Forever...

По приходу домой из бывшей школы, Шоё завалился на кровать и смотрел в потолок, обдумывая дальнейшие действия. Всё же уже начавшие заживать раны, разорвались после ухода из Карасуно. Каждый раз, когда его сердце совершало удар, он чувствовал, как тысячи иголок пронзают его. Эта ноющая боль поражала его, стоило снова подумать о бывших волейбольных напарниках. Плакать уже не было сил, из него уже выжали всё, что можно было. Внезапно на телефон пришло уведомление. Нехотя, Шоё посмотрел на экран, на котором красовалось сообщение от Тобио Сегодня в 19:00 в парке. Шоё уже и забыл, об их встрече с Кагеямой. Было интересно, о чём этот «Король» хочет поговорить. Или же он пригласил его просто на прощальную прогулку, ведь теперь они смогут встретиться на площадке, если Хинату возьмут в основной состав Некомы или хотя бы разрешат ему выйти на площадку, (если он вообще попадёт в Некому), о чём Карасуно, конечно, не знали. До прогулки ещё было время, поэтому рыжий решил ничего не делать. Ровно до того момента, пока к нему не подсел Козуме. Кенма выглядел слегка напряжённым, от чего именно, рыжий не знал. — Кенма, что-то случилось? — Ты идёшь на прогулку с тем мрачным связующим? — в глазах Козуме читалась какая-то неприязнь или даже злость. — Ты слышал? — блондин кивнул. — Да, я иду. Это последняя наша с ним встреча, хочу попрощаться. Кенма не сказал ни слова, он лишь печально отвернулся. Это самое чувство опять начало наполнять его, пока Хината не предложил ему лечь рядом с ним. Кенма расцвёл, это чувство исчезло так же быстро, как и появилось. Скромная сдержанная улыбка красовалась на его лице, но в этой улыбке можно было увидеть всю теплоту, всю нежность и всю радость блондина. Кенма лёг рядом, тоже смотря в потолок. Вдруг он почувствовал взгляд Шоё на себе. Повернув голову, он увидел, что действительно Шоё смотрит на него. Его янтарные, светло-коричневые глаза, с тёмной линией на краю радужки, поглотили его. И вот опять это чувство беспомощности одолевает его, он не способен отвести взгляд, потому что эти прекрасные глаза — гипноз для Кенмы. Хината слегка подался вперёд. Сейчас что-то должно произойти. Что Шоё хочет сделать?. Только Козуме успел об этом подумать, как в дверь постучали. Хината пришёл в себя. Он потянулся, чтобы поцеловать друга? Что чёрт возьми со мной твориться? Он соскочил с кровати и приоткрыл дверь, там оказалась бабушка Шоё, которая приглашала их пообедать. Но ребята сказали, что неголодны и поедят потом. Бабушка выглядела слегка грустной, ведь их любимый внук покидал их. Она спросила, собрал ли он вещи и Шоё немножко притупил. Они уезжают уже завтра, а вещи так и не были собраны. Желание Шоё ничего не делать, накрылось. Теперь ему придётся собирать вещи, укладывать их в дорожные сумки. Кенма был не в силах осознавать, что только что произошло. Он искренне не понимал, что Шоё хотел сделать, но всё же надеялся, что тот его поцелует, как его губы, какими бы они ни были, холодными или горячими, влажными или сухими, прикоснуться к его, немного шершавым губам. Блондин закрыл глаза, сжав челюсть. Вот опять он думал о Шоё и его уже стали посещать мысли о поцелуе между ними. Как бы он не старался приглушить это отчаянное чувство влюблённости, стоило Шоё всего лишь появиться в его поле зрения, как чувства снова накрывали его с ног до головы, не давая дышать полной грудью.

***

Вещи уже были упакованы. На часах было 18:30 Хината надевал джинсовку, пока блондин сидел на кровати, грустно смотря куда-то в пол. — Эй, Кенма, — Шоё сел на корточки перед Козуме, заставляя посмотреть на него. — Почему ты стал таким грустным, сразу после того, как мы пришли из Карасуно? — Ты… я… я не грустный, я просто устал, — Козуме соврал. На самом деле он не хотел, чтобы его друг ходил гулять с этим связующим. — Врёшь, — Шоё понял это сразу. — Не переживай, это всего лишь встреча с другом. Правда я не знаю во сколько вернусь, но я постараюсь недолго, — Кенме стало стыдно, что он соврал. — Если что, ложись спать без меня. Хорошо? — Хината положил свою тёплую ладонь на колено Кенмы. Не уходи, не отпускай, не убирай свою ладонь. — Ладно, — Хината улыбнулся ответу друга. — Тогда я пошёл, не скучай!

