя с каштановыми волосами ангела.
— Так долго? Мы тебя ждали, но как только ты пришёл и уволок за собой Александра, думали, никогда его уже не увидим, а тебя и подавно, – иронично промолвила Уокер. – Кстати, зачем он тебе был нужен? В очередной раз доказать своё превосходство над ним? – Ангел спросила, как можно мягче, пытаясь не задеть, да не разгневать Люцифера.
— Кое-что случилось с Агатой, – печально вздохнул демон.
— Что с ней? – Встревоженно поинтересовалась Вики, облокотившись на локте, и обеспокоенно вглядываясь в красные очи Люцифера, вдруг заметавшиеся по комнате.
— Она была со мной в Библиотеке, когда та потеряла сознание. Я был растерян и сразу отнёс её в Лазарет. Ангел-лекарь сообщила, что у Агаты было видение, но другого рода их происхождения, о котором не хотела рассказывать. Ей дали Зелье Регенерации, должно быть, уже оклемалась, однако, я поспешил уйти оттуда раньше того, как Харрис пришла в себя.
Вики частично догадывалась, что конкретно могло произойти с Агатой, так как сама однажды изучала данную тему, испытав подобное, но факт того, что они были вместе, немного смутил девушку. В первый же день знакомства у них сформировалась обоюдная неприязнь и непереносимость общества друг друга, однако, жест Люцифера, который быстро среагировал на ситуацию и возможную опасность, несомненно её порадовал.
— Надо будет навестить её, – задумчиво сказала Уокер, встав с постели.
— Ну, а я, пожалуй, пойду тренироваться.
После сказанных слов, демон оделся и направился на школьный двор, где обычно проводил своё время по оттачиванию навыков или по выпусканию пара.
***
Направляясь в сторону Лазарета, Вики вдалеке заметила Нильсена, который задумчиво бродил по истоптанным тропинкам на небольшой поляне и многозначительно вглядывался в пустоту. Мысли рассеяно блуждали в голове: он понимал, что Агата скрыла от него правду, но если они позиционируют себя, как единое целое, то в чем кроется смысл утаивать от него истинность? Запустив пальцы в волосы, Александр апатично присел на траву, меланхолично и глубокомысленно созерцал, как лучи полуденного солнца игристо переплетались с травинками, создавая эффект позолоченной поверхности. Пребывание на природе всегда помогало остановить навязчивое переживание тягостных мыслей, однако, парень был сосредоточен на том, что происходит или намеревалось произойти. Представления о будущем, о неизбежности разлуки машинально вырисовывались мрачными картинами перед глазами. Он выжидающе оглядывал полевые цветы, будто надеясь, что они ответят на извечные вопросы Александра, однако, те лишь загадочно покачивались на легких невесомых порывах летнего ветра. Несомненно, Нильсен был рад тому, что Харрис сможет прожить свою жизнь достойно, как ей и было предначертано, но расставание для парня было равносильно наводящей страх смерти, поскольку два любящих сердца не смогут жить, а то и существовать друг без друга. Без неё жизнь будет бессмысленной и мерклой, а обретённое бессмертие никогда не сможет заглушить непреодолимую муку от нехватки присутствия Агаты рядом. Он не сможет её забыть. Как жить без любимого человека, если бессмертие граничит с бесконечностью, которою он не сможет разделить с той, что затуманила его разум, украла его сердце? Он будет подвергаться страшным душевным мучениям, а его задача – перенести их с необыкновенной стойкостью. Александр не хотел утопать в агонии, но, возможно, именно это будет неизбежным. Самое главное для него это знать, что Агата жива и здорова. Что будет ожидать её за пределами Небес? Сможет ли он оберегать девушку, находясь в совершенно разных мирах? Невыносимо тяжело. — Можно выдержать физические мучения, а вот человеческий распад неминуем, если вы целиком находитесь «друг в друге». Облегчить душевные мучения сложнее, – раздался сочувственный голос неподалеку. Искоса выглянув через плечо, парень заметил приближающуюся Вики. — Снова мысли читаешь? – Слабо усмехнулся Нильсен, срывая травинку и теребя её между пальцами. — Догадалась, – грустно улыбнулась Уокер в ответ и присела рядом с Александром, устремив раздумчивый взор куда-то вдаль. – Слышала, что стряслось с Агатой. Как она? – Искренне полюбопытствовала ангел. — Лучше, однако, ей назначили отдых и покой, – тяжело выдохнул парень. Вики