Часть 3. Глава 1. Древо
31 июля 2021 г., 15:49
Часть 3. Глава 1. Древо
Мито Узумаки стояла рядом с огромным Древом, которое возвышалось одиноко и горделиво на вершине острова-скалы, где не так давно скрывались Хозуки. Следы недавно прошедшей битвы все ещё были видны: то тут то там, по дороге к странному и такому нехарактерному для этого месту новообразованию, будущая Жрица видела кровавые пятна на светлых скалах. Говорят, что красное смотрится красиво на белом, но это враньё: ржаво-коричневые пятна крови смотрелись уродливо на светло-сером фоне скал. И меньше всего в душе молодой женщины возникало желания ликовать на счет «песни битвы», что не так давно была здесь. Порыв ветра вздыбил вверх её красные волосы и зацепился за листву, защуршав ей. «Странно. Уже достаточно холодно, а оно и не собирается сбрасывать листьев, хотя должно было бы понять, что не время держать их на себе», — удивилась своим наблюдениям Мито и дотронулась до коры Древа. Странное тепло разлилось под ладонью и создалось впечатление, что под ней пульсирует сила. — Не стоит трогать его руками раньше времени, — одернула девушку Кин. — Мало ли. — А я и говорю, что он просто взмахнул рукой, — донеслись до их слуха слова одного из Хошигаки, что теперь принял командование их кланом на себя, — вот так! И ничего сначало не произошло. Мы уж думали что этот вопль его про «Рассенган» просто блеф, а потом Глава наш схватилсЯ за сердце и его на куски дерево разорвало. — Понятно, — ответил ему Ашина, задирая голову вверх и смотря на гордо шуршащее зеленой листвой дерево. — Спилить бы его на древесину. — Как спилить? — шепчет Мито Кин. — Оно же не похоже на другие деревья. — Главе клана виднее, — одергивает воспитанницу Хранительница Шинигами. — Пойдём, не стоит тут стоять, да и отплывает в скором времени наш корабль. Мито всё оборачивалась, смотря, как несут специальные печати и накладывают на ствол Древа. Но вот все отошли на значительное расстояние, и теперь складываются печати, что активируют энергию в бумажках и ствол дерева аккуратно будет срублен. Мгновение, раздается звук, подобный взрыву, и всё вокруг заволакивается дымом. Ашина ждет, напряженно постукивая пальцами по палубе корабля. Но вот ветер разгоняет дым от техники и Древо на месте цело и невредимо, но вокруг него теперь светится защитное поле. — Великое Древо, — шепчет Глава Узумаки еле слышно, но Мито улавливает смысл слов отца. Глава клана красноволосых молча сходит обратно на берег беря с собою другие печати. Он неспешно подходит к Древу, которое теперь сразу «напрягает» защитное поле при приближении человека. Человек кажется таким маленьким в сравнении с даже сейчас небольшим Древом! Поле чакры сияет чуть ярче, предупреждая, что ходить сюда с погаными печатями не стоит. Но Ашина протягивает руку вперед и начинает напитывать поле своей чакрой. Древо успокаивается и поле слабеет, пропуская Главу Узумаки вперед. Мужчина не спеша подходит к стволу почти вплотную, кланяется, и потом прикладывает печать к стволу, активируя. Чакра, запечатанная внутри, поглощается Древом, и оно не смотря на отсутствие ветра в данный момент шелестит листьями. Мито с восторгом смотрит на происходящее с корабля, но она такая тут не одна. Следом за одной печатью, распечатываются и ещё несколько десятков. Древо довольно шелестит листвой, и поле больше не поднимает. — Собирайте людей и уплывем отсюда, — велит он сразу, как возвращается на корабли. — Отец, почему ты кормил его чакрой? И как оно может защищаться? — спрашивает Мито, сразу, как предоставляется возможность. — Это не простое деревце, — отвечает мужчина дочери. — Уж не знаю, как Сенджу смог создать его или вызвать в наш мир, но оно тем не менее есть, и если не относиться к нему уважительно, то всю кровину нам свернет и чакру высосет ото всюду, откуда только можно. — Оно в самом деле на такое способно? — с сомнением интересуется Кин, стоящая здесь же. — Да, судя по обрывкам легенд, которые дошли до нас, оно и не на такое способно, — Ашина вздыхает. — Нужно будет отправить сюда охранные отряды сразу, как вернемся к себе на остров. Нужно чтоб этот подарок сомнительного качества (эти два слова он прошептал, словно