Осьминожки

- Макс, не думал, что ты здесь! - проговорил Боря, после того как они с рыжим обнялись по-братски (Вику странно было это видеть после такого-то язвительного "приветствия"!), и тот нахально, без приглашения, придвинул к их столику третье кресло и уселся в нём, положив ногу на ногу. - Ха, а я вот взял и поменял билет. Решил, что понедельник - день тяжёлый. Если честно, проспал, вчера с ребятами моё "золото" отмечали, и на утро мне было, поверь, не до поездки в аэропорт. Жаль, не было тебя с нами. - Тут и без меня, думаю, было весело, - угрюмо хмыкнул Боря - Кстати! А ведь и ты сейчас должен быть не здесь, а в столице-матушке. Или я ошибаюсь? - Был и вернулся. - Ух ты, жаворонок - птичка ранняя! - бурно восхитился Макс. - Пчёлка моя трудолюбивая, всё успеваешь... Можно, значит, поздравить? - Да, всё подписали. Будем работать. - Ай, Борюсик, ты же понимаешь, что я спросил не о московском проекте, а о личном, - Макс защёлкал пальцами, подзывая официанта. - Сашенька, мне как обычно, а гостям ещё по пиву за счёт заведения. Так как? - он многозначительно подмигнул Боре. - Можно поздравить? Вик почувствовал себя очень неуютно. Эх, повёлся он на обещание Бори, наивно поверил, что тут никто на него не обратит внимания. И вот теперь сидит за одним столом с ужасным Максом, который, похоже, в "Тысячелистнике" важная птица, а с Борей общается какими-то намёками, будто тот его с полуслова понимать обязан. И ведь придётся сидеть рядом с ними, никуда не денешься. Был бы у него с собой телефон - вызвал бы такси и уехал. Была бы здоровая нога - ушёл бы пешком до остановки автобуса, к ночи был бы дома... наверное. В этот момент Вик ощущал неприятную беспомощность, зависимость от Бори. Как будто без него он самостоятельно шагу сделать не может. Впрочем, почему "как будто"? На самом деле не может, физически. Доковылять хотя бы до туалета - проблема. Можно передвигаться, цепляясь за спинки кресел, столы, скользя рукой по стене, но как же глупо это будет выглядеть. Совсем не хотелось становиться мишенью для насмешек этого Макса. А в том, что рыжий станет оттачивать на нём своё остроумие, не было никаких сомнений. Да он уже начал - подмигивания, намёки, издевательская ухмылочка доброжелательного общения не предвещали. Кто же такой этот Макс, рядом с которым сильный и уверенный в себе Боря превращается в смятую тряпочку, позволяя тому вести себя по-хамски? - Бориска, ты бы познакомил меня с зайчиком, - Макс сделал в сторону Вика жест волка из мультфильма - этакое "у-тю-тю", и тот поморщился, не одобряя по отношению к себе подобных вольностей. - Макс, не надо этих смехуечков твоих, просил же тыщу раз, - сердито буркнул Боря, и Вик с каким-то болезненным удовольствием отметил: его спутник вовсе не собирается терпеть подколки рыжего, они его раздражают. По крайней мере, те, что задевают Вика. То есть Боря за него заступился, ему не всё равно. Это хороший знак! - Пардон, - развёл руками Макс. - Сорри. Извиняюсь. Извиняюсь не за себя, а за своего неприветливого друга детства Бореньку, который не пожелал нас с вами друг другу представить. Поэтому представлюсь самостоятельно. Максим, можно Макс. - Викентий, - он пожал протянутую ему рыхлую белую ладонь, фиксируя взглядом кляксу из веснушек на запястье. - Можно - Вик. - Редкое имя, - Макс растянул губы в клоунской улыбке, изображая гостеприимство, но в глубине его зелёных глаз всё равно плясали злые искры. - Боря не говорил вам, Вик, что всё вот это - его произведение? Нет? Ах, скромняга... Тогда я скажу - мой "Тысячелистник" строился по его