Вкус Забвения

      Прошёл месяц после грандиозных событий, которые не столько побудили враждебность между определёнными личностями, сколько заставили тех переосмыслить своё поведение и раскаяться за совершённые ошибки и допущенные оплошности, чуть не погубившие то единственное драгоценное, что у них имелось.       Люцифер понял, как глупо было подвергать опасности свои хрупкие отношения с Вики и свой статус, определявший его место в обществе демонов и ангелов, хоть и не в самом его лучшем свете. И всё из-за желания покрасоваться своей мощью и безграничной силой своей энергии перед теми, кто не способен не просто ею овладеть, а даже допускать мысль, что достойны подобного.       В присутствии Уокер, демон менялся: он горазд открывать в себе необузданные мечты, звучащие песнями, томящие жаждой прекрасного. Ангел и думать не могла, что её чары смогут оказать положительное влияние на чёрствый безнравственный характер демона. Тем не менее это отражалось исключительно в рамках их отношений, потому как Люцифер принимал свои чувства, как за проявление слабости, а потому не считал нужным одаривать своей добротой тех, к кому особого интереса не испытывал.       Признательности Вики и уважение к нему росли, — одним словом, вся эта история относительно их любви, — вполне возможная. Прелестная история.       Случались размолвки, но они казались такими мелочными и незначительными. Разумеется, бывали длительные обиды и раздоры, однако, лишь до тех пор, пока в глазах ангела не начинали сверкать слёзы от досады и разочарования. Тем не менее это не мешало им связывать свои чувства радости и счастья от уединения и обстановки, в которой они находились.       Нильсен же стал замечать, что чем непригляднее была действительность, тем сильнее он чувствовал все хорошее, что было в ней скрыто. Он понимал, что хорошее и плохое лежат рядом. Так и Агата старалась находить черты хорошего и прекрасного повсюду, зная, что под боком есть тот, который способен дарить ей счастье сквозь толщи лжи и страданий.       Так, иногда в конце ненастного дня серые тучи тоскливости и беспокойства вдруг облекались огнём солнца его души и чистой любви.       — Жизнь полна неожиданностей. Не бойся! – твердил Александр, утешая не столько Харрис, сколько и себя.       Он оберегал её даже от самых пустяковых неприятностей, которых мог бы учинить сам, а потому старался более не подвергаться эмоциям или усомниться в словах девушки. Агата, к слову, часто жаловалась на некоторые, как оказалось, особенности Временных: голоса земной жизни, выбивающие её из колеи, но с которыми научилась уживаться. По словам Мисселины, это галлюцинации, не наносящие вред, но способные испугнуть.       "Не подавайся галюциногенным факторам, что могут перенести тебя на Землю" – проносились в голове слова Ангела Фенцио.       Александр принял к сведению всё то возможное, что повлечёт за собой искушение познать происхождение этих факторов, которые могут привести к нежеланному исходу, а потому он оберегал девушку, как садовник, оберегает своё экзотическое растение от любого опасного ветерка, и окружал её всем, что могло бы вызвать положительные эмоции в её нежной благословенной души.       С каждым днём все сильнее, с какой-то горькой, мучительной страстью он любил её. Любил со страхом, что Агата ускользнёт из его рук. Каждую ночь он ласкал ее так, что от неги и истомы она растекалась в его объятиях.

