Красавчик и чудовище

***

Пока Брок добирался до окраины общественным транспортом, успел передумать по дороге много всего. Во-первых, в очередной раз подумал, на какую мерзейшую организацию работал. Ладно бы еще строить коварные планы, убирать неугодных людей в правительстве и других правящих прослойках, менять политическую обстановку под свои цели, гадить Щ.И.Т.у по мелочам, находясь у них под носом, свергать режимы в других странах и ставить в их главе своих протеже, — это все конечно не особо праведные дела, но их еще как-то можно понять. «В Щ.И.Те вон тоже не ангелы работали, и цели у них были не всегда мега прекрасные и романтичные!» Но вот так издеваться над человеком, над своим же, над тем, чьими руками вершишь свои кровавые расправы, и кто ежедневно подвергается за тебя смертельной опасности… Так измываться над ним, чтобы он даже не понимал чего сам хочет, а секс воспринимал как некое не особо приятное, но привычное действие, от которого ему ни жарко ни холодно, а «всеравно»… Типа как в туалет сходить… Это просто днище. Адское, мудацкое дно, с которого Брок к счастью, вовремя свалил. Брок где-то слышал, или читал из досье, что Зимний Солдат помимо работы непосредственно киллером высшего разряда, мог работать и готовился в качестве разведчика-шпиона на местности. Агента, для работы под прикрытием в тылу врага или заброске в некие организации или соц. группы для дестабилизации изнутри, выявления главаря, устранения или взятия того в плен. А про агентов, Брок знал, что из них делали «существ без пола». Вернее «асексуальных бисексуалов». Агент должен без проблем уметь соблазнить любого, если ему ставилась такая задача — и мужчину и женщину, без разницы. Окрутить, влюбить, завербовать. Высший пилотаж — окрутить другого агента, и переманить его таким способом на свою сторону, либо же обезвредить таким образом. Поэтому сами они не должны были ни при каких обстоятельствах поддаваться таким чарам, у них всегда должна была быть холодная голова и трезвый разум, хотя внешне это могло казаться совершенно не так. Для них и секс и любовные интрижки — все это было просто работой, способом манипуляции другими людьми в поставленных высшим руководством целях, и как говорится, - «ничего личного». И хотя, насколько было известно Броку, Зимний Солдат в таком качестве никогда не использовался (слишком велик был риск, что он просто даст дёру, когда в достаточной мере начнет соображать), но возможно подготовку такую все же когда-то проходил. И, по ходу, сейчас Брок как раз и пожинал плоды всего этого. Барнсу было плевать с кем спать, кому отсосать, он не испытывал по этому поводу ничего. «Надо так надо, не надо ну и ладно». И Брок подумал, что уже давно застрелился бы от такой жизни. Для него самого секс был хоть какой-то отдушиной, средством забыться, отрешиться, побыть собой, диким, первобытным, таким, каким его создавала природа, живым, молодым, скинуть все маски или наоборот надеть такие, в которых никогда не будешь в реальной жизни. Получить удовольствие, кайф, и хотя бы на краткий миг, послать на хуй весь это гребаный дерьмовый мир, разделив с кем-то свое, временное убежище. Это давало стимул жить, разгоняло кровь, заряжало батарейки, придавало хоть какой-то осмысленности всему существованию. За счет чего все еще существовал Баки, — Брок не понимал. Может быть и трясет его не из-за воспоминаний, а как раз поэтому, от страха и осознания бессмысленности своего существования? Тупика в который он уперся лбом и топчется на месте… Поэтому его и «лечит» присутствие Брока рядом, его объятия, его голос. Так он чувствует, что все еще живой, что все еще нужен хоть кому-то, что все еще должен продолжать быть… От таких мыслей, Броку стало совсем хреново. Хотелось найти кого-нибудь из Гидры и порвать голыми руками, за все, что они сделали с несчастным парнем, во что превратили его. Просто уничтожили изнутри, выскоблили всю душу, все нутро, и не заполнили ничем. Еще и поддерживали всю эту пустоту постоянным стиранием памяти… «Роджерс!» — внезапно вспомнив это имя Брок аж остановился. «Вот что его держало, вот кто давал ему хоть какой-то смысл! Вот почему он рыдает во сне твердя его имя и оплакивая его смерть. Появившись на краткий миг, он осветил всю эту тьму и ледяной холод вакуума, светом, звуком и смыслом. Роджерс был его прошлым, его реальностью, его жизненной силой, его надеждой и смыслом жизни. Был. Был да сплыл». Брок скривившись, сплюнул на асфальт, от горечи, которую реально ощущал во рту и подумал, что, несмотря на свое недавнее решение все закончить, продолжит пускать Баки к себе в кровать и «лечить» его «трясучку» своим присутствием. По крайней мере, это всё, что он может сделать для него на данный момент. Пусть хоть это.

