Смертные и грешные

Когда Джемма решается вновь поднять глаза, Евы нигде не видно. Джемма уже почти убеждена, что это была какая-то немыслимая пост-оргазменная галлюцинация, когда Ева появляется снова и с грохотом опускает на стол полную бутылку джина Бифитер, а затем стакан со льдом и ломтиками лимона. “Какой приятный сюрприз, Ева. Пожалуйста, присаживайся.” - говорит Вилланель любезно. И с оттенком самодовольства. Джемма разрывается между слишком многими конфликтующими чувствами, чтобы устраивать сцену прямо сейчас. Может быть, чуть попозже. “Что ты здесь делаешь?” - спрашивает она. Джемма решает, что Ева не догадалась о том, что происходило под столом, потому что альтернатива выглядит слишком унизительно. “Ты следила за нами?” “Нет, просто проверила все бары всех отелей в округе,” - отвечает Ева. Джемма не может понять, шутит она или нет. Ева действительно выглядит слегка запыхавшейся. Джемма тоже не совсем ещё восстановила дыхание. Она делает глоток своего коктейля, прячась за высоким бокалом в котором прибыл её Секс-на-Пляже. Желтый бумажный зонтик едва не попадает ей в глаз. “Это довольно дерьмовый джин,” - говорит Вилланель, озабоченно наблюдая, как Ева наливает себе полный стакан и закидывает голову, проглатывая сразу половину дозы, морщась от вкуса. “От него не требуется быть хорошим. Всего лишь помочь мне забыть то, что я только что видела,” - и с этими словами Ева забрасывает в себя вторую половину. О Боже! Джемме срочно надо уединиться. Ей надо… Две пары глаз поворачиваются к ней и она осознает, что вскочила из-за стола. “Мне срочно надо… а то я умру… скоро вернусь...” - честно сообщает Джемма и мчится в одном направлении, прежде чем вспоминает, что это тупик и туалет находится в противоположной стороне. Она разворачивается, присоединяется к очереди к двум доступным кабинкам и, наконец, закрывается в одной из них. Возбуждение, которое поддерживало её за столом, улетучивается. Джемма сидит, поникнув, на унитазе, упираясь подбородком в ладони, а локтями - в колени. На её спущенных до колен розовых трусиках расплывается большое темное влажное пятно. Вид его заставляет её почувствовать себя грязной - довольно двойственное чувство, наполовину стыд, наполовину возбуждение. Все предупреждали её как опасна может быть Вилланель, но не страх заставил Джемму заняться с ней сексом прямо в баре отеля. Вилланель не угрожала ей. Всего лишь искушала. Сама возможность разделить этот момент с женщиной настолько безупречно самоуверенной была такой опьяняющей, что мысли вроде “Я могу потерять свою работу, если меня застукают за этим” тихо съёжились где-то на заднем плане. Джемма чувствует, что ей следовало бы быть более недовольной собой, чем она есть на самом деле. Когда она возвращается обратно к столику, Ева и Вилланель с каменными лицами неподвижно смотрят друг другу в глаза, сохраняя молчание. Рука Евы плотно сжата вокруг рукоятки ножа для сыра. “Всё нормально? Кто-нибудь хочет ещё выпить? Или поесть чего-нибудь?” - спрашивает Джемма, чтобы как-то разрядить атмосферу. “Всё замечательно,” - отвечает Вилланель дружеским тоном, не отрывая, однако, напряженного взгляда от Евы. Не мигая. Улыбаясь только губами. “Скажи бармену, пусть принесут бутылку вина. Только что-нибудь хорошее. Пусть добавит к моему счету.” Бармен узнает её как гостью клиентки с впечатляющей кредитной картой. Такого обслуживания вне очереди Джемма никогда не испытывала, даже тогда, когда её, 18-летнюю, в мини-юбке, пропускали без очереди в ночные