fast forward, two steps back

Во вторник в замке все еще царил хаос, так что, когда к нему на урок пришли семикурсники, Гарри не знал, чего ожидать. Малфой зашел вместе с Флорой и Майклом, которые тут же сели по обе стороны от него и вовлекли в разговор, чтобы никто другой даже не пытался их отвлечь. Гарри улыбнулся, радуясь, что новые друзья Малфоя, все же, остались с ним. Он хотел спросить Драко, как все прошло, когда он им все рассказал, но пока он не мог этого сделать. Большинство учеников озирались на Малфоя и шептались со своими соседями, и Гарри потребовалась целая минута, чтобы привлечь их внимание. — Мы почти закончили учебный план ТРИТОН, и через несколько недель мы сосредоточимся на доработке перед экзаменом. Я хочу, чтобы каждый из вас подготовил к следующей неделе список из десяти заклинаний и тем, которые вы считаете своими самыми слабыми сторонами, и, дальше, мы будем подготавливать каждого из вас к экзамену. Да, Алекса? — Мне было интересно, можем ли мы, — девушка замолчала, немного смущаясь, но ее подруги подтолкнули ее локтями, — Профессор Поттер, раньше вы всегда давали нам свободный день, когда мы могли задать вам вопросы о той битве против Волдеморта. Некоторые из нас подумали, и мы хотели попросить вас снова устроить это, но с Драко Малфоем. Драко резко повернулся и напрягся, а Гарри спокойно выдохнул, чтобы не сорваться. — Я уверен, что мистер Малфой устал от вопросов. — Вообще-то, я не возражаю, — на удивление сказал Драко, и все снова повернулись к нему, — Если это поможет, и внимание ко мне утихнет, то я с радостью отвечу на вопросы. Гарри оглядел класс еще раз, но уже было ясно, что он потерял их внимание. Студенты поворачивались к Малфою и возбужденно перешептывались между собой. Гарри пожал плечами, сел за пустой стол и указал на Малфоя. — Хорошо, тогда они все твои. Все ученики почти одновременно подняли руки. На мгновение Малфой выглядел сбитым с толку, прежде чем, наконец, указал на парня из Когтеврана, сидящего рядом с ним. — Как ты путешествовал во времени? — спросил он, — Это было заклинание, несчастный случай или что-то еще? — после его предположений в классе повисла гробовая тишина. — Я понятия не имею, что случилось, если честно. Я держался за профессора Поттера в выручай-комнате, соскользнул и упал в пламя, а в следующий момент я уже был на полу, а огонь исчез. Я выбежал в коридор и все вокруг было слишком тихо для ночи, где волшебники бились насмерть. Я побежал в большой зал, но там не было и следов войны, только обедающие студенты, — он замолчал и покачал головой, — Я думал, что сошел с ума. — Если бы ты мог вернуться в свое время, то ты бы уже сделал это? — Ты в своем уме? — возразил Драко, — Наверняка вы уже слышали достаточно историй от профессора Поттера, чтобы понять, что те годы были адом. Я бы ни за что на свете туда не вернулся. Чем я дальше оттуда — тем лучше. Следующий час Малфой отвечал на вопросы. Студенты спрашивали обо всем, от того, что он думает о будущем, в котором оказался, до подробностей о безумии Волдеморта и роли семьи Малфоя в войне. Гарри обнаружил, что ему тоже интересно слушать ответы Драко, потому что о некоторых вопросах он и не задумывался, а некоторые не осмеливался озвучить ему лично. — У тебя все еще есть Темная Метка? — спросила одна девушка, и Гарри понял, что, хотя он видел член Малфоя дважды, он ни разу не видел его без рубашки. — Нет, ее больше нет, — быстро сказал Малфой и перешел к следующему вопросу, хотя его рука еле заметно дернулась. — Профессор Поттер все время знал, что это ты? — спросил парень с Пуффендуя, и несколько студентов засмеялись. Гарри ожидал саркастичного комментария, но, к его удивлению, Малфой улыбнулся. — Конечно. Он приехал навестить меня в больнице и был тем, кто вдохновил меня вернуться в Хогвартс. И он поддерживал меня на каждом этапе, с тех пор, как я здесь появился. Я на два года отставал по защите и он долгое время помогал мне все освоить дополнительно. Драко не смотрел на Гарри, но большинство студентов смотрели. Гарри улыбнулся и на мгновение перевел взгляд на свои руки. — Странно ли быть семнадцатилетним, когда все, кого ты знал в прошлом, кто были твоими ровесниками, теперь значительно старше? — спросил Майкл. — Поначалу да, — ответил он, — Но то, что я испытал в течение последних двух лет, было намного более ужасным, чем любой из вас мог бы представить. Никто не знает, на что это было похоже, кроме тех, кто переживал то время, — он посмотрел на Гарри, — Так что я совсем не чувствую, что мне все еще семнадцать. Майкл отвернулся, и несколько учеников в комнате обменялись взглядами. — Неужели это не странно, что профессора в школе были людьми с твоего курса? — спросил другой парень. Малфой все еще смотрел на Гарри так пристально, что Гарри почувствовал, что краснеет. Он посмотрел вниз и стал перебирать край своей мантии. — Страннее, чем ты можешь представить, — ответил Малфой, — Но, также, интересно увидеть, как они все выросли. Несколько студентов хихикнули, и Гарри натянуто улыбнулся. — Что-нибудь еще? — спросил Гарри и поднялась пара рук, но он проигнорировал их, — Хорошо, тогда тема закрыта. Я жду списки с заклинаниями в четверг. Класс, свободны. Друзья Малфоя угрожающе посмотрели в глаза горстке студентов, которые пытались подойти к нему, и, наконец, все собрались и покинули кабинет. — Мне сегодня нечего никому задать, — сказал Гарри, когда Малфой подошел к его столу, — Пасхальные каникулы только закончились. — Мы можем позаниматься завтра вечером? Гарри посмотрел через плечо Малфоя и увидел в нескольких метрах от него Майкла, который неловко переминался с ноги на ногу. — Конечно. Если хочешь, приводи всю вашу учебную группу. Малфой пожал плечами и слегка улыбнулся, прежде чем повернуться и уйти. Еще два месяца, и тогда им больше не придется прятаться. Гарри не знал, как ему это удастся.