боясь, что дерево услышит его вот отсюда, с отплывающего от острова корабля) никто не тревожил лишний раз. А то начнет бесноваться! — А с виду ничем не отличается от обычных деревьев, — пожал плечами Кэтсу. — Только, конечно, обычные деревья предпочитают не расти на голых скалах, да и листву они давно сбросили. — Потому что только с виду оно такое же! — Ашина опять вздыхает. — А на самом деле это чуть ли не божество, только полуразумное что ли. И вызвал его сюда и поставил этот противный Сенджу! Одни проблемы от этого сброда! Ашина после своих слов удалился, следом за ним ушли Кин и Кэтсу. Мито еще долго смотрела на Древо, на его необычайно зеленую листву, пышную крону. Она чуть улыбнулась, восхищаясь им. На это древо зашуршало листвой. «Слышит что ли?» — удивилась она и незаметно для других помахала ему рукой. Корабли плыли вдаль по морской глади, а древо возвышалось над, кажется, всем мирозданием, иногда шурша своей кроной.--- ---
Коноха
Мы успели вернуться к себе на остров до прибытия Кагуя. Их пестрые корабли причалили к нашим берегам через два дня и теперь происходило активная высадка воинственного клана к нам на остров. В наши подземные хранилища стаскивались мешки с крупами и прочими съестными припасами. Мимо нас туда и сюда сновали люди, торопясь выполнить план работ до захода Солнца. — Мой многоуважаемый Отец! — приветствует меня Яритэ и весь светится от счастья при виде меня. — Я извиняюсь, что в этом году мы складывваем свой провиант к Вам в хранилища! Но я обещаю, что в следующем году мы построим свои и не станем стеснять вас! — Да это не важно, — отмахиваюсь от него я, — всё-таки жить в одних подземельях будем… — Нет, — перебивает меня он, — мы не станем так стеснять твоих людей. К тому же у нас есть переносные дома, которые мы взяли с собой и к вечеру уже соберём несколько. Так что переживать не стоит. От услышанного у меня слегка стал подёргиваться глаз. И невдомёк блаженному, что сюда и волны залетают теперь на раз плюнуть, ветер здесь гуляет, как хочет. И его порыв тут же поднял вверх мои ровно в половину ставшие короче волосы. «Тварские Узумаки!» — с досадой подумал я и пригладил свою лохматую шевелюру. — Яритэ, послушай меня внимательно, пожалуйста, — обращаюсь я к нему, отвлекая от выбора места для нового дома. — Это не лучшая идея — остаться на поверхности! — Почему? — он смотрит на меня с интересом, но природная упёртость тут, конечно, более главенствующий фактор. — Потому что защитные валы разрушены Узумаки, молодой лес тоже сожжен ими же… — Ничего! Предки наши велели тела закалять и не изнеживаться! Так что это как раз то, что нужно! — заверяет меня он. — Да вас тут просто смоет, а тех, кого не смыло — ветром в воду снесет, и я однажды по утру найду кучу мороженного мяса! — выхожу я из себя. — И о каких тогда походах по весне можно говорить? Даже если вы тут уцелеете, то потом будете все с соплями и харкать! Меня это не устраивает! — Апчьхи!!!!! — раздалось на весь остров и я обернулся, увидев ещё одного беловолосого ребенка клана Кагуя. «Есть ещё костистые Кагуя? Как бы их сразу-то к рукам прибрать?» — при виде мелкого мальчишки я постарался не подать вида в своей заинтересованности. — Я понял, — согласился Кагуя. — Но завет предков… — Времена изменились! Много воды с тех пор утекло! — перебиваю его я. — Адекватнее надо смотреть на мир и на жизнь! Кагуя на это вздохнул, потом ещё раз, а затем на горизонте появилась Мегуми Учиха и как-то решительность Яритэ сразу поубавилась, особенно после того, как её гневные глазища угрожающе сузились при виде Главы Кагуя. — Ты рискни об жизни в неудобных времянках своей возлюбленной сказать. А мы всей Конохой потом поржем над тем, как она тебя ссаными тряпками на корабль с острова выгонит и заставит уплыть отсюда, — я решил надавить на больное сразу и как следует. — Я понял Вас, Отец, — понуро ответил Кагуя и тяжело вздохнул. — Так, — первое, что произнесла Мегуми, подбежав к нам. — Где мой обещанный подарок? И что вы тут про меня у меня за спиной говорили? — Я чуть позже подарю, — совсем по-детски разрумянились скулы у Кагуя. — Я самый лучший выбрал! — Посмотрим, — заявила Учиха и пошла в сторону Конохи. Яритэ же поспешил руководить процессом разгрузки дальше, впрочем, поглядывая в сторону возлюбленной, которая еще долго стояла и наблюдала за процессом со стороны.--- ---