***

На территории заброшенного комплекса по переработке тугоплавких материалов было пустынно и безлюдно. Но Брок все равно без конца озирался и крался, стараясь не быть долго на открытой местности. Краем глаза, он подмечал мелкие детали обстановки вокруг, которые могли подсказать ему, что тут недавно кто-то был, — примятая трава, смазанная с железной арматуры пыль, след вдавленного в землю каблука, сломанная ветка, — все что угодно! Но пока ничего такого в поле зрение Рамлоу не попадало, что конечно не означало 100% гарантии, что его не ждет здесь засада, но все-таки более-менее обнадеживало. Брок медленно прошелся вдоль огромных бункеров-контейнеров для лома. Поглядывая по сторонам и мысленно отсчитывая пятый, еще раз оглянулся и скользнул в щель за ним и стеной, опустился на колени. Подобрав небольшую палку, он принялся ковырять ею землю. Когда та наткнулась на что-то твердое, он начал помогать себе руками и в конце концов отбросив палку в сторону, начал грести словно собака, подцепляя ногтями пласты слежавшейся земли. Наконец, показался кусок пластикового пакета, и Брок вцепившись в него, выволок его наружу. Развернув, он достал оттуда коробку из-под обуви, и судорожно разодрав зубами скотч, которым та была обмотана, разорвал ее на две части, вытряхнув оттуда еще два прозрачных пакета в которых аккуратными стопками, лежали деньги. В одном пакете — доллары, во втором — евро. Брок судорожно распихал деньги по карманам, низко опуская голову и выглядывая в щель из-за контейнера сзади себя и впереди. Свалил весь мусор обратно в ямку и наскоро, не глядя забросал все землей. Отряхнул руки, мазанул ими по ржавой бочине контейнера и еле слышно выругался, измазавшись только еще больше. Потерев ладони друг о друга, а потом об колени он встал на ноги и сделал несколько шагов, собираясь выйти из-за контейнера с другой стороны, но вдруг замер. Сам даже не понял отчего. Сработала автоматика в мозгу. Брок настороженно перебегал взглядом по всей пустынной местности, напрягал слух, пытаясь понять, что не так?.. Но ничего такого долго не замечал. Наконец, до него дошло, -железная цепь, свисавшая с забора напротив, беззвучно болталась из стороны в сторону. Радиус качания был слишком большим, а цепь слишком тяжелой, чтобы это произошло от естественных причин, например от ветра. Брок закусив губу и резко оглянувшись, быстро перебежал за другой бункер. Достав пистолет, он снял его с предохранителя, и вновь осторожно выглянул наружу. Где-то позади, звякнула задетая кем-то бутылка. Брок резко оглянулся, а потом также резко, метнулся из-за бункера в сторону сваленных в кучу труб. Пригибаясь, пробежал вдоль них и решил рвануть через пустующий цех. На той стороне, тоже можно было выбраться наружу с огороженной территории. А бежать через цех, полный всякого оборудования, сваленных в кучу труб, рухляди, и прочего барахла было более безопасно, чем бежать по открытому пространству двора к забору. По крайней мере, Броку так казалось. Он юркнул в щель приоткрытой двери и, затаившись за нею, быстро огляделся. Вроде бы все было тихо, но Брок давно уже не верил в такие успокаивающие мысли и картины. Резко сдёрнувшись с места, он бесшумно побежал к небольшой железной лестнице, ведущей вниз, к железнодорожным путям по которым когда-то двигались огромные чаны с расплавленным металлом. Один такой все еще стоял посреди ангара и Броку он показался подходящим прикрытием в случае чего. Он спустился по лесенке, которая нещадно скрипела и дребезжала от его шагов, благополучно добежал до чана на железном ходу, привалился к нему и замер. Подождал немного прислушиваясь и приглядываясь, и, боком, прижавшись спиной, начал быстро пробираться вдоль него, держа пистолет наготове, а все