Красавчик и чудовище

***

Стив отложил смартфон и мрачно уставился в окно. Разговор с Шэрон не добавил ему позитива, хоть она и пыталась, как обычно подбодрить и поддержать его. Стиву снова стало больно, когда он вспомнил глаза Баки, рука неосознанно легла на затылок. Будто он вновь почувствовал этот удар. Он, в принципе, был не такой уж и сильный. Скорее всего, Баки еще был достаточно слаб, или Стив был слишком далеко и он задел его стойкой лишь по касательной, а может просто хотел привлечь к себе внимание и бил с расчетом на это, но сам факт… Стиву было больно не от удара. Стив отчетливо увидел пустоту в глазах Баки. Не обиду, не злость, не упрек. Пустоту. Он смотрел на Стива как на пустое место. Стив и в самом деле больше ничего не значил для него. Баки не ждал ни просьб о прощении, ни объяснений, ни раскаянья, ему все это было безразлично, он просто вычеркнул Стива из своей жизни. И все. Заслужено? Да. Больно? Трижды да… Стив мрачно усмехнулся сам себе склоняя голову. Баки яростно защищал Рамлоу. Защищал Рамлоу от Стива. Рамлоу ему был дорог, а не Стив. Уже одна эта фраза была неправильной в самой своей сути. И все здесь было неправильным. Неправильным! Неправильным! Стив предал свои идеалы. Стив перешел на сторону врага. Стив чуть не убил Баки. Баки сдружился с Рамлоу. Баки спас Рамлоу почти что ценой своей жизни. Рамлоу предал Гидру и, по сути, выкрал у нее Баки. Рамлоу желал добра Баки. Рамлоу переживал за Баки как за родного. Баки переживал за Рамлоу. Все это было неправильным и диким! Все здесь было не так как надо! В этом странном мире Стив был чуждым элементом, инородной частицей, которая упорно пытается втиснуться в выталкивающую ее среду. Нужно было собраться с духом и признать тот горький факт, что Баки будет лучше с Рамлоу. Что тот прав, Баки заслуживает хоть немного нормальной жизни. Он слишком много натерпелся, — боли, горечи, предательств, отчаяния… Его так долго мучили и терзали внешние обстоятельства и тяжелые ситуации, что Стив не имеет морального права окончательно похоронить его надежды на хоть какое-то позитивное будущее. Баки будет лучше с Рамлоу.

***

Баки впал в какую-то прострацию, он никак не реагировал на окружающую его действительность. Приходила медсестра, которую он тогда поцеловал. Она что-то ему говорила, улыбалась, Баки ее не слышал и почти не видел. Она снова сделала ему два укола в плечо и грустно вздохнув, ушла. Потом приходили три медсестры с едой, и, несмотря на то, что одна рука у Баки теперь была свободна, снова кормили его с ложки. Баки слышал смех и шум от их разговоров, но не слышал суть и почти не видел лиц. Просто послушно открывал рот, жевал и глотал очередную безвкусную, но полезную дрянь. Вечером пришла полная темнокожая санитарка, прибралась в его палате. Поменяла ему простынь и наволочку. Зачем-то долго смотрела ему в глаза и гладила по голове, что-то говоря. Потом аккуратно вытерла влажным полотенцем его лицо, шею и немного грудь, протерла насухо другим и ушла. Потом пришел Брок. Баки не столько увидел или услышал его, сколько почувствовал его присутствие. Баки всегда становилось спокойнее, когда тот был рядом. Внутри все расслаблялось. Как будто бы он нес что-то тяжелое все это время, но вот приходил тот, на кого можно было это тяжелое временно переложить, чтобы передохнуть, и Баки тут же неосознанно это делал. Брок ничего не говорил, просто подошел и положил ладонь на его руку. Баки повернул голову и посмотрел на него. — Тот гидровец, он сказал, что он мой друг. Почему он так сказал? Брок растерянно моргнул. — Ну… Я же говорил, он пытается втереться к тебе в доверие… — Я знал его? Я с ним встречался раньше? — не унимался Баки. — Ну, возможно, в Гидре… Когда-то до меня… Я с ним точно не пересекался там… Так что, ничего не могу тебе сказать, — осторожно произнес Рамлоу. Баки моргнул и отвернулся задумавшись. — У