Часть 1. Глава 3. Дальняя дорога
22 января 2021 г., 13:39
Часть 1. Глава 3. Дальняя дорога
Это только в теории и мечтах всё легко и просто. В этом я убеждался всю жизнь в своём теле, убедился ещё раз, пребывая в теле Хаширамы Сенджу. Запланированный мной исход из земель страны Огня не получилось осуществить в заданные мной сроки, и в итоге мы были готовы только через месяц. Даттебаё! За это время я умудрился в пух и прах разосраться со старейшинами клана, дважды прилюдно избить недовольных моими нововведениями и распоряжениями, так и не помирился с Тобирамой, который, как выяснилось, был жутко обидчивым, и своё избиение при посторонних мне не простил до сих пор. Он старался со мной меньше пересекаться в течение дня, но вечером неизменно я натыкался на него в нашем общем доме. Вот и сегодня, за день до нашего исхода, он был вынужден терпеть меня, сидя на против на полу и медленно потягивая чай. — И долго ты ещё будешь от меня бегать, как баба? — сразу наступил я на больное, припоминая, что во времена Основателей сравнение мужчины с женщиной звучало как оскорбление. Тобирама замер и уставился на меня недовольными глазищами. Он поставил единственную на весь наш дом чашку на пол, и тяжело вздохнув, внимательно посмотрел на меня. — Я не бегаю от тебя, — наконец выдал он. — А что ты делаешь? Ты ведь просто демонстративно берешь у меня задания и молча идешь их выполнять. Тобирама, люди уже стали поговаривать о расколе между нами! А это недопустимо! Тем более, если учесть, что переход предстоит долгий! Многие и так сомневаются в его необходимости, но я понимаю их — никто не знает наверняка, что нас ждет на новом месте! — произношу я с осуждением смотря на белобрысого братца. — Тогда, возможно, стоит никуда не ходить? — задает он вопрос и опять берёт в руки одну чашку, что осталась на нас двоих. — Нет, Тобирама! Мы пойдём и точка! Так надо, не спорь со мной! — перебиваю его я, прекрасно понимая, что с его стороны моё решение смотрится абсурдно. Но я-то знаю, что в нём есть смысла гораздо больше, чем остаться здесь, в этих лесах! — И ты должен меня поддерживать. И люди должны это видеть! Это будет вселять в них уверенность! Это очень важно! — Мы идём в неизвестность, — глухо отозвался он. — Это слишком рискованно. Зачем нам срываться с насиженного места и нестись на всех скоростях на острова, часть из которых занята? Здесь мы наконец-то отбили свои владения, с Учиха заключен мир, осталось только объединиться. — Тобирама, я понимаю твои опасения, но так нужно, прежде всего, для Сенджу. — Я надеюсь, что это в итоге не приведёт к катастрофе, — Тобирама вновь ставит чашку на стол и отливает из небольшого котелка чай в неё, протягивая мне. — Я поддержу любое твоё решение, но я беспокоюсь — мы ничего особо не знаем об Узумаки. — У нас с ними намечается мирное соглашение, — напоминаю ему я то, что узнал за этот месяц из бумаг и переписок. — Так-то оно так, но нас разделяет приличное расстояние, и мы с ними не жили бок о бок, как с, например, Учиха. И мы об аловолосом племени ничего толком не знаем — они ведь закрытый клан! — Тобирама напряжён — между бровей у него залегла складка, он хмурится. — Они не так давно приглашали нас присоединиться к себе, думаю, что они с радостью примут нас на свои пустые острова, а большего нам и не надо. Сенджу мхом заросли — им нужна встряска. На новом месте они её получат, и, надеюсь, смогут отвлечься от своей пагубной привычки, — я допиваю свой чай. — Надеюсь, что всё будет так, как ты планируешь, — Тобирама чуть улыбается, идет в сторону футона. — Я спать, погаси свет, пожалуйста. «Какой он сегодня вежливый!» — думаю я и задуваю единственную свечу, что освещает дом Главной семьи клана Сенджу. Тобирама минуты через две замирает и уже, кажется, спит. Мои же глаза за