Часть 1. Глава 7 Первое в Деревне
28 марта 2021 г., 16:55
Часть 1. Глава 7 Первое в Деревне
Непогода кончилась, и мы стали осваивать остров Шайори её сородичей, который стал теперь и нашим с некоторых пор. Там, на горизонте, ещё виднелись свинцовые тучи, а наши шиноби уже вовсю «шуршали чешуёй по земле» (как обозначили нашу деятельность люди змеиного клана). Под землей было тихо, относительно тепло и сухо, а вот на поверхности в наше отсутствие творилось какая-то ересь! Я взглянул на размытую землю, на обломанные ветки у деревьев, некоторые из которых были повалены и вырваны с корнем, на траву, что смачно чвякала под ногами, и даже несколько приуныл. Ощущение, что Узумаки знали, куда нас загонять, посетило меня вновь, ведь при таком климате и буйстве местных вод, тут нет никаких шансов как-то прокормиться. Холодный ветер нагло пахнул в моё лицо, принеся с собой запах соли и водорослей (нам часто давали их в столовой змеелюдей). Я поспешил поплотнее закутаться в походный плащ и недовольно зыркнул по сторонам. — Вот, и ты тоже выпей, — протянула мне навящивая старуха-старейшина Ясу большую пиалу, в которой была заварен сбор местных трав. — Что здесь? — поинтересовался я о том, чем она решила подчевать нас в этот раз (в тот раз на поляне именно она принесла лепешку и мед). — Это особый травяной сбор, — со всей важностью, какая возможна в её преклонном возрасте, заявила она, но видя, что меня не особо впечатляет, продолжила. — Когда мы сюда прибыли, мы почти сразу стали простывать из-за весьма противного климата. Методом проб и ошибок, а так же многочисленных экспериментов, нами были выведены оптимальные пропорции необходимых трав, которые предупреждают болезнь. — И чем вы здесь болели? — спросил я, взяв у неё эту увесистую пиалу из рук. — Да слизью харкали и нос у всех не дышал, — махнула рукой она, дождавшись, когда я допью, налила в посудину состава ещё разок, и протянула следующему нашему шиноби. «Ёлками отдаёт. Очевидно, эти болезни были ещё одним сдерживающим фактором их развития и обживания на этом месте», — подумал я, отмечая, что составчик весьма горьковатый.--- ---
Тобирама шел рядом с Шайори и старался не отставать. Со стороны это смотрелось забавно: никогда бы не подумал, что Второй Хокаге способен на такое вот проявление чувств. Мадара с Изуной шли чуть подальше, но периодически переглядывались, весьма красноречиво намекая на спонтанно образовавшуюся парочку. Как выяснилось, змеелюди весьма консервативны в плане построения пар, начале взаимоотношений и обрядах ухаживания, а тут Тобирама со своей змеиной красоткой явно рушили их строгие устои в отношении пришлых шиноби, с которыми до этого момента никто и никогда не заключал союзов. На наше счастье остров оказался не совсем «плевком», но, к сожалению, достаточно площади для полноценного земледелия на нём не было. «Рис не посадим, как впрочем и остальные зерновые культуры. Тут нужно иное, более компактное, но дающее больший урожай. Да ещё и климат, ветра эти, которые дуют, кажется, постоянно. Бесит! Волосы во все стороны развиваются как у баб в припадке злости!», — думал я, осматривая наши владения, сверяясь с картой, которую составили змеелюди. Берег был песчаный и не крутой. Волна накатилась резко и неожиданно, коснувшись кончика моей обуви. Я невольно усмехнулся: когда-то хотел побывать на море и просто отдохнуть от всего. Тогда я даже думал предложить это Сакуре, но не срослось: в тот момент как раз подвернулся случай устранить одного из виновников уничтожения клана Учиха, и я решил отложить это «на потом». Кто ж знал, что «потом» никогда не настанет? — Тут неплохо, — услышал я, как Изуна выразил своё мнение на немой вопрос Мадары. — Интересно, что тут есть кроме песка, берегов и редкого леса? — Тут ничего нет, — Главный Учиха был настроен совсем не романтично. — Если мы хотим не сдохнуть здесь с голоду, то всё придется вырастить самим. И работать придётся от зари до зари! — Не хмурься, — усмехнулся младший из двух братьев. — Помнишь, Таджима ведь хотел, чтоб Учиха были свободны от своей нехорошей привычки? Так вот теперь, здесь, на острове, им будет некогда придаваться унынию. — Согласен, — Первый Учиха позволил себе намек на улыбку, и они пошли дальше, вдоль берега, оставляя меня в одиночестве.--- ---
