Пламя ледяного сердца

— О чем ты? — Чун Юнь догадывался к чему клонил Син Цю, но уточнить не помешает. Тот в ответ ещё раз посмотрел на заголовок и медленно закрыл книгу. — Сейчас не время, — он поднялся с места и добавил. — Пойдем? Провести в Мондштадте им предстояло еще одну ночь, а потом нужно было возвращаться в родной Ли Юэ. Остановились они в отеле Гёте, в котором, по счастливому стечению обстоятельств, остался один свободный номер. Остальные заняли Фатуи, которых в последнее время можно было встретить уж слишком часто… Это было странно. Гильдия позаботилась о том, чтобы Син Цю было где ночевать, так что жилье было оплачено заранее. Номер был довольно просторным и выглядел богато. Большое окно с видом на город… Солнце уже совсем скоро начнет садиться, а значит можно будет наблюдать красивейший закат. Под окном стояла большая кровать, которая слегка возвышалась над остальным номером. Чтобы подняться на нее, нужно было преодолеть одну ступеньку. Сделано это было для того, чтобы кровать была на одном уровне с окном. Довольно неплохое дизайнерское решение. Кровать была накрыта парой мягких пледов из коричневой и белой шерсти какого-то животного. Так и хотелось провести рукой… Рядом стояла тумбочка, а посреди комнаты столик с чем-то напоминающим пуфики. Возле них лежал небольшой бесформенный ковер из такой же мягкой белой шерсти, как и плед на кровати. Дальше все как обычно: свечи на стенах, которые придавали какой-то теплой атмосферы, шкаф, вешалки… Одним словом — уютно. — А-ах… Как долго я этого жда-ал, — уставший Син Цю нежился в кровати, на которую плюхнулся сразу же, как зашел в номер. — Ты только потрогай этот плед… Чун Юнь сложил все книги на тумбочку, после чего лег рядом с другом, смотря в окно. — Замечательный вид… — произнес он, не в силах оторвать взгляд. Розовое небо с закатным солнцем, чьи лучи уже почти не попадали на землю. Сумерки всегда казались экзорцисту словно порталом в другой мир. В это время происходили необычные вещи, которых совсем не ожидаешь. Они могли быть как хорошими, так и плохими, но никогда не узнаешь какой именно сюрприз приготовила тебе судьба. — Ага… — ответил Син Цю, подняв голову. — Сейчас только одного не хватает… — А? — Чун Юнь мельком взглянул на друга, и почему-то именно сейчас в голове всплыло воспоминание из библиотеки. Стало неловко и он отвел взгляд, стараясь не думать об этом. — Хорошего вина! — Син Цю слегка пихнул друга локтем, после чего снова откинулся на кровать. — Но нам ведь… Не успел тот возразить, как послышался стук в дверь. Син Цю мигом подскочил с постели и поспешил открыть гостю дверь. На пороге стояла незнакомая девушка с двумя бутылками вина. — Благодарю! — сказал ей Син Цю, забирая бутылки. — А, так вот почему меня попросили передать их… — девушка смотрела на парня сверху вниз. Разница в возрасте была на лицо. — Ладно, мое дело лишь передать, — она попрощалась и покинула номер. — Ты хотел сказать «нельзя»? — огонек от свечей отражался в его глазах, подчеркивая безумную улыбку, что растянулась на его лице. — Может бы-ыть… Но не попробуешь — не узна-аешь, — будто пропел он, разливая вино в бокалы. — Где ты его достал? — спросил Чун Юнь, наблюдая за всем этим. — Связи. Все решают связи, — отрезал тот. — Я не пью… — попытался отгородиться от всего этого экзорцист, но видимо безуспешно. — Это будет моим желанием, — промурчал в ответ друг, садясь напротив и протягивая бокал. Иногда его характер и сила убеждения выводила из себя. Лицо Чун Юня выражало явное недовольство, но он нехотя взял бокал в руку, не осмеливаясь сделать и глотка. Был риск потерять контроль, а этого ему нельзя было допустить… — А теперь я расскажу то, о чем