Беглец из прошлого

Когда Поттер в числе последних вошел в гостиную факультета Гриффиндор, там стоял гомон, как на птичьем базаре: студенты что-то говорили, доказывали свою точку зрения, спорили, и, казалось, никто не спешил последовать совету директора и отправиться спать, хотя сигнал отбоя прозвучал еще тогда, когда все сидели в Большом зале. Но стоило присутствующим увидеть Гарри, и они замолкали; тишина разошлась по комнате, как круги на воде. Несколько долгих секунд все следили за тем, как Поттер молча поднимался по лестнице, ведущей к спальням, пока кто-то не выдержал и крикнул: – Почему ты отказался участвовать в Турнире? Поттер замер на верхней ступеньке. Сначала он хотел проигнорировать вопрос, но потом решил ответить, надеясь, что после этого от него отстанут. Он медленно повернулся лицом к застывшим в ожидании его реакции подросткам. – Если кому-то до сих пор непонятно, что произошло – объясню. Кто-то бросил мое имя в Кубок Огня. Я не знаю наверняка, чего этот человек добивался, хотя у меня имеется пара версий. Но факт остается фактом – магический контракт четвертого чемпиона заключен не со мной. И я очень этому рад, – Гарри уже собирался уйти, как все разом снова загалдели, а третьекурсник Колин Криви обвиняюще заявил: – А не нужно было признаваться, тогда бы и гриффиндорец участвовал в Турнире! – То есть ты считаешь, что я должен был соврать? – Гарри покачал головой. – Да зачем врать, просто промолчал бы и… – И кто-то потерял бы магию?! – возмутилась Гермиона, чуть повысив голос. – Колин, чем ты слушал директора? Ты соображаешь, о чем говоришь?! – Это проблемы того, кто бросил имя… – начал Криви, но осуждающие взгляды старшекурсников и укоризненный – подруги Джинни Уизли заставили его умолкнуть. – Как ты мог подумать, что Гарри опустится до обмана? – спросила Гермиона, впрочем, не ожидая ответа, а лишь рассчитывая, что это если и не поставит точку в обсуждении темы, то уж точно снизит активность некоторых неугомонных гриффиндорцев. – Еще вопросы будут? – устало поинтересовался Гарри, выжидающе уставившись на всех – с высоты лестницы это было очень удобно. Он видел, что такого же мнения, как Колин, или близкого к нему придерживалась едва ли не треть присутствующих. Даже Джинни, еще с лета строившая ему глазки, казалось, еще не решила, чью сторону ей принять. – Отлично. Я иду спать и вам советую. – И все равно ты просто струсил! Так герои не поступают! – выкрикнул ему в спину Криви. Несмотря на объяснения, он остался при своем мнении. На него отовсюду зашикали, но нашлись и те, кто поддержал его замечание – все это Гарри услышал, пока шел к своей спальне.

***

Поттера не слишком удивило, что некоторые гриффиндорцы (по сути, его семья здесь, в школе), даже выяснив правду, продолжили в чем-то обвинять его, как периодически делали и раньше. Это утомляло, расстраивало и злило. Ему хотелось кричать, а еще лучше – кому-нибудь набить морду, но, получив совсем недавно наглядный урок хладнокровия, дающего действенные результаты, он старался обуздать в себе подобные порывы. Пока принимал душ, Гарри на скорую руку проанализировал все, что произошло при обсуждении ситуации взрослыми, и пришел к выводу, что, каким бы странным это ни показалось, как бы ему ни претило, но единственным, кто смог беспристрастно взглянуть на случившееся, оказался Снейп. Он же в итоге и доказал всем, что Гарри никого не обманывал. Неважно, из каких побуждений он так поступил, но именно благодаря Снейпу удалось избежать участия в Турнире. Даже Дамблдор не встал на защиту и собирался отправить его соревноваться с заведомо более подготовленными соперниками в смертельно опасных испытаниях. Гарри уже укладывался в постель, когда в спальню ввалился Рон. – Колин прав, ты должен был принять участие в Турнире, – хмуро процедил тот. – На тебя не угодишь: то ты недоволен, что мое имя вылетело из Кубка, то теперь считаешь, что мне нужно было стать лгуном, – отмахнулся Гарри. Ему уже надоело недоверие друга. – Почему лгуном? Не представляю, как ты это сделал, но уверен, что ты сам кинул записку в Кубок. Кому понадобилось бы проворачивать такое, рискуя попасться директору? Так что не отпирайся, мы-то знаем правду. Только не пойму, почему ты потом решил отказаться от участия. Испугался, когда увидел, что никто не рад твоей выходке? Пока Уизли распинался, рассуждая по поводу происшествия, пришли и остальные ребята, жившие в этой комнате, и молча следили за диалогом. – Рон, ты идиот? Директор вполне доступно объяснил, что проверка указала… – Вот именно, ты всегда считал меня идиотом, поэтому и не сказал, как обойти контур проверки возраста! А Дамблдор просто поддержал тебя. Он вечно на твоей стороне! – сердито бросил Уизли, словно в инциденте чем-то ущемили его личные права. – И на вылетевшей из Кубка записке подделал след магии, который образован древним артефактом? – Гарри чувствовал, что теряет терпение. – Да что я оправдываюсь? Думай, как тебе хочется! – он задернул полог на своей кровати, отгораживаясь от сокурсников, поглядывавших на него с разной степенью подозрительности и сочувствия.