Вечер наступил быстро, а за ним, после весьма лёгкого ужина (запасы мы приняли решение экономить сразу), я приступил к перепроверке плана действий на ближайшее время, наконец-то отойдя от первого шока, что вызвали, как выяснилось, все разом навалившиеся на меня перемены. Жильё. Нам есть где спать и прятаться от непогоды: спасибо змеелюдям. Одежда. Пока что есть, но нам понадобится новая однажды. Тут два пути: купить или изготовить из чего-то самим. И с тем и с другим проблемы, ведь мы еще ничего не вырастили, и чтоб купить, нам надо ехать на другие острова, а пока как-то не особо хочется. Еда. Нам нужно много еды. А вот здесь пока что загвоздочка. Как стало известно не так давно, рыбы здесь не особо много, иначе бы соклановцы Шайори готовили рыбную похлёбку понажористее, чем эта вода, слегка отдающая рыбой. С этим моментом, возможно, я в скором времени разберусь, но не сейчас. Площадь острова хоть и немаленькая, но не такая уж и большая на самом деле, так что разместиться с размахом у нас не получится, да и некогда нам будет кропотливо ухаживать за всходами. Мы всё-таки шиноби. Нам бы что побыстрее… В этот момент вспомнилась фраза одного из крестьян, по землям которого мне приходилось идти на миссию вместе с Сакурой: — Жить захочешь, еще не так раскорячишься! «А ведь в самом деле: нам ничего не остается, кроме как работать, иначе нас не станет. Так что будем и вставать не свет ни заря, и работать, загнувшись в три погибели, и делать не только то, что делают шиноби», — я тяжело вздыхаю и думаю дальше, пытаясь решить: как нам прокормить столько голодных ртов в течении первой зимы, которая, кажется, будет самой голодной, ведь что-то годное посадить и вырастить мы не успеем. Выгодней всего было бы снять печати, что нафигачили вокруг острова Узумаки, но вот беда: что-то они там слишком сложно всё замутили, да и чтоб выбить хоть одну из них, сделав дыру, мне нужно вбухать чакры столько же, сколько запихано в Девятихвостого, да и то может не хватить. Да и Девятихвостого у меня нет. Значит, план с печатями отпадает, во всяком случае на ближайшее время. Да пень с печатям вокруг острова! Нам бы снять печати с двух Узумаки, от которых в итоге нет никакого толку! Всё, что было можно, мы уже перепробовали! Учиха потихоньку начали возиться с информацией от змеелюдов, но даже не знаю, что там у них выйдет, особенно если учесть степень их недовольства в последнее время. Но сейчас некогда с этим возиться: нужно думать о том, как и чем всех кормить. — Хаширама, — в нашу общую комнату вошел довольный жизнью Тобирама. — Смотри, что мы нашли. — Что это? — взял я у него из рук красный корнеплод буро красного цвета, в диаметре сантиметров пять, не больше, и скептически посмотрел на него. — Она сладкая! Здесь этот корнеплод растет в диком виде, и Шайори сказала, что она весьма вкусна и питательна. Свекла называется! — заявил он мне. — Она местная, вот если бы ей создать более лучшие условия, то можно было бы её и на еду заготавливать. И на другие острова возить с целью продажи! — Можно будет. Будем надеяться, что она будет пользоваться спросом, — произнес я, разглядывая странное растение, что не выращивали в стране Огня. — Да, она там не растет практически, но местные её любят, — белобрысый Сенджу забрал свою свёклу и бережно зажал в руке. — Видать всю от своей любви к ней пережрали! Не успевает вылезти, так сразу жрут, — заявил появившийся в комнате Мадара, следом за которым в комнату прошел Изуна. — Тут дело не только в этом, — Тобирама был серьёзен. — У них она не растет. Почему, никто не знает. Даже Узумаки пробовали в своё время печатями орудовать, но её не получается выращивать на большинстве островов. Она растёт по местам вот так - немного, как здесь, но не более того. — Возможно, дело в почве? — предполагаю я, продолжая вертеть в руках эту свеклу, запоминая ощущения её чакры. — Хотя, возможно Узумаки да и другие не сильно –то пытались. И к тому же климат благоприятствует выращиванию другого, да и рыбы наловить проще, чем горбатиться на полях. — К сожалению, здесь на этом острове, как мне кажется, из-за печатей, рыба мало заходит. Подозреваю, что раньше здесь её было очень много! — отчитался хмурый Изуна. — Думаю, если снять печати, тот тут рыбы будет столько, что все острова завалим до небес! — Понятно, — отмечаю я на листе, что моё предположение на счет рыбы подтвердилось. Свекла лежит на столе, а я смотрю отчеты дальше, смиряюсь с мыслей, что сбылась моя бестолковая мечта детства: я стал Хокаге, хотя меня даже никто не избирал. И так очевидно, что Мадара сразу самоустранился с этой должности (честь и хвала ему: не дурак, чтоб нести за всех и вся ответственность), Тобирама не жаждет с самого начала, да и плох он для этой должности на самом деле, а вот Изуна… Да он даже не дышал в этом направлении. А последнее время жутко недоволен жизнью, как и многие Учиха. И что им там опять не нравится?--- ---
Пару дней спустя
