Оффендер

      Хелен пришла домой с работы и заметила, что ее дочь была в подавленном состоянии. На вопрос: «Что случилось?» – Хейдес лишь качнула головой и ответила очевидной ложью «Всё нормально», после чего закрылась в своей комнате. Женщина тяжело вздохнула и выложила из пакета, купленные по дороге домой, продукты. Она не спеша разложила их по полочкам, о чем-то глубоко размышляя. В ней боролись противоречия, которые целый день мешали ей работать. Даже стоя в душе, ее сердце бушевало, а разум не давал покоя голове. Хелен долго решалась, но поняла, что лучше не оттягивать и быстрее покончить с этим.       Поздно ночью Хелен стояла в своей комнате перед зеркалом, одетая в длинное шифоновое, слегка прозрачное белое платье с голубым отливом. Она задумчиво расчесывала волосы, не отрывая взгляда от пустоты в ее глазах. Внезапно взгляд Хелен перешел на отражение. Красивая зрелая женщина с грустными, уставшими глазами смотрела на нее, будто умоляя о том, чтобы Хелен не тянула время, иначе будет поздно. Женщина тяжело и отрывисто вздохнула, чтобы собраться духом. Она взяла флакон своих любимых духов, которые использовала очень редко, и нанесла их на шею и волосы. Выйдя из комнаты, Хелен подошла к двери в комнату дочери и легонько пыталась открыть ее, но Хейдес заперлась. Наверное, из-за ее плохого настроения она закрылась, чтобы побыть наедине с собой. Так думала Хелен и очень надеялась, что дочь спит, а не сбежала вновь к Оффендеру.       Женщина вышла из дома и, оглядываясь, направилась в лес. Сердце громко колотилось. Она так волновалась впервые, нежели в молодости. Ступая за порог леса, Хелен стала проклинать себя за то, что придумала эту идею. Хотя Алекс пытался ее остановить, потому что это очень опасно, но Хелен была тогда так уверена в себе и в своей готовности сделать всё, что угодно, лишь бы чудовище оставило их семью в покое. Но в данный момент уверенность Хелен куда-то пропала, и она поняла, что лучше было понадеяться на Алекса и Билла. Хелен тяжело вздохнула и зашагала вглубь леса, окутавшись в темноту. Ей ничего не нужно было делать, чтобы он к ней пришел. Она знала, что он почувствует ее. Хелен шла все глубже в лес, вспоминая, как в молодости она пришла к нему, будучи одержимой его персоной. Приятные воспоминания слегка заставили женщину улыбнуться, но в глазах быстрыми картинками пробежали воспоминания о погибшем муже. Хелен слегка помотала головой, чтобы вытряхнуть ненужные мысли, и продолжила идти. Через какое-то время она остановилась и стала ждать. Она боялась их встречи, но больше всего она боялась, что он не придет. Опасения были напрасны, ибо за спиной она почувствовала чье-то тяжелое присутствие, и в нос ударил запах роз и сигарет. — Ну здравствуй, — раздался глубокий мужской голос.       Хелен затаила дыхание и медленно повернулась к нему. — Вторая встреча за этот месяц. Я приятно удивлен. — Оффендер расплылся в ехидной улыбке. — Что привело тебя, дорогая? Неужели ты соскучилась?       Оффендер нагнулся к ее лицу, и Хелен слегка отпрянула. — В этот раз ты не такая смелая, какой была раньше. Что изменилось? Ты напугана? — Нет. — Наконец заговорила Хелен. — Я пришла к тебе… чтобы поговорить…       Женщина не придумала, что сказать, ибо сама понимала, что действует весьма нелогично.       Оффендер выпрямился. — Я слушаю тебя.       Казалось, будто Оффендер догадывается, что она лжет ему, но Хелен пыталась с чего-то начать разговор, пусть ее мысли и сильно путались. — Знаешь… Столько времени прошло… — начала Хелен и сделала паузу, думая, что еще сказать. — Для меня не существует времени. Разве ты этого не помнишь? — Оффендер заполнил паузу, дабы поторопить женщину. — Помню… Я всё помню… Никогда не забывала ничего, что связано с тобой. — последнюю фразу она произнесла очень тихо, надеясь, что он не расслышит.       Хелен мяла платье в руках и смотрела в пол, как провинившаяся девочка. — П-прости меня… Оффендер. — она заплакала, потому что ей было очень тяжело выдавливать эти слова и одновременно ужасно стыдно перед погибшим мужем.       Оффендер молча взял ее за подбородок и приподнял лицо к себе. Полные слез глаза сверкали, словно звезды в ночном небе, а взгляд был таким невинным. Она стала похожа на ту молоденькую смелую Хелен, которая когда-то так любила его. Оффендер нежно поцеловал в губы свою когда-то любимую девушку, которая волшебным образом смогла оживить его сердце, а потом разбить, как хрупкую вазу. Хелен ответила на его поцелуй, и тело окуталось таким старым, приятным теплом, и одновременно ей сделалось дурно от своих же ощущений. Она молилась, чтобы где-то там Стив не видел всего этого и не разочаровывался в ней. Оффендер прижал ее к себе, а щупальца полезли к ней под платье и, касаясь голых ног, медленно поднимались выше. Длинные тонкие пальцы чудовища нашли застежку от платья и аккуратно потянули вниз, обнажая гладкую бледную спину. Мурашки покрыли тело женщины, и, глубоко, отчаянно вздохнув, она закрыла глаза и позволила ласкать тело своему когда-то предмету обожания, ныне который является ее главным врагом. Платье, словно вода, плавно скатилось по телу женщины и мягко упало на землю, раскрывая всё то, что Хелен так не хотела показывать. Оффендер скучал по ней и очень удивился, что спустя столько лет тело Хелен стало только слаще на вид. Ему хотелось скорее попробовать ее, словно она тот самый долгожданный десерт. Он провёл языком по ее шее и плавно уложил на землю, постелив под ней свой плащ. Заметив, что Хелен до сих пор с закрытыми глазами, Оффендер сказал: — Открой свои прекрасные глаза, дорогая. Я хочу, чтобы ты смотрела на меня.       Медленно, стараясь сдерживать слезы, Хелен подняла глаза. Над ней был темный силуэт, который медленно вторгался в ее израненную душу, чтобы еще больше причинить боли. Она и подумать не могла, что ей придется вернуться к этому ради спасения дочери. Это так абсурдно. Хелен простонала от боли и крепко вцепилась ногтями в шею Оффендера. Она сильно напряглась, чтобы не чувствовать удовольствия, но с каждым толчком ее тело переставало подчиняться ей и полностью расслабилось. Хелен просто смирилась и стала похожа на тряпичную куклу без чувств, без эмоций. Ее взгляд был прикован к луне, выглядывающей между вершинами черных деревьев. Луна, казалось бы, смотрела на нее. Смотрела без эмоций. С презрением. От ее пристального взгляда становилось мерзко от самого себя, что аж хотелось провалиться под землю. В голове Хелен крутилось только одно слово «прости». И не понятно, перед кем она извиняется, перед мужем, перед Хейдес и Джинни, перед Алексом или, может, перед самой луной. Но одно из множества слов «прости» точно было адресовано Оффендеру.

