Да, папочка

«Sakima feat. YLXR — Daddy»

— Ты не в настроении. Что-то случилось? — А чего мне быть в настроении, когда твой член находится в штанах, а не во мне? — А точнее: не в твоём горячем ротике или не в твоей похотливой попке? — Да похер где, просто хочу наконец-то ощутить его. — Ну тогда чего моя детка медлит? Давно спустил бы с папочки штаны и сделал всё так, как любит мой малыш, а более того, как люблю я. Ты же всё знаешь, как надо делать. Тэхён без сомнений оседлал своего папочку и ворвался в его рот своим горячим и влажным языком, орудуя там, как ему вздумается. Поцелуй выходит мокрым, страстным и слишком развратным. Тэхён чувствует уже нехилых размеров бугорок в штанах у своего темноволосого парня и начинает просто трахать рот своим языком, не давая ни секунды на глоток свежего воздуха, начиная тереться своим твёрдым возбуждением о член своего парня. Чонгук убирает руки с талии Кима, резко сжимает ими ягодицы и крепко прижимает его к себе, а в ответ на такое действие он получает протяжный стон, который Чон ловит в поцелуе. Он заставит его так громко стонать, что услышат не то, что все сотрудники в этом офисе, а даже прохожие рядом на улице люди. Чону нравится как стонет его детка, очень нравится. Это самая лучшая музыка для его ушей. Тэ накрывает рукой член Чона и через штаны начинает медленно поглаживать и сжимать. Это слишком мучительно для второго. Он уже быстрее хочет всадить свой член в Тэхёна, и чтобы он уже в бешенном ритме трахал своего малыша. Чонгук рычит в шею Тэхёна, когда он одним ловким движением расправляется с молнией на штанах и проскальзывает рукой в трусы и начинает размазывать уже сочившуюся смазку по члену. Чонгук покрывает поцелуями шею Тэ, кусает, всасывает и оставляет на ней ярко-красные пятна, зализывает места засосов и переходит на ключицы. Ким мычит и постанывает от приятной боли. После чего Чон пробирается под футболку и начинает играться с сосками Тэ, покручивает бусинки пальцами, а в ответ тот так сладко стонет ему на ушко. — Малыш такой сладкий, такой желанный и такой похотливый. — Ах, папочка, возьми меня, хочу чувствовать твой большой и твёрдый член внутри. А Чонгуку не надо повторять несколько раз. Он поднимает Тэ за ягодицы и усаживает своего малыша на рабочий стол, смахивая всё, что находилось на столе к чёртовой матери. Гук широко раздвигает ноги Тэхёна, плотно прижимается к нему и затягивает в поцелуй, углубляя его с каждым разом. Такое ощущение, если бы это было возможно, то они бы съели друг друга. Гук припустил свои штаны вместе с боксёрами, и Тэхён увидел значительных размеров красивый член. Тэхён облизнул свои губы и ехидно улыбнулся: «До того, как ты меня будешь натягивать на свой член, я хочу сначала поиграть с ним язычком и глубоко заглатывать, как любит мой папочка, а потом ты грубо вставишь его в меня и будешь трахать так жёстко, чтобы я, блять, не мог завтра ходить и думать о чём-то, кроме твоего члена в своей заднице». Взгляд Тэ полон желания. Он берёт всю инициативу на себя. Делает так, что Чон стоит, облокотившись о стол, а сам Тэхён стоит перед ним на коленях и уже облизывает сочный член парня. — Ммм… Мой малыш такой развратный. Возьми его полностью в ротик и соси его так, словно изнываешь по нему. — Папочка так сильно хочет ощутить и увидеть, как мои губы будут обхватывать и ласкать твой член? — Да, детка, папочка очень этого хочет. Я знаю, как ты любишь мой член. — Да, очень люблю. Гук так сильно обожает рот Тэхёна, а малыш Тэ знает давно слабости своего парня и делает всё, как он любит и ни в коем случае не смеет разочаровывать своего папочку. Ким берёт напряженный член глубже, втягивает щёки, сосёт и облизывает его. Чон издаёт высокий стон. Тэхён поднимет свой взгляд вверх и видит, как у того хмурятся брови и напряжённо пульсируют вены на шее от такого сладкого наслаждения, а руками он нежно поглаживает Тэхёна по волосам. Да, он явно ловит кайф. Чонгук не хочет кончить от тесного и горячего, как кипяток, рта, не сейчас. Он хочет кончить глубоко внутрь бархатистой дырочки Кима. Гук отстраняется. Его взгляд словно люциферов огонь. Он такой красивый и сексуальный, что аж режет глаза. — Раздевайся, малыш, и забирайся на стол, — приказным тоном сказал Чон. Тэхён не смел ослушаться и сделал всё, как велено. Папочку нельзя ослушиваться, за это последует наказание. Но порой Тэ делает что-то нарочно, потому что его задница хочет больших приключений, желательно приключений с размера члена своего парня. Чонгук подходит ближе к Тэ, нежно оглаживает ягодицы, начинает целовать и кусать сначала правую половинку, затем левую. Переходит плавно на поясницу, покрывая её поцелуями, доходит до шеи: целует и облизывает её. — Такой красивый и послушный. Хочешь, чтобы