***

Спустя час, когда все крепко уснули, Гарри вызвал через сквозное зеркало крестного и подробно рассказал ему о случившемся. Тот его сосредоточенно выслушал и посоветовал не обращать внимания на глупых детей и поблагодарить Снейпа за вмешательство. – Сириус, ты уверен, что мне не нужно участвовать в Турнире? Я точно не лишусь магии? Даже Дамблдор сомневается, – Гарри все же немного переживал по этому поводу. – Во-первых, ты не бросал записку в Кубок, следовательно, он не мог заключить магический контракт с тобой, – спокойно принялся объяснять Сириус, решив не отмахиваться от страхов парня. – Во-вторых, ты в курсе результатов проверки, и они не показали твоей связи с пергаментом, который является физическим носителем контракта. – Да. Это так, – подтвердил Гарри. – Значит, тебе нечего переживать. А Дамблдор, к твоему сведению, тоже далеко не все знает и способен ошибаться, как и любой другой человек, – Сириус открыто не настраивал Поттера против директора, но все же постепенно готовил его к принятию правды о нем. – Кстати, если он все же в качестве перестраховки попытается всунуть тебя в команду соревнующихся – ни в коем случае не соглашайся и ни при каких обстоятельствах не выпускай свою волшебную палочку из поля зрения. – Почему? – Гарри не видел связи между последним советом и обсуждаемым вопросом. – Для того чтобы отслеживать участие чемпионов в Турнире, в ближайшее время, возможно, даже уже завтра, раз произошло такое ЧП, проведут процедуру проверки их волшебных палочек. Тогда же палочки как бы привяжут к соответствующему контракту – к тем самым запискам, вылетевшим из Кубка. А после каждого тура испытаний под контролем судейской комиссии чемпионам нужно будет ставить на те пергаменты что-то вроде магической печати с помощью специального заклинания. Понимаешь, магия сама по себе ведь не знает, участвовал ли конкретный человек в соревновании, за этим следят организаторы. Когда Турнир завершится, эти записки с оставленными на них пометками о прохождении испытаний снова бросят в Кубок Огня. Если артефакт обнаружит на них необходимые магические следы, они сгорят окончательно, разрывая контракт, как ранее сгорели те, чьи авторы не стали чемпионами, а если отметин не окажется или записку не вернут в Кубок – бросивший ее получит откат и лишится магии. – Выходит, можно и не участвовать, а лишь отмечать свою палочку на пергаменте с именем, который вылетел из Кубка? – Гарри удивленно распахнул глаза. – В принципе, выходит, что можно, однако никто не согласится пойти на такую поблажку какому-либо участнику. Это же соревнование с определенными правилами! – Сириус усмехнулся. – Но сейчас речь не об этом. Сложно просчитать, во что все выльется, если недоброжелатель воспользуется твоим инструментом для колдовства и попытается привязать его к контракту. Не исключено, что таким образом тебя насильно сделают участником Турнира, ведь волшебная палочка несет отпечаток твоей личной магии, и это, в теории, способно изменить магическую составляющую на пергаменте. Не факт, конечно, что подобное получится, но нет времени экспериментировать или вычислять. Так что просто держи волшебную палочку при себе даже ночью. Ты же не маленький и понимаешь, что Турнир для тебя опасен, – Сириус не скрывал своего волнения – случившееся точно не могло оказаться выходкой студента, ведь, чтобы обмануть Кубок, явно потребовалось гораздо больше умений и мастерства. – Испытания рассчитаны на уровень знаний выпускников, а я только три курса отучился. Так что не мне с ними тягаться, – Гарри кивнул, подтверждая, что отлично осознает вероятные последствия. – И тебе действительно стоило бы поблагодарить Снейпа за вмешательство в спор идиотов организаторов. Как я понял из твоего рассказа, они так растерялись, что забыли о возможности проведения элементарной проверки и собирались заставить тебя участвовать в Турнире, – Сириус скрипнул зубами – его предчувствия относительно Турнира сбылись, и без неприятных сюрпризов не обошлось. – Да Снейп меня и слушать не станет, – усмехнулся Гарри, приняв рекомендацию за шутку, а потом перевел разговор на обсуждение поведения друзей, вернее, начал жаловаться на Рона, потому что Гермиона вроде как поддержала его, хотя побеседовать после инцидента им еще не удалось. – Знаешь, друзья познаются в беде. Это не просто красивая фраза, так обычно и случается, – сказал Сириус. – Так что ты повнимательнее присмотрись к тем, кто тебя окружает, может, не такие они и друзья? Ты же помнишь историю с Петтигрю? – он вздохнул: пояснять, что имелось в виду, не требовалось, Гарри и так был в курсе. – Тебе пора отдыхать. Завтра, вероятнее всего, понадобятся силы, чтобы противостоять глупым домыслам. Всегда находятся те, кого не устраивает реальность. Вечером поговорим еще, если захочешь поделиться новостями за день. Спокойной ночи! – Спокойной ночи! И спасибо за советы, – Гарри улыбнулся на прощание и разорвал связь, прикоснувшись к зеркалу волшебной палочкой, которую тут же спрятал под подушку. Он заранее на всякий случай наложил на полог кровати сигнальные и особые защитные чары, чтобы никто незамеченным не подкрался к нему во время сна.

