Ведьмак: неизданное

-...А вот Степанка говаривала мне третьего дня, что еёйный Хонза видал за городом в канаве страховидлу пятилапую, - Иренка откинула со лба непослушную золотистую прядь и обвела соседок прищуренными раскосыми глазами. Отили лишь презрительно сморщила горбатый нос. Ивана приоткрыла большой рот. - Брешет всё твоя Степанка! - хохотнула толстощёкая Марта. - А Хонза еёйный третьего дня валялся пьяный в той самой канаве. Вот и приснилося ему всякое. - Зуб даю, что видал он страховидлу! - не унималась Иренка. - С зубищами острыми, як ножи у мясника, с глазищами огромными, кровкую налитыми, и рогом во весь лоб. - Так то Степанка и была! - злобно хохотнула Отили, отжимая простыню. - И рог там не один, а цел букет! - Да уж не боле, чем у нашего почтенного величества! - снова хохотнула Марта, погружая полные руки по локоть в ледяную воду, чтобы лучше прополоскать рубаху мужа. - Он уж скоро поди рожищами за хрустальну люстру цепанётся! - Да магичка его просто верёвки с него вьёт! - вмешалась Ивана. - Говорют, шо она уж захомутала его давно! - Не давно, а неделю того, - со знанием дела уточнила Иренка. - Сестрёнка моя младша, Агата, прислуживала на свадьбе ихней. - Брешешь, - Отили скривила пухлые губы. - Шоб Мелитэле меня громом покарала, коль брешу! - Иренка сложила пальцы в кривоватом знамении, опасливо косясь на небо. Выждав с минуту и выдохнув с явным облегчением, она продолжала: - Агатка мне всё про ихнии нравы выведала. Народишшу понаехало в дворец-то в Третогорский, шо по главной улице было не протолкнуться. На кажднем углу играли менестрели, народ танцевал прям на улицах, а на бошки им с окон сыпались цветы. - В горшках? - ехидно уточнила Отили. - Дура ты! - огрызнулась Иренка. - А из фонтанов била бражка пениста, да не простая, а самая медовая. - А я слыхивала, шо сама магичка Егойного величества с балкону отсыпала монеты золотые, - вмешалась Марта. - В пеньгуаре прозрашном, шо твоя слеза, и сиськи наружу. А други магички творили всяки неподребства, на мужиков кидались, и всё голяком. - А мне пан Иржи говорил, шо Фольтест с Радовидом по пьяной лавочки обнималися, - вставила свои пять медяков Ивана. - А опосля Егойное величество Радовид лобызался с какой-то полуголой магичкой и клялся её ни на какой кол, акромя своего, не сажать! - И даже Егойно емпираторско высокородие Эмгыр с Нильфгаарду личностно пожаловал! Обпился бражкою, подписывал направо да налево вольную провинциям да лобызался с селянками. - Да шо там, я слыхала, шо наше величество скакал нагишом на метле и...

***

Филиппа небрежно поправила шляпку, прикрывающую глаза от нещадного зарриканского солнца. День обещал быть испепеляюще жарким. Пригубив ледяной сок зеленоватого пупырчатого фрукта, она томно склонила голову на волосатое плечо Дийкстры. - И всё-таки хорошо, что мы не стали устраивать помпезного празднования и тихо обвенчались без свидетелей, - ласково пробормотал он, целую новоиспечённую супругу в макушку.