заприметила некое томление и уныние в его жестах, словах, от чего сама девушка уловила внутреннюю безысходность парня и трагизм ситуации. — О чем ты думаешь? – Ангел заглянула на уставшие очертания лица Александра, истерзанные временем, переутомленные мыслями и исхудалые от переживаний. Он был бессилен против беспощадной длительности существования. — Что не смогу предостеречь Агату от неминуемости, не смогу быть рядом, когда больше всего будет нуждаться во мне. Даже сейчас не смог, – Нильсен, озлоблен на самого себя, процедил сквозь стиснутые зубы. — Ал, то, что с ней произошло не угрожало её жизни, её физической оболочке. Я испытывала подобные ощущения при видениях: отрешенность, замешательство, хотя наши случаи разные, возможно, для Временных это имеет иные последствия. — Видения? Это с ней случилось? О чем ты говоришь? – В недоумении спросил парень, повернув голову к ангелу, словно до этого момента её присутствие здесь было галлюцинацией или плодом воображения. Он настолько погрузился в себя, что забылся о своём нахождении и с кем разговаривает. — Я думала ты знаешь, – Вики отвела виноватый взгляд, будто выдала секретную тайну строгой конфиденциальности. — Она мне ничего не сказала об этом, а ты откуда знаешь? — Люцифер рассказал. Когда он принёс её в Лазарет, Ангел-лекарь осмотрела Агату, проникая в её сознание и почувствовала некую энергию; ощутила борьбу девушки с реальным миром. Лекарь сразу определила это как видение, но которое проявляется совершенно иначе, имея другие факторы влияния. К сожалению, это остается чем-то уникальным для Небес. Мне особо не известно о видениях Временных, только то, что они проявляются в не самых благоприятных для них условиях и имеют дурные последствия.***
Агата развалилась на стуле требовательно и выжидающе смотря на Ангела Фенцио, который обескураженно устремил взгляд на пол, избегая зрительного контакта. Он не мог найти правильных слов для ответа. Фенцио изменился в лице, когда Харрис поставила его в известие о том, что девушка нашла дополнительную информацию о своей сущности. Геральд и Мисселина в первый день их прибытия, попросили Ангела Фенцио не допускать лишних сведений о Временных. — Фенцио! – Окликнул его Геральд. Тот обернулся и, увидев своих коллег с рядом идущим новенькими, сразу воспрянул и ехидно улыбнулся. Дав несколько указаний своим ученикам, Ферцио подошёл к мужчине. — Новенькие? – Оценивающе измерил их взглядом Ангел Фенцио и, одобрительно кивнув, вновь обратился к Геральду. – Что-то срочное? У меня занятие в самом разгаре. — Да, отойдём ненадолго, – ответил мужчина, махнув рукой в пригласительном жесте, затем все втроём удалились на приличное расстояние и бурно, но осторожно, начали что-то обсуждать. — Тут такое дело, очень деликатное, – замешкался Геральд, – девчонка - Временная! — Не может такого быть, – опешил Фенцио. – Как такое возможно? Давно таких не встречал на Небесах. — Мы тоже удивились, – Мисселина выглядела подавленной, – это практически невозможно, однако, они прибыли вместе и одновременно, стало быть, её душа последовала за ним. — Это обернется опасностью для неё. Небеса – обитель, безопасное место для душ, чья жизнь закончилась, но не для тех, у кого она частично оборвалась. Данное место будет истощать её из-за видений, а видения – связь с земной жизнью; с её телом. Душа не должна находится так далеко, – объяснил чернокрылый мужчина, дополнив информацию. — Она не должна знать больше, чем нужно. Позаботься об этом, Фенцио, и не говори ей правду, а преподнеси это как бы если она была Непризнанной. Негатив сломит её, – жалостно попросила Мисселина. Так он и поступил в тот день, но, к сожалению, истина всплыла, и он не ожидал, что Агата будет такой напористой и смышлёной. — Что ты желаешь узнать, Агата? – Безнадежно вздохнул Ангел Фенцио, усаживаясь в свое кресло. — Почему я единственная Временная, которой удалось попасть на Небеса? — Ты не единственная, Агата, просто редкая Временная, случайным образом очутившись здесь. Харрис нахмурилась: — Мне здесь не место? — К сожалению, нет, – хрипло ответил белокрылый ангел. – Временная душа не может находится здесь. Её место на Земле. Твой случай редкий и небезопасный для тебя самой.Никто не должен знать Это часть неизвестности.