***

Дамблдор, вернувшись в свои апартаменты после выбора чемпионов Кубком Огня, вдруг обнаружил, что не в состоянии качественно проанализировать произошедшее из-за недостатка информации. Он вроде бы тщательно подготовился к проведению Турнира. Еще весной мадам Пинс, школьный библиотекарь, подобрала ему всю необходимую справочную литературу по правилам этого соревнования. В соответствии с полученными сведениями он вел переговоры с коллегами из Дурмстранга и Шармбатона, оставив общие организационные и, так сказать, технические вопросы на совести министерских чиновников. В результате вышло, что он практически оскандалился, не сумев достойно отреагировать на нестандартную ситуацию. – Ну кто же мог предположить, что найдется ненормальный, решивший перехитрить древний артефакт?! – оправдываясь перед самим собой, воскликнул Альбус, натягивая на голову ночной колпак. – Это каким же идиотом нужно быть, чтобы бросить в Кубок чужое имя, не подумав о последствиях? Хотя… – он с досадой вздохнул и мысленно продолжил: «Я ведь тоже не задумывался, как именно образуется магический контракт на участие в Турнире. Собственно, мне это и не требовалось, достаточно было предупреждения об ответственности и возможной потере магии. Всех с детства учат, что с подобным не шутят. Еще лет сто назад никто и не стал бы переживать о судьбе так неосмотрительно подставившегося мошенника, считая, что глупцы сами виновны в своих несчастьях. Поэтому в основных правилах по организации Турнира и отсутствовал пункт, предписывающий обязательно сверять магию участников с их записками-контрактами. Подразумевалось, что все серьезно отнесутся к процедуре выбора чемпионов. И все же… Мы ведь ограничили возраст соревнующихся, так почему я не настоял на том, чтобы Кубок постоянно находился под наблюдением организаторов? Предлагал же, но Максим возразила, что не стоит этого делать, еще сильнее вмешиваясь в, как она сказала, «веками освященные правила», и остальные ее поддержали. Да и правильность составления записок претендентами в чемпионы можно было проверить. Теперь, даже после выяснения, что это не Поттер опустил свое имя в Кубок, все равно осталось подозрение, что я неверно заколдовал круг возрастного ограничения. Ладно… Тут уже ничего не изменить. С ситуацией помог разобраться Снейп, – мысли тут же перескочили на другую тему. – Интересно, откуда у него такие познания? Нужно утром с ним поговорить и выяснить это, заодно уточнить, не зря ли мы позволили Поттеру отказаться от участия. Северус, конечно, вряд ли сознательно подставил бы студента, зная, чем ему это грозит, но он мог просто превратно интерпретировать сведения о работе Кубка», – надежда на хотя бы частичную реабилитацию в глазах коллег согрела сердце. Альбусу уже хотелось, чтобы Снейп ошибся, о чем и придется завтра заявить во всеуслышание. Дамблдор так и уснул, мечтая в очередной раз доказать всем, какой он мудрый и неординарный маг, пусть и за счет подпорченного авторитета Северуса, как-то упуская из виду, что это Крауч вспомнил о возможности проведения проверки, хоть и после подсказки.