клубы, зыркая на её сиськи. Джемма, которая обычно заказывает домашнее красное, следует совету бармена и выбирает пино-нуар, бутылка которого, насколько ей известно, стоит несколько сотен фунтов. Официантка с подносом, на котором стоят три высоких бокала для вина, следует за Джеммой к столику. “Мне не надо,” - говорит Ева, поднимая руку, когда девушка пытается поставить один из бокалов перед ней. “О, прошу прощения!” “Ева, нет причин быть невежливой,” - укоряет Еву Вилланель, одаряя сначала официантку, а затем Джемму чарующей улыбкой. “Ева решила составить нам компанию на сегодняшний вечер.” Как будто для того, чтобы проиллюстрировать это, Ева осушает ещё одну изрядную порцию ледяного джина. “Ладно,” - соглашается Джемма, без малейшего понятия, куда всё это действие направляется. Она только надеется, что оно продолжит включать и её. “Мы также пришли к соглашению, - что бы ни случилось сегодня вечером, оно не будет считаться чем-то серьёзным.” - продолжает Вилланель - “Потому что так Ева чувствует себя лучше.” “Имела я тебя во все дырки!” - рычит Ева, но, в общем, не возражает. “В любое время!” - радостно отвечает Вилланель, её солнечное настроение особенно заметно на фоне грозовой насупленности Евы. “Эй, Джемма, помнишь, как ты сказала мне, что хотела бы трахнуть Еву?” Внимание Евы переключается на Джемму, и, впервые за вечер, в её глазах появляется что-то другое, нежели гневное раздражение. Любопытство. Удивление. “Это была игра. Трахнуть-Жениться-Убить. Но важен контекст!” - Вилланель наклоняется заговорщицки к Еве. “Джемма выбрала убить меня, чтобы она могла трахнуть тебя! Что ты на это скажешь, Ева?” Ева снова осушает очередной стакан, как будто она играет в какую-то ведомую только ей пьяную игру. “Что-то я не догоняю - я думала ты страдаешь по Нико?” “Нико ей тоже нравится!” - вставляет Вилланель. Эта реплика вызывает раздражение у Джеммы - она предпочла бы держать Нико подальше от всего этого. “Так что, если вы захотите взбодрить ваши семейные отношения в спальне, я думаю, она будет рада помочь. Вин-вин ситуация, нет?” - продолжает Вилланель. “Я не согласна!” - встревает Джемма, достаточно громко, чтобы остальные за столом обратили на неё внимание. “Это была глупая игра - и кроме того, мы здесь, а Нико нет, так что это не имеет значения.” “Не сердись, я всего лишь пыталась помочь…” - неубедительно оправдывается Вилланель. Ева и Джемма обе фыркают, не веря ей ни на грош. “Ты и вправду выбрала бы меня, чтобы трахнуть, а не её?” - спрашивает Ева и даже слабый намёк на улыбку в уголках её рта - слишком милый, чтобы Джемма могла отказаться от своих слов. “Ну, это не то, чтобы я вообще отказалась трахнуть её в принципе…” Ева смеется - настоящим смехом, который вызвала Джемма! “О, да!” - говорит Ева - “Я заметила!” Лицо Джеммы вспыхивает огнём, но не потому, что ей стыдно за то, что её поймали. Вилланель подбирает последний кусочек сыра с тарелки и бросает его себе в рот. “Время двигаться!” - объявляет она - “У меня есть несколько хороших вибраторов в отеле. Прихвати вино!” Джемма, которая только что налила себе полный бокал вина, собирается выпить его за один присест. Среди всего этого сумасшествия, это кажется самым простым решением. “Дай-ка его мне,” - Вилланель подхватывает бокал и вместе с ним величественно покидает бар. Никто не пытается её остановить. Ева следует за ней, сжимая в кулаке горлышко бутылки с джином, ещё наполовину полной, и Джемма замыкает процессию, направляясь за ними, что бы там её не ждало.