думаю все последние дни. Устраивайся поудобнее, тема серьезная, — Син Цю сделал глоток, прикрывая глаза. — Обожаю местное вино… Итак, поговорим о твоей «солнечной энергии»… Ты никогда не думал, что с ней что-то не так? Нет, я не в том смысле, что это идет вразрез с твоими убеждениями… — поспешил добавить он, когда заметил как его друг закатил глаза. — Я о том, что она мешает тебе жить…– он задумчиво отвел свой взгляд, смотря на багровый закат. — Я всегда это замечал, и интерес никогда не покидал меня… — он перевел взгляд на бокал. — А теперь вспомни ту легенду. Мальчик знал, что дух хороший, но общество его не слушало и отгородило от мира, — юноша поднял бокал перед собой, смотря на собеседника сквозь него. — Проводи аналогии. Ты запираешь это в себе, но что если со временем ты не выдержишь? — опустив бокал, Син Цю посмотрел в глаза Чун Юню. Экзорцист вздохнул, прикрыв глаза. Это все было слишком тяжело. С одной стороны хотелось узнать как избавиться от этого, хотелось узнать к чему клонит Син Цю… Хотелось докопаться до истины и воплотить все свои мечты в реальность… Но с другой, хотелось просто вернуться к рутинной жизни. Да, может это и было странно, но так он хотя бы не причинял никому вред своей натурой. Он помогал людям, хоть это не приносило ему самому удовольствие… Хоть так, но помогал ведь. Ежедневные изнуряющие тренировки, после которых было невозможно стоять на ногах от усталости и боли… Словно к ним цепями были прикованы тонны камней, которые не давали идти. Но стоило коснуться головой подушки, как кандалы спадали, окрыляя. «Я помог им», — единственное, что его радовало. Несмотря на то, что порой люди вообще не ценили труд своих героев. — Я не знаю… — парень смотрел на кроваво-красное вино, которое своим цветом напоминало ему о том случае на источниках. Син Цю смотрел на Чун Юня с непривычной тоской. Так тяжко было на душе, может именно поэтому он и предложил выпить? — Не бойся так этого вина, — грустно улыбнулся он, будто читая по глазам. После чего поставил свой бокал на тумбочку и спрыгнул с кровати, направившись к двери. Последовал характерный для закрытия двери звук, а потом и вовсе юноша выбросил ключ куда-то в угол комнаты. — Если с тобой что-то произойдет, вреда ты не сможешь никому причинить. Дверь заперта, — Син Цю подошел обратно к кровати и сел рядом, взяв бокал в руку. — За меня можешь не бояться… Да и, я не думаю, что от алкоголя будет такой же эффект, как от воздействия температуры. Если хочешь, я могу открыть окно, чтобы стало прохладно, ха-ха. Чун Юнь покрутил в руках бокал, а после еще раз взглянул на друга. — Ладно, но если я что-то натворю, это будет на твоей совести! — он ткнул пальцем ему в грудь, а после сделал глоток. Сладковатая прохладная жидкость, вкус которой раскрывался с каждой секундой, была не так плоха, как он думал. Это было вкуснее, чем предполагалось. Следом он сделал ещё глоток, чтобы распробовать. — Обещаю, — Син Цю посмеялся, наблюдая за действиями собеседника. — А сейчас, пока ты еще трезвый, я вернусь к теме… — параллельно он наливал себе уже второй бокал вина. — «Солнечная энергия» описывается твоей родней как нечто святое, что несет лишь добро, изгоняя нечисть и злых духов, но ты… Стоит ей взять над тобой контроль, как ты несешь разрушение, — поставив бутылку обратно на тумбочку, Син Цю облокотился на окно. — Прошлый же раз и вовсе натолкнул меня на размышления… Ты, наконец, принял решение научиться это контролировать… И оно изменилось. Оно не пыталось нанести вред окружающим… Оно пыталось нанести вред тебе. Словно нечто в тебе все эти годы паразитировало, а сейчас, когда ты решил избавиться от этого, не дает тебе этого сделать. Это