Волны накатываются на берег медленно, не спеша. Со стороны воды на меня дует ветер. Волосы мои теперь собраны в высокий хвост на подобии тех, что носили в клане Яманака. Так действительно лучше, они уже не мешают. Во всяком случае, ни у кого не возникло вопросов на счет изменения в моей внешности: теперь почти что у всех такие «хвосты». Укротить их так предложили змеелюди, что активно показывают нашим шиноби остров. Что делать? Ведь на одном энтузиазме мы долго не протянем. Людям нужна цель. Цель мы им вроде бы дали: теперь все и каждый жаждет однажды построить Коноху, воплощение Нового Мира для всех нас. Но одно дело строить Деревню посреди леса, где нам было все знакомо, и у нас были все ресурсы, и совсем другое: строить что-то под землёй на лысом острове, не имея ничего, даже возможности нормально питаться. В моём животе опять заурчало, и я отметил, что надо бы шевелиться с решением вопроса продовольствия. Помимо идеи «Скрытой Деревни по имени Коноха» им нужно что-то ещё, но что, я пока что не знаю. Что-то, что сможет их сплотить, что создаст из них монолит в итоге. С берега вновь дует ветер. Меня это раздражает. Порыв ветра снова рвет все вокруг, и мои волосы рассыпаются по плечам. Злости моей нет предела, и я втыкаю руки в напитанный водой песок, волосы водопадом падают вниз в воду, намокая. Стволы невысоких деревьев взмывают ввысь, и теперь меня от моря отгораживает мелкий лес. Я закрываю глаза. Минута, две. От злости перестаёт чернеть перед ними, и я понимаю Учиха, что ходят с недовольными мордами: у них волосы так рассыпаются постоянно. Посещает мысль, что ветер больше не мотает из стороны в сторону мои волосы. — А ведь в самом деле: в Лесу ветра нет! — восклицаю я и подскакиваю на ноги, выдергивая свои руки из песка, что мокрыми комками разлетается во все стороны. Понимание, что лес можно вырастить, засадив острова плодовыми деревьями, что накормят всех нас в будущем, приходит молниеносно, подобно вспышке Рассенгана. Кстати говоря о нем: нужно начинать вновь осваивать эту технику, да и по возможности другие тоже. Но сначала я хочу нормально есть! Я докасаюсь рукой до Древа и мне плевать как глупо выгляжу со стороны. Мои руки трогают каждое из них. Я ощущаю их шероховатость, легкое тепло, я чую запах их чакры. Каждое индивидуально! Я иду дальше, и теперь деревья, что выросли благодаря мне, остались позади, и ветер вновь вздымает мои волосы. Но мне нет до этого дела! Что мне дела до холодного воздуха, когда приходит понимание высшей цели наверное для всех нас. «Я родился и вырос в Конохе. Вырос за счет её жителей и тех денег, что мне платили с их налогов. Дело десятое, что меня обокрал Третий и его «банда», отняв имущество и накопление родителей, недоплачивая пособие, а после молчаливо одобряя травлю, что устраивали жители надо мной. Это не имеет отношения к тому, что я родился и жил «на готовом». Всё было в наличии: и дома, и еда, и защита. Ценил ли я? Задумывался ли я над этим? Мне было некогда. Я целиком полностью предался достижению цели: напомнить всем, что поступать так, как с Саске никто не имеет права. Но верна ли была эта цель? Не слишком ли я тогда мелко взял? Ведь даже наказав всех, власть всё равно осталась в руках кланов Сарутоби, Нара, Акимичи и Яманака. Значит, в будущем, история бы повторилась: были бы еще как я таки же «Наруто» и «Саске», а ещё «Сломанные Сакуры», — я замер в пространстве. Ветер вновь взвил вверх подобно языкам пламени мои волосы. Да! МОИ волосы, а не Хаширамы Сенджу! Ведь если я здесь, то у меня есть шанс, что всё будет в Новой Конохе по-другому! В МОЕЙ Конохе! «Я не позволю уничтожить ни Учиха ни Сенджу! Я не позволю дряням, подобным правящей верхушке в моём времени, захватить власть! Я всё исправлю! Я сделаю всё как надо! Я клянусь!» — я блаженно закрываю глаза. Но тут меня окатывает ледяной водой, и я падаю на колени, не удерживаюсь, теперь моё лицо встречается с песком. Глаза мои видят, что это волна пришла из моря, толкнув меня мордой в реальность этого мира. Хорошо жить на готовом? Хорошо не думать о завтра? Хорошо было думать только о себе и своей мести? Не думал ведь я, что история может повториться с другими кланами и другими сыновьями Хокаге? И сколько их таких глупых с голубыми глазами было до меня??? Я не думал. Никогда. И пусть ветер взвивает мои волосы! Пусть волны холодной воды окатывают меня! Если только так было можно заставить понять мою дурную голову, что путь был неверен изначально! И Сакура была права. И она не дура! Это не вернуло нам Саске! И нужно было исправлять всё куда раньше, чем в день его смерти! Волна вновь окатывает меня, и я слышу даже через шум недовольства океана как грохочет что-то внутри меня. Желудок. И что я удивляюсь недовольным мордам Учиха? Да тут все с такими ходят, и даже я теперь! Никто не был рад таким переменам! И я не рад! Но разве это не правильно? Они должны были случиться, чтобы подобно этой волне, выбить с нас всю дурь и обмыть налет не нужных кланов, что уже давно готовились или уничтожить нас, или поиметь то, что мы создадим. «Пусть горят в Огне Аматерасу! Пусть сквозь них прорастают Великие Древа! Я не позволю произойти такому дерьму во второй раз! Ведь я Наруто Узу… Наруто! Даттеббайё!!!» — криком оглушает меня мой внутренний голос. Я закрываю глаза. Тишина. Но внутри меня зарождается что-то, готовое биться до конца за своё, за то, что принадлежит мне и, надеюсь, моим потомкам, моим союзникам и их потомкам, а не