него в глазах есть что-то такое же, как и у тебя… — произнес он минуту спустя. — Похоть и жалость?.. — не весело хмыкнул Брок. — Нет… — качнул головой Баки, — То, что я не могу расшифровать. Что-то… Нерациональное. «Немотивированная лояльность»… Он снова поднял взгляд и уставился в глаза Рамлоу. Тот смотрел на него в ответ, но вспомнив, про то, как Баки читает по взгляду, нахмурился и отвернулся, сделав вид, что увидел что-то за окном. — В его глазах нет ни угрозы, ни жалости ко мне… — задумчиво произнес Баки, снова отворачиваясь. — Там только какая-то боль… Брок напряженно кривился, кусая губы и поглядывая на Баки. — Слушай, забудь ты о нем! Выкинь из головы! — произнес он и склонился чуть ниже. — Как ты смотришь на то, чтобы свалить отсюда на следующей неделе? А? Ты нормально себя чувствуешь? Баки несколько раз моргнул и посмотрел на Брока. — Ты же сказал, что лучше нам пока быть тут? — Сказал, но все меняется! — ухмыльнулся Брок. — Да, тут все тихо, но меня как раз это и напрягает. Не к добру. Жопой чую не к добру это все! Что-то затевается. Валить надо, пока есть время. Мы тут как на ладони! Ни пушек, ни места где спрятаться. Если доктор вдруг решит нас сдать, — нас просто придут и возьмут тепленькими. Мы даже пикнуть не успеем! Особенно ты. Я-то еще могу побегать, далеко конечно не убегу, но все-таки… А вот ты… Он вдруг внимательнее посмотрел на Баки и осторожно откинул край одеяла. — Ты можешь попробовать встать? Баки дернул рукой, звякнув наручником. — С этим вряд ли… — произнес он. Брок огляделся по сторонам и, вынув из кармана ключик, быстро расстегнул браслет. Баки повертел железной кистью, свел и разжал несколько раз пальцы, просто проверяя работу механизма, после долгого бездействия и приподнявшись, сел. Тут же едва заметно скривился и ссутулил плечи сгорбившись. — Если через боль, то не надо! — Брок ухватил его за плечи. Баки откинул в сторону одеяло и медленно спустил одну ногу на пол. Брок нервно покосился на дверь и вновь глянул на Баки, придерживая его за подмышки. — Нормально? — склонился он к его лицу. Баки сосредоточено вслушивался в собственные ощущения. Он аккуратно спустил вторую ногу с постели и некоторое время так сидел, собираясь с духом. Брок ждал, все еще придерживая его и время от времени косясь на дверь, когда слышал за нею чьи-то шаги. — Я уже вставал с двумя медиками-мужчинами, — произнес Баки. — Они держали меня с двух сторон. Левой ногой я спокойно могу отталкиваться. А вот правую не могу поднять. Внутри брюха сразу как будто что-то рвётся. И боль, от которой в глазах темнеет, и мутить начинает. Ее трудно контролировать и терпеть. — У тебя же брюшина изрезана. Конечно, будет больно… — озабочено глядя произнес Брок. — Слушай, может ну его? Не надо?.. Но Баки сцепил зубы, установил босые стопы более устойчиво на полу и, обхватив Брока за шею встал. Брок чуть пошатнулся, но удержал его вес, выпрямляясь вместе с ним. — Нормально? — вновь спросил он, глядя в лицо Баки. Тот зажмурившись несколько раз тряхнул головой, сопя и стискивая зубы. Затем открыл глаза и снова оценил состояние. — Нормально. Только шатает. — Может, хватит на сегодня? — вновь спросил Брок. — Потом еще попробуем… — Нет… — качнул головой Баки. Он медленно передвинул левую ногу и оперся на нее, наваливаясь на Брока всем весом. Закусил губы и судорожно выдохнул. Некоторое время стоял не двигаясь, решаясь на новый шаг. Потом решительно сжал кулак, сжимая Брока за шею еще сильнее так, что тому аж стало больно, но он не подал виду, продолжая держать Баки под руками, приобняв за торс. Баки долго переваливался на левую ногу, которая слегка дрожала с непривычки и, только когда уже крениться дальше было некуда, чуть сдвинул и подтянул к себе правую, приподнимая колено. Не дотащив ее к левой он пошатнулся, засопел, навалился на Брока, зажмуриваясь и вдруг громко застонал, а