Беглец из прошлого

Гарри под чутким руководством Гермионы добросовестно написал эссе по трансфигурации (благо тема была легкой, и ему почти не понадобилось заглядывать в книгу), полистал учебник по чарам и выучил таблицу совместимости некоторых ингредиентов животного происхождения по зельям, а до отбоя все еще оставалось больше часа. Желание поделиться новостями с крестным оказалось столь велико, что физически ощущалось каким-то дискомфортом, поэтому Поттер не стал дожидаться, когда все улягутся спать, а сбежал из факультетской гостиной и уединился в кабинке туалета для мальчиков на четвертом этаже – уроки давно закончились, и в такое время вряд ли кто-то сюда зайдет. Обезопасив себя на всякий случай чарами конфиденциальности, Гарри вызвал Сириуса через сквозное зеркало и быстро ввел его в курс дела. Тот похвалил за разумное поведение, не забыв сыронизировать по поводу выбранного для разговора места. – Понимаешь, это еще не все, – отмахнулся от насмешки Гарри. – Мы тут с Гермионой поразмышляли и пришли к выводу, что мое имя в Кубок мог кинуть кто-то из взрослых, потому что все студенты вроде бы посещают Большой зал и без проблем проходят через резонансный контур. Ну… я имею в виду хогвартских учеников. По крайней мере, в больничном крыле никто не лежит. И знаешь, Грюм не появлялся ни на обеде, ни на ужине. Мы хотим понаблюдать за ним… – Стоп! Не смейте ни во что вмешиваться! – прервал его Сириус строгим приказом. Он не на шутку заволновался. У них с Северусом уже практически не осталось сомнений в причастности Грюма к инциденту с Кубком Огня. – Гарри, скорее всего, вы с подругой не ошибаетесь в своих подозрениях, но, поверь, изменить что-либо – не в ваших силах. Я не хочу, чтобы вы пострадали. Не вздумайте никому даже заикнуться о том, что вышли на Грюма. Никому! Ни одной живой душе, если не желаете получить порцию Обливиэйта, и это – в лучшем случае. Тебе сейчас нужно по возможности держаться от него подальше. Отсидел урок – и уходи, попытайся не пересекаться с ним в коридоре и не броди в одиночку. Прости, я не могу пока тебе объяснить всего, но знай, за тобой присматривают в школе и постараются не допустить, чтобы ты попал в беду. Но для этого ты не должен лезть на рожон. Пожалуйста, доверься мне и послушайся совета. Грюм может оказаться смертельно опасным! – Хорошо, – Гарри был оглушен таким напором. Он отчетливо видел, что Сириус искренне беспокоился о нем. – А кто за мной присматривает? – любопытство все же взяло верх. – Когда-нибудь узнаешь, – Сириус хитро усмехнулся, однако тревога окончательно так и не ушла из его глаз. – Но это ведь не директор? Нет, – Гарри покачал головой, отвечая на свой же вопрос и словно сетуя на то, что у него могло появиться столь нелепое предположение. – Он точно не слишком заботится о моей безопасности. – Пока ты находишься в школе, директор не сможет намеренно навредить тебе, да и вряд ли планирует что-либо подобное, но и полностью полагаться на него не стоит, – аккуратно заметил Сириус. В каких бы грехах они с Северусом ни подозревали Дамблдора, доказательств у них все равно не имелось, так что и открыто настраивать Гарри против того было нельзя, особенно учитывая любовь директора считывать поверхностные мысли студентов. Сириус вдруг сообразил, что его крестник абсолютно не защищен от такого, и сделал себе пометку разобраться с данной проблемой в ближайшее время. – Гарри, просто постарайся держаться подальше от всего связанного с Турниром и ни с кем не обсуждай вопросы лояльности Грюма и директора. А сейчас тебе пора вернуться в свою гостиную. И поспеши. Не хватало еще нарваться на отработку. – Ты прав. До связи, – Гарри не стал спорить. В свете полученных советов ему и впрямь следовало быть осторожнее.