каким-то так клана Нара и Яманака! И плевать, что я не могу никому рассказать всей правды, я справлюсь. Я возьму ответственность на себя, и я сделаю то, что должен! Изначально были два правящих и создающих клана в Конохе. Вот они и останутся у власти. Понимание, что путь этот будет непрост, и займет далеко не один год, накрывает меня как-то мягко и аккуратно. И опять в моей голове слышится тишина. Я закрываю глаза, и осознаю: наверное, все так, как должно быть. Почему-то сейчас я вижу перед собой лицо своей матери, и она счастлива. Ноги мои сами поднимают меня с колен, и я иду! Нет! Я бегу обратно, в Коноху, бегу туда, за что я ответственен! И не важно, что какой-то так Хаширама Сенджу не смог в свое время сделать все, как надо! Да кишка у него была тонка! Да плевать на него!--- ---
В подземелье змеелюдей чуть позже
Придя под землю я вижу перед собой вновь недовольного жизнь Изуну. Я понимаю: нет смысла откладывать очевидное. — Скажи мне, — я убираю в сторону свои на сквозь мокрые волосы, — что беспокоит Учиха по мимо недоедания. — А сам не догадываешься? — он смотрит на меня ехидно. — Нас бесят здешние правила мытья! Мы так не моемся! — А что не так? — удивляюсь я. — Да мы даже чтоб подмываясь больше воды льём, чем положено у змеелюдов на помывку полностью! У них горячая вода чуть ли не по стаканам считается! Это как мыться можно при таком дефиците?! — взвизглул он. Голос его разливается по коридорам громким и звонким эхом. Шаринганы бешено вращаются, а я вспоминаю, что горячая вода для Учиха не проблема от слова совсем! — Возможно, вам стоит нагревать больше воды для себя? — спрашиваю его я. — А как мы её нагреем в деревянных кадках? Огнем! А? У них все чаны для нагреква стационарные! И если мы греть будем их сами, то всё их дерево пожгём в купальне! — он продолжает психовать. — А разве вы не привезли с собой свои чаны для этого? — интересуюсь я у него. — Привезли! Но они на корабле! И туда вход всё еще закрыт по твоему последнему распоряжению перед бурей! — тыкает он мне пальцем в район груди. — Идите и возьмите их и нагрейте уже нормальное количество воды! Почему ты не сказал об этом раньше? — я стараюсь не провоцировать излишне вспыльчивого Учиха. — Потому что не было случая! И я всё ждал, что ты сам без моего напоминания дашь указание, что можно пройти на корабли! — заявляет он, и разворачиваясь, собирается уходить, но так и замирает в неловкой позе. За его спиной оказывается в ответвлении коридора прятались в темноте четыре пары желто-зелёных глаз. Змеелюдки сразу юркнули и исчезли из поля зрения, я же тяжело вздохнул. — Не ловко получилось! — подмечаю я, стыжа его. — Они дали нам все, как себе, столько, сколько и себе! Они греют воду дровами, стараются экономить, ведь леса здесь совсем не много, а впереди зима! И даже Огню Учиха нужна пища чтобы на чем-то гореть! Они думают об этом, а вот ты — нет! — Учиха на этом прерывисто вздохнул, опустив голову. — А так о их гостеприимстве отозвался! Как бы это не привело к проблемам в будущем! И, заметь, пришельцы здесь мы, а не они! И это по сути они терпят неудобство. Мы, кстати, еще своего риса ни разу не варили! Всё жрем за их счет по большей степени, экономя на всём, что есть! Тишина установилась в округе. Изуна молчал, молчал и я. Наконец, он произнёс: — Ты прав, я виноват, а не они. Я не должен был вспылять из-за такой ерунды, как недостаток воды. Хозяева острова предоставили нам кров над головой и удобства (уж какие смогли). А мы пришли на всё готовое и ещё морду воротим, требуя от них того, чтоб они, наверное, на изнанку перед нами вывернулись. — Очевидно, всё потому, что все мы родились в кланах и у нас все удобства были с рождения. Мы их не создавали, и не думали об их сохранении и приумножении. Мы просто пользовались плодами труда других, предаваясь кровавым битвам и ненависти. И вы, Учиха, и мы, Сенджу. И, возможно, этот остров, и эти не особо хорошие условия, это наш экзамен жизни и наш шанс показать всему миру, что мы не просто два стада вечно дерущихся и орущих идиотов, мы тоже что-то можем, и мы тоже что-то стоим, — произношу я не спеша, стараясь подбирать слова. Со стороны коридора, куда ушли змеелюдки, слышится шум, и я запоздало понимаю, что они никуда не уходили! У этого клана почти поголовно у всех его представителей есть способность идеально скрываться! Они здесь были весь наш разговор! Но вот мгновение, и я опять не вижу светящихся глаз в коридоре. — Они ушли, — подмечает очевидное Изуна. — А ты их разве Шаринганом не видел до этого момента? Они же вроде бы сразу ушли, как мы их заметили в первый раз? — интересуюсь у него я. — Нет, я не смотрел в коридор! Я держал глаза закрытыми, а голову опущенной вниз! — он снова прерывисто вздыхает. — Я, пожалуй, пойду. — Иди, — отвечаю я, понимая, что меньше чем через час все будут знать об этом происшествии. Я понимаю, что несколько устал, иду к себе, прикрыв за собой дверь. Мокрые вещи летят на пол, и я сажусь на пол, отгораживаясь от мира упавшими на лицо волосами. «А на берегу, там, где я вырастил лес, все было куда проще, когда я был один и принимал решение, чем здесь, когда рядом был Изуна и змеелюдки!» — с досадой думаю я.--- ---