— Шайори, — обращаюсь я, стоя и смотря на всё это со стороны. — Чего? — отзывается она и подходит ко мне. — Мне нужно узнать сколько ещё детей подобных Яритэ есть у Кагуя? — обращаюсь к ней я шепотом так, чтоб никто не услышал. — Да без проблем! Сегодня в бане пересчитаем! — говорит она совершенно не скрываясь. — Да не ори ты! — оглядываюсь я по сторонам, но вижу, что никто ничего и не заметил. — Как нас ещё не услышали! — Да и не услышат, — заявляет она. — Особая техника моего клана: когда мы её применяем, никто не слышит что именно говорим мы и наш собеседник, только тихое шипение и то не всегда. — Удобненько, — киваю головой я. — И сейчас не слышат? — И сейчас, — кивает она головой. — Так что ты хочешь потом сделать с этими детьми? Себе забрать? Правильно! Нам своих, ручных Кагуя селекционировать надо! Вон какие малепусечки идут! А уже все в соплях! — злобно прошипела Шайори. — Да нам бы хотя бы к нормальным условиям их приучить, а уж потом думать о том, как их куда-то там забирать. Да и есть ли смысл? У них же родители есть, они их как бы любят, — вспоминаю я своё детство и как мне было тяжело одному. — У клана Кагуя другие принципы построения клана. Детей тут всегда рожали много, потому что много из-за их принципов подготовки к взрослой жизни умирало и умирает, так что тут как бы не особо к ним привязываются. Плюс к этому особая философия «жизнь есть бой и смерть за всё награда». Так что не думаю, что с этим возникнут особые проблемы, особенно если учесть, что больных и так сторонятся. Вон, смотри: тот вообще один идет, потому что в понимании Кагуя не жилец. Удивительно, что его вообще сюда привезли. Реалии кланов порой потрясали до глубины души. У змеелюдов выхаживали всех и каждого, потому что считали, что все пригодятся, особенно после тотального прореживания клана. Дисциплина была практически железная. Такое понятие, как обучение — имелось в наличии. Тут было что-то типа академии при Конохе моего времени, с единственным отличием: каждая ветвь клана специализировалась на чем-то своем, уникальном. Вот, занятия были расписаны так, что в определенное время все могли прийти и учиться этому. Это был базовый уровень. Потом определялись самые способные на (скажем так) потоке. И вот они становились учениками при учителях. В итоге зачастую они переходили в семью учителя со всем вытекающим из этого (учитель брал на себя полную ответственность за ученика, в том числе и финансовую, а ученик теперь обязан был считать его даже важнее, чем своих родителей). Чем-то это напоминает ту систему, что откатывал в свое время Орочимару: учеников как бы было не мало. А вот самых приближенных — Кабуто, Саске, Карин, Суйгецу и Кимимаро с Четвёркой звука (может быть, кого забыла?). Они были определены как самые способные, и в них уже вкладывалось по-максимуму. У Кагуя же бытовал принцип «естественного отбора». Почему в кавычках? Да потому что они сами себе устраивали шоковую терапию затяжного характера, а потом гибли от неё массово, считая, что так проявляется воля их Бога и значит, так надо для выживаемости клана. Жили по принципу, раз выжил в тяжелых условиях, то оставит сильное потомство, и так до бесконечности. Проблема была в том, что любое тело имеет предел прочности. Вот и Кагуя его тоже имели. В итоге их «естественный отбор» давно превратился в игру «счастливый случай» по большей степени напоминающий не систему, а белиберду, мешающую клану нормально развиваться. Что в итоге я наблюдаю уже здесь (тупой Яритэ) и наблюдал в своё время: клана Кагуя как бы не существовало — они выжили из ума и погибли в бою. — Шайори, вели Тобираме начинать собирать всех «бракованных» Кагуя, каких получится, сразу. Я думаю, что мы их выходим, — дал я своё распоряжение. — И сразу попробуйте подкопаться к тем, у кого белобрысые дети есть. Они могут быть тоже с интересующим нас геномом. — Хорошо, я передам ему сейчас же, — кивает она головой и уходит со слишком довольной ухмылкой.--- ---
Чуть позже, столовая.