тело в готовности действовать, когда внезапно кто-то выкрикнул: — Давай!.. И со всех сторон оглушительно загрохотали выстрелы. Брок успел упасть на землю, инстинктивно закрыв голову руками, хотя от пуль это конечно не спасло бы. А затем, ругаясь на чем свет стоит, заполз под вагонетку, глядя как отскакивают пули от чугунной чаши и взлетают в воздух куски гравия, насыпанного между шпал. Обстрел продолжался не меньше минуты, и Брок успел понять, что стреляют в основном откуда-то сверху и слева. Он переполз на другую сторону, немного поразмыслил, решаясь, а решившись, перекатился из-под вагонетки и вскочил на ноги направляя пистолет вверх, под крышу ангара, где, как он предполагал, могли быть еще стрелки. Но там было пусто. Выстрелы как по команде внезапно стихли, зато откуда-то сбоку раздался до боли знакомый голос. — Как тебе наш салют, в твою честь Брок? Понравилось? Брок резко перенаправил пистолет на звук, но тут же поймал у себя на груди «кровавый солнечный зайчик» — пятно лазерного прицела. Брок сжал до боли зубы и яростно выругался. — Шумновато. Я бы предпочел толпу полуголых «чирлидерш» с помпонами, вместо этого, — фыркнул он. На свет, из-за ближайшей электробудки, вышел человек в тактическом костюме и легком броннике, с гладко зализанными назад темными волосами, и направленным на Брока пистолетом. — Бросай ствол, есть разговор, — произнес он, глядя на Рамлоу холодным взглядом на мало эмоциональном лице. Брок хмыкнул и повесил пистолет на одном пальце. — Как скажешь, Джек… Он бросил пистолет и поднял вверх руки, краем глаза поглядывая на трепещущее пятно, у себя на груди. — Не вижу нашивок, ты теперь за кого? Щ.И.Т?.. Гидра?.. ЧОП?.. — пошутил Рамлоу. Лицо брюнета осталось все таким же сурово бесстрастным. — Ты кое-что нам должен, — произнес он. — Я?! — преувеличенно удивленно фыркнул Брок. — Не помню, чтобы брал у тебя или у кого-то из ребяток «Страйка» в долг. — Ты взял кое-что у Гидры, — уточнил брюнет. И Брок сделал мысленную пометку, что значит все-таки Гидра. — Да ладно! Я ушел даже без последней зарплаты и выходного пособия! Мне даже страховку и лечение не оплатили! Это Гидра мне скорее должна! — фыркнул он, и хрипло рассмеялся. Джек его веселья не разделил. — Мы хотим вернуть то, что ты взял, — произнес он глядя напряженным взглядом Броку в глаза. — Да ничего я не брал у вашей Гидры, — буркнул Брок. — Что, совсем хреново с финансированием? Уже на открытый грабеж перешли? Рядом раздались шаги и обогнув железный чан с вагонеткой, к Броку вышли четверо бойцов в таких же черных костюмах без опознавательных знаков, «балаклавах» скрывающих лица и с пистолетами наизготовку. Один поднял пистолет Брока, двое других быстро обшарили по всему его телу, забрали армейский нож и вытащили распиханные по внутренним карманам куртки деньги. Брок опустил лицо и, раздосадовано хмыкнув, яростно сплюнул на землю. — Подавитесь, уроды! — усмехнулся он. — «Все для вас!» Теперь я могу уйти? Он, конечно, не надеялся, что его вот так вот просто отпустят, но не смог удержаться, чтобы не сыронизировать. — Деньги нас не интересуют. — Произнес Джек. — Да ладно?! — вскинул брови Брок, — Тогда пусть вернут! Шутливо потребовал он, поглядывая на стоящих рядом бойцов, которые распихали его пачки по своим карманам. — Вернем. И даже заплатим еще, если ты отдашь нам нашу вещь. — Да о чем речь, блять? Ты заебал уже недоговаривать! Какую вещь я у вас взял?! — рявкнул не сдержавшись Рамлоу. — Зимний Солдат, — где он? Брока будто по башке шибанули, в глазах на секунду потемнело, а на висках выступил пот. Он когда-то предполагал, что Солдата могут попытается найти и вернуть. Но потом, убедившись что от Гидры остались лишь жалкие разрозненные остатки, трепыхающиеся в