это время привыкают к темноте, и я ползу на четвереньках к окну, что сегодня ничем не занавешено. На черном небе сияет Луна. Я смотрю на неё, и невольно вспоминаю Кагую и Саске, и тот день, когда Сакура навсегда разучилась плакать. «Опять такая же Луна, и даже время года то же самое! Почему я вдруг обеспокоен этим? Почему я волнуюсь? А! Грёбаный Тобирама и его разговорчики! Всё будет в порядке!» — я с раздражением отползаю от окна в темноту комнаты и ложусь рядом со Вторым под одно одеяло на один футон, что мы закинем завтра утром в запечатывающие свитки, купленные когда-то у Узумаки за весьма ощутимые деньги. «Хм, а ещё там, на островах, будет Мито. И как бы она должна стать женой моей нынешней тушки. Думаю, это получится обыграть на несколько лет раньше, чем сделал Первый Сенджу, находясь в этом теле», — с этими мыслями я засыпаю, а в окно светит Луна. Я краем ускользающего от меня сознания ловлю себя на мысли, что с неё, кажется, немного посмеиваясь, смотрит надменными глазами Богиня Кагуя на нас, простых смертных.--- ---
Утро было предсказуемо солнечным, что было расценено, как хороший знак, и мы выдвинулись в сторону островов клана Узумаки. Сенджу оглядывались назад, на своё оставляемое навсегда горе-селение, я же туда даже смотреть не собирался. Мне было важно исправить что-то не знаю, что в прошлом, и вернуться обратно, в будущее, спася Саске и Сакуру. А ещё меня волновал Курама, и то, где он сейчас.--- ---
К вечеру мы сделали привал, и остановились на ночлег. Двигались мы не очень быстро, и это было предсказуемо — среди нас были беременные женщины, старики, дети, калеки Вечной битвы всех со всеми. Я сидел у костра и смотрел на огонь. Так некстати вспомнился вновь Саске и его огненные техники, и то, сколько всего я ему не сказал. Ведь возможно, будь я хоть немного другим тогда, то он бы и не ушел из Конохи к Орочимару… А впрочем, это ничего не меняло — его клана к тому времени уже не было, и всё равно последнего Учиха бы убили ядом Сакуры. — О чём пригорюнился? — спросила подошедшая ко мне Току. — Есть что-то, о чём нам надо знать? — Нет, не беспокойся, — произношу негромко я. — Я просто вспоминаю. — Мадару? — она улыбается и как-то понимающе смотрит. — Это была просто дружба детства: уверенна, они будут рады тому, что мы покинули страну Огня. Я молча смотрю на неё и понимаю, что если сейчас скажу, что срать мне три кучи хочется на их Мадару, то меня здесь точно не поймут и что-то заподозрят. Вон, Тобирама не так давно подозревал, что Хашираму подменили. И был вообще-то прав! — Не то что бы о нём, но забавно было бы узнать: как тут Учиха без нас жить будут? — отвечаю ей я то, что она ожидает услышать от меня. — Всё-таки они наконец-то станут полноправными хозяевами на этой земле. — Понятно, — она кивает головой. — Я пришла отчитаться, что среди моего подразделения раненых нет, больных нет, потерянных нет, все в норме и готовятся ко сну. — Отлично, выходим завтра на рассвете. Передай это остальным главным по отрядам и найди мне Тобираму, — велю ей я кидая очередную ветку в огонь. — Хорошо, — она чуть улыбается. — Я рада, что ты принял это решение! В клане никто уже месяц почти что не пил. Ну, может только немного. Да и то это были в основном старики, что вновь заглушали боль воспоминаний, которые мучают их. — Поживём — увидим, — произношу я и жестом велю ей уйти. Всё-таки хоть Току и шиноби, но она женщина, и если дать ей волю, то трепаться будет до утра, тем самым не давая уснуть ни мне, ни себе. А это не вариант: завтра будет день не легче, чем сегодняшний.--- ---