пугает… Чун Юнь никогда не думал об этом с такой стороны. Не произнося ни слова, он сделал большой глоток кровавого напитка, будто желая быстрее опьянеть и расслабиться… По крайней мере надеялся. — Может это глупо, но я поговорил с Лизой на эту тему… Она дала мне книгу из запретной секции, где, возможно, есть информация о таких сильных проклятиях, которым даже твоя энергия не способна противостоять, — он указал на одну из книг, что лежали на тумбочке. — А еще она рассказала об одной мудрой женщине, которая имеет опыт работы с подобным. Говорят, в свое время она была очень известна и ни разу не ошибалась. Когда Лиза училась, она была преподавателем, но недавно вернулась в Ли Юэ — ее родной город. Думаю, она может сказать что-нибудь. — Нужно подумать… — Чун Юнь был удивлен такому серьезному подходу к этой теме. Он даже сам столько времени на это не тратил, поняв, что это бесполезно, еще несколько лет назад. Весь оставшийся вечер парни беседовали о насущных проблемах, обсуждая последние события, планы на будущее… Иногда разговор уходил не в ту сторону, ведь алкоголь давал о себе знать. Пару раз обладатель Крио Глаза Бога даже пытался заморозить вино, но ему этого сделать не давали. — Ты не понимаешь… Мне очень нужно сделать из него мороженое… — Чун Юнь пытался забрать свой бокал, который у него отнял Син Цю. — Нет, дурак, ты просто разобьешь бокал, — сквозь смех отвечал тот. Алкоголь явно действовал на юношей по разному. Они даже в шутку подрались, но все же сошлись на том, что мороженое будет в другой раз. Чем больше экзорцист пил, тем сильнее ему хотелось спать. Как бы он ни пытался подавить это желание, но, вопреки его игривому настроению, казалось, что только голова коснется подушки, как он сразу же уснет. Вино уже кончалось, а на сердце было какое-то чувство неудовлетворённости… Будто еще что-то нужно было сказать, но не хватало сил. — Спасибо тебе… — вдруг проговорил Чун Юнь, поставив пустой бокал на тумбочку. — А? — Син Цю опешил от такого ответа, ведь это было не совсем то, чего он от него ожидал. — Ты так стараешься ради меня, столько всего ищешь… Я благодарен, правда, но зачем ты тратишь столько сил на меня? Может Чун Юню показалось, но на миг на лице Син Цю проскользнула растерянность. Будто этот вопрос застал его врасплох. А может ему правда просто показалось, ведь спустя пару секунд вернулась прежняя легкая улыбка. — Ты так стремишься всем помочь, забывая помочь самому себе. Ты мой друг, а значит я обязан сделать все, чтобы сделать тебя счастливым, — он отвернул голову, глядя на ночной Мондштадт. Солнце село, и от былого розового неба не осталось ничего. В некоторых окнах горел свет, освещая узкие переулки. Звездами было усыпано темное небо. Бесконечность предстала перед одинокими сердцами. Смотря на нее, казалось, что нет никаких забот, ничего не имеет смысла. В мире ведь столько звезд, вокруг которых миллиарды таких же планет… Возможно где-то сейчас сидят такие же две одинокие души, которые беседуют, распивая вино. А может где-то и вовсе происходят межгалактические войны, а они, так беззаботно, сидят тут и беседуют о повседневности. Иногда хотелось отбросить все принципы, рамки и просто отдаться своим чувствам и желаниям, наслаждаясь мелочами. Ведь жизнь состоит именно из таких мелких незначительных моментов, именно они делают счастливыми. Бесконечная погоня за недостижимым идеалом выматывает, не правда ли? Так, почему бы не раствориться в моменте, забывая о всех насущных проблемах? Чун Юнь уткнулся в грудь Син Цю, чем заставил его вздрогнуть. — Спасибо… — прошептал он, обнимая Син Цю. Тот замер на пару секунд, но вскоре обнял его в ответ, поглаживая по голове. — Не стоит… Син Цю