Следующий день
— Я прошу прощение за слова брата моего друга, — выполняю я положенный поклон сразу, как в мою комнату вошла Шайори. Она смотрит на меня секунды две, её взгляд ничего особенного не выражает. — Мы не держим зла на него и вас всех, — она чуть улыбается. — Мы прекрасно понимаем, что не в со стоянии предложить вам лучшие условия. Вот если бы вы прибыли на год раньше! — она мечтательно закрыла глаза сжала ладони на уровни груди. — Было бы у вас и воды горячей, хоть всегда лейте, и еды вдосталь, и комнаты куда красивее! — Ваш дом он ведь уничтожен? Мне жаль, — я не знаю, что ей сказать, чтобы поддержать или утешить. — Да, он был прекрасен! — она горько улыбнулась. — Но я не вижу смысла горевать о нем: жизнь дала нам второй шанс, послав вас сюда! И мы намеренны отстоять свой новый дом, и отстроить его куда лучше, чем прежний, учтя все свои промахи и ошибки! — Промахи и ошибки? — уточняю я у Главы Змеелюдов. — Да, мы не далеки от идеала! — она вздыхает. — Есть у нас грешок: мы тщеславны и часто недооценивали сил противника, слишком много мня о себе. Но мы на самом деле были вторым кланом по силе здесь. Я помню, как была рада, когда отцу предложили сотрудничество Узумаки! Ведь мир это куда лучше, чем неизвестность. Я ошибалась. Мы ошибались. Отец умер при странных обстоятельствах: просто не проснулся и всё! Не было ни следов ран, ни яда, да вообще ничего! Словно в нем кончилась жизнь! У меня не было никаких доказательств, но я именно тогда заподозрила в первый раз Узумаки. А потом, после того, как я приняла бразды правления, всё и началось. Благо хоть клан вывести смогла хотя бы частично! Я молчал, не зная что сказать. У меня «трагедия» переноса во времени и длинных волос, что мне мешают, у Учиха — горячая вода, у Сенджу — отсутствие свежих яблок, Хагоромо гундят, что нет Солнца и не погреться под ним (любители позагорать бля!), Харуно просто недовольны отсутствием окон! А вот она сейчас стоит передо мной вся готовая жить и бороться не только за себя, но и за свой клан, а за одно и мой, и всех нас пришлых и недовольных. И её глаза горят огнём и мне стыдно под этим взглядом за себя и за всех нас. Всё-таки иногда лучше молчать, ведь мы по сравнению с людьми их клана кажемся какими-то изнеженными детьми! Я просто молча киваю ей головой и отвожу взгляд. Она так сочувственно на меня смотрит, гладит по плечу, и улыбаясь произносит: — Говорят, что великая Богиня и Мать всего живого не посылает ноши тяжелее, чем человек может унести! Она всегда смотрится неподъемной, но если человеку хватит смелости хотя бы к ней подойти, то, значит, он сможет и поднять её, и понести! Перед моими глазами отчетливо вспыхивает вид крови на внутренней стороне её бедер, её измученный вид и спутанные волосы после плена у Узумаки. И я еще раз убеждаюсь в правильности своего решения увести всех с земель страны Огня. По сравнению с тем, что творится здесь, все наши битвы какие-то разборки в стиле «стенка на стенку». А из-за угла за нами наблюдали другие кланы, что (я в этом уверен) местами искусственно подогревали нашу вражду, пока мы недалёкие не видели дальше своего носа. Шайори отходит от меня и выкладывает передо мной все виды семян, что были у ее клана в запасе. Видовое разнообразие было вполне себе адекватным, но что-то посадок я не увидел. — Почему вы не засаживались этой весной? — интересуюсь я, радуясь её такту и уникальной способностью — вовремя сменить тему разговора. — Нам было не до этого, — честно признается она. — Нужно было первым делом возвести защиту от Узумаки и построить общее жилище. Это было первостепенным и единственно необходимым на первое время. Сначала мы жили в наскоро сколоченных домах-бараках. Собственно, в них мы и перезимовали, как раз создав и укрепив защиту от Красноволосых. Затем, уже ближе к весне, приняли решение, что нам нужно нормальное убежище, а не две щепки, сбитые в кучу, через которые гуляет ветер. Так и появился наш дом. — Понятно, — отзываюсь я беру некоторые семена, вспоминая, что для них должно хватить время вызреть. — А за провизией вы плавали на соседние острова? — Да, на тех островах, где ведётся торговля, не сложно найти интересующий товар. Были бы деньги, продадут всё, что захочешь, — она приносит ещё один мешочек с семенами. И я ловлю себя на мысли, что не смотря на спешное покидание своего острова, они умудрились собрать всё необходимое для жизни. Быстро «шуршали чешуёй»! — У нас есть деньги. Мы можем купить на них еды на зиму, — произношу я, продолжая отбирать нужные семена. — На островах ходят свои, «особые монеты»! И свои вы сможете поменять на них по невыгодному курсу, — она чуть печально улыбается. — На нейтральные острова и острова не-Узумаки есть смысл суваться, имея товар, за который сразу получишь местные рьё, и уже потом на них покупать то, что нужно. — Ёп-твою-мать! — почти шиплю я. — Чтоб что-то продать, нам надо это что-то заиметь! А у нас и так всего в обрез! — Значит, не в этот раз, — произносит она и виновато улыбается, уходя вслед за мои братом, что заглянул в комнату в её поисках.--- ---
