Возвращение домой

— Ну что я могу сказать, — задумчиво протянул магистр Фаритх, — некромантия явно не относится к сильным сторонам вашей личности. Я сдавленно молчал. Нет, ну что за гадство, сдать все экзамены, но на последнем по некромантии завалиться? То-то ректору будет радости. — Но с другой стороны, — продолжал сам с собой рассуждать преподаватель, — вы и не некромант. Я на всякий случай кивнул. Мол, ни разу не некромант. — Ну хорошо, — вздохнул магистр, — экзамен я вам все-таки зачту. Но в следующем семестре, уж постарайтесь проявить себя получше. Берите вон пример с Техена. Тоже ведь элитный маг, но какие успехи! Ага, успехи. Тэ сдавал экзамен как раз передо мной. Так он сюда мало того, что все местное кладбище согнал, так еще и до кучи призвал давно почившую бабулю магистра. Вполне себе жизнерадостный призрак немного погонял престарелого внука по аудитории, и на этом Техену экзамен засчитали сразу же. И вообще все наши еще с утра сдали, а до меня только сейчас очередь дошла. Теорию-то я рассказал прекрасно, а вот на практике у меня удержать воплотившуюся сущность достаточное время не получилось. Вот преподаватель теперь и витал в тяжких раздумьях. Хорошо, хоть сменил гнев на милость. — Я обязательно в следующем семестре постараюсь, — заверил я. — Я бы еще вам настоятельно советовал отправиться на практику по некромантии, весьма полезно было бы. Хотя тут не угадаешь, конечно. Теперь ведь вопрос с практикой сам ректор решает. Ну что ж, — магистр Фаритх размашисто добавил в своеобразном табеле напротив моего имени кривоватую руну одобрения. — Теперь можете идти к господину Федру. — А к нему зачем?  — я так перепугался, что даже не поблагодарил. — Так вы ведь вроде в списке на отчисление были, если мне память не изменяет. Все из этого списка после сдачи экзаменов предстают перед ректором, а он уже решает, кого отчислить, а кого нет, — пояснил преподаватель некромантии. — Такие теперь новые правила. Я чуть не взвыл. Я-то думал, мне просто сессию сдать и все, ректор отстанет! Ага, размечтался. Рассеянно пробормотав «Спасибо. До свидания», совсем приунывшый я вышел из аудитории. Так как я сдавал последним, ребята остались меня дожидаться. — Не поставил? — ахнул Гук, по-своему расценив мой унылый вид. — Поставил, — я вздохнул, — но теперь к ректору на поклон надо. — Зачем? — нахмурился Юнги. — Вне зависимости от сдачи экзаменов именно он решает судьбу тех, кого жаждет отчислить, — мрачно пояснил я. — Да не унывай ты раньше времени, — ободряюще улыбнулся Джин. — Лично я вот уверен, что все хорошо будет. В общем, двинули мы праздничный обед готовить, надо как следует конец сессии отметить. Напоследок пожелав мне удачи, друзья ушли. Только Юнги остался со мной. Мы пошли к ректору вдвоем. Уже на подходе к дверям кабинета Юнги очень серьезно произнес: — Чимина, тебе в любом случае нечего бояться. Даже если отчислят, поверь, что-нибудь придумаем. Ты ведь все-таки не один, — тепло улыбнулся. В ответ я лишь кивнул. И обреченно вздохнув, постучал. Тут же послышалось разрешение, и я вошел в кабинет. Ректор как всегда заседал за столом с царским видом. У стеллажей с какими-то свитками суетился его секретарь. Оба встретили меня весьма пренебрежительными взглядами. — Добрый день, — я кое-как наскреб сил на вежливость. — Меня к вам магистр Фаритх отправил. Все экзамены сданы. Ректор презрительно поморщился. Но все же довольно нейтрально произнес: — Что ж, поздравляю вас с закрытием первой сессии. Можете идти. Я даже офигел. А где же «Все равно тебя отчислят, бездарность ты элитная?». Словно прочитав мои мысли, Федр с гадкой усмешкой добавил: — Вы только учитывайте, Пак Чимин, что в следующем семестре все ведь поменяться может. Покровитель-то у вас весьма могущественный, но долго ли будет покровительствовать? Вполне вероятно, что и другого симпатичного студента или студентку для облагодетельствования найдет. — Простите, вы о чем? — что-то я ничего не понял. — Свободны, говорю, — ректор указал на дверь и снова гаденько усмехнулся: — И удачи вам на практике. По-прежнему пребывая в полном недоумении, я вышел из кабинета. — Ну что? — обеспокоенно спросил Мин. — Не отчислят, — пробормотал я растерянно. — Но явственно намекнул, что в следующем семестре все поменяться может. И про практику нехорошо так намекнул. Что вообще за практика? — Полагается после каждой сессии, — пояснил Юнги. — Но тут тебе совершенно нечего бояться, на практику хоть как нас всех отправят вместе. И все равно я боялся. Не слишком-то приятно знать, что у меня есть весьма могущественные недоброжелатели вроде ректора. И про какого покровителя он говорил? Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления. На улице шел легкий снежок, без какого-либо аномального буйства. Забавно, что никто вроде как вообще не заметил, что мир замирал, опустошенный магией. Так что это осталось только на нашей памяти. И я очень надеялся, что никаких больше глобальных катаклизмов не будет. В конце концов, все ведь так хорошо сейчас. Уже от одного того, что мы сейчас с Юнги шли домой, держась за руки, я чувствовал себя донельзя счастливым. А в Доме вовсю готовили маленький праздник. Алем даже раздобыл где-то цветных гирлянд и теперь увешивал ими гостиную. — Это же величайшее торжество! — восторгался дух. — За столько лет впервые студенты факультета элитной магии сдали сессию! Настоящее чудо! Жизнь прекрасна! — Ничего не прекрасна, — ворчал Тэ. Он вообще в последнее время пребывал малость не в духе. Ровно с того момента, как без монокля Зуле надоело быть аристократом, и с радостным воплем «Ана-архия-я!» зомби удрал в лес. А за ним не менее радостно проскакал табор Намджуновских табуреток. Оказывается, в холода они перебрались к Зуле в каморку, и там это время пережидали. — Еще как прекрасна, — с улыбкой возразил я. Поспешил в спальню переодеваться. Мы пока по-прежнему ютились в общей, Алем хоть и усердно восстанавливал вторую, но пока до переселения было далеко. На моей кровати меня ждал сюрприз. Внушительный букет темно-красных роз и объемный сверток. Недоумевая, откуда это взялось, я осмотрел цветы, но конвертика с запиской не нашлось. Тогда я развернул сверток. Внутри оказалась моя земная сумка. А ведь я ее оставлял в особняке Алекса. Ну понятно, от кого все это. Может, без одержимости Александр и вправду не такой уж и беспросветный негодяй. Аккуратно я достал из сумки рамку с фотографией и поставил на прикроватную тумбочку. Улыбнулся. Пусть моя семья далеко, но я верил, что с ними все хорошо. Я больше не хотел туда возвращаться. Я уже дома. И с этими радужными мыслями я переоделся и поспешил вниз, помогать ребятам с намеченным маленьким праздником. Уж кто-то, а мы его точно заслужили.