***

      В полночь я вышла из дома через окно, после того как услышала, что мама зашла к себе в комнату после душа. Я была на сто процентов уверена, что она вот-вот ляжет спать и не станет меня проведывать. Пусть это было рискованно, но, честно признать, я хотела поскорее закончить свою работу и со всей этой историей. Оказавшись уже в лесу, я брела туда, куда глаза глядят, ибо место нахождения убежища Оффендера я до сих пор не запомнила. Я точно знала, что Оффендер найдет меня раньше, чем я его. Так и произошло. — Здравствуй, розочка. Ты снова ко мне в гости? — приветствовал меня Оффендер. — Да. — сухо произнесла я. — Что ж, тогда прошу за мной.       Через некоторое время мы оказались внутри убежища. — Прошу. Приступайте к вашей работе. Не буду вас отвлекать. — Оффендер взял толстую пыльную книгу, сел на кресло и принялся читать.       Я незамедлительно приступила к работе, стараясь не думать о том, как хотелось бы немного прикоснуться к Оффендеру и поговорить с ним. В процессе я ушла в работу с головой. Мазки за мазками, и моя идея понемногу превращалась в реальность. Каждый фрагмент картины заставлял меня углубляться в прошлое, связанное с Оффендером. Я вспоминала нашу первую встречу, первый раз, прикосновения и поцелуи, моменты, когда он помогал мне, и много других приятных мелочей. И вот у меня уже были готовы шляпа, лицо и немного торс. Осталось не так много.       Тем временем Оффендер не отвлекался от книги, пока в какой-то момент он не подскочил. — Что-то случилось? — поинтересовалась я. — Всё в порядке. — неубедительно ответил тот.       Его вид был растерянным, казалось, будто он прислушивается к чему-то. — Я скоро вернусь. Никуда не уходи. — сказал Оффендер, и след его простыл.       Я первый раз наблюдала за его таким странным поведением. Он так быстро исчез, будто испугался чего-то. Честно признать, меня это немного встревожило, но я продолжила рисовать. Но этот момент не выходил из моей головы. Любопытство терзало меня, и я даже начала надумывать себе, что он почувствовал какую-нибудь девушку поблизости в лесу и пошел творить свои грязные дела с ней. В груди слегка ёкнуло сердце. Ревность пыталась пробраться внутрь меня, но я упорно не давала ей этого сделать. Мне плевать. Пусть делает что хочет, лишь бы не трогал меня.       Пришло время уходить, но Оффендера все еще не было. Я стала не на шутку злиться. Куда он так надолго пропал? Как мне идти домой, если его нет? Он сказал, чтобы я никуда не уходила. Но как долго мне его ждать? Самой искать путь до дома я не хотела, даже зная, что Оффендер меня найдет и поможет выйти из леса. А что, если он не станет мне помогать? Что, если он увлечен кем-то другим сейчас и ему вовсе не до меня? От этих мыслей стало немного больно. Я решила остаться и ждать его. Расположившись на диване, я старалась не накручивать себя негативными мыслями, чтобы сильно не нервничать, и пыталась на что-то отвлечься. Глазами я бегала по дому, рассматривая детали так называемого интерьера, и представляла, как выглядела мебель, когда только-только была изготовлена. Веки стали свинцовыми. Очень хотелось спать. Я была не в силах сопротивляться и позволила себе уснуть на этом диване, надеясь, что Оффендер вот-вот придет и разбудит меня.