потом сдавленно зарычал сквозь зубы. — Что? Что такое? Что?! — испуганно крикнул Брок. Баки не отвечал, только корчился, рычал и сопел. Брок кое-как оглянувшись назад, потянул его к кровати. — Садись обратно! Вот кровать, прямо за тобой, садись! Баки стонал и корчился, по лицу его бежал холодный пот, а правая нога волочилась будто парализованная. Он никак не мог сделать шаг назад, стоя на одной ноге, потому, что опереться было не на что, и Брок собрав все силы, подтянул его за подмышки и сам посадил на кровать. — Все, ложись! Все! Все! — бормотал он испугано. Баки замер, облокотившись локтями на кровать, и не мог пошевелиться. — Баки, ложись! Сейчас сюда кто-нибудь прибежит! — бормотал умоляюще Рамлоу. — Ложись! Он опустился на корточки и осторожно обхватил его ноги. — Я сейчас подниму, держись там! — произнес он. — Поднимаю! Он аккуратно приподнял его ноги и уложил на постели. Баки сопел, стиснув зубы и запрокинув голову, и держался рукой за живот справа. — Все, все! Прости, малыш! Прости меня! — бормотал Рамлоу кривясь от жалости и чувства вины. Он кое-как уложил Баки ровно, поправил ему ноги, подтянул подушку, уложил прямее верхнюю часть тела и аккуратно приподнял больничную накидку. Повязка под нею уже вновь окрасилась кровью. — Блять… — простонал Рамлоу с отчаянием. — Прости! Прости меня! Прости! Он схватил наручник и потянул за железную руку, которая не сдвинулась ни на миллиметр. — Малыш, дай руку, мне надо тебя пристегнуть… — простонал Брок. Баки чуть помедлил, но сделал, как он сказал. Брок быстро защелкнул наручник, накрыл его одеялом и, погладив по голове, рванул к дверям. — Стой, куда ты? — прохрипел Баки, уже чуть придя в себя. — У тебя опять кровища хлещет. Дока позову… — выдохнул Брок, кривясь от внутреннего самобичевания. — Не надо, — выдавил Баки. — Я в порядке. — Ни хера ты не в порядке… — рявкнул Рамлоу. — Я в порядке. А тебя вышвырнут, если опять что-то не так будет. Рамлоу медленно вернулся назад. — Тогда тоже немного крови было, — произнес Баки, уже более-менее отдышавшись. — Они говорили, что просто «струп сорвало» от движения. Баки не глядя протянул руку и указал на столик. — Там есть перчатки. Надень и проверь швы. Брок чуть замялся, глянул на дверь и шагнул к столу нашел упаковку со стерильными перчатками. Открыв одну, он аккуратно надел их и шагнул к Баки. Тот сдвинул одеяло и приподнял свою накидку. — Отлепи с одного края, лучше снизу. Брок сделал, как он сказал, стараясь как можно меньше причинять беспокойства, но Баки снова кривился и корчился. — Потерпи! — произнес Брок, косясь на него. — Все нормально. Просто волоски… — хмыкнул Баки. Брок приподнял повязку и оглядел огромный шрам, плотно сшитый медицинскими нитями. Он был похож на букву «Т» идущую немного наискось. — Вроде все цело, — произнес Рамлоу, оглядывая кровавые потеки. — Тогда заклеивай! — скомандовал Баки. Брок так и сделал, вернул все на место и, сняв перчатки не зная, куда их деть, сунул к себе в карман. — Прости меня, — нагнулся он к Баки. — Не извиняйся. Я сам хотел посмотреть, смогу ли я, — мрачно выдавил Баки и тут же недовольно добавил, — Лучше бы меня стимулировали, уже бы давно все зажило! — Нет, — грустно качнул головой Рамлоу. — Ты бы и так уже зажил. Это все из-за меня… Моя гребаная кровь не дает тебе регенерировать. Баки посмотрел ему в глаза. — С чего ты взял? — Док так сказал… — пожал плечами Брок. — Она помогла тебя откачать, а теперь мешает заживляться. Я же обычный. Не «навороченный». Баки долго смотрел ему в глаза. — Твоя кровь слабая, но она меня лечит, а не мешает. Просто медленно, — произнес он, наконец. Брок мягко улыбнулся. — Я бы всю тебе отдал, если бы это только помогало, а не вредило, — хмыкнул он. — Всю не надо, вдруг я стану как ты… — хмыкнул в ответ Баки. — В…смысле?.. — нахмурился Брок. Баки еле слышно рассмеялся глядя на