***

Снейп еще до ужина улучил минутку, чтобы написать сообщение Сириусу, и рассказал ему о случившемся во время мероприятия по проверке волшебных палочек чемпионов. К отбою он дождался ответа с благодарностью за оказанную Поттеру помощь и с просьбой оставаться предельно бдительным с Грюмом и Дамблдором, так как неизвестно наверняка, какие цели те преследовали, были ли заодно или каждый разыгрывал свою партию, но все равно их действия очень сильно настораживали. «Я обнаружил еще один тайник с бумагами Тома (это уже третий), но, к сожалению, там тоже нет того, что мы ищем. Зато это обнадеживает, что еще не все потеряно, и мне все-таки удастся добраться до нужных нам сведений. Только что разговаривал с Гарри. Они с подружкой практически вычислили Грюма. Я приказал ему ни во что не вмешиваться, но ты все же не упускай из виду этих правдоискателей. Не хочу, чтобы они пострадали. Да и вчерашний случай с попыткой проникнуть через защиту вокруг кровати Гарри выглядит крайне подозрительным. Надеюсь, парню все же ничего слишком опасного не угрожает». Северус прочел послание, хмыкнул на упоминание о «подружке» Поттера, сразу же сообразив, что речь идет о Грейнджер, и прикоснулся палочкой к странице, стирая запись. Не стоило оставлять ни малейшего намека на его связь с Блэком, даже учитывая, что открыть зачарованный блокнот мог лишь хозяин. Набросав пару строк, чтобы Сириус понял, что он держит все под контролем, Северус отправился патрулировать коридоры – сегодня пришла его очередь дежурить после отбоя и разгонять неугомонных студентов по гостиным. Конечно же, он сейчас с большим удовольствием наведался бы в Блэк-хаус, но пока об этом можно было и не мечтать.

***

Барти Крауч-младший раздраженно мерил шагами кабинет профессора ЗОТИ, пытаясь решить исключительно трудную задачу – как ему выполнить приказ Темного Лорда и сохранить свою магию? Ни с Волдемортом, ни с древним артефактом не имелось возможности договориться. Следовательно, стоило предпринять что-то другое, но что именно – Барти не знал. Заставить Поттера участвовать в Турнире ему так и не удалось, оставалось лишь выкрасть свой так неосторожно заключенный магический контракт с Кубком Огня, но и здесь появилось прямо-таки непреодолимое препятствие. Во время процедуры проверки волшебных палочек чемпионов и создания с ними необходимых магических связей у него не получилось добраться до записки с именем Поттера. Прикинув свои шансы на удачу, он собрался навестить Альбуса и хитростью вынудить того показать ему все контракты. Однако, как совсем скоро стало ясно, фортуна нагло повернулась к нему спиной и прикинулась глухой к мольбам о помощи. – Ты что-то хотел, Аластор? – устало поинтересовался Дамблдор, когда ближе к ужину к нему заглянул Грюм. – Ты допустил большую ошибку, и мы все за нее поплатимся. Не нужно было ничего объяснять глупому пацану. Просто заставил бы его дать Олливандеру на проверку волшебную палочку, и дело с концом, – Крауч скривился, что на обезображенном шрамами лице Грюма смотрелось жутко. Он принялся вертеть головой, выискивая взглядом коробку с Кубком. – Ты и сам понимаешь, что так нельзя было поступать. Гарри обязан знать, чего мы добиваемся. Что ты вертишься? Ищешь заговорщиков в моем кабинете? – заметив странноватое поведение Грюма, слегка иронизируя, осведомился Дамблдор. – Да вот не вижу Кубка Огня. Разве он не у тебя хранится? Я вроде слышал, что его до завершения Турнира не будут забирать из Хогвартса, как и магические контракты чемпионов, – интуиция Барти буквально вопила, что ответ ему не понравится, так и вышло. – Все верно. Но кто тебе сказал, что Кубок будет храниться прямо здесь? – директор повел перед собой рукой, намекая на свой кабинет. – И почему ты спрашиваешь? Какая тебе разница? – Хотел проверить тот пергамент с именем Поттера. Может, сумел бы выяснить что-нибудь толковое. Вы же никого к нему так и не подпустили, а у меня, согласись, обширный опыт в выявлении всяких скрытых чар и всего подобного. Давай неси, не стоит надеяться на этих узколобых чиновников, которые только и умеют, что просиживать штаны в Министерстве! – Барти старался выглядеть убедительно, но это ему не помогло в достижении его цели. – Ничего не выйдет. Нам придется положиться на решение организаторов, – поставил перед фактом Дамблдор. – Почему это? Кто они такие, чтобы решать, что лучше для Поттера? – возмутился Барти-Грюм, и его волшебный глаз завращался с бешеной скоростью, выдавая крайнее раздражение. – Я не имею доступа ни к Кубку Огня, ни к магическим контрактам, – сказано было все тем же спокойным тоном. – Что еще за новость? Ты уже не хозяин в своей школе? – Из-за инцидента, произошедшего во время выбора чемпионов, организаторы Турнира пришли к выводу, что меры безопасности стоит усилить, – Дамблдор не колебался ни секунды, решив открыть некоторые детали лже-Грюму, чтобы тот не вздумал что-нибудь предпринять в этом направлении. – Кубок и контракты спрятаны в надежном хранилище. И тайник, и дверь в помещение, где он находится, запечатаны заклинаниями всех директоров школ-участниц. Снять их мы сможем только втроем одновременно. При попытке взлома чар каждый из нас и мистер Крауч получат сигнал тревоги. Как ты сам понимаешь, ни Максим, ни Каркаров никому не позволят прикоснуться к контрактам, пока не завершится первый тур соревнований, когда чемпионам потребуется оставить на них пометки о его прохождении. – То есть вы больше не ищете того, кто бросил записку в Кубок, раз уж так уверены, что это не Поттер? – Барти с трудом сдержался, чтобы не накинуться на Дамблдора, с таким беспристрастным видом ошарашившего его ужасной новостью, что исправить ситуацию практически нельзя и придется смириться с тем, что через несколько месяцев магия уйдет от него навсегда. – Все студенты прошли сравнение своей магии с той, отпечаток которой мы сняли с записки и поместили в резонансный контур. Пока что мы так и не выявили мошенника. У него есть еще шанс покаяться в содеянном до начала первого испытания Турнира, – директор пристально уставился на собеседника, но не стал напоминать о необходимости трижды в день посещать Большой зал во время трапез. Он уже не сомневался, что именно скрывавшийся под личиной Грюма волшебник и пытался подставить Поттера, однако не спешил спасать того, кто не желал признаться в своем проступке и готов ради этого пожертвовать способностью колдовать. Дамблдор уже давно мог приказать домовым эльфам доставить лже-Грюма в Большой зал, а потом посмотреть, как он оттуда выберется, чтобы миновать обязательную проверку личной магии, но решил все же не делать этого и подождать, что будет дальше. Не хотелось радикально вмешиваться в замыслы духа Волдеморта, пока тот не планировал убийства. – Ясно, – коротко бросил Барти и торопливо покинул кабинет директора.

