Пламя ледяного сердца

Впервые он чувствовал свободу… Пока она не закончилась. То, что привело его в чувство, было ничем иным, как кровь на его ладонях. Он сидел прямо на Син Цю, прижимая того к земле… Видимо, тем, что Чун Юнь пришел в себя, он дал ему фору, и тот, воспользовавшись случаем, скинул экзорциста с себя. Теперь уже прижат к земле был он. Дыхание участилось, сердце забилось чаще, пока он судорожно осматривал тело своего друга, пытаясь понять что натворил. — Я рад видеть эти испуганные глаза, дурак, — произнес Син Цю и, наконец, ослабил хватку. Дыхание же по-прежнему не могло восстановиться, а глаза все так же судорожно пытались найти рану. Тело друга было цело и невредимо, значит, он не ранил его… Но откуда кровь? Здесь был кто-то еще? — Что последнее ты помнишь? — спросил Син Цю, аккуратно отпуская Чун Юня. После этого он взял руку экзорциста, и тут все прояснилось. Ранен был он сам, вот откуда кровь. Почему-то парень сначала боли не почувствовал, но стоило только заметить рану, как боль накатила волной. Не такая сильная, ведь с подобным образом жизни восприимчивость к боли слегка притупляется… Но вполне ощутимая. На предплечье красовались порезы, похожие на символы, что используются для изгнания демонов. Видимо, его настолько сильно понесло, что он посчитал, что демоны прямо внутри него… Как же глупо. Син Цю владел техникой, способной залечивать раны. Хоть не особо хорошо, но этого было вполне достаточно, чтобы остановить кровь и позволить ране хоть немного затянуться. Не зря говорят, что вода способна лечить… Отчасти это правда. — Последнее, что я помню это… — Чун Юнь пытался вспомнить, но все происходящее было будто сном. Сном, который забываешь наутро, а в памяти остаются лишь самые яркие моменты… Но и те, со временем, уходят. Парень изо всех сил напрягся, чтобы вспомнить. — Ты, кажется, запрыгнул на бортик и пошел вдоль бассейнов… Потом все словно в тумане… Мы стали в шутку сражаться на мечах и ты… Скинул меня в один из бассейнов… — экзорцист медленно, делая долгие паузы, пытался восстановить произошедшее в памяти. Син Цю же, молча делал свое дело, не смея перебивать. Ему явно было, что сказать, но он будто намеренно оставлял друга в неведении. — Это моя вина, — наконец, тихо произнес он, глядя в глаза экзорцисту, но все еще не отпуская руку. В глазах его было раскаянье. — Все шло гладко, ты держал себя под контролем… И я решил, что ты справишься. Я перестал следовать плану и толкнул тебя в самый горячий бассейн. Ты, в прямом смысле, словно кипятком ошпаренный… — он издал смешок, после чего отвел взгляд. — Выскочил из воды и стал смотреть в небо. Тебе что-то взбрело в голову, и ты стал читать заклинания. Я был готов защищаться, если вдруг что, но ты сделал нечто непредсказуемое. Ты стал говорить, что ты одержим, и единственный способ изгнать демона — дать ему самому выйти. Создал ледяной клинок, и стал вырезать на своей руке какие-то символы, — Чун Юнь опустил голову, чтобы еще раз взглянуть на искалеченную руку. — Я сразу же выбил его у тебя из рук, но ты стал нападать на меня. Кстати, ты довольно быстро пришел в себя. Чун Юню было в очередной раз стыдно за свое поведение. Слушать его было ошибкой, он снова повелся на его розыгрыш, а теперь они сидят здесь, в пещере, голые, и он слушает пересказ своих действий в неадекватном состоянии. Каждый раз Чун Юнь ведется на эти глупости, и каждый раз Син Цю делает вид, будто не ожидал подобного. — Мне это надоело, — с этими словами экзорцист выдернул свою руку и направился к углу, где была сложена одежда. — Чун Юнь? — Син Цю опешил от очередной резкой смены настроения друга и просто наблюдал за его действиями. Тот, в свою очередь, заморозил на себе все капли воды, заставив их отвалиться, с помощью своей ледяной ауры. После этого он, с максимально возможной скоростью, стал одеваться. — Мы ведь не договорили… Чун Юнь решил игнорировать его слова. Меньше эмоций — стабильнее состояние. Син Цю сорвался с места, но было уже поздно. Его друг, чуть ли не бегом, покинул пещеру. Оказавшись на свежем воздухе, парень разбежался и, добежав до обрыва, прыгнул со скалы. После пары секунд наслаждения свободным падением, он раскрыл крылья планера и стал парить над городом. Тумана уже давно не было, так что весь город был словно на ладони. Тот вид, что открывался вчера с крыши, просто несравним с этим. Около минуты он так кружил над городом, не думая ни о чем, но после заметил лагерь хиличурлов. Вот и время для тренировки нашлось, как раз сегодня ее пропустил. Подлетев к лагерю, он сложил крылья планера, стремительно падая на землю и нанося удар. Удар за ударом вызывали какое-то нарастающее чувство