***

Утром директор Хогвартса развернул активную деятельность. Для начала он еще до завтрака вызвал к себе Снейпа и потребовал от него объяснений, почему тот без позволения вмешался в обсуждение организаторами Турнира чрезвычайного происшествия. – Альбус, у меня складывается впечатление, будто ты недоволен тем, что Поттер не подвергнется опасности быть убитым или – в лучшем случае – покалеченным и опозоренным. Герой ведь не может проиграть? – Северус хорошенько приправил свой вопрос язвительностью. – Ты сам обязал меня следить за безопасностью мальчишки. – Северус, это не шутки! – при беседе тет-а-тет Дамблдор сбросил маску доброго старика и смотрел предостерегающе и сурово. – А вдруг Гарри пострадает, если мы ошибемся? Откуда ты узнал о том, как работает Кубок Огня? – Из сборника правил Турнира, – ответил Снейп, становясь немногословным и переходя на исключительно деловой тон. – Зачем тебе это понадобилось? – Должен же я знать, во что ввяжутся студенты моего факультета, решив поучаствовать в ваших международных играх, – процедил Северус. – Ты в чем-то меня обвиняешь? Я могу самоустраниться и заботься о своем выжившем мальчике сам! – Нет! Разумеется, я тебя ни в чем не обвиняю. Но мне нужно разобраться. В правилах, хранящихся в библиотеке, нет таких подробностей, о которых ты осведомлен, – несмотря на заверения, Дамблдор не скрывал подозрительности. – Я не стал полагаться на школьную библиотеку, посчитав, что после длительного перерыва правила могут изменить не только относительно возрастного ограничения. Поэтому взял экземпляр в Отделе образования у тех, кто принимал участие в организации Турнира, – заметив тень удивления, промелькнувшую на лице Дамблдора, Снейп мысленно усмехнулся – тот явно не слышал об этой возможности. – Вопросы безопасности должен был контролировать Крауч, но раз уж обстоятельства изменились, то мне необходимо тщательно все изучить. Принеси мне этот документ. Немедленно! – распорядился директор, недовольно хмурясь из-за того, что пришлось едва ли не оправдываться. – Я передам стабилизированную копию через домовика. Вряд ли я успею прийти сюда еще раз до завтрака. Намек на расстояние от подземелий до кабинета директора на восьмом этаже был крайне прозрачным. Не дождавшись предложения воспользоваться для сокращения пути тайным зачарованным проходом к Большому залу, Снейп ушел выполнять приказ. Он жалел, что все-таки не обзавелся сквозным зеркалом, сейчас не помешало бы по-быстрому на ходу посоветоваться с Сириусом, блокноты с Протеевыми чарами для подобного не очень подходили. Ситуация складывалась не лучшим образом, и с Поттера нельзя было спускать глаз, чтобы тот не наломал дров. Одно радовало – Гарри, похоже, действительно не желал участвовать в Турнире, иначе оказалось бы намного сложнее уберечь его от неприятностей.

