Тени святой четверки. Обещание

      — А помните… Ту зиму? — выдохнула вдруг Кэнди и заулыбалась, явно пытаясь разогнать дурные мысли и страх.       И ее улыбка была точь-в-точь той, какой я ее помнила со школы.       — Мы играли в снежки, здесь, на покрытом льдом озере. И катались на санках с горки в городе…       Я невольно прикрыла глаза, вспоминая…       Нас было четверо…              Нет, пятеро. Если считать Люка…       Нашим общим другом он не был. Но я встречалась с ним, и потому наша четверка иногда проводила с ним время.              Когда мы играли в снежки, Люк заваривал в домике чай, наливал его в термос и приносил нам.       Люк никогда не был особо азартным. Игра в снежки его не интересовала от слова «совсем».       Бобби гундел, что ему холодно, но натягивал повыше варежки, лепил неровные комки из снега и носился по озеру, уворачиваясь и пуляя ими в нас.       Кэнди ахала каждый раз, как в нее попадали, и, если ей попадали в голову, отходила в сторону, чтобы вычистить из-за ворота холодный снег.       А мы с Дереком развлекались по полной!       Смеялись в голос и закидывали полуслепленными снежками друг друга.       Небо затягивали сумерки, а мы не могли остановиться.       Шапка Дерека давно валялась где-то посередине озера, а моя была мокрая насквозь, как и перчатки.       В какой-то момент он закидал меня кучей снежков так, что мне залепило глаза, и я уже ничего не могла видеть, и повалил на лед.       Дерек был мелкий и легкий, и скинуть его с себя было вовсе не сложно, но я слишком вымоталась от долгой игры.       «Сара»… — услышала я, ощущая у своего лица его дыхание.       «Я принес вам чай! — раздался голос Люка. — Уже темнеет, и холодно! Идите в дом!»       «Зануда!» — фыркнул Дерек, откатившись в сторону и улегшись спиной на заснеженный лед.       А я вскочила на ноги и побежала к Люку. Его теплые губы встретили меня, и он согрел меня своими объятиями.              — Да, ты права, это было счастливое время… — кивнула я, посмотрев в глаза Кэнди. — Самое счастливое из всего времени, что я прожила в Сентфоре…       Тогда мне казалось, что все страхи позади, а жизнь только начинается.              … А потом в город нагрянул цирк…              — Вы думаете, что… Это… он? — дрогнувшим голосом спросила Кэнди.       — Прошло десять лет… — Бобби, казалось, просто констатировал факт, но все мы поняли, к чему это было сказано.       Дерек снова закурил. Молча.       А у меня потемнело в глазах…              …Из всех страхов Сентфора этот был самым обезоруживающим…              — Знаете… — пробормотала Кэнди. — Мне нужно выйти. Подышать…       — Кэнди… — я хотела сказать, что пойду с ней, но она остановила меня:       — Я хочу побыть одна. — И, тепло глянув на меня, добавила: — Правда. Я скоро вернусь.              Мы подкинули еще дров в камин. Электрический свет — хорошо, но с теплом — еще лучше.       И посидели молча.              — Кэнди долго нет. Вам не кажется? — оборвала тишину я.       — Она взрослая девочка, — отмахнулся от меня Дерек. — Разберется.       Бобби глянул мне в глаза. И через несколько мгновений сорвался с места.       Распахнул дверь и выглянул наружу.       Осторожно шагнул через порог…       Я последовала за ним.       Мы обежали домик на озере по кругу, то и дело зовя Кэнди. Ее нигде не было.       У входа нас ждал Дерек.       — Кэнди пропала! — выпалил Бобби, чуть не врезавшись в него.       Я заметила, как по лицу Дерека пробежала мрачная тень.       — Идемте в лес, — коротко бросил он и включил фонарик, который уже был у него в руке.              Мы искали Кэнди уже битый час. Звали ее. Она не отзывалась.       — Мы точно ее найдем? — жалобно простонал Бобби.       Он тащился возле меня всю дорогу, иногда беря под руку, иногда — отпуская, чтобы раздвинуть ветки впереди.       Все как в детстве. Бобби боялся. Но готов был переступить через страх, если рядом был тот, кто его поддержит.       Дерек уверенно шел впереди, освещая фонариком дорогу. Впрочем, это мало помогало. Мы то и дело спотыкались о кочки и ветки.       