***

      Оформление торжественного зала шла полным ходом за последние недели. К украшению помещения подходили с особой утончённостью и чопорностью; к интерьеру была добавлена позолота, а необыкновенное сочетание бордо и коричневого давали в итоге уникальный элегантный оттенок, ассоциирующийся с цветом спелой вишни. Глубокий насыщенный цвет требовал в качестве основного тона какой-нибудь нейтральный оттенок, а потому бежевые скатерти и накидки на стульях отлично гармонировали с бордовым акцентом в виде цветочных букетов.       Создавалась атмосфера надёжности и уюта, будто зал отражал дом богатого купца, жившего на стыке ушедших столетий.       — Подготовка к балу превосходное! Всё должно быть идеально, – удовлетворённо улыбнулась Мисселина. – Не забудьте самим подготовиться. Начало близится, – она восторженно хлопнула в ладоши.       Тем временем все представители и обитатели Небес направились в Город, дабы подобрать себе грациозные и элегантные платья и строгие классические костюмы, в которых предстояло щеголять, да таннцевать на грядущем торжестве. В этот день улицы спокойного городка превратились в неиссякаемый гомон из восторженных восклицаний и весёлых разговоров, предвкушаемые завышенными ожиданиями.       Вики и Мими с горящими глазами водили за собой Агату, чьи очи забегали по местной архитектуре и замысловатым каменным резьбами. Город ей показался мрачным, но толпы молодых учеников развеивали тоскливость дорог, перекрёстков и переулков.       В примерочных девушки заливались смехом, невинно дурачились, воображая из себя исторических личностей, и перешёптывались, окунаясь в девичьих разговорах.       Нильсен в сопровождении Дино и парочку новых приобретённых знакомых, – Ади и Сэми – уже примеряли смокинги в тёмных тонах, рассказывая о правилах поведения на таких светских мероприятиях. Ади и Сэми по-мальчишески отшучивались и одаривали друг друга комплиментами. Процесс поиска подходящего наряда был бурным и одновременно ответственным.       Вечер наступил весьма быстро и неожиданно. Каждый ученик в предвкушении праздника начинал суетливо подготавливаться и размышлять о предстоящем.       Три уже лучше подружки проявляли себя в подготовке с интересной стороны: они не столько заботились о себе, сколько о внешнем виде друг дружке, советуя, как лучше сделать причёску или какие украшения подойдут к их платьям. Всё их существо наполнялось счастьем.       Дьяволица Мими выглядела ярко и броско: в красном пышном платье, обширно украшенным кружевами и вышивками, туго затянутый корсет, подчёркивающий утончённость её талии, большое золотое колье с драгоценными камнями и висячие схожие серьги. Идеальный собранный пучок волос подчеркивал матовую белизну щёк и округлость подбородка.       На Агате Харрис было длинное пышное платье кремового цвета, усыпанное живыми розами с кружевными вставками слоновой кости на линии декольте, в белых перчатках до локтей и жемчужное ожерелье с такими же бусинками, вплетёнными в собранные волосы.       На Вики Уокер красовалось шёлковое бальное платье цвета морской волны с белыми рюшами, отделанное двойным бирюзовым шнуром, связанный серебряной нитью и длинными узкими рукавами. По бокам платье было опоясанное белыми лентами крест-накрест. В ложбинке опасного декольте были три белые розы и с двумя другими укреплёнными в волосах жемчужными заколками.       У прелестных девушек были скромные причёски, открывающие шею и плечи. Их облик передавал элегантность, воздушность и лёгкость, не без грациозности и статности.       Когда они разошлись по своим комнатам, те застали своих кавалеров в приятном ошеломлении.       Александр словно ухватился за Харрис бездонными глазами, как горные озера. Они вдруг стали яркими от её красоты и женственности. Непризнанный полностью потерял способность здраво мыслить, опьянев от чарующей миловидности девушки.       — Ох, мин кэра, – томно произнёс Нильсен, – ни в одном человеческом языке нет слова, которое достаточно хорошо передавало, насколько ты обворожительна. Ты - воплощение совершенства в этом хаотичном мире.       Опуская голову, девушка чувствовала, как на щеках расплывался румянец от смущения.       — Спасибо, очень приятно слышать, – искренне улыбнулась Агата, покрутившись на месте, демонстрируя всё великолепие платья и, конечно же, своё достоинство. – Выглядишь неотразимо в этом костюме, – девушка подошла к нему вплотную и лёгкими касаниями рук сглаживала неровности пиджака.       — Готовы к празднованию, мадмуазель? – обольстительно произнёс Александр глубоким бархатным голосом. Он притянул Агате руку, в которую та невинно вложила свою ладонь.       — С вами хоть на край света, месьё, – игриво ответила Харрис.       В соседней комнате была не менее восторженная атмосфера. Когда Вики показалась в дверях, Люцифер удивлённо встал с кожаного кресла, оглядывая девушку с ног до головы. Вики довольно ухмыльнулась и склонилась в глубоком реверансе.       — Трудно смириться с тем, что Еву когда-то считали эталоном красоты, – демон улыбнулся, запустив пятерню в растрёпанные волосы. Он шагнул к Уокер и приобнял её за талию. – Выглядишь великолепно, ангелочек, – прошептал Люцифер.       — Благодарю вас, сударь, – радостно ответила она.       Мими же сопровождали двое изысканно одетых кавалера: Ади и Сэми. Внимание и комплименты сыпались с двойной силой, что очень льстило дьяволице.       — Нам с Сэми, кажется, нужны ориентиры, потому что потерялись в твоих необыкновенно выразительных глазах, – на лице рыжеволосого демона появилась открытая мальчишеская улыбка, придавая серьезному выражению лица лёгкость и непринуждённость.       Дьяволица так заразительно засмеялась, что невозможно было удержаться, дабы не захохотать вместе с ней. Она была безумно счастлива и благодарна, что довелось встретить таких замечательных парней: беспечный и язвительный молодой демон Ади и интересный симпатичный ангел Сэми с весёлым нравом. Они ироничные, умеют рассказывать увлекательные и смешные истории, любят слушать, и всегда напичканы шутками и разными вздорами.       Взяв Мими под локоть с обеих сторон, они дружно направились к торжественному залу: туда, где играет весёлая музыка, гуляют раскошно одетые девушки, а парни галантны, не ругаются непотребными словами и не пускают в ход кулаки, как доводилось лицезреть ранее.       Приближаясь к массивным золотым дверям, собравшаяся компания друзей охали и ахали от великолепия. Войдя внутрь, взору предстал впечатляющий ансамбль, в котором сочетались тонкость архитектуры, богатства живописи и скульптуры. Каждый уголок был расписан картинами и мотивами Небес, начиная с истории Адама и Евы.       Оформление пространства было бесподобным: белоснежные колонны, ажурные позолоченные решётки на окнах, арки, украшенные гипсовой лепниной, огромные хрустальные люстры, созерцающие атмосферу дворца. Стены отделаны мрамором, а потолок украшен позолоченным узором, копирующий рисунок на полу. Контраста залу придавали тяжёлые малиновые шторы в купе с бежевыми накидками на стульях и скатерти столов.       Отличительной чертой являлись тонкие витиеватые орнаменты, выполненные из позолоченного резного металла, а их обилие и тонность изгибов делали пространство живым и нарядным. Зеркала на стенах создавали необычную световую игру, а завершало роскошную композицию скульптурные элементы: барельефные фигуры, изображающих демонов и ангелов.       В самой гуще зала слышалась приятная мелодия, которую играла ангел, сидевшая в полоборота и перебирая тонкими пальчиками струны арфы.       За столами уже сидели и трапезничали первые прибывшие ученики, другие же кружились в лёгком танце. Дьяволицы и ангелы были в изящных бальных платьях с самыми затейливыми филигранными кружевами, с открытыми шеями в золотых цепочках, с дорогими браслетами, кольцами и веерами. По всему залу развевались алые, белые, розовые, золотистые подолы платьев, щелкали по полу каблуки и сияли улыбки. Оценивающие взгляды скользили по ним с ног до головы.       Усевшись на свои места, ребята отдались бурному обсуждению, да веселью, однако, старались не пренебрегать шутовством. Даже имея слишком весёлый нрав, нужно было вести себя достойно.       Раут шёл полным ходом.       Александр, отодвинув стул, встал и манерно пригласил Агату на танец. Последняя с удовольствием приняла приглашение.       Когда пара прошла к центру зала, те принялись особенно мягко, плавно и степенно вальсировать, ненавязчиво выписывая каждую фигуру, при этом бережно приподнимая руку девушки немного вверх. Временная прекрасно танцевала, тонко чувствуя ритм и ни разу не допускала ошибки. Нильсен легко и непринуждённо двигался, и в то же время уверенно вёл, крепко обнимая партнёршу за талию. Между ними образовывалась магическая связь. Затем они кружились и смеялись, наслаждаясь общей атмосферой торжества.       Когда музыка сменилась на энергичную, они поклонились друг другу, завершив таким образом вальс. Внезапно справа нарисовался силуэт Люцифера.       — Можно попросить вашу даму подарить мне танец? — ехидно улыбнулся демон, вызвавший у всех удивление.       — Могу предложить свою кандидатуру, если тебе было мало наших "танцев", – недовольно ответил Нильсен, загораживая Агату своим телом.       — Боюсь, ты слишком грубый партнёр, — прыснул Люцифер.       — Все хорошо, – отозвалась Харрис, выглянув через плечо парня. – С удовольствием, – елейным голосом ответила Временная, вложив свою ладонь в твёрдую руку демона.       Отойдя в сторону на несколько шагов, Люцифер подхватил Агату за талию, быстрыми движениями кружа её по танцполу. Она боялась не попасть в такт и еле поспевала за ним. Медленный вальс был для неё проще, однако, и здесь справлялась неплохо. "Благо тётушка меня научила всему", – подумала она.       Некоторое время они танцевали молча, и ей казалось, что молчание это продлится до конца танца, но она с самого начала твердо решила не нарушать его.       — Прелестно выглядишь, – прошептал демон, когда Агата совершила лёгкий и нежный камбре вправо.       — Благодарю, – ответила Временная, выпрямившись. Она вновь оказалась лицом к лицу с дьяволом. — Ты ведь не поэтому на танец пригласил.       — Хотел бы принести свои извинения, – произнёс он, прочистив горло.       Жаркий шёпот обжигал ухо и шевелил горячим воздухом её локоны, словно ветерок на раскалённом пляже.       — За подлость? Месть? Уничтожение всякого доверия к тебе? – девушка язвительно начала перечислять, не отрывая прищуренный взгляд со своего партнёра.       — За всё вместе взятое, – Люцифер пожал плечами, затем они совершили открытый импетус. – И не только перед тобой, разумеется, – его глаза больше не сверкали злобной искрой, пропитанной гневом и издевательством.       — Да будет по-вашему, – по-доброму улыбнулась Харрис.       Они проплывали мимо, подхваченные громозвучной мелодией, точно откатывающей морской волной.       Теперь, когда его прихоть была удовлетворена, он танцевал со страстью и лёгкостью неземного существа, даже не замечая ревнивого глаза Александра или Вики.       Воспользовавшись моментом, Мими подошла к Нильсену. Смущённо, но с элегантностью взмахнула рукой, пригладив чёрные волосы, собранные в безупречный пучок и сказала:       — Не пожелает ли месьё потанцевать с прекрасной дамой? – спросила она с блестящими глазками.       — Было бы невежливо отказать столь очаровательной особе, – с плохо скрываемой растерянностью, ответил Непризнанный.       Дьяволица двигалась грациозно, исполняя с кавалером па променада. Она с трепетной дрожью ощущала властные объятия его сильных рук и запах мужской энергии.       — Прекрасно танцуешь, – шепнул он на ушко. – Я покорен, – продолжил Нильсен. Мими звонко посмеялась, а щеки покрылись лёгким румянцем.       — Да вы мне льстите, сударь, – сказала она скромно, но ласково.       Агата, закончив буйный танец, подошла к заскучавшей Уокер, в то время как Люцифер решил сходить за освежающими напитками. Ангел следила за парами, выбирала самых искусных танцоров и восхищалась их лёгкостью и непосредственностью.       — Извини, – виновата пробормотала Харрис, указывая пальцем на удалившегося демона.       Вики поняла жест и поспешила ответить: — Все нормально, это ведь бал. Девушке негоже отказывать в танце без ведомой причины. Таков этикет.       — Думала, Александр пригласит тебя или Дино. Кстати, где они? – Временная выискивала среди пёстрых учеников знакомые лица.       — Дино с Лилу решил потанцевать, а Александр с Мими, – кивнула Вики в сторону упомянутой пары.       Агата проследила за её взглядом и опешила, когда заметила вальсирующих ребят. Она ревниво покусывала нижнюю губу, однако, молча и недоверчиво продолжала наблюдать за ними.       — Как складно все получается, – хмыкнула Харрис.       — О чем это ты? – непонимающе спросила ангел.       — С самого начала она проявляла к нему особый интерес. Буквально на моих глазах с ним флиртовала, но Александр отшутился на этот счёт, и тема закрылась. Может, моё сознание что-то преувеличило, но не столь сильно, как тебе кажется.       — Да брось, она просто прониклась сочувствием, – отмахнулась Вики, затем прибавила: – К тому же это бал, они просто танцуют, Агата. Ты ведь с Люцифером тоже танцевала, но я отмалчивалась. Мне понятны твои эмоции, но на рауте каждый волен приглашать на танец кого захочет.       Агата неутешительно вздохнула. Люцифер подошёл с тремя бокалами в руках и протянул девушкам.       — Угощайтесь, – любезно и учтиво произнёс демон, заставив Временную слегка удивиться его радушию, но развеяла мысли логическим обоснованием: он подобрел от уже выпитого им ранее напитка, что объясняет его задержку у стола с угощениями.       — Что это? – с любопытством поинтересовалась Харрис, внимательно и курьезно изучая жидкость в бокале.       