агонии то тут, то там, которые они с напарником с успехом добивали, такие мысли перестали посещать его голову. А теперь вот на тебе… Он-то думал, что их выследили, чтобы убрать, наконец, мешающихся под ногами одиноких «мстителей», уменьшающих количество агентов и так немногочисленной Гидры с упорством достойным лучшего применения. На худой конец грабануть, отобрав все деньги заработанные таким способом, но не это… Все напускное веселье, мгновенно слетевшее с лица Рамлоу, не укрылось от глаз его бывшего коллеги. — Где наше оружие? — повторил тот. — Откуда мне знать где он? — рявкнул нервно Рамлоу. — Я что идиот тусоваться с этим отморозком? У него «дыра» в голове, с такими не знаешь в какой момент он тебя пырнет, а в какой придушит. Я из Гидры ушел чтобы держаться от всех вас таких подальше. Я хотел завязать, хотел нормальной мирной жизни. На хера мне с киллером тусить?! — Ты знаешь, — подходя чуть ближе, произнес Джек. — Вас видели вместе. Брок снова мысленно выругался и порадовался, что сумел настоять на своем и все-таки оставил Красавчика дома. — Ошиблись… — буркнул ни на что не надеясь Брок. — Тебе фотки или видео показать? — впервые за все время, чуть улыбнулся Роллинс. — Я не знаю где он! — прорычал Брок. — Мы расстались два дня назад. Чувствовали что нас «пасут» и решили разделиться и залечь на дно поодиночке. Хуй его знает, куда он подался. Собирался Майами навестить. Может там… — Ты врешь, но у нас нет времени с тобой возиться, — процедил сквозь зубы Роллинс. Брок хищно ухмыльнулся. — Что, сам меня прикончишь, да Джек? И рука не дрогнет?.. — зло оскалился он. — Мне приказано предложить тебе один миллион долларов и полную амнистию, — не поведя и бровью, произнес тот. — Ого… Кем это? — ошарашено выдохнул Рамлоу. — В Гидре забудут все твои преступления против нас. Если захочешь — вернёшься к нам. Если нет, — отправишься куда захочешь, купишь дом, откроешь свое дело, и будешь жить припеваючи. Никто тебя больше не потревожит. При условии, что ты не будешь больше нам гадить. Мы сотрем твое имя из всех протоколов и не станем преследовать. Это будет официально заключенный договор. Нам — Зимний Солдат, тебе — свободу и средства на жизнь. Брок хлопал глазами и озадаченно кривил губы. — Миллион долларов, говоришь…? — уточнил он. — Да. — Кивнул Роллинс. — И полная амнистия?.. — Полная! — кивнул Джек. Брок пожевал губу задумчиво глядя под ноги. — А мои деньги мне вернут? — кивнул он на стоящих рядом. — Вернут, — прорычал, теряя терпение Роллинс. — А можно мне денёк на «подумать?» — вновь произнес Рамлоу. — Ты издеваешься?! — прорычал Роллинс, вскидывая пистолет. Брок, краем глаза заметил, что красное пятно с его собственной груди хаотично скакнуло куда-то в сторону. — Всё. Подумал. Идите все дружненько на хуй! — улыбнулся он. Через секунду сверху раздался душераздирающий вопль, резко оборвавшийся где-то внизу, на куче ржавых труб. Роллинс резко обернулся. Бойцы повскидывали свое оружие вверх. Брок рухнул на землю, как только заметил, что красное пятно скользнуло по соседней голове. Через мгновение боец упал рядом с Броком, уже не дыша, остальные принялись беспорядочно палить куда-то в крышу. Брок задом отполз обратно под вагонетку. Роллинс махнул рукой и рванул куда-то в темный проем, под грохот выстрелов было не разобрать, что он крикнул. Еще один боец рухнул рядом с Броком, зияя дырой в голове, остальные шустро метнулись следом за Джеком. Вверху что-то загромыхало, будто скатилось по жестяной крыше и через мгновение рядом с лицом Брока почти бесшумно и по кошачьи мягко приземлились две ноги в военных берцах. — Какого хуя?! — рявкнул Рамлоу, выползая вновь из-под колес, — Я же сказал тебе сидеть дома! Баки с отобранной у кого-то винтовкой