Прости меня...за все...

-Багира! – девушка протянула руку молодому человеку в камуфляже, - Заочно мы с тобой знакомы, видимо, пришло время познакомиться в реальной жизни. -Дав! – парень пожал протянутую ему руку, - Наслышан о тебе, очень рад нашему знакомству. Жаль, что при таких обстоятельствах. Женщины в спецназе настолько большая редкость, что их количество можно пересчитать по пальцам, а если в определенной группе появляется женщина, то совсем скоро ее позывной становится известен в определенных кругах, ну военных, естественно. У Булатова в этом смысле не группа, а прямо цветник – сразу две девушки, да еще какие. Если образ Багиры уже успел обрасти легендами и всевозможными байками, то у Муры все еще впереди. -Султан, которого вы ищите, скрылся со своими приближенными в неизвестном направлении и поговаривают, что даже «шестерки» не в курсе его местонахождения, - Дав отвел глаза от Риты и взглянул на стоящего рядом с ней Физика. Взгляд этого парня выдержать оказалось намного проще, - В ста километрах отсюда имеется заброшенное селение, где совсем недавно видели одних из приспешников Султана. Пронзительный взгляд зеленых глаз тут же обратился к Даву. Сейчас в этих глазах ни капли сомнений, ни слез, которые всего минут сорок назад насквозь промочили куртку старлея, сейчас в глазах только злость и отчаянное стремление найти своих друзей во что бы то ни стало. После чудовищного опознания в морге, наверное, уже ничего не страшно, ну если только не считать страха потерять друзей, но внутреннее чувство говорило, что чтобы не случилось с ребятами, они все еще живы. «Найди его, пожалуйста…» - эти слова когда-то говорила и сама Рита собирающемуся на Кавказ Мыцику, почти открыто завидуя тому, что он может оказаться с ребятами и помочь им, а она – нет, а всего пару дней назад Мура в точности повторила ей самой ее же слова. Девушка не произнесла ни имени, ни позывного, просто высказалась, обняла на прощание и побрела обратно в информационный отдел. Несведущие люди обвинили бы Женьку в хладнокровии, ведь принято в таких случаях рвать на себе волосы, истерить и проделывать все прочее в таком же духе, зато Рита все поняла только по пустому взгляду. -Выдвигаемся прямо сейчас! – голос полон решительности и не остается никаких сомнений, что репутация этой женщины полностью заслужена ею самой, - Физик, свяжись с Мурой, пусть проложит нам оптимальный маршрут. Днем в горах практически невозможно дышать – воздух разрежен, да еще и жара и палящее солнце не позволяют вдохнуть полной грудью. Несмотря на всю имеющуюся подготовку, приходится то и дело делать пяти – десятиминутные перерывы, позволяя ногам хоть немного расслабиться. Но это касается только ног, из головы, к сожалению, не выкинешь переживаний ни на минуту. Каждый прекрасно понимает, что дорога каждая минута, каждая секунда, а неведение и собственное бессилие вот-вот приведут к отчаянию. Мужчины о чем-то тихо переговариваются между собой, то и дело сверяясь с картой – маршрут, выбранный Женькой, оказался самым безопасным, так как они не встретили на своем пути пока еще ни одного человека, но в то же время и самым трудным – то и дело приходилось сначала взбираться по каменистым выступам, то вновь спускаться в низины. Спустя всего пару-тройку часов силы были уже на исходе, а ведь впереди еще не шуточная встреча с членами банд формирований. -Давай сюда свой рюкзак, - Физик подхватил под руку в очередной раз споткнувшуюся Багиру. -Еще чего! Сама справлюсь, - прошагав еще метров пятьдесят, Рита обернулась к идущему позади парню, - Спасибо, Сереж… Изменилась. Она успела круто измениться за эти два дня. Хотя…она ведь менялась так каждый раз, когда с группой что-то случалось. Вспомнить хотя бы случай на маяке, а потом бомбу. Тогда изменения были не так заметны только потому, что все выяснялось более или менее быстро, да