***

На удивление Шоё, в парке было совсем мало людей. Среди них он искал взглядом черноволосого высокого парня, который пригласил его на прогулку. Но мимо него то и дело проходили либо молодые парочки, либо мамы с детьми. — Эй, придурок, — Так, понятно, он пришёл. — Серьёзно? Утром был Шоё, а сейчас опять придурок. Бакагеяма, ты задерживаешься, это не очень-то вежливо, — возмутился Шоё. — И что? Мы же… не на свидании, — честно говоря, Хината немного опешил от этих слов. — Дурак! — Шоё ударил Кагеяму по плечу, от чего тот немного пошатнулся. — Неужели вовремя нужно приходить только на свидания? И вообще, какое ещё свидание? — Шоё посмотрел на черноволосого. Губы его были сжаты, щёки были слегка розоваты, то ли от прохлады, то ли от смущения, хотя, скорее всего первое, потому что Тобио умел только злиться, ну или же ходил с невозмутимым выражением лица. — Да так, с языка слетело, я даже не подумал. — Ну ладно, — подождав пару секунд, Шоё сказал: — Кагеяма, куда пойдём? — Может быть, зайдём в забегаловку неподалёку? Я не ел ничего. — Пошли, — весело сказал Хината, — но платить ты будешь, Кагеяма, — Тобио лишь закатил глаза. Два бывших напарника шли, пока Хината что-то увлечённо рассказывал, Тобио же внимательно его слушал, улыбаясь происходящему, но Шоё настолько был увлечён своим рассказом, что этого не замечал. Он выбегал вперёд Кагеямы, идя задом наперёд, активно жестикулируя руками, затем снова возвращался. Все мысли Тобио крутились вокруг этого небольшого парня и он удивлялся его энергичности и что тот смеялся несмотря на то, что его семья погибла. Он не был уверен что он оправился, он думал, что тот скрывал всё за маской улыбки. Шоё совсем не обращал внимания на дорогу, идя задом, и его неосторожность привела к тому, что он запнулся о камень. Земля начала уходить из-под ног, чувствуя, как он начинает падать, Шоё крепко зажмурил глаза, уже приготовившись к падению и к возможному ушибу пятой точки, как сильные руки ухватили его за талию, чуть притягивая к себе. Открыв глаза, он увидел перед собой Тобио, который приковался к нему взглядом. В его тёмно-синих, но прозрачных глазах что-то блеснуло. О чём он подумал в тот момент, Хината не знал, пока на ум предательски лезли всякие дурные мысли, которые заставили Шоё покраснеть. — Дубина! Смотри куда идёшь! — а ведь если подумать, Шоё никогда не приглядывался к чертам лица Тобио, до этой ситуации. Его чёрная чёлка свисала, создавая тень, брови были тонкими, но достаточно отчётливыми, его глаза были очень красивыми, тёмно-синего цвета, губы были слегка приоткрытыми, создавая такое впечатление, что его сейчас поцелуют. Но Кагеяма просто поставил его ровно ещё раз обозвав придурком. Только что это прикосновение заставило Тобио участить дыхание. Хината был жутко привлекательным и он просто ненавидел себя за то, что этот придурок смог его влюбить в него. Оставшуюся дорогу Шоё разговаривал тихо и Тобио отвечал ему в таком же тоне. Солнце уже почти село, придавая облакам фиолетовый, розовый и оранжевый оттенки, будто на них разлили краски.

***

Кенма, я скорее всего приду поздно, потому что Кагеяма предложил сходить в кино, прости. Надеюсь ты не расстроишься. Козуме сжал телефон в руках и чуть ли его не выкинул. Хотелось кричать и плакать одновременно. Чёртов Кагеяма Тобио. Зачем тебе Шоё? Чтобы Шоё ничего не подумала он написал Я не расстроился. В ту же минуту пришёл ответ Правда? Мне показалось, что тебе не очень понравилось, что я иду на прогулку с Кагеямой. Тебе показалось. Теперь Козуме понял, что чувство, которое наполняло его до самых краёв, было ревностью. Он безумно ревновал Шоё к связующему Карасуно, хотя даже не знал, чем они занимаются. Но делиться со своим солнцем он не намерен. На телефон снова приходит сообщение от Шоё. Кенма не задумываясь открывает переписку и видит фотографию, на которой Хината и Кагеяма едят мороженое и они оба улыбаются, оба выглядят счастливыми. Может Тобио и улыбнулся лишь слегка, но было видно, что он еле сдерживается, а Шоё в свою очередь выглядел так, будто никогда и не было никакой аварии. Руки трясутся, пока солёная вода наполняет глаза, лишая возможности что-либо видеть перед собой. Надломленный, будто внутри него что-то сломали и теперь это не подлежит восстановлению, Кенма, сидит на кровати. Ему тяжело и больно, хотя он даже боится признаться самому себе, что он чувствует к Хинате. От этого на душе становится ещё тоскливее. По комнате разлетаются тихие всхлипы. Козуме старается сдерживать себя, чтобы не разбудить бабушку и дедушку Хинаты. Он уже почти задыхается, плача в подушку, от чего та пропиталась горькими слезами. В голове только крутятся мысли о Хинате, об этом рыжем парне, завладевшем сердцем Кенмы. И сама мысль, что сначала Шоё заставляет Козуме влюбиться в него, а потом идёт гулять с Кагеямой, с которым ему явно веселее, чем с геймером, делает ещё больнее, оставляя неприятный осадок после себя. И стоит ему начать успокаиваться, как перед глазами появляется образ Кагеямы, усмехающимся над Кенмой, который заставляет слезам снова выйти наружу. Он уже кричит в подушку, но так, чтобы его никто не услышал и про себя он повторяет Я ненавижу тебя, Кагеяма Тобио.