Надо отметить, что запасов у Кагуя оказалось очень много, что меня даже удивило. Видать в этом плане они были как все нормальные люди: пожрать любили. А, может быть, это тоже связанно с их теорией «естественного отбора»? Может, экспериментально установили в своё время, что плохо кормленные дети потом вырастают в мелких Кагуя и плохо дерутся? Да и некормленые взрослые особой силой и выносливостью не отличаются. Суп из копченой миноги приятно пах на все подземелья. Вареный картофель с маслом радовал глаз золотистым цветом. Аромат чая из трав, собранных нашими новыми жителями как-то успокаивал. И я негласно запретил всем нашим пить его, хотя Кагуя налегали и радовались, что нам он как-то не по вкусу. Яритэ Кагуя широкими шагами вошел в каменный зал, который являлся нашей столовой. Он направился прямиком к Мегуми и, подойдя к ней, развернул сверток, что до этого был у него в руках. Огромная шкура белого цвета с черными пропалинками распушилась и теперь чуть поблескивала в свете ламп. Учиха улыбнулась и повернулась чуть боком, чем Кагуя тут же воспользовался, накинув подарок на плечи. По залу пошел тихий одобряющий гул, а Кагуя стоял довольный, как тысячу биджу! Ещё бы: Учиха приняла его подарок при всех, а это означало начала периода ухаживаний, после которого, если всё будет хорошо, будет что-то типа помолвки. — Хороший подгон! — заявил Изуна, стоящий неподалеку от меня. — Качественная выделка, отсюда вижу! — Хочешь себе такую же? — интересуюсь я у него чуть насмешливо. — Не откажусь! Надо бы поговорить с сестрицей: пусть попросит у него таких ещё штук тридцать! — заявил Изуна и пошел к нашему столу, увидев, что принесли еще горячего супа с миногой. — Мы уже начали выполнять твоё поручение, — прошептал Тобирама, подойдя и встав рядом со мной. — А мы им помогаем, — подкрался ко мне сзади Мадара, как всегда абсолютно бесшумно. — И как успехи? — интересуюсь я у них. — Шайори на первом месте по приведенным к нам на воспитание Кагуя. Изуна — на втором. Мы с Тобирамой слишком от них отстаем, — покачал головой Мадара, что теперь тоже стоял рядом со мной, по другую сторону. — Как наши Хозуки? — интересуюсь я. — Очень довольны соседством с нами, — чуть загадочно улыбается Мадара. — Уже затискали наших кошек — даже не знаю, придется увеличить их количество. — Да их и так на каждого Учиха в среднем по три штуки. Куда больше-то? — удивляюсь я. — Хозуки тоже хотят, — пояснил Тобирама. — А ещё надо бы Кагуя приучать к положительным моментам. Прежде всего тех, конечно, кто у нас оказался. Их бабы Изуны уже от соплей лечить начали. — Так он всё-таки согласился? — удивляюсь я тому, как опять не уследил за обстановкой. — Нет, разумеется, но всё к тому и идёт, — заявил Мадара и расплылся в довольной улыбке, если так можно было обозвать оскал. — Купальни мы натопили, так что не забудь, что вечером мы туда идём. А впрочем, если что, то Изуна за тобой зайдёт. — Не стоит — я и сам не потеряюсь, — отвечаю я Мадаре и вижу, как там, в коридоре, Шайори уже что-то втирает какой-то Кагуя. — Кажется, она опять нашла «сложный случай», — усмехнулся Тобирама. — Пойду я к ней — помогу немного. — Да она сама справится как надо! — заявляет Мадара. — Есть иди, а то уже половины супа нет — сейчас всё сожрут. Тобирама и Мадара решили поспорить на эту тему, ну а я же присоединился к Изуне, который под шумок уплетал вторую тарелку.--- ---