***

К облегчению Гарри, Малфой пришел в среду вечером вместе с учебной группой. В основном, они работали самостоятельно, время от времени прося Гарри о помощи, и, похоже, были серьезно сосредоточены на подготовке. Малфой и Майкл больше не работали вместе и Драко держался от него подальше, чему первый был, очевидно, не очень рад. Малфой не остался после занятий ни в этот день, ни на следующий. Студенты, казалось, потеряли к нему интерес после пары напряженных дней и, хотя в коридорах и в Большом зале на него все еще пристально смотрели, все начало возвращаться в норму гораздо быстрее, чем Гарри ожидал. К пятнице Гарри почти паниковал из-за того, что Малфой с ним не общается. Он ожидал нескольких ночных свиданий после того, как одолжил Малфою мантию, но этого не произошло. Он не видел Малфоя за завтраком в субботу утром, а затем большую часть дня был занят походом со студентами в Хогсмид. Он пообедал с Невиллом и Пенелопой в «Трех Метлах», и, хотя он полностью избегал разговоров о Малфое, они оба продолжали спрашивать, хорошо ли Гарри себя чувствует. Он не был в порядке на сто процентов, хотя никогда не признался бы в этом. Он понятия не имел, где находится Малфой, и с каждым днем становилось все очевиднее то, что с Драко его связывает не просто интрижка. Это злило, потому что он не мог об этом поговорить ни с Драко, ни с кем-либо еще. Все это казалось несправедливым и предвещало плохой конец. К вечеру Гарри выпил снотворное зелье и лег спать, пытаясь не добить себя мыслями.

***

Стук в его дверь был таким слабым, что он чуть не прослушал его в дремоте и не отключился снова. Гарри нащупал палочку и направил люмос на часы — четыре утра, серьезно? Он встал с кровати и подошел к двери, но, когда он ее открыл, он никого не увидел. Гарри уже хотел угрожать бросать проклятиями, чтобы студенты не баловались, но потом вспомнил, что отдал Драко свою мантию-невидимку. Он отступил, открыл дверь шире и почувствовал легкое прикосновение ткани к своей коже. Как только дверь закрылась, Малфой стянул мантию и улыбнулся ему в тусклом свете палочки. — Привет. — В четыре утра? Ты псих? — Гарри зевнул. — Я сказал всем, что провожу выходные в Лондоне в гостях у матери, — сказал Драко и повесил мантию на стул, — Я решил вернуться пораньше, чтобы прокрасться к тебе. Никто не хватится меня до завтрашнего вечера, так что... — он подошел к Гарри и посмотрел на него сверху вниз, — Ты всегда спишь без рубашки? Гарри щелкнул волшебной палочкой по кровати, и она растянулась почти вдвое в ширину, теперь занимая половину маленькой комнаты. — Мы можем обсудить это утром, — он снова забрался в кровать и устроился под одеялом, все еще в полусонном бреду, несмотря на появление Малфоя. Драко разделся до штанов и скользнул под одеяло рядом с ним. Его руки были холодными и Гарри позволил ему поцеловать себя, прежде чем прижался к его плечу. — У нас будет завтра весь день. А сейчас спи. Пожалуйста. Он услышал, как Малфой вздохнул рядом и тут же задремал.