Следующий день прошел так же, как и первый — ничего примечательного. Опять костер, опять ночлег, опять ранний подъем. Мы двигались дальше, заходя на нейтральную территорию, огибая территорию клана Учиха. Я не стал рисковать и идти по территории носителей Шарингана — мир миром, но вот вражда была гораздо дольше этого перемирия. А спровоцировать излишне дерганных красноглазиков было проще простого. — Учиха приближаются! — услышал я возглас дозорного, когда мы уже сворачивали свой лагерь. И в самом деле: со стороны некогда враждебного клана в нашу сторону на полной скорости неслись шиноби Учиха. Внутри всё оборвалось и я с ужасом понял, что вот сейчас, когда лагерь еще не до конца собран, а шиноби не сгруппированы, напасть на нас самый лучший вариант: покромсают в фарш половину мирного населения, не понеся при том никаких потерь со своей стороны. — Готовиться к обороне! — гораздо быстрее меня сориентировался Тобирама, и наши шиноби выстроились стеной между стремительно приближающимися Учиха и не-шиноби нашего клана. Учиха остановились, Мадара вышел вперёд и удовлетворенно хмыкнул. — Не зря вы считаетесь равными нам! — вместо приветствия произнёс он. — Почему вы здесь? — спрашиваю я у Мадары — Учиха покидают свои земли, — объявляет Глава Учиха абсолютно будничным тоном и улыбается такой же сумасшедшей улыбкой, которую я помню на его лице во время битвы шиноби с белыми Зецу и теми, кого подняли с помощью Эдо Тенсей. — Как это: Учиха покидают свои земли? — спрашиваю я у Мадары, понимая, что что-то пошло не так. Изуна, выйдя и встав рядом со своим старшим братом, полупал своими глазищами и посмотрел на меня как на идиота. — Мы пойдём с вами — чего тут непонятного? — выдал он громко и четко, да так, что как-то даже у меня начинало пропадать желание спорить с красноглазыми. — Хаширама, мы решили уходить с вами, — ответил Мадара на мой немой вопрос. — С чего бы? — интересуюсь я, всё больше склоняясь к тому, что Учиха чокнутые: им остаются после нашего ухода наши территории, на которые мы больше не вернёмся, теперь им никто не угрожает, и рядом нет Вечного противника в виде Сенджу. — А с чего бы нам здесь оставаться? — Мадара скрещивает руки на груди. — А с чего бы нет? Земли у вас теперь предостаточно… — Вот именно!!! — неожиданно рявкает он, перебивая меня. — Ты в своём уме? Вы сейчас уходите, а об этом уже все знают! И уже готовятся напасть на нас, прекрасно понимая, что такую большую территорию силами одного клана нам не удержать! Они уже сейчас объединяются против нас, в тайне заключая союзы! Или ты остаёшься в стране Огня или мы идём вместе! И третьего не дано! Я задумался над сложившейся ситуацией. Работа разведки Учиха восхищала! Не то чтоб мы держали в секрете свой исход — уж слишком мы быстро всё проворачивали, и было очевидно по закупкам, спешным сборам и отказам от миссий, что мы куда-то точно собираемся. Но то, что Учиха Мадара знает о союзе против них других кланов — это достойно уважения. К тому же он прав: другие кланы особо не рыпались на нас по простой причине: в случае если им удастся победить один из двух наших кланов, другой автоматически будет нападать на победивших для уничтожения нового неудобного и неизвестного врага, что образовался под боком. Да и не хватило бы сил ни у одного клана в одиночку справиться с Сенджу или Учиха. Они могли разбить нас только осуществив объединение, а это бы в свою очередь заставило объединиться нас между собой. Ведь и дебилу ясно, что если падет один из наших кланов, то второй тоже окажется под угрозой. «Хм, и как я об этом не подумал? А я вообще о Мадаре не думал. Сдался он мне? Мне надо вывести Сенджу и заполучить Кураму. А ещё мирный договор с Узумаки корёжится!» — думаю я рассматривая недовольного Учиха, что теперь фыркает и злится почти в открытую. — И ты не мог принимать такого решения не обговорив его с нами! — заявляет он, злопыхая. — У нас Мирный Договор о прекращении вражды между двумя кланами! По негласному закону мы готовимся к объединению, и