Чуть позже, где-то через час, ко мне приходит Току Сенджу. Она сосредоточенна и внимательна, но это всегда так, ничего удивительного. — Ты звал меня? — сразу без приветствия начинает она, беря «быка за рога». Забавная и очень ответственная молодая женщина. — Разумеется, — я выкладываю перед ней на стол мешочки с семенами. — Судя по отчетам, что мне предоставили в клане, ты не только воевала на клановых сходках, но и сажала возле своего дома приличный огород. Так вот, теперь я освобождаю тебя от боёв, и тебе задание: обеспечить нас всем, чем ещё возможно в этом году, подготовить землю для засадки в следующем. — Я? — она смотрит на меня огромными глазами. — Ты хоть соображаешь, что говоришь? Одно дело выращенные овощи на себя, а совсем другое — на целый клан! Да я для начала не смогу столько земли в одиночку обработать! — Бери с собой в помощь Харуно! Они весьма трудолюбивы и усердны! — распоряжаюсь я, вспоминая Сакуру. — На первое время их тебе вполне хватит! — Нужен письменный приказ, иначе они не пойдут! — она скрещивает руки на груди и недовольно кривит губы. — Я бы без приказа никуда не пошла! — Будет тебе приказ! Сделай так, чтоб у нас хоть что-то было на столах, кроме этой баланды из рыбы в следующем году, а лучше в этом! — отдаю приказ я. — Ну, что-то будет, — она перебирает подписанные мешочки с семенами. — Но вот я не гарантирую ничего: местные ветра всё выстудят! И это проблема! — Я понял! Я постараюсь решить её в ближайшее время! — обещаю я. — Постарайся! — на пороге моей комнаты она оборачивается. — Я верю в тебя, братец! Дверь закрывается, а я с облегчением вздыхаю, ведь она согласилась, и это главное! Ведь сам я так ничего и не помню из памяти Хаширамы, да и сомневаюсь, что он интересовался садоводством. «Видать, придётся и мне осваивать этот навык с нуля?» — усмехаюсь я, ловя себя на мысли. что жалок в своем незнании! Даже этого во времена пребывания в Конохе я не изучил! Дурень! Как бы это теперь помогло!--- ---
Чуть позже
С чего должна начаться любая Деревня? С красивого названия? С дома Хокаге? С пафоса в речах? Не в нашей ситуации, уж это точно! В доме змеелюдей было предусмотрено многое просто идеально, но вот воду они грели за счет дерева (в чем их нельзя винить), вырубая и без того немногочисленные заросли на острове. Предприимчивые люди с несгибаемой силой воли экономили топливо, как могли, но в понимании Учиха это было фирменным издевательством над их нежными душами! — Ещё, левее! — методично поправлял шиноби Изуна, веля расставить котлы для нагрева воды максимально удобно. — Вот так! Очень хорошо! Посрединке! Учиха не были бы Учиха, если бы, как выяснилось недавно, не изъявляли желания мыться каждый день в горячей воде раза по два не меньше! Теперь напротив каждого котла, которые спешно наполнялись водой из подведенных труб (змеелюды умницы!), стоял мелкий представитель клана Огнепоклонников и подрагивал от напряжения, ведь они здесь все по поручению аж Второго из Учиха! Какая ответственность! Какая честь! — Слушаем сюда! — заявляет младший братец Мадары, поправляя длинные волосы, собранные в «хвост». — Ваше задание: нагреть воду в баках за полчаса! Техника: Огненный Шар. Не забываем, что струя пламени должна быть максимально плотной и горячей! Время пошло! Лить воду и почем зря, была фирменная привычка Огненного племени. Они почти сразу, как Изуна получил от меня разрешение, стал модернизировать местные купальни под себя: побольше емкостей для воды, в которых они любят лежать после того, как отмоются, побольше ковшей, камней, что они нагревали Огненными техниками, а потом поливали заваренными травами, побольше ушат, запарников, лоханей. Даже странно, что люди с Огненной стихией так любили воду! Изуна требовательно смотрел на часы, отмечая, что время почти что вышло, и мелкие должны были справиться с таким по его мнению плёвым задание! Учиха медленно прошел между котлов, загляну в каждый из них, и отметив, что вода нагрета до нужной температуры. — Теперь едим и все мыться! — распорядился капризным голосом он.--- ---
Ужин был в самом разгаре. Все сегодня были наредкость воодушевлены! Ещё бы! Весть о том, что после трапезы Учиха всех приглашают мыться как у них положено, интриговала! Люди спешили проглотить свои скудные порции, хотя обычно растягивали сомнительное удовольствие. Мадара подал мне знак, что настала наша очередь идти в купальни, и я пошел следом за ним, отставив в сторону пустую и вылизанною мной тарелку.--- ---
