Чудовище

Когда Саске и Рьюзецу разработали план, они вернулись в тюрьму, чтобы дождаться следующего дня. По своей сути план был максимально прост, оттого и эффективен. Надо устроить бунт между заключёнными. С помощью гендзюцу Саске с лёгкостью поссорит заключённых, тут никаких вопросов нет. Рьюзецу в свою очередь устранит Муи с помощью неожиданного союзника по имени Марой. Он изъявил желание помочь ради собственной свободы. Простыми словами, он использует их, а они используют его. Марой также выдал очень много полезной информации, например, что кровавая тюрьма была построена с определённой целью — открыть Куб Желаний. А для этого нужно много чакры. И Саске, с его огромными запасами чакры, идеально подходит в качестве жертвы для активации Куба. На следующий день план был быстро приведён в исполнение. Начался бунт, и, как ожидалось, Муи не стал использовать свою технику ради такого пустяка. Охранники должны были справляться сами, в конце концов они должны отрабатывать свою зарплату. Тем временем Саске по наводке Рьюзецу нашёл вход в тайную лабораторию, где покоился Куб Желаний. Спустившись на самые нижние уровни, Саске быстро обнаружил свою цель. Трудно не заметить огромную дверь, изображающую лицо какого-то демона. — Так Куб находится за этой дверью, да? — Саске активировал шаринган, чтобы изучить дверь в деталях. Но ему не дали это сделать фигуры в масках животных и плащах. — Наконец-то показались? — Учиха ни капли не удивился. Он заметил их ещё тогда, когда вошёл в эту комнату. Эти люди думали, что с печатью Тенро Саске будет беззащитен, поэтому Учиха позволил им приблизиться и применить против него объединённую технику паралича. — Значит, вы ждали меня. — сказал Саске очевидную вещь. — Так это и есть ваш план? Поймать меня и скормить этой штуке? — Храбрись сколько влезет, Учиха. Твоя судьба уже предрешена. Жертва, принесённая тобой, станет первой ступенькой... — Да-да, избавь меня от своих торжественных речей. — закатил глаза Саске. Прежде чем кто-то успел что-то сказать в ответ, в комнату вошёл Муи, что означало провал Рьюзецу. Либо она преследовала не того человека. — Вот и ты, Муи! Скорее, надо заставить этого наглого мальчишку пожалеть о том, что он не проявил к нам должного уважения! Муи, не говоря ни слова, направился к Саске. Учиха усмехнулся. — Что такое? Нечего сказать перед своим триумфом? — Саске с вызовом посмотрел на главного Надзирателя. — Или ты молчишь, потому что тебя всё ещё терзает чувство вины за содеянное? Что, по-твоему, испытывал твой сын, когда ты собственными руками пожертвовал им ради деревни? Он всё ещё жив там, внутри? О чём он сейчас мечтает? О свободе? Или о возмездии тому, кто так жестоко поступил с ним?! Слова Учихи, очевидно, задели Муи за живое, что отразилось в его глазах. Он уже собирался нанести удар, чтобы вырубить Саске, но внезапно мощная волна фиолетовой чакры отбросила всех присутствующих к стенам. А Муи спиной врезался в дверь Куба Желаний. Огромные рёбра Сусаноо материализовались вокруг фигуры Саске, чтобы защитить хозяина от любой опасности. — Можешь не отвечать, я знаю ответ на этот вопрос. — Саске активировал Мангекьё и посмотрел на Муи. — Его ненависть к тебе была безграничной, и он жаждал твоей смерти сильнее, чем кто-либо другой. Ведь предательство близких — самое ужасное, что может случиться в этом проклятом мире. — По лицу Учихи пробежала тень печали. — Хотя я не знал его лично, я сделаю так, чтобы его душа упокоилась с миром. Костлявая рука Сусаноо потянулась к Муи, как длань самого Шинигами. Муи закрыл глаза, не сопротивляясь, словно уже принял неизбежное. Но смерть не спешила забрать его жизнь. Вместо этого он услышал напряжённый, почти испуганный голос Учихи. — Что за... хрень...?! Когда Муи разомкнул веки, то увидел Учиху, чакру которого вытягивал Куб Желаний. Муи не мог понять, как так вышло, ведь он, как хранитель, ничего для этого не сделал. Неужели Учиха своими действиями активировал Куб? — Эта штука... вытягивает мою... чакру... Саске отчаянно пытался отозвать Сусаноо, но Куб не давал ему возможности прервать их связь. Он тисками вцепился в саму душу Саске и вытягивал из него силы. Как раз в этот момент Муи и его сообщники сбежали на поверхность, чтобы развить свой успех и загадать заветное желание. — А-А-А-А-А-А-А!!! — В ярости закричал Учиха. Пещера начала трястись, когда демон на двери Куба раскрыл свою огромную пасть, за которой не было ничего, кроме бескрайней бездны. Саске почувствовал, как в груди нарастает тяжелый, удушающий страх, словно он вернулся в ту самую ночь, когда Итачи и его последователи безжалостно вырезали весь клан Учиха. Он оторвался от земли, его тело медленно, но неумолимо приближалось к артефакту. Несмотря на все свои отчаянные попытки вырваться, Саске ощущал, что его чакра почти иссякла. Силы покинули его, и он не мог больше сопротивляться. В конце концов Учиха Саске с головой погрузился во тьму, где его разум начали пожирать его собственные внутренние демоны. Бесконечные вопли ненависти и ужаса оттеснили все мысли Саске, не оставив ничего, кроме боли.