ты не можешь просто взять и уйти, прихватив с собой остальных Сенджу! «Твою мать! Договор!» — раздражаюсь я ещё больше, мысленно матеря сам себя. — «Как бы они нас катаной и огнём остановить не попытались! Вот только бойни мне не хватало!» — Мы уходим, из страны Огня. И это решение, которое мы не изменим ни при каких обстоятельствах, — Мадара на эти мои слова недовольно вздыхает. — И я понимаю, что по идеи должен был решать этот вопрос с тобой, но это касается только клана Сенджу… — Это ещё и нас коснулось! — взвизгнул Изуна, слишком уж сильно сжимая рукоять катаны, чем заставил напрячься Тобираму. — Уже сейчас Нара, Яманака и Акимичи собирают войска и готовятся к атаке! Поэтому не юли! Своим решением ты ещё и нас подставил! — Изуна, — осёк младшего брата Первый Учиха. — Нам сейчас не нужно сражение ещё и с союзниками! Так что ты скажешь мне, Хаширама? Я понимаю, что в визге младшего брательника Мадары слишком много истины. Я ведь подумал только о Сенджу, а если честно, то только о себе и о своём интересе в этом времени и в этом месте. Мне так хотелось быстрее оказаться дома, спасти дорогих для меня людей и вернуть Кураму, что я наплевал на весь белый свет, подставив под удар ни в чем не виноватых людей. Я склоняюсь в поклоне перед Мадарой, понимая, что действительно нужно было оповестить его и решать этот вопрос с ним. В итоге месяц назад он пришел к стенам моего клана, боясь за то, что я могу быть осаждён, принял тогда мои извинения, помог потушить разгорающийся клан, и заключил мир. Я привык действовать без оглядки на других. Единственное, о ком я думал последние двадцать с лишним лет своей жизни — это Сакура. И больше я никого ни во что не ставил. «Я эгоист? Наверное», — думается мне в этот момент. — «А хорошо ли это в итоге? Был ли я прав тогда, когда без разбору отправлял в Чистый Мир тех, кто был причастен прямо и косвенно к смерти Саске? Было ли это правильным? Кажется, Сакура оказалась не такой уж и дурой в решении отправить меня исправлять прошлое. Во всяком случае, она вперёд догадалась, что мы пошли по неправильному пути». — Ты как всегда! — произносит Мадара, почти с сожалением. — Мы пойдём с вами, раз уж вы не намерены возвращаться обратно. Да и смысла особо возвращаться нет — в конце концов союз кланов против нас начал образовываться, а из этого вытекает, что в скором времени эта земля будет залита нашей кровью. А я ещё жить хочу. — Извини, что я не держал совет с тобой. Мы слишком недавно прекратили враждовать, и я не мог в полной мере принять мысль о сотрудничестве, — честно произношу я и выпрямлюсь. — Теперь придётся! — Мадара даёт сигнал и Изуна издаёт странный звук, похожий на свист, и я вижу, что там, вдалеке начинают маячить черные макушки людей клана Учиха.--- ---
Третий день мы шли бок о бок с кланом порожденным Индрой. Они выглядели, как ни странно, очень воодушевленными походом, чего не скажешь о детях Асуры. Те шли всё равно понуро, хоть и вертели головами по сторонам, ведь многие женщины ни разу не покидали кланового селения. Кстати о женщинах. К моему удивлению ругались они друг между другом часто! Я ожидал такого поведения от шиноби-мужчин — всё-таки они не один год бились друг против друга, и обид накопилось немало. А тут женщины, что не видели друг друга ни разу, дрались, как бешеные из-за всякой ерунды. Умудрялись при этом обретать возможность использовать чакру, а у многих прорезались спящие Шариганы. Не раз нам приходилось их разнимать. Порой усилиями большого числа шиноби, так как часто перебранка между двумя дурами перерастала в масштабную потасовку в стиле клан на клан. Это накаляло, но я понимал, что это однажды кончится. Должно, наверное. За время исхода из страны Огня к нам присоединился (вернее догнал на всех скоростях) малочисленный клан