проекту. - А, так "Тысячелистник" вам принадлежит! - запоздало догадался Вик. Он испытывал теперь двойственные чувства. С одной стороны, был обижен на Борю, который обещал спокойный вечер, а сам, наоборот, притащил его в такое место, где они оказались в центре внимания. С другой - ему сделалось интересно. Выходит, Макс и есть таинственный хозяин заведения, славящегося толерантностью... То есть, если верить словам москвича, бывшего парня Вика, Макс либо гей, либо бисексуал. А на вид и не скажешь. Впрочем, Вик ни разу не встречал в жизни гея, соответствующего всем стереотипам. Ну, кроме, разве что, вот этого - принесшего им с Борей пиво, а Максу бокал чего-то лимонно-жёлтого с кубиками льда на дне - манерного официанта Сашеньки. Да и то, возможно, его манерность - игра на публику. Подмигивания Макса в сторону Бори вдруг стали казаться Вику подозрительными. Друзья детства, да? Но, как подумал Вик, оправдывая в своих мыслях Макса, тот мог быть безнадёжно влюблён в своего товарища-натурала. И они с Виком никакие не враги, не соперники, а собратья по несчастью. - Поедем мы, - Боря взялся за телефон, чтобы вызвать такси. - Макс, машину у тебя оставлю? - Без проблем, Боречка. Давай ключи, утром мой водитель тебе её под окна подгонит, как всегда. А то, может, останетесь? Баньку вам организую по высшему разряду. - Какая банька, не видишь - нога у человека! - Так не перелом же! При других травмах, наоборот, полезно. - Спасибо, не надо, - пролепетал Вик, вздрогнувший от мысли, что Боря сейчас за себя и за него согласится на баньку и другие увеселения в продолжение приятного вечера. А главное - что ещё немного, и согласится он сам. Голова уже кружилась от предчувствия приключений. Выпил Вик немного, но алкоголь, видимо, вступил в реакцию с принятым днём обезболивающим, знакомая атмосфера "Тысячелистника" вызывала романтические и эротические ассоциации, а Боря сидел так близко, что... Ох, нет!.. - Не уговаривай, Макс. Домой, домой! С утра в офис, дел по горло. - Всегда ты так, - картинно расстроился Макс. - На неделе дела, в выходные возишься с сыном. Вик, не берите пример с этого скучного человека, не заводите детей смолоду - намаетесь. - Опоздал с советами, Макс, - вздохнул Боря. - У него четверо. - Э-э-э... сколько? - ошалел Макс. - Борюсь, это шутка такая? - Серьёзно, четверо, - гордо подтвердил Вик, искренне радуясь, что сумел поломать Максу стереотипы. Действительно, на гея Вик не очень похож, но на отца многочисленного семейства - ещё меньше. Вик с удовольствием продемонстрировал бы семейные фотографии, чтобы ещё больше вытянулась от удивления веснушчатая физиономия Макса, но... весь архив остался в том, раздавленном, телефоне. Боря же, словно угадав его мысли, принялся показывать снимки на экране своего айфона. Когда же он успел? Подловил как-то по-шпионски. На них Вик с забинтованной ступнёй и дурашливой улыбкой выглядел чудаковато - впрочем, он всегда выходил на фото неудачно. Зато Тарас с Егором, сосредоточенно сражающиеся в настольный хоккей, три девицы, плетущие косички друг дружке, и Яра с тазиком яблок в обнимку получились превосходно. - Ну, вы даёте, ребята! - восхищённо хохотнул Макс. - А это Петровская из агентства "Четыре стороны", что ли? Слушайте, Вик, я вам по секрету одну неприятную вещь скажу... - Про мою жену и её начальника? - Вику не понравилась бесцеремонность, с которой Макс вторгался в его личную жизнь. И Боря тоже хорош. Вот зачем он показал эти фотографии? Эффект, конечно, произведён, но не совсем тот, какого хотелось. - Меня вы такими секретами не испугаете, у