Как только дверь открылась, на меня пахнул клубами горячий пар. От неожиданности я отпрянул назад, уткнувшись в стоящего за моей спиной Главу клана Учиха, что на это только хмыкнул. — Идем! А то весь пар осядет! — велел он, подталкивая меня вперёд. И я пошел, оставляя в предбаннике свои вещи, собранные в кучу.--- ---
Не сказать бы, что в клане Сенджу принимали «холодные ванны», но клан Учиха меня поразил размахом до мозга костей! Здесь всё было во владениях горячего, обжигающего воздуха. Он был влажным, обволакивающим. То тут, то там, мелькали обнаженные тела, слышался довольный смех мужчин и женщин, в тазах отмокали довольные жизнью дети, старики грели кости на полках, что были сооружены Учиха. Ковши с горячей водой были выплеснуты на раскаленные камни, и помещение заволокло густым душистым паром под ободряющие возгласы тех, кто сейчас был здесь согласно очереди. В сумраке послышались шлепки ладоней об обнаженные тела, и когда пар немного схлынул, на задницам некоторых мужчин красовались отпечатки явно женских ладошек. — Игра нашего клана, — пояснил мне Мадара. — Теперь они должны найти ту, кто это сделал! — И какой приз? — интересуюсь я, идя следом за Учиха. — Да, как договорятся, — усмехается он. — Нам надо поспешить отмыться и ещё веник себе отбить! Я увидел вдалеке в запарнике ветки берёзы, что были связаны в действительно веники, и дожидались своего часа. — Зачем они? — удивляюсь я такому варварству по отношению к деревьям, коих тут и так не особо много. — Скоро узнаешь! — усмехнулся Мадара и, взяв ушат стал наливать в него воду.--- ---
Я почти что блаженно закрыл глаза. Вокруг меня была горячая вода, много воды! Я сидел в большом чане и, кажется, терял связь с реальностью. — Вот это я понимаю: мытьё! Ну, как? Понравилось? — поинтересовался Мадара, что сидел рядом со мной. Я не хотел ему отвечать, и он толкнул меня ногой под водой. — Не спи! Дома поспишь! Не забывай: нам ещё над камнями просушиваться! — Угу, — медленно разлепляю я глаза. Мне жаль, что в своё время я не знал о клане Учиха почти ничего, иначе бы точно сдружился бы с Саске и напрашивался к нему в клан на помывку! Жаль, что я был так глуп в детстве, и вместо того, чтоб думать мозгами, махал кулаками! — Ох ты! — тихо произносит Мадара, и я разлепляю глаза, ведь этот человек не станет сотрясать воздух понапрасну. Клубы пара вновь слегка рассеиваются, и я вижу перед собой, дальше, в другом конце купальни, Изуну Учиха, что сидит в чане с водой. Не такое уж и интересное зрелище: голый мужик в чане! Но вот то, что там вместе с ним, смущенно краснеющим, плещутся четыре девицы, вызывает ухмылку на моём лице. — Уж не те ли это, что слушали наши разговоры в коридоре? — задаю я риторический вопрос. — Именно они! — Мадара хохотнул, когда одна из них прижалась внушительными грудями к Изуне. — Я тебе больше скажу: они на него с первого дня «глаз положили»! Я Изуне не говорил, а только наблюдал за тем, как они прячутся. Вот, сил у них больше прятаться нет! По помещению раздался счастливый полуписк-полувизг, и все четверо прижались к бедному мужику. — Они все одинаковые? — осознал наконец-то я то, что меня напрягло в них. — Да вот ещё! — раздался сзади от нас голос Шайори. — Все разные! Они применили технику «мягкой модификации тела»! Нахалки! Еще и сиськи себе увеличили на три размера! Бедный Изуна! Сейчас я его освобожу! — Не надо! — попытался Первый Учиха, но не успел остановить змеелюдку, которая в одно мгновение выполнила «модификацию тела», и на половину превратила своё тело в змеиное (ниже пояса). Расстояние от нас до Изуны было преодолено ей за мгновение, и на девиц посыпался град ударов мокрой тряпкой. Они запищали, тщетно пытаясь прикрыться руками, но модифицированное тело претерпело значительные изменения. Оно даже с виду стало значительно сильнее и накаченные что ли? — Как её Узумаки смогли поймать? — еле слышно произношу я, полностью захваченный до этого невиданным зрелищем. Девицы выскочили из чана, и стало понятно, что все они друг на друга не похожи совершенно! И формы у них не такие уж и выдающиеся. — Вот проказницы! — усмехнулся Мадара и опустился в воду ниже. — Хм! Почти идеальное частичное изменение тела! — донеслось до моих ушей тем временем. — Ну, ещё бы! Она же из Главной ветви! Да ещё и тренировки с детства проходила! — услышал я второй женский голос откудова-то у себя из-за спины. — Дочь Главы! — одна из них усмехнулась. Но миг, и Шайори оборачивается в нашу сторону. Зрачки её фокусируются на двух говорящих, и она молниеносно срывается с места, по дороге хватая руками огромный чан с водой. Ещё миг, и вода летит в нас, но приземляется за нами, аккуратно на двух змеелюдок имеющих очень «длинные языки». Визг заполняет помещение, а Шайори улыбается! — Нравится? — интересуется она, подползая ближе, и я слышу, как слегка шуршит чешуя на