Курама, что скрывался от остальных кланов за кланом Учиха, как за защитной стеной. Теперь же с уходом красноглазых, Курама ничего не оставалось, как или примкнуть к другим, или вступить вновь образовывающийся союз. Но как выяснилось, они там слишком много и чего с кем не поделили. Вот и понеслись вслед за нами, так, что пятки сверкали. Тоже самое касалось и Хагоромо, которых я бы не особо хотел видеть рядом — характер у них весьма мстительный, но эти тоже увязались и не отставали. Когда же наши ряды пополнились маленьким кланом Харуно, что и кланом было назвать сложно — так, сильно разросшаяся семья, я уже было предположил, что за нами все кланы страны Огня отправятся в поход. — Да ты брось! — усмехнулся Мадара. — Да какие все кланы? Следом за нами вышли только те, что имели наглость прикрываться нами, как щитом, защищаясь от других. Да они, если по сути, кроме Хагорома, и не кланы. Особенно эти белобрысые Харуно. И чего поперлись? Их вон Яманака к себе звали, так пусть бы шли. — Я думал, что их ты позвал? — Да с чего бы? Мне мало своих голодных ртов? — Мадара посмотрел на меня, как на идиота, и это не могло не задевать. — Они не являются самодостаточными сами по себе. На своей земле за нашими спинами они ещё как-то развивались. А с нашим уходом им ничего не остается, как примкнуть к кому-нибудь. Но, видать, проще для них примкнуть к нам — они с нами относительно знакомы. А теперь, они опять повиснут на нас и на наших ресурсах. — Возможно, — ответил я Мадаре и тут увидел, что эти несносные бабы опять что-то не поделили. На этот раз Хагоромо и Курама дрались, кажется, из-за того, что кто-то на кого-то криво посмотрел. Визг вновь стоял неимоверный и я уже серьёзно подумывал прибить нескольких из них, чтоб наконец-то наладить дисциплину.--- ---
Чуть позже, когда страсти улеглись в очередной раз в этом корявом строю, я решил вернуться к Сенджу, рядом с которыми шли Учиха. Нынче там было гораздо спокойнее — после разборок, что случились в первые дни совместной прогулки в сторону Узумаковских островов, ситуацию решено было контролировать и принудительно гасить конфликты. Учиха оказались на деле теми ещё провокаторами, хотя и Сенджу от них не отставали. Порой не-шиноби преднамеренно искали повод (или сами давали его) во имя разгорания скандала. Теперь, правда клану Древопоклонников было не до закладывания за воротник, а Огнепоклонники пришли в ещё более возвышенное расположение духа. — Мадара, — обращаюсь я к Учиха, что идет сейчас впереди меня. — А почему твой клан такой довольный? Я о чем-то не знаю? Мадара остановился и медленно повернулся ко мне. Теперь мы стояли на небольшом возвышении недалеко от идущих вперёд, к новой жизни, Учиха, и мне их было видно, как на ладони. — Да как тебе сказать, — Глава красноглазого клана вновь замолчал, и это его привычка начинала накалять. — Они в последний месяц совсем заскучали без Вечной Битвы и своих Личных противников. Мы, видишь ли, немного привязываемся к людям. А тут целый месяц даже не подраться с теми, к кому так привыкли. У многих депрессия началась, а там не долго и до истерик. А это не допустимо. Поэтому, когда пришли известия от разведки о вашем решении переселиться к островам, почти все единодушно приняли решение тоже пройтись следом за вами. — Просто из-за того что мы уходим и вы решили уйти с насиженных мест? — я смотрю на него с сомнением, потому что понимаю, что должны быть и ещё причины. Всё-таки клан Учиха очень сильный клан и Хагоромо и Курама тяготели к ним, а значит, с нашим уходом, они не остались бы в одиночестве. — Мы слишком заигрались в войну. И пока мы «играли» друг с другом, другие кланы захватывали сферы влияния в нашей стране, а мы все больше уступали позиции. Я просчитал, что чтоб стать лидирующими в стране Огня нам надо