и потом рядом всегда были члены группы, а сейчас помимо Физика имеется и почти незнакомый агент, показать слабость при котором, означает подвести своего командира. Полуденный зной становится все невыносимее и приходится сделать получасовой привал, во время которого можно перекусить и дать напряженным мышцам хоть немного покоя. Рита. Не хочется останавливаться ни на минуту, только вперед, только дальше, ведь дорога каждая минута, но понимаю, что сейчас все зависит не только от меня. У меня в подчинении двое бойцов, и в первую очередь приходится думать о них. Какой от нас будет толк, если мы словно марафонцы преодолеем всю дистанцию и свалимся замертво или того хуже – попадем к террористам? После увиденного утром в морге понимаю, это не просто красивое высказывание, на самом деле лучше умереть быстро и глупо, чем попасть в лапы к этим зверям. А что если и ребята сейчас у них? Несмотря на ужасающую жару, позвоночник вдруг покрывается инеем, заставляя вздрогнуть всем телом. Нет. Нет, с ними ничего не должно случиться, просто не может с ними ничего случится. Кот, например, еще даже не знает, кто у него родится – сын или дочь, Бизон только повстречал строптивую майоршу Марину, а Батя…а с ним просто не посмеет случиться ничего плохого, пока я не попрошу у него прощения за свое глупое поведение. Почему-то вспоминается то, как он приказал отходить и оставить на захваченном корабле Кота с Физиком. Тогда он практически волоком тащил меня к лодке, а я отчаянно сопротивлялась, почти ненавидя его. Почти, потому что понимала, что он никогда бы не оставил своих, но все же ненавидела за то, что наше промедление могло стоить жизни тогда еще почти мальчишкам. Странно, но он тогда просил у меня прощения, когда я насуплено молчала и смотрела куда-то вдаль. Просто подошел и, слегка обняв за плечи, успокаивал и говорил, что все будет хорошо. А ведь я тогда не извинилась после того, как мы вытащили ребят, не извинилась за то, что он как раз действовал правильно, а я пошла на поводу у эмоций. Ваня сделал вид, что ничего не произошло, что все также как и раньше, а я по глупости так и не призналась в том, что была неправа. И это не единственный такой случай. Странно только одно – почему у меня не возникает никаких проблем, чтобы извиниться перед Бизоном, а вот когда дело доходит до Бати, то я тут же пытаюсь проявить свою независимость и казаться сильнее, чем есть на самом деле? «Женщина должна быть слабой» - это совсем недавно философски изрек Кот. Я тогда погрозила ему кулаком и услышала громкий смех мужчин, но вот в глазах у Бати увидела полную солидарность с этим утверждением. «Вы в последнее время как кошка с собакой, и меня это пугает. Может, наконец, кто-нибудь из вас пойдет друг другу на уступки, и мы будем, как и прежде, жить дружно и счастливо?» - а вот это уже фраза Бизона прямо перед командировкой на Кавказ. Тогда мне показалось, что ребята, сговорившись, просто давят на меня, так сказать – мужская солидарность, но сейчас вдруг поняла, что правы. Оба чертовски правы. Согласна быть слабой, согласна сидеть в штабе, согласна идти на уступки. Согласна на все – лишь бы найти ребят живыми и невредимыми. К заброшенному селению удается добраться только ближе к ночи, когда на небосклоне уже повсюду горят яркие звезды. Не знаю, кто именно является информатором в этих горах, но пока что эти люди не подводят. Селение на самом деле заброшено – нет ни домашних животных, не слышен лай сторожевых псов, но в нескольких домах горит свет, а это может означать только одно – сейчас здесь те, кто может что-то знать о Султане. В то, что это мирные жители не верится, не будут нормальные люди жить в заброшенных местах, а вот бандиты – пожалуйста. -Нужно подойти поближе, - Серега внимательно осматривает местность в бинокль, а затем передает его Даву, - Вот только ума не приложу, как туда спуститься. Местность как на ладони, они нас вмиг засекут. Словно в подтверждении его слов где-то внизу раздаются голоса, и все моментально оживает. Хотя нас и не видно, но чисто машинально пригибаемся еще ниже, стараясь слиться с землей, травой, камнями. Голоса становятся еще громче и вскоре раздается лязг решетки. Странно, но я не рассмотрела металлических ворот или чего-то такого, что могло издавать такой звук. -Решетка зиндана, - Дав словно угадывает мои мысли и, прищурившись, подкручивает окуляры, настраивая бинокль на максимальную видимость, - Пленник.