Трактир "Злобный Хоббит"

      — Утилизатор когда последний раз маг осматривал? Где документы с подписью гильдейского мага?       Мохнопят вытащил из увесистой стопки бумаг один из листков и подал Дулмонду. Тот крутил его и так, и эдак, внимательно проверяя каждую букву. «Еще бы на зуб попробовал» — подумал про себя хоббит, стараясь поддерживать улыбку на лице. Гаэссор стоял чуть позади с метлой, поддерживая рабочий вид. Он хотел помочь Балену, но пока не предоставлялась возможность. Проверяющий, бросая раздраженный взгляд на эльфа, разочарованно поджал губы и вернул документ.       — С двором закончили. Пройдемте в помещение! — сказал он и по-хозяйски направился в трактир, но чуть не был сбит с ног.       — Господин Бален! — поймав едва не рухнувшего Дулмонда, затараторил Одриан. — Дракон! Он явится в ближайшее время! Нужно уходить как можно скорее! Все сгорит…       — Какой такой «дракон»? — нахмурился Дулмонд. — Если вы пытаетесь таким образом отложить проверку — знайте: у вас ничего…       — Дедушка, не трогай Одриана! Он хороший!..       — Ваше Древнейшество, господин Бален, продолжайте заниматься своими важными делами. Сейчас я уведу этого сумасшедшего и совершенно незнакомого нам невинного мага!.. Не пинайся, идиот!       Бален устало потер глаза. Гаэссор смотрел на незнакомца в маске с безразличием, продолжая вяло гонять метлой пыль. Поняв, что никто убивать мага не собирается, Луэрен смутился и отступил, прошептав извинения. И только Арчибальд пытался куда-то утащить вырывающегося друга. Они кричали наперебой с проверяющим, так что понять что-то было практически невозможно.       — Господин Гаэссор, с данным человеком вы незнакомы. Это Одриан, мой работник и бессменный помощник, — начал Бален, когда крики немного поутихли. — Сейчас он переживает не лучшие времена, но прошу найти с ним общий язык. Одриан, к сожалению сейчас я очень занят. Господин Гаэссор больше кого-либо заинтересован в безопасности Луэрена, так что расскажи про дракона ему. Прошу вас обоих вести себя достойно.       Гаэссор кивнул и направился во дворец. Одриан, только сейчас обративший внимание на белокаменные стены, неуверенно побрел за ним.       — А если…       — Работать идите, — рыкнул Бален. — Не подерутся.       — Правильно, сразу поубивают друг друга! — возмутился Арчибальд. — Знаете, у меня не так много лучших друзей, так что…       — Брысь, я сказал! — рявкнул Мохнопят на работника, что уже потянулся к мечу.       — Но…       — Уволю к Болотной Деве!       Арчибальд зло развернулся и ушел на кухню. Луэрен бросил обеспокоенный взгляд на белоснежный дворец.       — Все будет хорошо. Обещаю, — заверил его хоббит. И маленькому дракону ничего не оставалось, как согласно кивнуть.       — Ну и работнички у вас… — проворчал Дулмонд, поправляя очки. — Довольно тратить время попусту! Продолжим-с…

***

      Одриан сидел в кресле, стараясь не касаться ничего вокруг. Рядом суетился слуга, заваривая чай и сервируя стол. Он лишь единожды бросил взгляд на кусок ткани, что закрывала магу лицо. Чувствовал силу наложенного проклятия. Но раз хозяин привел во дворец такого гостя, значит, на то есть веская причина.       Распахнув перед хозяином дверь, Майтас поклонился и покинул зал. Гаэссор, сменив рабочую одежду на привычную ему, сел напротив гостя. Одриан нервничал, а эльф, витая в своих мыслях, не спешил начинать разговор.       — Как думаешь, я могу обращаться к нему «сын»?.. — внезапно спросил Гаэссор. — Он ведь теперь родитель моего внука…       Одриан молчал. Он не ожидал такого вопроса и не сразу понял, о чем спрашивает эльф.       — Не важно, — проследив за реакцией гостя, Гаэссор взял чашку с чаем. — Ты говорил о драконе. Расскажи мне все. От первой встречи до видения от загадочной провидицы.       