потратить слишком много времени и ресурсов. Даже если сделать так, как ты хотел, согнав все кланы в одну Деревню, то всё равно ничего стоящего в итоге не выйдет. Я думаю, они бы не уступили своих позиций, даже если бы мы опоясали их обязательствами, — пояснил Учиха смотря на свой клан, что шел вперёд. — И ты решил, что на новом месте с этим будет проще? — Там, как мы смогли понять из очень скудных кусочков информации, точно не всё занято! Дальние, северные острова свободны. Больших стран с огромным количеством кланов и шиноби там нет. Единственные сильные там Узумаки, но с ними, насколько я знаю, у тебя неплохие отношения, — он посмотрел на меня хитрыми глазами. — Поэтому у нас есть все шансы удачно там пристроиться. — Я на это рассчитываю. Не так давно Узумаки предлагали нам присоединиться к ним, — честно признался я. — Присоединиться? — Мадара отчего-то напрягся. — А эти самые Узумаки что-то просили взамен? Всё-таки они ведь должны по закону предоставить вам жильё и защиту своих стен. А так же равные права. — Ничего не просили — просто звали присоединиться. В конце концов им выгодно наше присоединение. С чего бы им что-то от нас хотеть? — Мадара на мои слова хотел что-то хмыкнуть, но наш не хитрый разговор был прерван возгласом какой-то Учиха. — Да не пойду я с тобой! Отпусти меня! — взвизгнула она, и попыталась вывернуться из крепкой хватки одно из шиноби красноглазого племени. Мужчина на эти капризы потянул её в свою сторону сильнее и она, уперевшись, хлопнулась на землю. Темная ткань, что покрывала её волосы чуть сдвинулась, и из-под нее выбилась ярко-рыжая прядь волос. «Узумаки! У Учиха в плену Узумаки?» — нашло на меня понимание происходящего. — Не трогай мою сестру! — взвизгнула другая девица, на вид чуть старше первой, что тоже крепко держал за руку другой Учиха. — Да кто её трогает? Чего вы обе опять разъистерились? Всё ведь нормально было! — спрашивает один из них, и спешит поднять упавшую Узумаки, что обиженно пыхтит. Девушка беспомощно оглядывается по сторонам и, встречаясь со мной взглядом, нервно прикусывает нижнюю губу, и отводит ставшие в один миг влажными глаза в сторону. Как я мог упустить такое? Почему не понял раньше, что среди красноглазых есть красноволосые? Я ещё раз внимательно посмотрел на двух пленниц. Обе они были с покрытыми головами, с разрисованными на манер «Учиха» лицами, и одеты в клановую одежду с их моном. Да и видел я их впервые за столько времени. Очевидно, что их скрывали ото всех. — Кто это? — задал я вопрос Мадаре. — Понравились? — спросил он и посмотрел понимающе. — Моим братьям тоже! Так то я б отдал тебе одну, поделился по-дружески, но сам понимаешь: семья. Есть правда обычай, по которому, если ты победишь претендента на женщину в честном поединке, и она после этого согласится идти с тобой добровольно, то никто к тебе у нас в клане претензий иметь не будет. Если хочешь, то можешь попробовать — я не возражаю. От его речей несколько корёжило, а чуть насмешливые интонации в голосе заставляли кровь закипать. Подумать только! Клан Учиха и держит у себя насильно женщин! А с виду такую цивильность из себя корчат! А на деле ничем не лучше других! — Я на обеих претендую! — заявляю я, и Мадара чуть усмехается. — Ну, будь по-твоему! Но помни: они должны пойти с тобой добровольно, и противников нельзя не калечить, не убивать, — дает он мне напутствия и я киваю головой. — Эй! Мэса и Нори! Тут претендент появился на ваших женщин! — Что? — поворачивается тот, у кого волосы были длиннее, чем у Мадары. — Да мы уже со всеми претендентами сразились! Откуда они лезут-то? Из каких щелей? Тараканы! — Мэса, — строго обращается к брату Мадара. — Хашираме ваши девки приглянулись. Мэса и Нори сверлят меня злыми Шаринганами в три томаэ и Нори сплевывает в сторону. — Тебе своих баб мало? — шипит он. — Не успели к нам присоединить, так уже к нашим лезть начали? — Они не ваши, — произношу я. — Это женщины клана Узумаки. — Будто бы это что-то меняет! — злится Нори. — Иди к своим! — Нет, мне эти нужны! — Как требует того древний обычай, — оглашает вылезший откудова-то Изуна. — Должен состояться поединок между честными шиноби! И он будет через четверть часа — мы для этого даже движение остановим.--- ---