В купальне было жарко от пара. Я отправился в поисках свободной емкости с горячей водой, попутно наблюдая за обстановкой. Мадара уже валялся в своем чане и рядом с ним в воде сидела Хикари Хозуки. Она не спеша потирала его плечо мочалкой — Учиха пытался сохранить весьма отрешенное выражение лица, но я знал его давно и прекрасно видел, что тому слишком приятно. Глаза его неожиданно распахнулись и он уставился Шаринганами на свою, очевидно всего, жену в будущем. Она невинно похлопала ресницами и приступила к дальнейшему натиранию его тела. Изуна Учиха сидел в воде в окружении четверых змеелюдок и тяжело вздыхал. На страдальца то и дело кидали завистливые взгляды, особенно Кагуя, но Учиха было всё равно. Мимо широко ступая прошел Яритэ, неся подмышкой Рури, которая упиралась и заявляла, что может ходить сама. Смотрелось это забавно, особенно если учесть, что девчонка была всесьма верткой, но вырваться у нее не получалось. — Мой многоуважаемый отец!!! — заорал Яритэ на всю купальню. — Не хотите ли помыться с нами?! И я понял, что он уже нашел себе чан с подогретой водой. Я осмотрелся по сторонам и увидел в другой стороне свободную ёмкость. И что-то мне подсказывало, что с Кагуя спокойно посидеть и отдохнуть не получится. Они как-то уж слишком быстро привыкали к теплу: плескались в горячей воде похлеще рыб. — Не, я нашел себе отдельную! — отказался я и залез в горячую воду найденного мной чана. Кагуя довольно улыбнулся и перехватил Рури рукой поудобнее, на что она опять недовольно завошкалась, получила от Главы по заднице, взвизгнула, но брыкаться не перестала. — Ну, мелкая, готовься! Сейчас будет твой заплыв! — заявил он ей. — Не хочу! — заявила она. — Там вода кипяток аж парит! — Ничего не кипяток! — Кагуя сунул руку в воду и проверил. — Как парное молоко! И с этими словами кинул дочь бывшего главы своего клана в чан с водой. Мелкая кувыркнулась, из воды показалась её голова с перекошенным от злости лицом. — Ты! — заорала она. — Зачем ты так?! И в этот момент по помещению повеяло холодом, а вода в чане начала покрываться льдом. «Матерь Кагуя! Да она смесок с кланом Юки! А холоду-то нагнала!!! А я-то думал, что это у неё внешность чуть отлична от других Кагуя?» — и я погрузился поглубже в горячую воду. — А ну перестань! — по помещению поползла Ки такой силы, что я невольно зауважал Мегуми Учиха. — Если сейчас же не прекратишь, я тебя при всех палками высеку! Ты слышишь, Рури? — Слышу, — испугалась девчонка. — Я сегодня за купальню отвечаю! А ты мне тут всю проделанную работу испоганить своими льдинками решила? (по помещению в самом деле летали крупные снежинки, вылетая из чана, в котором сидела Рури) Совсем нюх потеряла? — продолжала зверствовать Учиха. — Нет, — промямлила девчонка . — Еще раз так сделаешь, и я тебя точно в кипяток кину! Чан лично для тебя согрела и даже трав туда накидала от твоих соплей! А ты вопишь тут на всю Коноху страдалица ты наша! — Мегуми продолжала давить на мелкую своей Ки. — Я больше не буду, простите, — промямлила она и потупила взор. — Попробуй мне только! — пригрозила ей кулаком Мегуми и развернулась в сторону печи и Ки вновь всколыхнула пространство. — Богиня, сошедшая с небес! — раздался восхищенный голос Яритэ. — А ну быстро пойди и открой дверь! Мне тут приток воздуха нужен! — заявила Мегуми, сверкнув Шаринганами. Кагуя поспешил исполнить и теперь Учиха сложила печать руками и тонкая плотная струя огня начала разогревать воду в чанах и в печи, за одно вновь нагревая воздух. В купальне довольно загомонили и вновь началось мытьё. Потом Мегуми повернулась к Рури, что притихшая сидела в холодной воде покрытой с краёв льдом. — Ещё только рискни напакостить! — заявила Учиха и струя огня устремилась прямиком на железный чан с водой. Лед быстро растаял, а от воды шел пар. Сестра Мадары потрогала воду рукой, удовлетворенно кивнула головой и, подойдя к печи, плеснула на камни, лежащие сверху, воду, в которых заваривали березовые листья. Помещение наполнилось густым паром, и об случившемся инциденте можно было забыть. Рури, кажется, забыла: она уже увлеченно водила по поверхности воды расписной деревянный кораблик, который ей принес Яритэ. — Такая мелкая и так легко всё заморозила, — удивился я вновь способностям девчонки. — Просто это потомок одной из женщин клана Юки, — услышал я голос у себя рядом с ухом. — Умари? А ты здесь как оказалась? — удивился я прыткости старшей сестры Хикари Хозуки. — А я от холода здесь спряталась! — хитрыми глазами посмотрела на меня девушка. — К тому же чанов пустых больше