Не знаю, во что успел превратиться стильный костюм-тройка Бобби, но, полагаю, он был ничуть не лучше моего платья, висевшего на мне, подобно мокрой тряпке.       Все это время мы звали Кэнди.       — Думаешь, за это время она бы не отозвалась? Если бы хотела… — пытаясь совладать со сбившимся дыханием, крикнул в спину Дереку Бобби.       Дерек резко остановился.       — … Или… если бы могла… — произнес Бобби то, чего, кажется, мы все это время боялись.       — А у тебя есть другой план? — огрызнулся на него Дерек.       Я ощутила, как Бобби задрожал. Но он ничего не ответил.       — Тогда пошли! — скомандовал Дерек.       Он разгреб очередные заросли руками и, ускорив шаг, понесся прочь.       Мы с Бобби замешкались.       Ветки запутались у меня в волосах. И я дернулась, стараясь выпутаться.       Ощутила, как рука Бобби соскользнула с моего локтя.       — Сара… — послышалось мне.       — Бобби? — Я все еще пыталась справиться с ветками, выдергивая из них свои волосы, платье и себя. — Бобби?! … Бобби, где ты?       В ответ зашелестел ветер.       Я яростно ломанулась из кустов, уже не думая о порванной одежде и собственной боли и выскочила на поляну, которую мы только что прошли.       — Бобби!!!       Ответа не было.       Страх накрыл меня с головой.       Я бросилась назад. Мне казалось, что назад… В темноте с затянутым тучами небом сложно было определить направление.       — Бобби!!! Кэнди!!! — исступленно кричала я, в глубине души уже уверенная, что ответа не будет.              Я поняла, что одна. Совсем одна. И Дерек… даже его уже вряд ли найду…              И снова метнулась в лес.       Стоять на месте просто не было смысла.       На бегу оступилась, запнувшись о жесткий корень. Пронеслась несколько шагов вперед, в попытке найти равновесие. И снова повалилась — теперь уже в яму…       В первый момент мне казалось, что я сумею справиться с болью в подвернутой ноге. И даже в несколько движений вскарабкалась вверх, выбравшись на поверхность.       Попыталась подняться на ноги. И в этот момент боль меня догнала.       Я взвыла на весь лес. Упала вновь. И разрыдалась.       Нет, подвернутая нога была всего лишь поводом. Неприятным, но терпимым.       Но все же поводом, из-за которого моя выдержка лопнула, выпустив страх наружу, и я валялась, распластавшись на земле и уткнувшись лицом в мокрый мох, и орала, что было сил — от бессилия.       Если бы где-то поблизости была та лиса, которую Дерек нарек бешеной, спорить готова, даже она бы испугалась моего крика.       Когда мои связки не выдержали, и я начала хрипеть, вместо того, чтобы кричать, то ощутила как кто-то дернул меня вверх за шиворот, а сильная рука закрыла мне рот.       Я резко дернулась, пытаясь освободиться. И у меня это почти получилось.       — Тише! — услышала я голос Дерека. Он снова прижал меня к себя. — Тише!       — Бобби пропал! — прохрипела я, утыкаясь лицом ему в грудь.       — Я уже понял, — жестко сказал он. — Но ты здесь. И я здесь. — И, помолчав, добавил: — Я рядом…              «Я буду рядом с тобой даже через десять лет…»              Оттолкнув его от себя, я принялась хватать ртом воздух — это был единственный способ оборвать рыдания.       Громовой раскат прошелся по лесу. Снова заморосил дождь.       — Идем! — Дерек уверенным движением поднялся на ноги.       Сверкнувшая молния осветила его лицо.       — Сейчас опять хлынет, — бросил он. — Я, кажется, нашел, где нам укрыться, пока искал тебя.       Я кивнула и размазала по лицу слезы вместе с каплями дождя.              Идти пришлось недалеко. Дерек поддерживал меня за талию. Нога еще болела, но боль отступала с каждым шагом. Всего лишь слегка потянутая связка. Назавтра я и не вспомню о ней. Если доживу.       Если мы все доживем до завтра…              Добро пожаловать в Сентфор, Сара О‘Нил!       Или ты думала, что на этот раз все будет хорошо?              Дерек привел меня к небольшой пещере у скалы. Она была неглубокой, и стоять в ней можно было, лишь пригнув голову. Насобирал веток, хвороста и сухой хвои снаружи и, пощелкав зажигалкой, развел костер.       