него. — Зараза! — улыбнувшись, потрепал его по волосам Рамлоу. — Что тебя не устраивает-то? До ожогов я был вполне себе ничего! Некоторые даже красавчиком считали! — Я красивее, — хмыкнул Баки. — Кто ж спорит! — фыркнул Брок. — И сильнее. — Ага, видел я! Шагу ступить без меня не можешь! — поддел его Рамлоу, все еще улыбаясь. — У тебя характер сучный, — фыркнул в отместку Баки, все также лукаво улыбаясь. — Ну, сучный, ну и что?! У тебя, можно подумать, ангельский! Чуть что не так, — сразу в табло своей железякой! — Ангельский! По сравнению с тобой, — фыркнул Баки. — И глаза у меня ангельские! — Ты что-то разговорился на ночь глядя! Спи, давай! — Брок взъерошил его волосы и накинул на лицо. Баки фыркнул и попытался их сдуть. — Но, то, что глаза ангельские, — это, правда! — пробормотал Брок, мечтательно вздохнув и глядя как тот убирает свои длинные пряди со лба. — Жаль ты не баба.… Родил бы мне парнишку с такими же глазищами как у тебя, и мордой как у меня, ну, до ожогов. Или девочку! Всю как ты, — только девочку! А лучше обоих. — Хорошо, что я не баба! — фыркнул и покосился на него с опаской Баки. — Да ладно! — ухмыльнулся Брок. Убрал еще несколько прядей с его лица и чуть нагнулся. — Стоп! — тут же выдохнул Баки, насторожено глядя. Брок недовольно скривился. — Да, я в щечку же! По-дружески! Что тоже нельзя?.. Баки, задумавшись, моргнул. Брок некоторое время ждал ответ, а потом придвинулся к его лицу и еле ощутимо коснулся губами скулы. — Так нормально? — спросил он, почти не отодвигаясь обратно. — Нормально… — неуверенно выдавил Баки. — А сюда можно?.. — Брок слегка коснулся губами виска и тут же отпрянул глядя в глаза. — Можно… — задумчиво кивнул Баки. — А в ушко?.. — Брок перегнулся через Баки, но тот накрыл ладонью его лицо. — Хватит! — произнес он сурово. Брок тяжко вздохнул и чмокнул ладонь, которая накрывала его рот. — Ладно, отдыхай, — произнес он, опуская его руку вниз. — А как же наш побег? — напомнил Баки мрачно. — Ну, придумаю что-нибудь. Прикачу каталку, в конце концов. Баки скривился. — Да, никто ж тебя не увидит! Расслабься. — Я и так слабый. Устал уже быть таким слабым и растренированным. — Ну, ничего, бывает. Пройдет. В первый раз ранят что ли? И не надо мне про стимулирование регенерации опять! — видя, как Баки хочет что-то возразить, тут же выдал Рамлоу. — Они только о себе заботились. Им только и нужно было, чтобы ты скорее восстановился и послушно выполнял все их миссии и задания. А на то, что это твое сердце подрывает, они плевали! Гребаные уроды! Он укрыл его получше одеялом и слегка ущипнул за худую щеку. — Спи! Я пошел. — Брок… — окликнул его внезапно Баки. Тот резко остановился и обернулся. — А ты не можешь остаться? Тут же есть кровать… — кивнул он на соседнюю койку. Рамлоу оглянулся на кровать и почесал затылок. — Да я только «за!» Но боюсь, док этого не оценит. Не хочу рисковать, — пожал плечами он. — «Не по уставу!» Баки понимающе кивнул. — Я утром приду, — подмигнул ему Рамлоу. — Не успеешь соскучиться!

***

Идя по коридору к себе, Брок наткнулся на медсестру Кэти, и снова умело подлизавшись, уговорил ее осмотреть и перевязать Баки. Наврав, что заметил, будто повязка вновь пропиталась кровью еще днем, и все хотел ей сказать. Кэти слушала его хмуро. Сказала, что перевяжет Баки, но не потому, что он ее просит, а потому что и так собиралась это сделать, правда, утром. И что днем, все было нормально, и никаких «пятен крови» она не видела. Брок в очередной раз извинился за свой «язык без костей», пообещал больше «ничего дурного не ляпать, не подумавши трижды перед этим». Рассыпался в благодарностях и комплиментах о ее доброте и великодушии. Немного посамоуничижался, и вновь заверил, что не со зла говорит ей гадости, а просто по натуре прямой и не особо «изыскан в манерах». В общем, судя по всему, опять сумел втереться к ней в доверие, как и планировал.