не осталось… — Понятно, — лаконично ответил я, когда почувствовал, как к моей спине не двусмысленно прижимаются её выпуклости. — Позволь, я потру тебе спинку, — произнесла она так, будто бы мы этим всегда занимаемся. — Да как сказать… — меня такая её близость несколько напрягала. Всё-таки как бы я не каменный, а она гладила по спине, шее, волосам слишком уж умело. — Да так и скажи, — она прильнула ко мне вплотную и теперь нагло обхватила меня бедрами сзади. — Ты-мужчина, я — женщина. И в нашей близости будут только сплошные плюсы! — Угу, — усмехаюсь я, понимая, что шустрая не только её младшая сестра. — Только вот а вдруг ты потом жалеть будешь? А? Её ручонка слишком быстро и цепко обхватывает мою плоть. — Глупости! — по слогам произносит она и начинает водить рукой вверх и вниз, хихикая. — Расслабься и понаблюдай за окружающими! Вон, Учиха так вообще Шаринганами по сторонам сверкают, Сенджу в чанах тоже далеко не святые, а Харуно! Эти только с виду образец целомудрия! Хагоромо как всегда изобретательны! А вот Курама даже тела друг друга лечебной глиной разрисовывают! Про змеелюдей я вообще молчу! А Кагуя пока что отогреваются! — И только Хозуки святые, — усмехаюсь я. — Ну, да! — просто ответила она, на что я тяжело вздохнул. — Я понимаю — это не то, на чем стоит строить отношения, но это ведь тоже важно. Да и ни к чему ни меня ни тебя не обязывает, так что просто расслабься и получай удовольствие! — Ну, давай! — усмехаюсь я и завожу свои руки под водой назад, верно отыскивая её ноги, а по ним скользя к лону. — Расскажи мне про предков Рури. — Хорошо, — промурлыкала она. — Все знают в нашем клане. что когда-то давно женщина из клана Юки полюбила мужчину из клана Кагуя и ушла вместе с ним. У них родились дети, которые потом стали представителями главной семьи. Вот эти вот с белыми волосами. Правда способностей матери у них ни у кого не было. Но порой, очень редко рождаются такие, как Рури — с темными волосами и способностями замораживать всё вокруг. — Забавно у них гены распределились, — отмечаю я, ловя себя на мысли что ручонки Главы Хозуки движутся к своей цели. Так же я вспоминаю Кимимаро Кагую, смотрю на Яритэ и понимаю, что внешне они прилично отличаются от своего клана. Жаль, что я не Орочимару и не смогу разгадать тайны их генома.--- ---
Позже я лежу у себя в комнате и довольно жмурюсь под теплыми одеялами. Этот день подошел к концу и мне не терпится уснуть, что я и делаю. На утро я просыпаюсь и по какому-то наитию, одевшись, поднимаюсь на поверхность. Рано, большинство людей спит. А на поверхности в это время небо заволокло тучами низкими и тяжелыми. Я смотрю на воду, которая бушует и вздыбливается волнами. Про себя отмечаю, что по весне нужно проделать всю ту работу, что я уже делал по второму разу. Это навивает несколько грустные мысли. От них меня отвлекает чьё-то прикосновение к лицу. Я оборачиваюсь, ведь тут никого не может быть — я отошел весьма далеко. Но рядом со мной парит светящаяся точка. Я касаюсь её и предо мной возникает полупрозрачное очертание старейшины Ясу, сотканное из света. Она улыбается мне и поднимается вверх, вновь становясь частью защитного купола. «Так много надо сделать!» — думаю я и продолжаю смотреть вверх, где ещё помимо неё я сейчас вижу чуть светящиеся точки, которые были не видны до этого. Вспоминаются события того дня и я закрываю глаза потому что их жжет. Горячая капля катится по щеке и улетает куда-то вниз. Я чувствую это. А следом на моё лицо падает что-то холодное. Глаза мои открываются и я вижу снег. Кругом и всюду теперь падает он, застилая собой истерзанную землю. Красиво. «Интересно, а как то дерево, что я ненароком вырасти на острове-убежище Хозуки?» — вспоминаю я о нем, думая, что листву скорее всего спешно сбросит — холодно.--- ---
На острове-убежище Хозуки
Древо встрепенулось. Листья его навострились и зашумели. Там, ещё севернее, чем находится оно теперь, о нем думает Создатель, а, значит, есть смысл расти.