ЗА ЧТО?! 

ВЫПУСТИТЕ! 

НЕ ХОЧУ!!! 

БОЛЬНО!!! 

ОТЕЦ!!! 

ПОМОГИТЕ!!! 

УБЬЮ!!! 

НЕНАВИЖУ!!! 

ОТОМЩУ!!! 

УНИЧТОЖУ!!! 

Я ВАС ВСЕХ УНИЧТОЖУ!!!

Гнев затопил разум Саске. Он закрыл глаза и заткнул уши, пытаясь спрятаться от бесконечного потока отрицательных эмоций заточенных душ. Но это не помогло. Он не слышал их, но чувствовал, его душа откликалась на всю тьму, обитающую внутри Куба. Всё было ложью. Куб не исполнял желаний. Он ничего не дарил, а только забирал, извращал и разрушал. Вдруг все голоса разом смолкли. Саске подумал, что его наконец-то отпустило, однако взамен кричащим душам пришёл один единственный голос, который Саске боялся и ненавидел всей душой. — Глупый младший брат. Резко развернувшись, Саске увидел искажённую фигуру Итачи. Его лицо было бледным, как кость, волосы обрели цвет свежего пепла, а белки глаз полностью почернели, лишь его мангёкьё шаринган по-прежнему оставался кроваво-алым. — Хаааа... хааааа... хааааа... — Саске учащённо задышал. Голос ненавистного брата эхом отдавался в черепе парня, что ещё сильнее распаляло в нём пламя ненависти. — Ты... ты... — Глаза Учихи начали кровоточить из-за лопнувших сосудов. — ИТАЧИ!!! Саске попытался наброситься на старшего брата, но не смог этого сделать, словно всё его тело увязло в желе. — К-как... Только что было всё нормально... Так почему... — Саске не успел закончить свою мысль, Итачи стремительно сократил расстояние между ними и нанёс мощный удар ногой в живот Саске. Младший Учиха отлетел на несколько метров и врезался спиной в невесть откуда взявшуюся стену. Не успел он сползти вниз, как Итачи снова появился перед ним, схватил за шею и прижал к стене. Из-за своей слабости Саске не мог оказать достойное сопротивление. Тем не менее он всё равно пытался вырваться из хватки, но Итачи мгновенно подавил эту попытку, сломав левую руку младшему брату. — А-А-А-А-ГХ!!! — Саске издал болезненный крик. — Какое же ты разочарование. Даже после обретения заветного Мангекьё Шарингана, ты всё так же жалок, как и тогда, когда я убивал наших родителей. Чем ты занимался всё это время? Играл в семью с Киёми-чан? Заводил друзей? — Итачи презрительно усмехнулся. — Влюблялся? — Пош-ш-ш-шёл ты... — прохрипел Саске. Итачи с той же ухмылкой протянул руку и положил пальцы на левый глаз брата. — Интересно, насколько тебе будет обидно потерять один и тот же глаз при тех же обстоятельствах? — Итачи начал медленно выдавливать глаз Саске. — Гхк... — Саске пытался вырваться, но хватка Итачи была слишком сильна. Когда глаз Саске почти выдавили из черепа, он сосредоточил всю чакру для ответного удара. — Аматерацу! Руку Итачи охватило чёрное пламя. Старший Учиха это почувствовал, одёрнул руку и отпустил Саске. Этой заминки оказалось достаточно, чтобы Учиха использовал ещё одну технику. — Энтон: Когуцучи! Чёрное пламя обвило фигуру Итачи, словно змеи. Однако Саске не собирался ждать, пока старший братец догорит, он создал десятки чидори-сенбонов и нашпиговал ими тело Лже-Учихи. Рухнув на пол, призрак моментально растворился в тёмной дымке. Саске уже было расслабился, как вдруг голоса вернулись с новой силой. Тьма вокруг вгрызлась в тело Учихи, что причиняло ему огромную боль. — А-а-а-а-а!!! Заткнитесь! — Саске рефлекторно заткнул уши и упал на колени. Он пытался вытерпеть мучения, чтобы очистить разум и найти решение. Однако тьма его не отпускала, с каждой секундой она всё глубже пускала корни в его тело, будто она пыталась перестроить под себя. Вдруг голоса разом смолкли, кроме одного. — Вижу, ты совсем плох, друг мой. Подняв голову, Саске увидел перед собой странного человека в серой робе с шестью магатамами на ключицах. Черты его лица были острыми, а глаза украшал шаринган с тремя томоэ. Если бы не каштановые волосы, можно было бы