в руке, чуть присев настороженно оглядывал периметр. — Уходим, — произнес он не глядя, когда Брок выпрямился рядом с ним, и схватил того за куртку. — Подожди! — отмахнулся Брок и присев, быстро обшарил лежащий рядом труп. Вынув деньги, он запихнул их обратно к себе в карман и полез ко второму. — Уходим! — рявкнул Баки быстро глянув на него, и вскинул приклад к щеке. Где-то вдали грянул выстрел, и Барнс тут же ответил своим. А потом резко перекатился в сторону и выстрелил еще раз, затем вернулся, и сцапав Рамлоу за шиворот, потащил его прочь. — Там еще одна пачка осталась! — раздраженно выкрикнул Брок, когда они забежали в какой-то длинный коридор с кучей труб тянущихся вдоль стен. Баки молча тащил его, держа за предплечье и зорко сканируя все вокруг будто эхолокационная установка. — Никогда меня не слушаешь! — буркнул Брок. Барнс вдруг резко замер и толкнув его в сторону, сам прыгнул в другую. Над головой Брока просвистело несколько пуль. Баки привстал на одно колено и, направив винтовку, выстрелил, почти не целясь. Раздалось еще пара выстрелов, но Баки даже не шелохнулся, тщательно прицелившись, он выстрелил в ответ и, вновь подскочив к Рамлоу, схватил его за руку, потащил к выходу. У самого выхода из этого тоннеля, Барнс притормозил и пихнул Рамлоу к стене, прижав его своей же спиной. Снова грохнул выстрел, но Баки отбил пулю железной рукой, а потом резко кинулся вперед и двинул противнику в черном прикладом сперва по ногам, резко присев, а затем в голову. Тот только и успел что хрипнуть, валясь на землю мешком. Баки отбросил винтовку и обернулся к Броку. — Пошли! — вновь произнес он голосом лишенным, каких либо эмоций. Брок рванул к нему, вместе они выскочили на свет, выбравшись из ангара с противоположной стороны. — Беги к забору, — выдохнул Барнс. — Вообще-то я у нас командир… — проворчал Брок, но все же сделал, как тот сказал. Баки крутанулся вокруг своей оси, стоя за спиной Брока и направляя пистолет на разные возможные места для прицельного огня противника. Брок забрался на забор и присев там, на секунду оглянулся. — Давай за мной! — крикнул он. Баки выстрелил в сторону выхода из ангара, где кто-то сдавленно вскрикнул. Прыгнул на торчащую вертикально из земли трубу, с нее на забор, оказавшись стоя, рядом с сидящим там Броком. — Ты идеальная мишень! Слезай! — процедил сквозь зубы он. Брок перекинул ногу и спрыгнул вниз, вскрикнув и схватившись за спину от приземления. Баки уже каким-то образом оказался там, он подхватил Брока под руку и быстро потащил куда-то в сторону, через дорогу, по кустам, через какие-то заброшенные свалки. Брок только и успевал зажмуриваться от очередного шлепка ветки по лицу. Пришел в себя Брок, только когда они брели вдоль какого-то шоссе, стараясь, держатся ближе к деревьям, росшим по обе стороны от нее. — Вот какого хуя ты за мной поперся? — всплеснул руками Брок. — Ты меня вообще слушаешь? Я же сказал тебе, — сиди дома! На хер нам вдвоем подыхать?! — Мы не подохли, — резонно возразил Барнс. — Да-да! — передразнил его Брок. — Но это ничего не меняет! Я у нас главный и ты должен меня слушаться, понял? Он дернул Барнса к себе, тот уставился на него спокойными, как всегда, глазами. И Рамлоу только сейчас заметил ссадину от губы до уха — след от царапнувшей его пули, и потеки крови на щеке. — Блять… Зацепило все-таки? — озабочено выдохнул он. — По касательной, — буркнул в ответ Барнс и вновь собрался идти дальше. — Погоди ты! — Брок порылся в карманах, переложил пачку денег в другой и, найдя, наконец, салфетку притянул его к себе за ворот куртки. Кровь уже засохла и не стиралась, и Брок смочил салфетку слюной. — Надо тебе «товарный вид придать». Нам еще тачку ловить, а с такими рожами… Хер кто остановится.