***

Кагеяма и Хината выходят довольные из кинотеатра. Всё же этот фильм был очень смешным и он понравился обоим ребятам. Каждый высказывал впечатления о фильме. Какие моменты были очень смешными, какие грустными, какие герои фильма им понравились, какие не очень. Ребята даже не заметили, как рядом с ними не осталось ни души. Кагеяма останавливается, оставляя Шоё в недоумении. Он не понимал, почему Тобио остановился, может, что-то забыл в кинозале? Кагеяма нервно дышит, сердце пропускает удар. Он совсем не хотел влюбляться в Шоё, просто так получилось. — Кагеяма? — Шоё немного растерян. — Шоё, зови меня просто Тобио, — Хината всё ещё не совсем понимает, почему он так напряжён. — Хорошо… Тобио, — имя Кагеямы из уст Хинаты звучало совсем по-другому, нежели чем от кого-то другого. Так по-нежному, словно этого имени он никогда раньше не слышал, словно это что-то новое, необычное. — Ка… Тобио, почему ты остановился? У него не было времени на размышления. Сердце бешено колотилось, порываясь вырваться из груди. Тобио поднимает взгляд на Хинату, хватает того за руку, притягивая к себе. Лишь через несколько секунд до Шоё наконец доходит, что чужие губы лежат на его губах. Мягкие робкие прикосновения заставляют волну мурашек пробежать по его спине. Этот поцелуй был нежным, что собственно очень не похоже на Кагеяму. Губы Тобио медленно скользят по, чуть сладким после поп-корна, губам Шоё. Руки черноволосого обвивают талию Хинаты, плотно прижимая к себе. Хината не давал ответа, потому что он не хотел, чтобы его первый поцелуй прошёл вот так, он хотел, чтобы его первый поцелуй был с одним блондинистым парнем, в которого с каждым днём влюблялся всё больше и больше, но Кагеяму это не волновало. Он замер, не в силах сделать что-либо, а в голове всплыл вопрос: Если бы Кенма увидел меня здесь с Кагеямой, он бы разозлился, расстроился, он бы обозвал меня геем и не пустил бы в квартиру, или же ему было бы всё равно? Шоё не знал, что Кенма испытывал к нему ответные чувства, как и Кенма не знал то же самое о Хинате и обоим было больно и неприятно. Кагеяма оторвался от Хинаты немного расстроенный тому, что рыжий не ответил на поцелуй, не оттолкнул его, а просто плыл по течению. — Шоё, ты мне нравишься, — его щёки залились ярким румянцем, он дрожал, ожидая хоть какой-то реакции. Но Шоё лишь улыбнулся, затем развернулся, собираясь уйти. На последок он повернулся к Тобио и сказал: — Тобио… спасибо за прогулку. Ещё увидимся, — может он и улыбался, а на самом деле хотел прибить этого чёртова Кагеяму, который забрал его первый поцелуй, не спрашивая у него разрешения. А ещё это признание. Ему было приятно и он не хотел портить отношения с Кагеямой, но ответных чувств он не испытывал, поскольку ему нравился Кенма. Кагеяма остался стоять в недоумении. Что значит это его «ещё увидимся»?

***

Силы покидают Кенму, глаза и нос опухли, стали красными, слёзы, вокруг глаз и по щекам, оставили после себя неприятный след. Он лежал, смотря в потолок, обдумывая, что он будет делать дальше. Внезапно он услышал, как в замочной скважине повернулся ключ, затем дверь медленно отворилась. Тихие шаги приближались к комнате, в которой находился Козуме. У Кенмы были секунды, чтобы отвернуться к стене, притвориться спящим, хотя было около 23:00, и угомонить своё сердце, чтобы оно так не стучало. В комнату вошёл Шоё.