с уверенностью сказать, что перед ним стоит чистокровный Учиха. — Кто... ты...? Незнакомец усмехнулся. — Разве ты не узнал меня? — Он сложил руки у груди. — Помнится, твоя сестра описала меня в мельчайших деталях. Утомлённый разум Саске пытался сложить в голове мозайку. Серая роба, украшенная магатамами, и Шаринган. Каштановые волосы и лицо... Да, теперь он вспомнил. Киёми рассказывала, как во время комы ей явился некий человек, предложивший два пути: либо подождать несколько лет для полного пробуждения ради обретения большей силы, либо проснуться немедленно, но при этом навсегда потерять шанс стать его наследницей. — Ооцуцуки... Индра... Тот самый Бог Войны из легенд. — сказал Саске. — Вот мы наконец-то и встретились, Учиха Саске. — Почему... именно сейчас...? — Учиха не мог понять этого. Прошло так много времени, что все успели позабыть о том, что к Киёми когда-то приходил никто иной, как сын Рикудо. И это неудивительно, учитывая, через что успели пройти Учихи. — Потому что твоя связь со мной не такая сильная, как у твоей сестры. Конечно, у тебя тоже есть подобный потенциал, однако вы оба требовали особых условий для нашей встречи. — Условий? — В случае с твоей сестрой это было связано с её близостью к неминуемой смерти. А ты должен был соприкоснуться с моей чакрой, слиться с ней, что было почти невозможным при обычных обстоятельствах. Но я знал, что однажды ты найдёшь способ, хотя и не по своей воле. Саске усмехнулся. — Так этот куб — твоё изобретение? Индра кивнул. — Да, во время войны с братом я создавал множество видов оружия. Одни действовали как бомбы массового уничтожения, другие являлись артефактами, способными наделить владельцев огромной силой в обмен на жизненную силу. — Сурово, но справедливо. — Кивнул Саске, понимавший, что давать людям такое могущество чревато страшными последствиями. Индра, возможно, и был жестоким тираном, но он никогда не стремился к уничтожению своего родного мира. Если бы это было его целью, он бы не увлекся обычной женщиной и не создал бы с ней семью. Разумеется, как отец, Индра оказался совершенно несостоятельным. Его ненависть привела к тому, что он воспитывал своих детей исключительно как воинов. Совесть Индры пробудилась лишь после того, как он погиб от рук Ашуры. Теперь его цель — искупить свою вину перед потомками, ведь истинных потомков Ооцуцуки в этом мире осталось крайне мало. Это его обязательство перед миром, который он поклялся защищать любой ценой. — А ты случаем не знаешь, как отсюда выбраться? Мне срочно нужно вернуть должок тем, кто поставил меня в такое жалкое положение. — Сказал Саске с решимостью в глазах. — Знаю, но тебе придётся сильно постараться, чтобы это сделать. — Я Учиха, преодолевать трудности — это наша вторая натура. — С непоколебимой уверенностью сказал Саске. — Поверь, я знаю, но всё же предпочёл бы, чтобы вы не летели сломя голову навстречу этим трудностям, — ответил Индра, тяжело вздохнув. — Давай начнём с самого начала. Этот куб — не просто хранилище моей негативной чакры, а настоящая тюрьма. — Тюрьма? Для кого? Где-то вдали раздался чудовищный рёв. — Это уже во-вторых, — мрачно произнёс Индра. — Сатори — демон, чья мощь сопоставима с полноценным Курамой. — Курама? Каким местом здесь замешан клан иллюзионистов? — Это имя того, кого вы, люди, именуете Кьюби. Саске не удивился тому, что у этого разумного зверя есть настоящее имя, это логично, что у него оно есть. Индра продолжил. — Касательно Сатори, у него нет огромных запасов чакры, но он обладает неприятной способностью чувствовать негатив в чужих душах. Страх, ненависть, злоба — пока твой разум затронут хотя бы одной из этих эмоций, Сатори уклонится от любой атаки, независимо от твоей скорости и силы. К тому же он бессмертен. — Бессмертен?! — Это