Взяв бокал за хрустальную ножку, она преподнесла его к свету и лёгким движением взбалтывала содержимое. Яркая синева поблёскивала и переливалась, а на поверхности покачивались несколько кубиков льда, мелодично звякивая о край бокала.       — Глифт, – заманчиво улыбнулась Уокер, залпом опустошив свой бокал. Её лицо сразу переменилось, а настроение поднялось.       Демон пригласил девушку на танец, и те мило удалились в толпу танцующих, совершая изящные закрытые повороты. Оставшись наедине, Агата продолжала рассматривать напиток, принюхивая его. "Агата"       — Да, – девушка обернулась на ласковый шёпот, но, к сожалению, никого рядом не оказалось.       Её насторожило происходящее, а потому Харрис хотела забыться и, выпив алкогольный напиток, полностью в нем растворилась. Спиртное скользнуло по пищеводу, как тёплый шёлк, а под конец слегка ударил в голову, расслабляя всё тело и разум. Приятно обжигающая жидкость опалило горло, растекаясь по венам. Крепкий и насыщенный. Он составлял во рту сладкое послевкусие.       — Привет, Особенная, – на сей раз голос был знаком девушке, и та вновь обернулась, встретившись взглядом с Дино. – Почему такая очаровательная дама стоит в одиночестве? – негодующе вопросил он.       — Уже не одна, – мягко улыбнулась Агата. "Ты слышишь?"       — Что? – недоумевающе спросила Временная, повернув голову влево, словно выискивала среди публики незнакомый голос.       — Я ничего не говорил. Ты в порядке? – беспокойно поинтересовался белокрылый, хмуря брови.       — А? Да, конечно, – судорожно ответила Агата, практически заикаясь. – Наверное, глифт разыграл моё воображение.       Девушку бросило в жар и на лбу проступили капельки пота, затем до самых пяток прошибли ледяные стрелы паники.       — Только если выпить бокалов три, не меньше, – в его голосе сквозило растерянность.       — Всего один бокал, – нервно облизала пересохшие губы Харрис. Сердце учащённо забилось, а сама девушка оцепенела. "Вернись, прошу" "Агата" "Ты должна вернуться"       Не соображая, что происходит, она инстинктивно зажмурилась и попыталась отмахнуться от неизвестного шёпота, вновь зазвучавшего где-то над ней.       — Агата? – тревожно обратился к ней Дино, прикоснувшись к её плечу.       — Оставьте меня в покое, – взвыла Временная, отдёрнув плечом. Она схватилась за голову, зажимая виски, чем вызвало недоумение и привлекла внимание заинтересованных глаз окружающих.       Агата обвела быстрым и испытующим взглядом помещение, затем её лицо побледнело, а дыхание затаилось, словно ей нанесли смертельный удар.       — Что с тобой? – белокрылый ангел резким движением подхватил девушку за руку, заметив, как та ослабевает, а ноги подкашивались, будто вот-вот упадёт в обморок. – Александр! – крикнул Дино, пытаясь отыскать Непризнанного. – АЛЕКСАНДР!       Нильсен, расслышав своё имя, подбежал к ним, расталкивая толпу. Он увидел, как Харрис всем телом тряслась и ужаснулся.       — Чёрт, – выругнулся парень, взяв Агату на руки. – Скорее зови Мисселину или Геральда. Встретимся в Лазарете, – суетливо и опасливо промолвил Александр, обратившись к Дино, затем пугливо и тревожно бросился к выходу.       Оказавшись на улице, вечерний воздух сдирал Александру горло своим пронизывающим холодом, поскольку тот начал глубоко дышать от накатившего страха. Непризнанный взмыл ввысь, обеспокоенно поглядывая на Агату. Он подлетел сквозь туманность рассудка к зданию.       — Помогите, прошу, – вскрикнул Нильсен, несясь по мрачным коридорам Лазарета.       Навстречу выскочила Ангел-лекарь, которая, поняв в чем дело, сразу направила его в общую комнату с койками.       Бережно уложив уже бессознательное тело Агаты, лекарь приступила к осмотру, проникая в сознание. Холодное, тревожное предчувствие беды, не переставало терзать Александра с той минуты, пронзив его невидимой острой стрелой насквозь.       Геральд и Мисселина быстрым шагом пошли в комнату в сопровождении Дино, ставшим свидетелем ситуации.       — Что стряслось? – подала голос Мисселина.       Белокрылый ангел в подробностях описал проишествие и состояние девушки.       — К ней будто обращались всё время, – хмуро констатировал Дино.       — Голоса, – выдохнул Александр.       — Что? – переспросил Геральд.       — Она в последнее время часто жаловалась на посторонние голоса, но в какой-то момент всё прекратилось, – пояснил Ал. – Думали, что навсегда, но, по всей видимости, нет.       — Голоса - попытка связи с Временной. Нужно было раньше предупредить, – недовольно зашипел Геральд. – Поторопитесь, её следует вернуть, пока душа не навредила телесной оболочке, – лихорадочно затараторил чернокрылый мужчина, затем с холодной серьезностью добавил: – Конец близок.