***

Перед обедом к Дамблдору пришел Грюм и категорично заявил: – Поттер должен участвовать в Турнире! – Почему ты так считаешь? – директора напрягло мнение лже-Грюма, к тому же высказанное столь ультимативным тоном. Альбус еще за завтраком успел перечитать нужный раздел правил в переданном ему Снейпом своеобразном справочнике, составленном специалистами Министерства магии, и убедился в правильности принятого ими решения. Так как еще не была установлена личность того, кто бросил имя Поттера в Кубок Огня, а следовательно, кто-то подвергал себя опасности лишиться магии, организаторы Турнира предпочли не спешить с проверкой волшебных палочек чемпионов, хотя такой шаг и напрашивался, и намеревались провести ее, как и планировалось, завтра. Они предоставляли мошеннику немного времени на признание своей вины, как-никак сейчас не средневековье, чтобы рисковать чьей-либо жизнью намеренно. – Вы все так уверены, что в курсе, как на самом деле заколдован Кубок? Если Поттер потеряет магию из-за того, что ему не позволили пройти испытания, нам всем, кто давал клятву учителя, достанется за то, что не предотвратили беду, зная о ее возможности, а тебе, Альбус, в первую очередь. – Звучало бы резонно, но только в том случае, если бы мы действительно не знали, как работает Кубок. Но сотрудники Министерства, ответственные за эту часть организации Турнира, уделили данному вопросу исключительное внимание. Так что мистеру Поттеру ничего не угрожает. Аластор, я в курсе, что ты везде видишь заговоры и подготовку к нападению, но заверяю, у меня все под контролем, – Дамблдор уже взвесил имевшиеся за и против, принимая решение, и теперь не собирался идти на поводу то ли параноика, боявшегося собственной тени, то ли шпиона, неизвестно с какой целью прикидывавшегося другим человеком. Хотя на этот счет у Дамблдора, понаблюдавшего два месяца за новым преподавателем ЗОТИ, появилась еще одна версия – он предполагал, что это может оказаться Сириус Блэк, стремившийся находиться поближе к крестнику. Однако пока не представилось ни единого шанса, чтобы убедиться в этом наверняка. – Ты пригласил меня на работу, чтобы я побеспокоился о безопасности студентов. И я говорю тебе – Поттер должен участвовать в Турнире! – упрямо стоял на своем Грюм. – Тебе не кажется, что Снейп что-то уж больно подкован в вопросе, как действует Кубок? Знаешь, Пожиратели Смерти бывшими не бывают, так что, думается мне, это именно он устроил чехарду с именем Поттера в Кубке. – Глупости! Северус никогда не стал бы вредить студенту. Вот тебе правила, – Альбус взмахнул волшебной палочкой, создавая дубликат переданной ему Снейпом брошюры. – Копия и без фиксации продержится пару дней, так что ты, при желании, успеешь выучить все наизусть. И еще – почему тебя не было на завтраке? Аластор, профессора обязаны присутствовать в Большом зале во время трапез, если они не болеют и не отсутствуют по иной уважительной причине, о которой следует обязательно предупредить меня или моего заместителя. – Значит, ты собрался рискнуть магией мальчишки? – вертя в руках стопку листков с правилами Турнира, спросил Грюм, никак не отреагировав на заданный вопрос. – Аластор, я тебя не задерживаю, – Дамблдор кивком указал на дверь. Обычно он, чтобы не выдавать своей осведомленности о подмене личности, был более приветлив с Грюмом, учитывая их дружеские отношения, но сегодняшний день не задался еще со вчерашнего вечера. Барти Краучу, прятавшемуся под внешностью Грюма, было не до вежливых раскланиваний. Он провалил задание Темного Лорда, и, если не отыщет, как все исправить, его ждало жестокое наказание. – Ты пожалеешь о своем выборе, Альбус, – вполголоса пригрозил он, покидая директорский кабинет. Ему требовалось срочно придумать, что следует предпринять, чтобы заставить организаторов пойти на попятный и признать Поттера четвертым чемпионом Турнира, а заодно и решить проблему с грозящим ему самому сквибством.