откровение неприятно удивило Саске. — Тогда как ты прикажешь мне от него избавляться?! — Элементарно, мой потомок. — Индра поднял палец. — Просто уничтожь духовное ядро. Это не убьёт Сатори, но лишит всех сил. — Хорошо, я понял. Где я могу найти это ядро? — С нетерпением спросил Саске. — Я не знаю. Разгневанный Саске зыркнул на Индру. — Вроде бы ты говорил, что знаешь, как отсюда выбраться! — Я говорил — "тебе придётся постараться, чтобы это сделать". Я не утверждал о знании, где точно находится выход. — Хмыкнул Ооцуцуки. — Видишь ли, Саске, я лично спроектировал эту тюрьму. Отсюда только один вход и выход, никаких альтернатив нет. Единственное, что ты можешь сейчас сделать, это ждать. — Ждать? Чего именно я должен ждать? Индра посмотрел на Саске так, словно пацан сморозил какую-то глупость. — Возможности. Неужели ты думал, что тебя отправят на такое рискованное задание в одиночку, без какой-либо поддержки? В эту же секунду в голове Саске всплыло имя. — Наруто? — Нет. — Киёми? — Снова мимо. Тут Саске понял. — Команда Неджи? Индра кивнул. — И не только. Там есть ещё кто-то, кого я не соизволил запомнить. — Пожал плечами Индра. — Главное, чтобы они смогли заточить Сатори обратно в Куб. Тогда его ядро проявит себя. Именно в этот момент, Саске, тебе предстоит нанести решающий удар. Тело Саске заискрилось дугами молний. Индра улыбнулся на этот невербальный жест. — Ты молодец, что не сдаёшься, но твои силы на исходе. Куб забрал у тебя слишком много энергии, и есть риск, что даже если ты найдёшь ядро, ты можешь пополнить ряды призраков. — Тогда я просто должен отдохнуть и восполнить силы. Саске понимал, что его выздоровление ускоряется благодаря клеткам Первого Хокаге, поэтому он не переживал из-за недостатка сил. Однако его оптимизм был разрушен словами Индры. — Это не получится, Саске. Проблема в том, что твоя чакра продолжает утекать. Если не принять меры, ты умрёшь до того, как твои товарищи справятся с Сатори. Саске сконцентрировался на своих ощущениях, чтобы проверить слова Индры. К сожалению, предок оказался прав: с каждой секундой его чакра таяла всё быстрее. Из-за своего ужасного состояния Саске этого даже не замечал. Учиха вздохнул. — Значит, у меня нет выбора? Индра подошёл к Саске. — Выбор есть всегда. Важно лишь понимать, какие последствия он повлечёт за собой. — Ооцуцуки протянул Саске руку. —И сейчас самое время сделать свой. — ... — Саске замер с задумчивым выражением лица. Индра терпеливо ждал решения своего потомка. Наконец, спустя несколько секунд раздумий, Саске дал свой ответ... \\\ После поглощения могущественного шиноби, Куб просверлил себе путь на поверхность, где уже ждали Муи и люди в масках зверей. Муи подошёл к Кубу Желаний и командным тоном воскликнул: — Куб Желаний! Прошу, услышь моё желание! — Вот так, Муи! Загадай желание! Сделай Кусагакуре вновь великой! — Чуть ли не в экстазе воскликнул человек в маске обезьяны. — ... — Муи не обратил на этих стариков никакого внимания. Он был полностью сосредоточен на своём собственном желании. — Верни моего сына! Верни Муку! Люди в масках животных замерли в замешательстве. Они не понимали, как Муи, их самый верный последователь, посмел их предать? После всего, что они для него сделали? Не выдержав такого бесцеремонного отношения, люди в масках попытались устранить предателя, но на их пути возникли железные цепи. Оказалось, это был второй "Муи". — Я вроде бы говорил тебе не вмешиваться. — Муи с безразличием посмотрел на своего защитника. — Заткнись, я сам не в восторге от этого. Но я должен был вернуть тебе этот должок! — С раздражением сказал "Муи" и вернулся в свою истинную форму. — Казан! Ты ещё жив?! Как?! — Муи, биджев предатель! — Голос человека в маске обезьяны сорвался на визг. — Ты с самого