ненависти. — Каждый раз ты заговариваешь мне зубы, а потом делаешь вид, будто все вышло случайно, — парень уже начал говорить сам с собой, параллельно сражаясь с хиличурлами. Один из них хотел с разбегу прыгнуть на экзорциста, но тот вовремя пнул и отбросил его от себя. — Пользуешься доверием, а все ради чего? Какое тебе вообще дело до моего проклятия? Ты словно одержим, словно гонишься за каким-то достижением… Зачем тебе это? Этот вопрос все никак не выходил из головы. Зачем это ему? Син Цю ведь был его другом, они знают друг друга с самого детства, понимают, как никто другой… Но в последнее время он ведет себя совсем странно. Будто одержим какой-то неизвестной Чун Юню идеей. Либо же просто издевается… Когда с хиличурлами было покончено, парень вновь почувствовал какую-то пустоту внутри. Хотелось занять ее тренировками, чтобы не думать ни о чем. Тренировки, тренировки и еще раз тренировки — это то, что ему было нужно. Вся его родня училась этому с нуля, учили заклинания, совершенствовали свои боевые навыки… А он… живет на всем готовом. И это было чертовски не честно. А Син Цю все пытался переубедить его, заставить принять это проклятие. Как его вообще можно принять? Это был слишком легкий путь. Если рассуждать о нем самом, то хоть он и многого добился сам, но все равно, ему давалось все слишком легко. За что бы он ни брался, в скором времени его ждал успех. Син Цю привык так жить, привык, что стоит ему что-то захотеть и приложить усилия, как это сразу же дает плоды, и он привык к этому. Привык получать то, что хочет. Но жизнь Чун Юня была совершенно иной. Что бы он ни делал, казалось, никогда это плодов не принесет. Сколько бы ни совершенствовался, тренировался, ограничивал себя… так видимых изменений не увидел. Он не сдвинулся с места ни на шаг. Может Син Цю был прав? Может стоит что-то изменить?.. Оставаться наедине со своими мыслями Чун Юню совершенно не нравилось. Сидя на камне и разглядывая маску одного из хиличурлов, он еще долго размышлял о своей жизни. Все обдумав, он решил, что должен найти Син Цю и извиниться. Да, именно извиниться, ведь он был прав, как никогда. Но Чун Юнь продолжает стоять на своем, не двигаясь с места. Какой же он друг, если даже слушать, что ему говорят, не умеет? Нужно было отыскать друга… Но где он может быть? Первым местом, что пришло ему в голову, были источники. Маловероятно, но он мог остаться там. Вернувшись в пещеру, экзорцист никого в ней не обнаружил. Это было вполне ожидаемо, ведь прошло уже много времени… Разочарованный Чун Юнь вышел из пещеры. Вроде, сначала было даже весело… В какой момент все пошло не так? Единственное, что сейчас хотелось — извиниться. За свое ли поведение, или навеянное проклятием… Это было абсолютно неважно. Главное то, что он повел себя как истеричка, даже не дав другу договорить. Парень шел по тропинке в сторону города, как вдруг заметил вдалеке чей-то силуэт. Этот силуэт сидел на знакомой скале, где слышен лишь шум ветра… Сразу же парень развернулся и побежал туда. Как он сразу не догадался проверить там? Совсем из головы вылетело… Син Цю сидел на камне, читая книгу. Снова, будто даже не обращая внимания на пришедшего друга, он даже не оторвался от книги. Чун Юнь молча сел на колени перед ним. Никто не знает сколько времени они так просидели, просто наслаждаясь компанией друг друга. То ли никто не решался сказать первое слово, то ли этого даже не требовалось. Но вскоре тишина была нарушена. — Извини за то, что не выслушал тебя и ушел, — тихо произнес Чун Юнь. — В произошедшем абсолютно нет твоей вины, — Син Цю захлопнул книгу и положил ее рядом. — Это мне следовало бы извиниться, ведь я испортил все, толкнув тебя в бассейн… Сам же своим словам о постепенности противоречу, ха-ха… Чун Юнь не знал, что ответить. Они ведь оба поступили как-то странно, так? На это даже обижаться было бы глупо, ведь ситуация какая-то странная вышла. Никто почти не пострадал, но зато было положено начало, которое в скором времени может изменить его жизнь. Чун Юнь медленно опустил голову на плечо Син Цю, уткнувшись в него лбом. Почему-то когда он был рядом становилось проще. Да, иногда он раздражал и его действия казались непонятными вовсе, но этот человек понимал его, и его советы всегда помогали. — Зачем тебе это? — вдруг тихо спросил экзорцист. К чему был этот вопрос? Но тот и так все понял. Син Цю несколько секунд молчал, даже не шевелясь. Чун Юнь почувствовал, как дрогнула его рука, будто он хотел поднять ее, но почему-то передумал. После этого он в ответ прижался щекой к голове экзорциста, игнорируя торчащие во все стороны волосы, что щекотали лицо. — Я просто хочу, чтобы исполнилась твоя мечта.