Нам очертили место, в котором будет проходить бой. Я должен буду выступить сразу против двоих Учиха, но это меня не напрягало — я уже приблизительно знал, как их победить и вызволить бедных девушек. Тобирама стоит рядом со мной и смотрит на предмет спора внимательно своими красными гляделками. Пристально смотрит. — Слушай, Хаширама, — наконец произносит он. — Я б тебе не советовал вообще в это ввязываться. — Это ещё почему? — удивляюсь я его позиции. — Да хотя бы потому, что если с этими двумя во время поединка что-то случится, то Учиха потом ещё миллион раз припомнят за этот инцидент! — Да ничего я им не сделаю — просто завалю Мокутоном и заберу пленных, — произношу ему я, хотя слышат все, кто стоит рядом, и Мадара с Изуной. Тобирама что-то хочет возразить, но в последний момент передумывает под моим злым взглядом.--- ---
Поединок начался быстро и агрессивно. Перепуганные девушки жались друг к другу и неотрывно следили за боем. Учиха двигались с поразительной скоростью! Огненные техники в их исполнении были великолепны! Я отбивался, поджидая удобного момента, чтоб атаковать и прекратить всё это. И вот, я подловил момент и спеленал обоих мужиков мокутоном так, что свободными осталась только нижняя половина лица. — Сдаётесь? И отпускаете Узумаки? — потребовал я ответа. — Да пошёл ты! Это наши женщины! — прорычал Нори. — Не лезь не в своё дело! — поддакнул ему Мэса. Я легонько двинул пальцами и затянул древесные путы сильнее. Послышался слабый стон одного из них и женский визг где-то дальше, в толпе, кажется. — Последний раз требую! — предупредил я. — Отпустите Узумаки! — Они наши, и мы готовы умереть за них! — прошипел Нори. Я стиснул их ещё сильнее, но тут почувствовал дикую боль в затылке. Оборачиваясь назад, я увидел Узумаки, одна из которых нещадно долбанула меня чугунной сковородой, отправив в небытиё.--- ---
Чуть погодя, когда меня привели в себя.
Холодная вода, что была творением рук Тобирамы, облила меня с головой. Мои глаза лениво открылись, и я посмотрел на уже осточертевшую мне реальность. Я всё ещё здесь, всё ещё не дома! — Какого хрена? — произнёс я и попытался подняться. — А я тебе говорил: не лезь во всё это! — подмечает Тобирама. Я смотрю на двух Узумаки, что с виноватым видом переминаются с ноги на ногу. Их длинные красные волосы медным цветом отливают в лучах заходящего Солнца. — Мы просим прощения за наше поведение, — наконец, произносит одна из них. Я молчу и ничего не отвечаю ей. На меня находит подозрение, что я, кажется, все неправильно понял изначально. — Они не пленницы, — поясняет Изуна, смотря на меня своими хитрыми глазами. — Мэса и Нори спасли их из лап торговцев людьми и привели в клан, а они пожелали остаться со своими спасителями. Правда братьям ещё пришлось побороться за них, но обычай есть обычай! Тут ничего не поделаешь! — Так чего они тогда вырывались? — не понимаю я чёкнутых Узумаки. — Да в клан свой возвращаться не хотят: от слишком строгого отца сбежали, — поясняет Изуна и чуть лукаво улыбается. — А Мадара сначала подумал, что ты их себе захотел! И поэтому дал разрешение на поединок! — Мы не специально… — мямлит одна из них и виновато строит мне глазки. Также и вторая начинает со мной заигрывать. Я подскакиваю с земли в праведном гневе и, кажется, чакра пылает вокруг меня. — Пошли на х%й отсюда, две шлюхи! — они