Ты даже не представляешь насколько

      Из комнаты, где творился настоящий, но, стоит заметить, не свойственный этому месту, хаос, выбежал Кагеяма. Вынужденная пробежка? Здесь можно справедливо вспомнить о двух сторонах медали — эту вылазку на улицу нельзя назвать вынужденной, но и добровольной ее в такое время суток не назовёшь. 4 часа утра. Уже декабрь. Холодно. Первый снег, предновогоднее настроение, заморочки с подарками — всё это объединяется в этом первом месяце зимы. А что означает для Кагеямы этот месяц? Интересный вопрос, занимающий его голову последние два года: с одной стороны это праздник, но с другой — разочарование. Разочарование в отношении семьи к гибели отца. Об этом невозможно рассказать, как о проблеме, которую можно решить. "У меня не взаимная любовь, — берет темноволосый в пример , — но это поправимо, потому что человек ещё жив, верно? Верно и обидно." Он не может озвучить это, в том плане, что: "Как решить проблему с смертью человека?" — способа нет, следовательно нет и смысла это обсуждать; как и решила сделать вся семья в одно воскресное утро, когда на столе показалось свидетельство о смерти. Скатерть негармонично, по словам матери, смотрелась с этой бумаженцией в тот день — ее убрали, положили в какой-то ящик, в блестящем файлике и забыли. Знаете, что могло бы блистать в тот день, вместо этого проклятого файла? Улыбка отца. Мог бы звучать смех, голос человека, но в одну секунду реальность выселка надпись на свидетельстве, гласящая о том, что этого всего теперь не существует. Будто не было, и нет надежды на фантазии о том, что когда-нибудь возникнет. Труп сожгли. Мужчина часто шутил на тему того, что он хотел бы ещё несколько мгновений излучать тепло, будучи физически неспособным сделать это. "Я могу отдать тебе своё тепло, — вечно кричал Кагеяма на отца, — забери мое тепло, только не уходи". В последнюю неделю декабря исчезло два источника тепла семьи Тобио: отец забрал его ещё и у сына, оставив Кагеяму с обещанием гореть как можно ярче и дольше на той процедуре. Никто не знал, выполнил ли он это последнее, данное им, обещание. Затем из родственников выбираются двое, которые с помощью больших палочек перемещают кости из праха в урну. Это были мать и Кагеяма. В некоторых случаях прах могут разделить между несколькими урнами, например, чтобы одна осталась семье, а вторая храму, компании,... Кагеяма попросил отдельную урну себе. С тех пор верхушку шкафа охраняет отец, как бы, смотря свысока за жизнью сына.       Тобио устраивал себе пробежки по утрам, проветривал голову, так сказать, совмещал полезное с приятным. Когда-то на этой дорожке Кагеяма упал с велосипеда, везя отцу мороженое. Он так спешил привезти сладость, что не разглядел на дороге камень. Упал и разодрал колено. "Приятно видеть этот шрам, напоминает о нем". — с досадой каждый раз повторяет связующий. На новый год мужчина с ребенком готовили печенье, имбирное. "Люблю запах имбиря, с отцом ассоциируется". — объяснял юноша разрезанной из-за вони, исходящей из комнаты подростка, матери. Среди них не было высказывания этой любви, как это видят обычно люди. Не было слов: "я тебя люблю, пап, — или, скажем, — я тебя люблю, сын". Нет. Это не оглашалось даже между ними наедине, но они были твердо уверены друг в друге.