Огонь долго не хотел заниматься: лес и все в нем вымокло насквозь. Но все же сполохи замелькали — сначала робко и неуверенно, а потом все больше и больше разгораясь и набираясь силы.              Меня заметно трясло, и покончив с костром, Дерек обернулся ко мне. Он взял мои ладони в свои и принялся их растирать, согревая.       — Так лучше? — спустя пару минут спросил он.       Я кивнула.       Дрожать я и впрямь перестала. И дело, казалось, было не в том, что я и впрямь начала согреваться, а в том, как прикосновения Дерека меня успокаивали.       Он подышал мне на ладони — его горячее дыхание буквально обожгло кожу — и продолжил.       А я, словно завороженная, смотрела, как двигаются его плечи — они стали такими широкими… Мокрая футболка облепила его грудь. Дерек неплохо подкачался, с учетом, что тощим парням это давалось тяжело.       Зато движения были все те же: резкие, рваные, но уверенные.       Заметив на себе мой взгляд, Дерек чуть отпрянул.       — Что?       — Ты очень изменился, — честно ответила я.       Он усмехнулся с привычной ехидцей, чуть изогнув бровь:       — Больше не хлиплый подросток, который похож на ребенка, да?       — Ну… хлиплым ты никогда не был… — почему-то вдруг засмущавшись, парировала я.       Это было правдой: Дерек был невероятно сильным и выносливым — отец всерьез занимался его физической подготовкой. Да и сам он был не промах: драться ему приходилось не раз, притом чаще всего из-за Кэнди или Бобби. К нему самому, сыну шерифа, старались не лезть. Однако в футбольную команду его все же не брали: не вышел ростом и сложением.       — Зато ты не изменилась совсем… — буднично сказал Дерек и посмотрел мне в глаза.       И от его взгляда у меня кровь загорячела. Никогда еще я не ощущала себя… так… рядом с ним.       Я опустила глаза и выдохнула, пытаясь откинуть все эти смутные и совершенно новые ощущения прочь.       А Дерек притянул меня к себе, обняв за плечи.       Я уложила голову ему на грудь, слыша, как бьется его сердце — быстро, сильно, громко.       У меня закружилась голова, и я поняла, что наслаждаюсь ощущением близости его тела: жилистого и жесткого. И безумно горячего.       Стало безумно стыдно!       Почему? Как?! Какое я вообще имею право думать о таком и чувствовать все это, когда Бобби и Кэнди находятся неизвестно где и неизвестно, в каком состоянии?!       — Как думаешь, где они сейчас? — отпрянув от Дерека, спросила я.       Конечно, он знал, о ком я говорю.       — Мы их найдем. Обязательно, — твердо сказал он.       — Да, — кивнула я. — Мы их найдем…       В этом я уже не сомневалась.              Мы их найдем — в этом весь смысл происходящего.       Но все точно не будет хорошо, когда это случится.       Потому что прошло десять лет.       И ад снова нагрянул в Сентфор.              — Ты не жалеешь, что не уехал отсюда? — спросила я у Дерека. Просто, чтобы услышать его голос среди шума дождя и темноты, которая, клубясь, заползала под свод пещеры.       Десять лет назад мне казалось, что побег будет спасением. Бобби и Кэнди, очевидно, думали так же. Как выяснилось, в том, чтобы остаться или уехать, разницы не было никакой.       — Нет, — твердо ответил Дерек. — Я не жалею.       Он убрал от меня руки и, отодвинувшись, уселся, уперевшись ладонями в колени.       — Я жалею о другом. Всего об одной вещи…       Казалось, каждая мышца в его теле была напряжена. И в этот момент я, как никогда за сегодняшнюю ночь, узнала в нем старого Дерека. Дерека десятилетней давности. Колючего шестнадцатилетнего мальчишку, который в раннем детстве потерял мать, а потом… потом лишился и отца.       — О чем же?.. — дрогнувшим голосом спросила я.       Я была уверена, что он скажет что-то о мистере Никсоне.       Дерек взял палку и принялся шевелить ею костер.       — Знаешь… Я много думал о прошлом — все эти годы. — Он подкинул в огонь еще веток. — И если бы я мог вернуться назад. На десять лет… — Дерек вдруг посмотрел мне прямо в глаза и сказал: — Знаешь, Сара… Тогда я бы набрался смелости и сказал тебе о своих чувствах.       — Что?.. — опешила я.       По его лицу пробежала тень, тут же сменившись знакомой ухмылкой.       — Ой, да ладно! — процедил он. — Не делай вид, как будто ты не знала об этом!       У меня перехватило дыхание, а сердце болезненно сжалось.       — Дерек… Я правда не знала… — пробормотала я, не кривя душой. — Я… Мы с тобой были друзьями. И… — Я очень хотела подобрать нужные слова, а вместо этого с языка посыпались оправдания: — Просто… Люк… Мы встречались, и я…       — Люк… — Горько усмехнувшись, Дерек покачал головой. — Конечно! Как я не додумался. Люк! Чудесный и идеальный Люк! Богатый красавчик с тонкой душевной организацией! Ты же никого, кроме него, не замечала!       Я стиснула зубы. Мне снова стало больно.       Но теперь — за себя.              Для всех Люк так и остался идеальным. Идеальным, влюбленным, романтичным… Честным и правильным. О, да!       Еще долгие годы он оставался таким даже для меня…       Но годы шли, а дыра в сердце разрасталась. А вместе с ней росли боль, обида и разочарование.       И теперь, спустя десять лет, когда я вспоминала о Люке, мне хотелось больше всего на свете взять — и разорвать его сердце на куски! В клочья. Сделать с ним то, что он сделал с моим сердцем и моей к нему любовью!              Но его тайну я до сих пор хранила…              — Дерек… давай не будем об этом… — севшим голосом вымолвила я.       — О мертвых либо хорошо, либо ничего, — покивал он, повторив слова Кэнди. И я заметила, как играют желваки на его щеках.              Ливень снаружи кончился. И даже звуки мороси стали затихать.       — Как твоя нога? — спросил Дерек, шевеля палкой догорающие угли в костре.       — Нормально, — не соврала я.       Связки еще тянуло немного, но я точно знала, что могу ходить.       Туфли были мокрыми, но хорошенько нагрелись от костра. Но, даже если бы и сумели хоть сколько-то просохнуть, буквально несколько шагов по мокрому мху вернули бы их в прежнее состояние. А шастать босиком по лесу я была не готова.       — Идем? — бросил мне Дерек.       Я кивнула.       Он затушил костер, и мы вышли из пещеры.              — Домик на озере должен быть в той стороне… — сказал Дерек, светя фонариком нам под ноги.       — Ты уверен?       В темноте все деревья и тропинки в этом лесу казались мне одинаковыми.       Дерек выдохнул, словно набираясь решимости.       — Да. Мы идем туда.       Я кивнула. Идти куда-то для меня всегда было лучше, чем стоять на месте.       В этом я не сомневалась.              И не сомневалась в Сентфорском лесе. Который всегда выводил тех, кто бродил по нему, туда, куда нужно.       Не всегда туда, куда они хотели попасть.       Но всегда к тому, к чему они шли…              Ночное небо просветлело. Вышла луна.       Я попросила Дерека выключить фонарик. В таком свете он только мешал.              Несколько минут мы постояли на месте, держась за руки.       Дерек сплел мои пальцы со своими…              А потом, когда наши глаза привыкли к темноте и естественному свету, лившемуся с неба, мы двинулись дальше.       Все так же — держась за руки.       Дерек сжимал мою правую руку своей левой. И свободной рукой разгребал нам путь среди зарослей и ветвей.       И все это время я была уверена в одном: до тех пор, как я ощущаю свою руку в его руке, он не исчезнет, как Бобби.       … И Кэнди.              На очередной опушке что-то сверкнуло в темноте.       Я прижалась к плечу Дерека, и волна страха снова накрыла меня.       Не разнимая рук, Дерек подошел ближе и поднял с земли серебристый предмет.       А потом протянул мне.              Чтобы понять, что это, не нужно было включать фонарик.       Свет луны обозначил все контуры…       Я прикоснулась кончиками пальцев к ажурному краю и забрала у Дерека из рук… карнавальную маску.       — Ты помнишь его? — зачем-то спросил у меня Дерек.       Разве такое можно забыть?       — Человек-в-Маске… — не своим голосом пробормотала я.       — Да… — выдохнул Дерек, и в этом вздохе мне померещилось что-то вроде облегчения. — Он вернулся.       — Десять лет прошло… — эхом отозвалась я.