папочка сделал своей детке приятно? — Да, папочка, очень хочу. Тэ выгнулся немного и повилял задом, привлекая внимания Гука. — Ох, сейчас папочка поиграет с тобой, мой мальчик. Чонгук медленно раздвигает аппетитные половинки и приближается к горячему пульсирующему колечку, высовывает язык и медленно начинает делать им круговые движения. Тэхён выгибается сильнее и начинает стонать, потому что, чёрт побери, язык Гука дарит такие крышесносные ощущения. Он пробирается своим большим и горячем языком глубже и вылизывает дырочку так, словно первый раз это делает. Голодный, как зверь, он так смачно начинает её трахать своим языком. Тэхён мог даже кончить от одного только языка Гука, но нельзя, ведь папочка так быстро не позволит кончить своему малышу. — Такой сладкий и узкий для меня. — Ммм, не останавливайся, прошу. — Не слышу, малыш. — А-ах, не останавливайся, папочка. — Так-то лучше, мой хороший. И Чонгук продолжает таранить дырку своим языком и добавляет к нему сразу два пальца. Найдя нужный угол, Чон попадает по заветному комочку нервов, и Тэхён уже еле стоит на коленях, стонет так громко, так сладко. Добавив третий палец, Гук ещё немного растягивает его и затем вытаскивает пальцы. Он стягивает с себя оставшиеся вещи и откидывает их в сторону. Член стоит колом и твёрдый, как камень. Чёрт, как же он хочет войти в этот проход, утонуть в омуте пошлости и страсти. Как же хочется забыть обо всём и просто наслаждаться стонущем Тэхёном и этими, сносящими бошку, ощущениями. Хотя, он сейчас это и будет делать. Тэ слезает со стола и поворачивается лицом к Чону, приближается и целует. Так целует, как может, как хочет: страстно и пылко. Чонгук его и только его. Их тела словно одно целое: слишком близко, слишком горячо. Страсть и похоть так и витают в воздухе. Чонгук прерывает поцелуй первый: «Повернись». И снова этот тон, приказной тон, которому всегда хочется подчинятся. Это Тэхён сейчас и делает: снова ему подчиняется, потому что по-другому не сможет, не захочет. Ким поворачивается спиной к Гуку, отставляет задницу и раздвигает половинки руками. Чон берёт свой член в руку и начинает делать дразнящие движения вокруг дырочки. — Скажи, что хочет моя детка, чтобы я сделал? — Хочу, чтобы ты вставил свой большой и толстый член мне в задницу и отъебал так, чтобы я забыл своё имя. — Ммм, да, это я сейчас и сделаю, малыш. Чонгук резко, сразу на всю длину, входит в Кима. Тэхён широко распахивает глаза и громко вскрикивает от неожиданности. Чон начинает двигаться и сразу набирать темп. У его малыша взгляд меняется, становится раскрепощённым, готовым принимать всё больше и больше, затуманенным и бездонным. Он начинает стонать во всё горло, когда тот набирает бешенный темп. Чонгук рычит и стонет. — Только мой. — Ах, папочка, только твой. — Да, стони, детка. Стони только для меня. И Тэхён стонет, стонет протяжно и так прекрасно. — Так хорошо принимаешь, такой хороший для меня. — Ммм, да, жёстче папочка. — Мой малыш такой ненасытный. Как же Тэ нравится, когда Гуки хвалит его, когда говорит грязные и пошлые вещи. Это только подливает масла в огонь. Чон берёт грубо, входит жёстко и глубоко. Он так крепко держится за талию, что на следующий день точно останутся синяки. Ну и к чёрту их, Тэхёну нравится, когда на нём остаются следы после ахуенного секса. Чон трахает так грубо, так хорошо. Гук оглаживает торс Тэ, берёт его за горло и затягивает в поцелуй, сосёт его язык и снова целует. Целует грязно и мокро. Разрядка совсем уже близко, они чувствуют это, и им так хочется скорее достичь пика удовольствия. Руки снова переходят на талию Тэхёна, и Чонгук вдалбливается в него быстро и жёстко. Одной рукой Гук берёт член своего парня и начинает дрочить. У Кима расширились глаза, когда большая и горячая ладонь обхватила его член. Тэхёна стонет, стонет и стонет, потому что ему, блять, чертовски хорошо, потому что он скоро кончит так, как подобно извержению вулкана. — Я хочу, чтобы ты кончил для папочки первым, — грубым и осипшим голосом говорит Гук. И как только услышав этот сексуально грубый голос, Тэхён тут же издаёт протяжный и громкий стон, закрывает глаза и изливается Чону в руку, и при этом пачкая рабочий стол. — Да, малыш, вот так. Гук делает ещё несколько толчков, сжимает талию, прижимается сильнее к чужому телу, стонет громко с рыком и кончает, кончает до появления ёбаных звёзд в глазах. Они дышат глубоко и сбито. Чонгук выходит из растраханной дырочки Тэхёна и разворачивает его к себе лицом. Смотрит в эти расслабленные и любимые глаза, и приближается близко, целует нежно и тягуче. Не хочет быстро, не хочет страстно, хочет медленно наслаждаться этими губами, и он наслаждается. — Мой и только мой. Люблю тебя, малыш. — И я люблю тебя, Гуки.