начала намеревался воскресить своего сына?! Казан с яростью сжал рукояти Кусаригамы. — Сейчас я ваш противник! И я не позволю вам помешать ему! — Казан бросился на своих убийц. Однако сражение так и не началось. Куб испустил зловещий вой и с грохотом сорвал свою внешнюю оболочку, обнажив один из своих "ртов", за которым зияла сама бездна. Тюремный двор окутала гнетущая тишина. Все замерли в ожидании. Казалось, само пространство пропиталось ощущением чего-то зловещего и могущественного, от чего становилось трудно дышать. В темноте Куба начал вырисовываться чей-то мужской силуэт. И по мере приближения очертания становились яснее, пока Муи не узнал в нём того, кого желал увидеть все эти годы. — Муку... Муку впервые за десять лет заключения увидел свет. Даже тусклое солнце, скрытое за серыми облаками, показалось ему самым ярким явлением в жизни. Измождённый и бледный, он передвигался с трудом, словно мог упасть от малейшего порыва ветра. — Отец... Отец и сын пристально смотрели друг другу в глаза несколько секунд, пока Муку медленно приближался к своему отцу. Муи широко раскинул руки, готовясь обнять вернувшегося сына. — Муку, сын мой, я совершил ошибку... Но семейная встреча прервалась так же внезапно, как и началась. Муку, несмотря на свой истощённый внешний вид, одним ударом пробил грудь Муи, при этом не задев сердце. — Му... ку... — прохрипел Муи, прежде чем Муку вырвал окровавленную руку из тела отца. Муи мёртвым грузом рухнул у ног сына, который даже не посмотрел на умирающего человека. Сделав пару шагов вперёд, Муку всё-таки соизволил бросить мимолётный взгляд на отца. — Ты прав, отец... Ты совершил ошибку... — Муку слизал кровь с пальцев. — Не стоило меня выпускать. — Теперь стало понятно, почему Муку не целился в сердце, он хотел продлить страдания отца. Внезапно голова Муку,.. слетела с плеч, а в его животе образовалась огромная дыра, по размеру равная голове взрослого человека. Никто не мог понять, что произошло, пока не увидели двух молодых людей, подростков. Один из них был одет в серую одежду, а его глаза были белыми, словно две луны. Это был Бьякуган. Другой парень носил зелёное трико, и его голову украшала неудачная стрижка под горшок. Однако их объединяла одна общая деталь — протекторы Конохи. Это прибыли Хьюга Неджи и Рок Ли. Они были уверены, что убили странного типа, однако их неприятно удивило то, что Муку не упал после двойного смертельного удара. Более того, он заговорил с ними, точнее заговорила его оторванная голова, что лежала в паре метрах от тела. — Шиноби... Конохи... Речь Муку прервал очередной удар от Ли. Однако обезглавленное тело мгновенно отреагировало и поймало летящую на него ногу. Муку крепко схватил лодыжку мастера тайдзюцу и, используя его как снаряд, метнул его в Неджи. Всё произошло так быстро, что даже одни из быстрейших шиноби Конохи оказались отброшены прочь. Стоит отметить, что они были слишком сильно ошеломлены бессмертием Муку. Это не первый раз, когда они сталкиваются с подобным, и это вызывает у них некий страх, ведь предыдущий "бессмертный" едва не убил их на месте, несмотря на их силу и обретённую живучесть. Тем временем тело Муку начало трансформироваться: обрубок на шее за секунду закрылся, кожа покрылась густым оперением, кости увеличились в размерах. На груди выросли огромные клыки и прорезалась гигантская пасть. Через несколько секунд перед всеми предстал двадцатиметровый гигант, демон из иного мира. Желание Муи исполнилось. Муку вернулся, но вместе с ним в мир проникло древнее зло, которое может стать концом для сотен тысяч жизней. — Да бросьте! — Негодованию Ли не было предела. — Ещё одна бессмертная тварь?! Сколько можно?! — ... — Неджи оказался более стойким, чем его друг. Но в целом он полностью разделял это мнение.