***

Гарри зевнул и открыл глаза. Дневной свет проникал через маленькое окно комнаты и лучом попадал прямо на голую грудь Драко. Он перекатился на бок, наблюдая, как Малфой спит, как медленно поднимается и опускается его грудная клетка, он заметил едва отросшую щетину на его подбородке и завис, слушая тихое дыхание. Взгляд Гарри скользнул вниз к его груди, бледным соскам и нескольким длинным шрамам, растянувшимся по коже. Гарри нервно сглотнул, охваченный необъяснимым порывом провести языком по каждому из них. Он подумал, что Драко не возражал бы от пробуждения таким образом. Малфой перевернулся на бок. Его левая рука немного потянулась к Гарри, и затем он увидел это — выцветшие линии, оставшиеся от темной метки. Он понял, что Драко солгал в классе. Гарри провел пять лет, преследуя бывших пожирателей смерти и видел много поблекших меток, но было странно столкнуться с тем фактом, что человек, в которого он влюблялся — а, честно говоря, он влюблялся в Малфоя, и это было глупо отрицать — был одним из них. За последние несколько месяцев между ними многое изменилось. Малфой стал совершенно другим человеком, Гарри не мог его и близко сравнить с тем, кого он помнил со школы. — Она тебя волнует? Гарри посмотрел на Малфоя и увидел, что он уже проснулся. Он покачал головой, а Драко тяжело вздохнул. — Зато меня беспокоит. Возможно, потому что история случилась не так уж и давно для меня, — он замолчал на мгновение, — Ты не знаешь, она когда-нибудь исчезнет? — Никто не знает, — Гарри пожал плечами, — Кажется, со временем они светлеют, но нет, я не думаю, что она полностью пропадет. — Я просто хочу, чтобы эта часть моей жизни исчезла, — Драко уставился в потолок, — Как будто этого никогда не было, понимаешь? — В этом поможет прыжок на десять лет в будущее, попробуй как-нибудь. — Но она никогда не исчезнет полностью. Может, мне стоит сменить имя. Стать кем-то другим. Я мог бы начать все сначала. — И перестать быть Малфоем? — Гарри ухмыльнулся, — Не могу представить. Малфой улыбнулся. — Полагаю, ты прав. Во всяком случае, сколько времени? — Понятия не имею, — ответил Гарри. Он потянулся и сел, — Хочешь принять душ? — Эм, хорошо. Мне он нужен? — Расслабься, ты прекрасно пахнешь. Я имел в виду принять его вместе, — Гарри подмигнул ему и засмеялся, когда Малфой чуть ли не пулей выскочил из постели.

***

Они едва выбрались из душа, не разрывая поцелуй. Когда они наконец оказались на кровати, Гарри оседлал Малфоя и посмотрел на него сверху вниз. — Ты такой красивый, — сказал он, проводя пальцем по его груди, — Я хочу целовать каждый сантиметр тебя. — Тебе и правда так нравится все растягивать? — Это называется прелюдией, и это не только для женщин. Вот увидишь. — Я еще молод, знаешь ли. Мне не нужны прелюдии. Я могу кончать по четыре раза. — Ловлю тебя на слове, — Гарри наклонился и лизнул линию одного из шрамов на груди Малфоя, — Мне было интересно, остались ли они у тебя. Драко наблюдал, как он проводил языком по каждому из них, словно пытаясь их залечить. — Ты определенно оставил на мне свой след. Гарри сделал паузу и посмотрел на него снизу вверх. — Мне жаль. — Не надо. Это изменило меня к лучшему. — Как? — Гарри провел языком по линии роста волос Драко под пупком. — Мне... мне щекотно! Думаю, именно тогда я понял, что ты действительно способен к темной магии, что у тебя действительно есть шанс победить Темного Лорда. А Снейп, он... — Драко замолчал, когда губы Гарри приблизились к тазовым косточкам. — Продолжай. — Он сказал мне, что я должен сначала защитить себя, что я не могу полагаться на своего отца или предполагать исход войны. — И ты решил мне поверить, не так ли? — Нет. Но я перестал тебя недооценивать.