***

Музыка грохотала так, что неслышно было собственных шагов. Брок чуть пританцовывая и мурлыча себе под нос слова припева, шел по узким, темным ступеням наверх, к себе в номер, с тарелкой в одной руке и стаканом в другой. Аккуратно распахнув дверь номера ногой, он вошел внутрь и все также пританцовывая, покружился вокруг своей оси и захлопнул дверь задницей. Баки посмотрел на него странным взглядом и продолжил чистить пистолет. — Спрячь! — буркнул Брок, подходя ближе. — Или дверь запирай, мало ли кто вломится, а ты тут с пушкой… Баки проигнорировал его слова. Брок некоторое время смотрел с недовольством, потом встряхнул головой и поставил перед ним на стол тарелку с короткими, толстыми белыми колбасками и пиалой с соусом к ним. — Хот догов у них нет. Вот, взял тебе какую-то немецкую хрень. «Фаст-фуст» какой-то… — «Вайсвурст»*, видимо… — машинально поправил Баки не глядя. — Да похер! — скривился Рамлоу. — Вроде съедобные. На, ешь, давай! Баки продолжал доделывать свое дело, руки его были в пистолетной смазке и он не спешил их вытирать валяющейся рядом тряпочкой. Тогда Брок сам взял одну колбаску, обмакнул ее в соус и поднес к его губам. — Ешь, говорю! — ухмыльнулся он. Баки чуть отвернул голову, чтобы рука Брока не закрывала ему обзор. — Остынут же! Пробуй пока теплые! — не унимался Рамлоу, и, улучив момент, мазанул соусом по губам Барнса. Тот отдернул лицо и взглянул на Брока угрожающим взглядом. Но Рамлоу не повелся и снова ткнул в его губы едой. — Не отстану ведь! — усмехнулся Брок, глядя на его испачканные губы, которые Баки медленно облизал. Брок вновь поднес колбаску к его рту и Баки, подняв на него ледяной взгляд, откусил половину, клацнув зубами практически впритык с его пальцами. — Ауч! Аккуратнее, бультерьер! — рассмеялся Брок и закинул остаток себе в рот, запив все это виски. — Будешь? — протянул он стакан к лицу Барнса, тот отклонился, жуя еду, передергивая затвор и откладывая пистолет в сторону. — Мне нельзя. — Да ладно. Нельзя пьянеть. А так, чуть-чуть горло смочить, можно. На! Он опять поднес к его лицу, теперь уже стакан. — Может хоть трясти меньше будет ночами. Баки помедлил и потянулся губами к стакану. Брок поднес его к нему и, чуть ухмыляясь, внимательно смотрел, как тот пьет из его руки, чуть наклоняя стакан губами. Дождался, пока он сделает еще пару глотков, и отдернул руку, сам допивая остальное. Сел рядом с Баки на кровать и задумчиво уставился куда-то в стену. — Ты опять меня не послушал. И что мне с тобой делать? Может, морду набить…? — Я сильнее, — буркнул Баки, вытер руки, взял с тарелки вилку, и принялся, есть принесенные ему Броком колбаски. Рамлоу фыркнул. — А я, зато, опытнее. Опытный боец, стоит пяти сильных новичков! — У меня семьдесят лет опыта, — пробубнил с набитым ртом Барнс. — Что у тебя там за опыт! — огрызнулся Брок. — Как в «морозилке» лежать и по «гражданским» из засады палить? — Не только, — отрубил Барнс, продолжая уплетать еду. — Не только… — фыркнул Рамлоу. — Я, между прочим, тоже, не шаурмой торговал все это время! Он повернулся и уставился на Барнса внимательным взглядом. — Вот ты меня из жопы сегодня в очередной раз вытащил. Спасибо, конечно, но и подставился ты сам тоже сильно. — Это ерунда, — доедая последнюю колбаску, произнес Баки. — Что, — ерунда? — Брок непонимающе