Осьминожки

Лысый велел звать его Борей, уточнив: по паспорту он не Борис, а Борислав. - Славянское имя, никаких еврейских корней, - строго подчеркнул он. - А ты что-то имеешь против них? - встревожился Вик, у которого такого рода корни как раз проросли в глубь веков благодаря бабушке Фиме - маминой маме. - Да просто сказал, - пробубнил Боря. Смущение из агрессивного полубандита превращало его в плюшевого мишку, это ему очень шло. Лет ему - тоже по паспорту - оказалось на десяток побольше, чем Викентию. Боря был поражён его молодостью: - Ранний ты! Я бы сказал, даже для младшей юн слишком. - У всех по-разному складывается, - отмахнулся он, не став разъяснять непростых подробностей своей семейной жизни. Борька же за пивом разоткровенничался, рассказав, что разведён и "воскресный папа". О причинах разрыва с бывшей женой так и не упомянул, да Вик особо и не настаивал, хотя было любопытно. Из-за чего вообще люди расходятся? Как это - "не сошлись характерами"? Они с Ярой не ссорились вообще ни разу. Правда, у них и интима не было. Может быть, в этом дело? Жили, как брат с сестрой, хотя... такого тоже не скажешь, если учесть, что с Полиной Вик цапался постоянно. И в детстве, и потом. Викова четвёрка жила дружно между собой, иногда он даже завидовал малышне - ему бы такое детство. Какое "такое" - сам не мог чётко сформулировать. Обеспеченное? Да не в том дело! Будь у них с Полинкой по отдельной комнате и по смартфону или планшету с интернетом, как у их с Ярой ребятишек, были бы мир да лад между ними? Вряд ли, вряд ли... А ребятишки между тем расселись вокруг стола на разномастных табуретах, сжевали по сочной котлете с картофельным пюре и помидоровым салатом и, наконец, дорвались до желанного наполеона. Егорка наворачивал за обе щеки наравне со всеми. Боря говорил, что у мальца плохой аппетит? Да ладно! - Смотри-ка, - удивился, кстати, и сам папаша. - Подействовало. А я ведь так, наудачу сказал. Мультик один вспомнил. - Пап, какой мультик? - вскинулся его сынишка. - Старый очень, - улыбнулся Боря. - Про то, как одна девочка мало кушала, и её посадили за стол к маленьким обезьянками... - Это что - мы, выходит, как обезьяны?! - возмущённо завопили в один голос двойняшки. - А я - как девчонка, да? - обиженно надулся Егор. - Да ну вас, - махнул рукой Боря. - Это же юмор такой. - А ты им включи этот мульт, - предложил Вик. - Пусть посмотрят и поймут, что нет там ничего обидного. - Точно! - обрадовался он. - У меня даже диски где-то были с советской мультипликацией. И ведь не думал, что можно Егорке такое включить, мы с ним обычно "Человека-паука" смотрим. Ребятня сгрудилась вокруг телевизора. После весёлых приключений семейства обезьянок пошёл сериал про поросёнка Фунтика. А затем... - Ви-и-ик! - радостно взвыли двойняшки, усмотрев в детской сказке забавную аналогию с действительностью. - Это же про нас. И про вас! На экране разворачивалась драма двух осьминожьих семейств. Горе-папаши, перепутавшие потомство, даже внешне, пусть и с карикатурной гротескностью, напоминали участников сегодняшних событий. И когда существа на экране, переплетаясь цветными щупальцами, красивыми оперными голосами с вычурной трагичностью запели своё: "Что же натворили мы, что же мы наделали?!" - Вик даже не засмеялся. Его просто прошило ледяной иглой от шейных позвонков до копчика. Ничего себе мультики снимали советские режиссёры для советских детишек! Или им и впрямь не приходило в голову, насколько интимно и провокационно смотрятся такие обнимашки между мужиками, пусть и немножко пучеглазыми и восьминогими? В СССР же секса не было, только нежная и крепкая мужская дружба, вот-вот... Вик понял, что после этой откровенной мультяшной сцены он уже не сможет спокойно на Борю смотреть. Думал, как-нибудь обойдётся, а теперь... Как там двойняшки говорят в сомнительных ситуациях? "Ой, всё!" Никогда прежде Вик не предполагал, что способен запасть на брутального натурала.