её хвосте при соприкосновением с полом. — То-то же! Еще раз рты откроете, и я вам языки поотрезаю! Две змеелюдки извиняются и спешат уйти, а Глава их клана выполняет обратную «трансформацию тела» легко и быстро. — Почему ты так разозлилась? — спросил Мадара, у которого язык местами был длиннее, чем у змеелюдей. — Да, так! Ничего! — она чуть недовольно кривит губы. — Просто они так и не могут пережить, что я — лучше их. — Была какая-то битва? — интересуется Глава клана Учиха. — Да как сказать… не совсем! Мой отец принял решение, что будет скрывать ото всех, что я его дочь до поры до времени. Он считал, что люди могут избаловать меня своим чрезмерно хорошим отношением ко мне. И поэтому, когда я пришла учиться, никто не знал кто я и из чьего Дома. Всем представили, как сироту. А эти две были со мной в группе. Они пошли учиться позже, и потому были сильнее всех, из-за чего в итоге зазнались. До сих пор не могут пережить, что я стала сильнее их благодаря тренировкам, да и что не сиротой оказалась, хотя, теперь я сирота, — чуть улыбнулась она. — Это не важно, — Мадара улыбнулся ей шире. — Теперь это не важно, ведь ты благодаря тренировкам смогла доказать всем, что чего-то стоишь. Шайори смущенно заулыбалась и чуть опустила взгляд. Сзади от неё появился Тобирама, что недобро посмотрел на Мадару, и поспешил увести свою избранницу. — Мадара, — тяжело вздыхаю я. — С огнём играешь! Тобирама злопамятен! — Тобираме стоит привыкать, что на такую сильную и красивую женщину будут смотреть! И если он так будет реагировать на безобидные слова, то однажды это кончится плохо. Кто-нибудь воспользуется этой его неадекватной привязанностью. Поговори с ним на счет этого, — произносит он. Я ничего не отвечаю, но понимаю, что говорить с Тобирамой стоит, и занять его чем-нибудь, чтоб «голова кругом» от девицы не шла. Раздается гонг, который оповещает, что наше время истекло, и мы спешим на выход, ведь дежурным Учиха следует нагреть новую партию воды и проветрить здесь.--- ---
Я лежу спокойно на кровати, прогретой теплыми камнями, что натаскали сегодня в убежища дети Сенджу, а нагрели дети клана Учиха. Жизнь удалась! Теперь мне становятся понятны страдания клана Учиха! Глаза мои уже закрываются, и я готовлюсь уснуть. — Отлично! Давно так надо было сделать! — явно довольный жизнью плюхается рядом со мной Тобирама, стараясь залезть под моё одеяло. — Что сделать? — сразу навостряю уши я. Он тихо хохочет минуты две, но потом всё-таки берет себя в руки. — Знаешь, я слышал, что Учиха мыться любят, и толк в этом знают! А чего от них хотеть, если воду нагреть для них — раз плюнуть? — он выдержал паузу, видать, надеясь, что я догадаюсь сам. — Так вот, я подговорил Харуно, что отвечали за горячую воду, и сделал так, чтоб на Учиха всегда было её мало! — Ты больной что ли? Нахрена? — я вскакиваю с нагретого места. — Они вообще-то наши союзники! А если бы они с психу бунт тут устроили? — Да не устроили бы! — Тобирама смотрит на меня скептически. — Они ведь решили проблему! Я злюсь. Я очень на него злюсь! Ходить и наблюдать за целым кланом, что в гневе реально страшен, это весьма щекотливо! А тут оказывается опять мой братец постарался! Я вздыхаю, и беру себя в руки. — Слушай сюда, засранец! Еще раз что-то сделаешь без моего ведома, получишь при всех, как тогда в клане, помнишь, когда Учиха нам пожар потушить помогли? — Тобирама посмотрел на меня недовольным взглядом. — И ещё на счет Шайори: мне твоя неадекватная привязанность не нравится! Держи себя в руках! Если даже ей кто-то что-то говорит! Иначе однажды этим ты навлечешь беду и на себя, и на неё! Понял? — Понял, — буркнул он и тяжело вздохнул, я отвернулся от него и решил ложиться спать — ведь мне завтра много работать. — Я хотел как лучше. Если бы я не сливал им кипяток, то мы бы так и мылись в «двух тазах на человека». — Извини, — я понимаю, что с одной стороны он прав. — Но давай договоримся, что в следующий раз ты согласуешь свою самодеятельность со мной? — Хорошо, — коротко кивает он.--- ---
Тобирама спит рядом со мной тихо сопя. Он уже давно спит, обнимая меня. Сначала я откидывал его, а потом понял: так теплее. На мгновение я задумываюсь, понимая, что после положенного срока ухаживаний, он уйдёт к Шайори, а я останусь тут один. Мысли стекаются к тому, что будет уже не так тепло и удобно. «Может быть, взять себе девчонку «чтоб грела футон»? Я знаю, что порой так делают. Но часто на них в итоге и женятся, а я в данный момент не готов связывать себя с кем-нибудь. Всё было бы проще, если бы здесь была Сакура! Как я скучаю по ней! Да её редкие скандалы теперь не кажутся чем-то раздражающим!», — думаю я раздосадовано и закрываю глаза. Тобирама Сенджу обнимает меня сильнее и шепчет имя любимой. Я же понимаю, что этого неугомонного деятеля нужно чем-то занять, иначе он ещё что-нибудь придумает. Я размышляю на эту тему, но не замечаю, как засыпаю.