испуганно смотрят на меня, делая вид, что ничего не замечают. — Да не косите под дур! Только что все всё видели! Женщины Учиха неодобрительно смотрят в мою сторону: сверкают Шарингнаны, вращаются томоэ, скрипят плотно сжатые зубы. — Ты наших не тронь! — заявляет одна из них, подозрительно сильно похожая на Мадару. Делать нечего, и я отступаю, но слышу, как заступница за убогих тихо шипит. — Ещё хоть раз спровоцируете драку за себя любимых, и я сама лично побрею вас налысо! Мало того, что в клане вы раздор своими щенячьими глазками сеяли, так теперь ещё решили и с Сенджу нас поссорить? — Нет, мы ничего такого не хотели! — оправдывается одна из них. — Молчать! — шипит Учиха, хватая одну из них за волосы, и с силой дергая. — Ещё только раз! И я вам обеим мандавошкам такое устрою! Ходят они тут, жертв из себя корчат! В этот момент я ощущаю себя дураком. Вроде бы передо мной две хрупкие и милые девушки, а рядом с ними два огромных Учиха, что на самом деле уже не раз пострадали из-за выкрутасов своих избранниц. И ведь не скажешь, что они до такой степени талантливые манипуляторши. Только вот эта самая похожая на Мадару молодая женщина не верит ни единому их слову, и награждает одну из них конкретной пощёчиной. А мне больше не хочется сюда вмешиваться. Тобирама был действительно прав. А я идиот, что не разобрался во всём сразу. Ко мне спешит Мадара, который, скорее всего, сейчас решал какие-то проблемы переселенцев. — Ты очнулся? — с беспокойством спрашивает он, чуть ощупывая прохладной рукой мою голову. — Она тебя хорошо приложила! И ведь как быстро переместилась и скрыла чакру! Мы даже среагировать не успели! Они ведь до этого ни разу не вмешивались в бой — братцы мои всегда и всех побеждали! — Нормально уже — я почти восстановил себя чакрой, — поясняю я. — Мы не дошли до места ночлега — нам надо выдвигаться в путь, пока не стемнело. — Да уже вечереет — никуда не пойдём, завтра нагоним. Да и тебе нужно немного восстановиться после такого удара, — Мадара всё ещё смотрит с беспокойством.--- ---
Ночью я сижу у костра и невольно думаю о Узумаки, о своих предках. Вспоминаю себя и своё поведение, и невольно сравниваю с тем, что я видел сегодня. И мне это не нравится. — Ещё не спишь? — тихо произносит Мадара, подходя к костру и садясь рядом со мной. — О чем думаешь? Если об этих двух, то не переживай: мы их завтра объявляем женами моих братьев и все битвы за них автоматически становятся невозможными. — Нет, я не о том, — отмахиваюсь я. — На острова ведь попасть надо, а там ещё плыть и плыть до них. — А? Так ты о сильных течениях что ли? Так у наших артисток карта с собой была с течениями и водоворотами в зависимости от времени года, поэтому не сложно будет, — он чуть улыбается. — Взбалмошные они, — делюсь я своими наблюдениями. — Сбежали от отца только из-за того, что тот строгий с ними. Я вот сегодня на них посмотрел, и вполне его понимаю. Они что-нибудь ещё говорили? — Да что они могут рассказать? Обычные девки самого нижнего ранга в их клане. Мы пытались Шариганом поработать, но на их памяти печать установлена. Взломать пока что не смогли, вскрыть тоже, — поясняет он и подкладывает ветку в огонь. — Надо бы к Тобираме с этим вопросом обратиться, — озвучиваю я свои мысли. — Возможно, — Мадара встаёт и уходит, оставляя меня в одиночестве со своими мыслями. А я смотрю на огонь, и думаю об Узумаки, чьи волосы имеют такой же цвет, и кого зовут Красноволосыми Дьяволами. Они те, кого когда-то так боялись, что объединились против них все вместе, чтобы не оставить от их клана и следа. Запоздало ко мне приходит понимание, что теперь передел земли и власти в стране Огня неизбежен, как и глобальное переселение кланов, что я нечаянно создал здесь, и к чему это в итоге приведёт, для меня остаётся загадкой.