Пока маг говорил, старый эльф осторожно накладывал на него заклинание спокойствия и правды. Защита у Одриана была неплохая, требовалась почти ювелирная работа, чтобы он ничего не заподозрил. Но для Гаэссора не составило труда обойти защитные амулеты. Закончив накладывать чары, он принялся внимательно всматриваться в нити проклятия на лице человека. Знакомая сила, но кому принадлежит — эльф вспомнить не смог.       Когда Одриан закончил свой рассказ, повисла напряженная тишина. Однажды Гаэссор уже ошибся, атаковав друга своего внука. Но оставить без внимания проклятие он так же не мог. Чистокровных эльфов дожило до этих пор не так много, а перед ним клейменный убийца…       — Ты прав, — наконец заговорил Гаэссор. — Мы сообщим о надвигающейся угрозе всем в трактире и покинем Чернотопье до утра. Но перед этим… ответь мне. Кого из моего народа ты убил?       Одриан лишь усмехнулся. Он ждал этого вопроса с тех пор, как увидел длинноухого. Его даже позабавило, как долго тот не подходил к этой теме.       — Я не убивал эльфов, — раздраженно ответил маг. — Я не убивал орков, людей, троллей, полукровок, гоблинов… Я никого не убивал, кроме чудовищ.       Гаэссор лишь кивнул и принялся подниматься из-за стола. Его примеру последовал и Одрина.       — Но прежде, чем мы пойдем в трактир, прошу — снимите заклинание правды. Это может доставить некоторые неудобства.       Эльф послушно снял свои чары.       — Ты — ученик Даэдриана? Можешь не отвечать, я и так вспомнил… «О» — значит первый. «Дриан» — часть имени учителя… Я был там, когда твой учитель даровал тебе имя…       — Я не убивал его, — начиная злиться, ответил маг.       — И я верю тебе. А теперь поспешим, у нас есть важное дело. Майтас, — позвал он слугу, что тут же возник в поклоне перед хозяином. — Собери лишь необходимое. Мы покидаем этот дворец…       Время близилось к закату. Авантюристы прибывали, питейный зал заполнялся с невероятной скоростью. Устроившись в углу и внимательно наблюдая за всеми, неспешно ужинал Дулмонд. Бален суетился за стойкой. Между столов с подносами бегали Арчибальд и Заракру. Луэрен помогал на кухне.       Когда к хоббиту подошел эльф в сопровождении мага, многие заинтересованно притихли. Но даже так никто не мог различить слов Гаэссора. Выслушав своего работника, Мохнопят кивнул. И только открыл рот, чтобы сделать объявление, как Гаэссор резко спрятал себе за спину Одриана. О магический щит ударило сильное заклинание, разметав ближайших завсегдатаев.       — Прошу прощения, Верховный Судья. Но почему Вы защищаете убийцу? — нахмурившись, в дверях стоял Фиранихель. Над его ладонью парил сгусток магии, который готов был сорваться в любую секунду.       — Зачем ты вернулся? — проигнорировав вопрос, спросил старый эльф. Внутри начало подниматься раздражение, вырываясь наружу давящей силой.       — Этот человек убил моего друга. Я требую его казни. Немедленно!       — Зачем ты вернулся? — повторил Гаэссор.       — Я вернулся в надежде переубедить Вас, не скрою. Но, почувствовав рядом свою магию, не смог оставить без внимания. Уберите щит. Я заберу этого человека.       — Ты смеешь мне указывать, что я должен делать?       Лицо Гаэссора оставалось все таким же безэмоциональным, в то время как сила окутывала тело. От ярости он ослабил контроль, и черные сгустки магии извивались рядом с ним, подобно хлыстам. Фиранихель едва не пал ниц под напором страшной силы. В зале кого-то стошнило, несколько магов упали без чувств. Старый эльф попытался вернуть себе самообладание.       — Простите мне мою наглость, — повинился Фиранихель, застыв в церемониальном поклоне. — Но этот человек…       — Неужели я должен и правда произнести вслух тот факт, что этот юноша невиновен? — раздраженно прервал его Гаэссор. — Ты ошибся. Я уже выслушал его под заклятиями правды.       — Но Даэдриан!..       — С каких пор ты зовешь его другом? — едва сдерживая ярость, спросил старый эльф. — Как давно твоя мелкая душа перестала полниться завистью к нему? Сразу после того, как он умер?       — Ваши слова жестоки…       — Боги мне в свидетели — данный человек невиновен. Сними с него проклятие и убирайся.       — Я требую честного суда. Мы должны доставить его в Священную Рощу и…       — У нас важное дело, Фиранихель! Обсудим это позже.       — Вы не можете поступиться законами западных лесов! Что скажет Стальное Древо? Что подумают эльфы?!       — Ты… тянешь время… — прошептал Гаэссор и его осенило.       Он готов был пронзить сердце предателя, но, почувствовав как в отдалении кто-то собирает силу, лишь сбил Фиранихеля с ног и бросился на улицу. Потрать хоть на одну секунду больше, и он не успел бы выставить защитный купол, о который с неба ударило ревущее пламя…       — Дракон! — вопили авантюристы, бросившись на помощь эльфу.       Лишь мельком глянув на улицу, хоббит понял, что Вуивар вернулся куда сильнее, чем был прежде. За прозрачной стеной магического барьера полыхала чаща. Конюшня и лошади в мгновение ока превратились в обугленные головешки. Шатры возле дороги обернулись золой. Ни единого крика не донеслось снаружи. Те, кому не посчастливилось оказаться под защитой эльфа, умерли мгновенно…       — Всем немедленно покинуть трактир! — рявкнул Мохнопят, прикидывая, как долго Гаэссор может сдерживать драконье пламя. — Бегите в топи!       Только Дулмонд незамедлительно последовал его совету. Подхватив свою сумку, он бежал в противоположную от дракона сторону, рассыпая перья и листки бумаги.       — А как же вы? Дракон ведь не отпустит вас, господин Бален! Как же Луэрен?       — Верно! Останемся — и сразим ящера!       — Однажды победили — и в этот раз одолеем!       — О себе думайте! — перекрикивал толпу авантюристов полурослик, но едва ли его кто-то слушал.       — Если вы хотите помочь — доберитесь до Сильва! — запрыгнув на барную стойку и усилив свой голос магией, крикнул Одриан. — Приведите подмогу! В этот раз дракон намного сильнее, чем когда-либо! Ведите гильдии, наемников, солдат!.. Как только эльф снимет щит — все врассыпную!       Немногие бросились в сторону города. Каждый из присутствующих желал сразиться с легендарным чудовищем, отчетливо понимая, что это равносильно самоубийству.       Заракру, сорвав передник, подхватила стоящий рядом с камином Камбгардор. Топор предков лег в руки приятной тяжестью. Глаза воительницы горели. Пока авантюристы впопыхах хватали свои вещи и толпились в дверях, она прикрыла веки и принялась молить предков благословить ее на бой с драконом. Алое сияние окутало всю ее фигуру и оружие, мерцая и пульсируя в такт биению бесстрашного сердца.       Джуг, подхватив «Жабку», выбежал на улицу. Арчибальд в компании Ремнелязга, последовал за ним. Вскоре все столпились в отдалении от трактира, наблюдая как Гаэссор в одиночку сдерживал пламя. А позже взмыл в небо, атакуя дракона.       — Мы должны ему помочь!       — Как? — хмыкнул в усы старый повар. — Сейчас они будут своими магическими финтифлюшками бросаться где-то под облаками! Я летать не умею.       Раздался грохот. Дракон рухнул, разрушив часть белокаменного дворца. Высокая башня накренилась, медленно падая на вековые сосны. Чудовище поднялось, издало оглушающий рык и взмыло обратно ввысь.       — Не подходите близко, — согласился Бален. — В пылу битвы нас просто сметет заклинаниями или раздавит дракон. Выжидайте подходящий момент и…       — Сумка! — внезапно завопил Бродошмыг и в панике завертелся на месте, оглядываясь по сторонам. — Я потерял свою сумку!       — Боги с ней, — отмахнулся кто-то.       — Но ведь там…       — Щиты! — заорал Одриан, поднимая магический барьер.       Вслед за ним тут же отреагировали другие маги. О невидимую преграду ударило драконье пламя, опаляя нестерпимым жаром. Один из магов потерял концентрацию, и его чары ослабли. Пламя прорвалось, окутало его и стоявшего рядом авантюриста. Они закричали от боли, но почти сразу же осели на землю. Сбив с их останков огонь, каждый содрогнулся. Драконье пламя сожрало их до костей за пару секунд…