моргнул. Баки показал на свою щеку пальцем, а потом повернулся к Броку, чтобы тому была лучше видна его царапина. — Два сантиметра левее и ты был бы трупом! Что за халтура, Солдат?! Теряешь сноровку! Даешь себя ранить, не слушаешь старшего по званию, совсем распустился! Отшлепать бы тебя хорошенько. «Ерунда!» — недовольно проворчал Рамлоу. Баки медленно повернул к нему лицо и выразительно посмотрел исподлобья. — Что?! — фыркнул тот. — Это не очередная моя эротическая фантазия! Иногда реально хочется это сделать, чтобы достучаться до тебя хоть как-то. Как ты там говорил? «Чтобы показать тебе, что я тут альфа-самец». Да боюсь, ты мне шею свернешь раньше, чем я тебя пополам согну. — Одиночная операция без разведки и прикрытия — бессмысленный риск. Ты неоправданно рисковал и чуть не погиб из-за этого. Это было глупо, и я решил предотвратить неблагоприятный исход, — произнес Баки, отвернувшись от Брока и глядя перед собой. — Глупо… — снова хмыкнул Брок и вдруг придвинулся к нему ближе и негромко произнес: — Они и не собирались меня убивать. Гидра упала нам на хвост, но они не хотят мести. Они не хотят нас уничтожить. Они хотят другого… — Чего?.. — выдавил Баки, напряженно глядя перед собой. Брок придвинулся еще ближе. — Тебя. Баки еле заметно дрогнул, но Брок это увидел. — Они хотят тебя вернуть, — продолжил он безжалостно. — Вернуть Зимнего Солдата. И ты подставился, когда спасал меня. Дыхание Барнса стало учащенным, грудь заходила ходуном, а губы чуть дрогнули, он медленно повернул лицо к Броку и быстро заморгал растерянно и встревоженно глядя. Опять напоминая сейчас Броку перепуганного ребенка. Брок протянул руку, успокаивающе потрепал его по волосам и, отклонившись назад, привалился к стене спиной. — Но есть в этом и плюсы. Теперь мы знаем их планы и будем начеку. А ты теперь, будешь меня слушаться и не выебываться! Баки снова отвернулся и уставился в пол. Брок внимательно наблюдал за ним. — Между прочим, мне за тебя предлагали миллион долларов и полную амнистию! — хмыкнув, с наигранной расслабленностью в голосе, произнес он. — И…что? Ты согласился?.. — напряженно, через паузу, тихо произнес Баки, сжимая железной ладонью живую так, что та аж побелела. — Дурак! — буркнул Брок. — Стал бы я тебе все это рассказывать сейчас, если бы согласился. Я послал их всех в «пешее эротическое», а потом влез ты и перебил половину. Так что, думаю, больше мне таких заманчивых предложений не поступит. Плакала моя амнистия! Баки еле заметно дернул одним уголком рта. — А ты что, реально думал, что я могу согласиться? — испытующе глядя произнес Брок. Баки некоторое время молчал, не поворачиваясь к нему. — Это выгодное предложение… Было бы разумно его принять, — произнес он, наконец, чуть склонив голову и продолжая тискать одну руку другой. — Значит, хреново ты меня знаешь! — проворчал Брок и поднес к губам стакан, хотел сделать глоток, но заметил, что тот пуст, и недовольно скривившись, встал. — Может наоборот?.. — тихо произнес Баки. — А вот сейчас реально обидно было, Малыш… — серьезно глядя произнес Рамлоу, обернувшись к нему. — Вот так, значит, ты обо мне думаешь? То есть плевать на все то время, что мы с тобой вместе! Плевать, что учу тебя уму-разуму, прошу не подставляться зря, не лезть на рожон, не рисковать! Плевать на то, что я вообще с тобой