Это... - Дав замолкает еще на пару долгих секунд, - ...это Батя. Батя! В голове что-то словно обрывается, и если бы не сильные руки Физика, вовремя скрутившие меня в крепком захвате, я бы уже сейчас спускалась по склону, отстреливаясь на ходу. -Они убьют его сразу, если заметят нас, - Физик шипит как змея и почему-то до сих пор крепко сжимает мои плечи, - Надо действовать обдуманно, - парень, наконец, отпускает меня и тут же пытается настроить связь, - Мура, скинь нам план местности. Кажется, мы их нашли, теперь надо искать подходы... Нашли! Как только Физик отпускает меня, тут же выхватываю бинокль из рук Дава. Батя! Точно Батя! Давид вздрагивает от неожиданности, когда с моих губ срывается практически звериное рычание. Сейчас хочется не просто рычать. Хочется выть, хочется рвать на части тех, кто смеет так обращаться с нашим командиром. С каждым новым ударом, который приходится то на ребра, то на лицо Бати, я сама вздрагиваю так, словно это не его, а меня сейчас бьют несколько здоровых мужиков. -Идем вниз! -Но Мура еще... -К черту карту! - отшвыриваю бинокль в сторону и покрепче перехватываю автомат, - Спускаемся тихо, осторожно и расходимся на группы. Дав, заходишь с севера, Физик, сначала проверишь зиндан, а потом уже действуешь по обстоятельствам! Времени медлить больше нет. В темноте очень сложно что-то рассмотреть, даже если используешь максимальное увеличение, но то, что Батя долго не протянет, может понять и маленький ребенок. К тому же только что его, уже почти бессознательного, куда-то унесли, волоча по земле. Никто не знает, что именно придет в голову этим людям, а рисковать жизнью Вани я не хочу. Ваня...так я называю его лишь в редких случаях. За долгие годы мы настолько привыкли к позывным, что и в обычной жизни обращаемся друг к другу только так, но сейчас, видимо, тот самый редкий случай, когда вместо безликого позывного в мозгу проносится его имя, так много значащее для меня. -Что ты задумала, Багира?! - в голосе Сергея вдруг проскользнули стальные нотки. Уверена, он не столько удивлен моим командирским тоном, лишенным всех эмоций, сколько просто удивлен тем фактом, что эти эмоции оттуда исчезли. -Я за Батей! Встретимся там! -Багира! - я уже начинаю осторожно сползать по неудобному склону, когда Физик снова с силой вцепляется в мою руку. Давид молчит, но по его взгляду можно понять, что именно он думает о нашей перепалке и моих приказах. Уверена, что он-то как раз считает меня взбалмошной истеричкой, рискующей понапрасну своей и их жизнями. А мне плевать. Плевать на то, как он смотрит на меня и что думает. "Не зли меня, козел. Я сегодня нервная" - давнишняя фраза всплывает в моем мозгу, и я непроизвольно ухмыляюсь - ох, не завидую я тем козлам, которые сейчас там, внизу. -Физик, это приказ! Встретимся на месте! Вырываю руку из крепкого захвата и продолжаю спускаться. Позади слышится тяжелый вздох, а потом тихое беззлобное бормотание - проклинает меня на чем свет стоит, но я то точно знаю, что сделает все так, как я попросила. Теперь мысленно обращаюсь к Бате, умоляя его потерпеть еще чуть-чуть. Я зла, а когда я зла, лучше не попадаться мне под горячую руку. Передергиваю затвор автомата, ну что, мальчики, большая черная кошка вышла на охоту, и не завидую я тем, кто попадется на ее пути...