всегда был так добр, так чуток, всегда пытался помочь, не ожидая ничего в ответ. Он хотел нести людям добро любой ценой и у него это прекрасно получалось. Чун Юнь определенно им восхищался. Восхищался всем, начиная от его навыков боевых искусств, заканчивая его способностями понимать этот мир и направлять на верный путь. Рядом с ним было так спокойно и легко, словно проблем и вовсе не существовало. Тепло снова распространялось по телу вместе с кровью. Может по его венам уже бежало вино, которое и заставляло чувствовать эту приятную легкость… Он поднял голову и встретился с янтарными глазами, что смотрели на него с невероятной теплотой. Рука, которая до этого поглаживала его по голове, остановилась на щеке. Прикрыв глаза, Чун Юнь прислонился своим лбом ко лбу Син Цю. Дрожащая рука невольно потянулась к его лицу. Ничего не имело значения, лишь горячее прерывистое дыхание, что будто обжигало лицо. Сжигающее изнутри чувство не давало покоя, казалось, словно все внутренности куда-то провалились. С каждой секундой напряжение нарастало, хотелось сделать нечто необъяснимое… Син Цю, слегка дрожа, медленно прильнул к губам Чун Юня. Так нежно и мягко, словно боясь, что происходящее нереально, что в любой момент кто-либо из них проснется, оставив этот дурной сон в прошлом. Он отстранился, боясь смотреть в глаза, будто жалел о том, что сделал. Вкус поцелуя все еще был на губах… Теплый, с ароматом сладкого вина… Экзорцист уже давно упустил тот момент, когда четко осознавал реальность. Будто пелена окутала его разум. Сам не понимая почему, экзорцист потянулся за продолжением. Чем дольше длился поцелуй, тем сильнее были ощущения. Сердце билось как сумасшедшее, воздуха будто не хватало. В ледяном сердце будто разгорелось пламя, которое впервые не хотелось тушить. Запретный плод всегда сладок, может именно поэтому происходящее казалось столь приятным? Руки уже давно спустились с лица, поглаживая каждый участок тела, заставляя раз за разом появляться мурашкам… Как часто это бывает, всему хорошему настает конец. Стоило только расслабиться и перестать думать обо всем, как их вновь вернул в реальность сильный стук в дверь. Отстранившись друг от друга, они еще пару секунд смотрели друг друга, пока опьяненный разум пытался прийти в себя. Син Цю улыбнулся, после чего встал с кровати, чтобы узнать кто посмел прервать такой момент. С каждой секундой стук в дверь усиливался. Гость был таким нетерпеливым, что казалось и вовсе скоро снесет дверь с петель. Син Цю пытался найти ключ, который куда-то забросил, когда пытался обезопасить экзорциста… Да уж, это было слегка перебором. Наконец, ключ был найден. Поспешив открыть дверь, увиденное заставило не на шутку испугаться. На пороге стоял грозный мужчина внушительных размеров — представитель Фатуи. Не успел Син Цю открыть рот, чтобы задать вопрос, как гость окинул мальчишку хмурым взглядом. «Дверью ошибся», — как груз с плеч. Парень закрыл дверь и с облегчением выдохнул. Вернувшись к Чун Юню, он обнаружил, что тот уже успел заснуть. «За минуту уснул? Ты меня поражаешь…» — мысленно заговорил он с ним. Ничего не оставалось делать, кроме как укрыть его хотя бы пледом и лечь рядом. Зарывшись лицом в его волосах, Син Цю вдыхал запах его волос так, будто ему не хватало воздуха. Хотелось, чтобы этот вечер никогда не ушел из памяти, хотелось сохранить любое напоминание о нем… Обняв экзорциста, он аккуратно поцеловал его в лоб напоследок… — Это все дурной сон, да? — вдруг прошептал Чун Юнь. — Не в этот раз, — ответил Син Цю, продолжая прижимать его к себе. — Знаешь… Последнее время мне снятся кошмары. Но только рядом с тобой я избавляюсь от них. — Больше тебе не придется их видеть.