связался, а мог ведь и пристрелить и бросить еще там, у реки. Плевать, что обхаживал тебя пока ты валялся весь в соплях и слезах по своему Капитану, кормил и поил тебя, хотя ты по ходу всерьез сдохнуть собирался! Вообще на всю эту нашу долбанную «совместную жизнь» плевать! Брок как был «сволочью из Страйка», так и остался. И только и ждет, чтобы по-выгоднее тебя продать и нажиться на этом! Баки резко вскочил со своего места и замер напротив него. Брок невольно чуть попятился, не зная чего ожидать. — Прости… — выдавил Барнс не глядя ему в глаза. — Чего уж там… — хмыкнул Брок, разворачиваясь в сторону двери. — Заслужил, видимо… — Брок… — металлические пальцы сомкнулись на краешке его рукава и Рамлоу замер. — Прости! — повторил Баки. — Думаешь, я не помню, что они с тобой там делали? — произнес Брок не глядя и чуть помедлив. — Как ты орал там и валялся с безмозглым выражением лица на столе по двое суток. Как на тебе тренировали бойцов и отрабатывали приемы. Изгалялись ради забавы в перерывах. Замораживали, когда не нужен был, и еще черт знает что творили. Я может и мразь, каких мало, не спорю. «Хитрожопостью» тоже отличаюсь, иначе не выжил бы там, где работал. Да и вообще не выжил бы! Но вот этого никогда не понимал и не принимал, — когда своего же бойца… Вот так… Как животное… Как крысу подопытную, в клетке, с электродами в живых мозгах… Разрядами в череп… Чтоб бегала по лабиринту выполняя задания с очумелыми глазами, бегала-бегала пока не сдохла бы там же на месте, на бегу от измождения! К металлическим пальцам медленно добавились теплые, живые и робко стиснули ладонь Рамлоу. Брок обернулся через плечо. — Да я лучше сам тебя пристрелю, чем отдам им обратно! — процедил он сквозь зубы. Баки шагнул еще чуть ближе, низко опустил голову, завесившись своими длинными волосами, и ткнулся лбом ему в висок, проехался колючей щетиной по щеке, по уху, и пристроил подбородок где-то у Брока на шее сзади. Рамлоу не шевелился стоя на месте с кривой ухмылкой и пустым стаканом в руке глядя, на дверь. — Пристрели… — прошептал Барнс, вдавливаясь подбородком в загривок Брока, — Если поймешь, что выхода нет. Если увидишь, что я почти у них в руках… Пристрели меня, Брок! Пожалуйста! Улыбка Рамлоу еще больше исказилась и стала больше напоминать предостерегающий оскал. — Брок…? Прошу… — Ладно, Малыш! — прохрипел он недовольно. — Они тебя не получат. Обещаю. Но только в самом крайнем случае, если уж совсем-совсем край и если сам раньше не загнусь. Все, отвали… Он чуть отпихнул Баки локтем, и шагнул к двери. Тот отшатнулся, но вдруг снова перегородил ему путь, заглядывая в лицо с решительным видом. — В голову! — произнес Барнс, направляя железный палец на себя. — В висок или глаз. В грудь не стреляй. У меня там титановые крепления на ребрах, можешь не попасть с первого раза в сердце. Брок недовольно скривился и вновь попытался спихнуть его с дороги. — Ножом лучше даже не пробуй. Если только в шею, в артерию. Но нужно с одного удара попасть! И, держи дистанцию, — у меня может сработать оборонительный рефлекс… — Да хватит уже!!! — рявкнул Брок. — Что ты меня учишь?! Я умею убивать! Меня инструктировали, как тебя завалить… И он, вновь скривившись от отвращения к самому себе и подкатившей тошноты, плюнул и, отпихнув Баки в сторону, вышел наконец-то за дверь.