нас с Ярославой свободные отношения. - И насколько... свободные? - вдруг заинтересовался Макс и потянулся поправить Вику растрепавшиеся волосы. Боря резко остановил движение его руки. - Ты это прекрати, понял? Вик, пойдём - такси у ворот. В машине, устроившись на задних сиденьях, они не разговаривали ни между собой, ни с шофёром - тот оказался молчаливым угрюмым мужиком. Вик лишь время от времени бросал короткий взгляд на, казалось, задремавшего рядом Борю, видел часть его плеча, фрагмент шеи и мочку уха, а остальное домысливал про себя. А ещё он прокручивал в голове события прошедшего дня: занятие с Ваней и разговор с его дедом, внезапно открывший в Боре новые грани, а потом "Тысячелистник", Макса. Вплоть до прощания у ворот, когда хозяин заведения по-дружески облапил Борю, а руку Вика держал в своей так долго, что это могло показаться неприличным, и шептал ему на ухо просьбу передать привет "госпоже Петровской" и напомнить ей, что они увидятся в пятницу, когда "Тысячелистник" будет принимать участников пресс-тура. - Зачем тебе этот официоз? - проворчал, едва услышав от Макса о пресс-туре, Боря. - Да я уже понял, что зря в эту затею ввязался, но отказаться поздно. Ничего, зато попиарюсь за муниципальный счёт. - Там же по условиям традиционный национальный колорит нужен. - Не переживай, Борюсик. Национального тут у меня через край, а из традиционного... Лидию им выведу в сарафане и кокошнике. - Уверен? - насторожился Боря. - Вполне. Она деваха колоритная. - Калорийная! - буркнул Боря - то ли оговорился, то ли попытался сострить. Из их разговора Вик ничего не понял - какой такой пресс-тур, что за калорийная Лидия в кокошнике. Подумал, что потом, если не забудет, спросит Яру, раз уж она всё равно по работе сюда собирается. Ведь нет же у сотрудников турагентств профессиональных тайн? Выбравшись из остановившейся у его дома машины, Вик потребовал от Бори до квартиры его не провожать - доковыляет сам. Нога ощутимо побаливала, но Вик подумал, что в присутствии и без того подозрительно косящегося на них таксиста он не станет приставать к Боре с пьяными поцелуями, а вот в подъезде ему может и не хватить железной выдержки. Только Боре эти нежности совсем не нужны, и Вик своей назойливостью напрочь уничтожит такое хорошо сложившееся душевное общение. Если находиться рядом с Борей возможно, лишь сохранив видимость невинной дружбы, пусть так и будет. Со временем Вик решится признаться. На трезвую голову, разумеется. И не факт, что в чувствах, - сначала, наверное, просто скажет о своей не отвечающей трацициям ориентации и посмотрит на реакцию. Хотя... что смотреть? Дружит же Боря с Максом, а тот вовсе не делает секрета из своих сексуальных пристрастий. Поковыряв в замке ключом, Вик ввалился в квартиру. Прежде чем улечься и заснуть, он решил проверить, все ли чада и домачадцы на месте. Яра крепко спала, а дети... Дети тоже спали. Вик пересчитал ребят и девчат по головам и... обнаружил, что их на одного больше. Задумался. Не мог же он, математик, ошибиться в таких простых подсчётах! Или мог? Вик ещё раз, натыкаясь на углы и мебель и сонно чертыхаясь, обошёл квартиру и сосчитал спящих, как ангелы, детей. Снова получилось пять вместо четырёх. - Спьяну в глазах, наверное, двоится, - пробормотал он. - Точнее, пятерится. Он решил не нервничать по такому пустяковому поводу. Во всяком случае, никто же не пропал. Наоборот, появился лишний ребёнок. - Откуда вообще берутся дети? Никто не знает. Загадка природы, - сделал вывод Вик и, решив отложить дальнейшие подсчёты до утра, рухнул на диван и уснул.