***

Пока Барти Крауч в облике Грюма мчался по коридорам и лестницам Хогвартса до кабинета ЗОТИ, в его мозгу билась единственная мысль, холодившая кровь: «Я стану сквибом! Я стану сквибом! Я стану сквибом!» Он предельно четко уловил все намеки Дамблдора и с ужасом понял, что тот наверняка знал о его роли в инциденте с Кубком Огня. Требовалось срочно убираться из школы. Выбора большого не имелось: либо остаться и в итоге вскоре отправиться в Азкабан на поцелуй к дементору; либо вернуться к Темному Лорду и, возможно, погибнуть от его наказания; либо удариться в бега в надежде, что удастся что-нибудь придумать и найти способ сохранить свои магию и жизнь. Барти ворвался в класс, где ежедневно проводил занятия со студентами, и начал специальным заклятием, не оставлявшим магических следов, чистить все поверхности, к которым он прикасался. Внезапно его осенило – Дамблдор мог уже давно прийти сюда и снять все имеющиеся здесь отпечатки индивидуальной магии. Следовательно, не исключено, что авроры только ждут момента, чтобы схватить его. Невзирая на страх, вытеснивший все остальные эмоции Барти, его волшебная палочка неустанно рассекала воздух, скрупулезно избавляясь от всего, что могло нести хотя бы крупицу личной магии. Планы занятий и проверенные эссе вспыхнули под воздействием волшебного огня и тут же превратились в пепел. Справившись с уничтожением улик в кабинете, он поспешил в свои апартаменты. Влетев в спальню, Барти принялся собирать собственные вещи – их было немного, но все же оставлять ценные книги и некоторые полезные артефакты не хотелось. Затем он тщательно убрал отпечатки магии, как это сделал в учебном кабинете. Последним, с чем он решил разобраться, оказался большой зачарованный сундук, стоявший в углу комнаты. Барти кинул в него сжигающее проклятие, но магический огонь лишь лизнул крышку сундука и погас. – Мордред! Такой артефакт вряд ли получится быстро уничтожить. Уменьшающим заклинаниям он не поддается, а тащить его за собой, когда нужно тайно исчезнуть – исключительный абсурд, – Барти безумно хихикнул, представив себя убегающим от авроров с сундуком на спине. Его мозг, отравленный страхом перед будущим, не справлялся с реальностью. Сказывались годы, проведенные под Империусом. – Пускай полюбуются на своего лучшего аврора! – дернув головой, с отвращением выплюнул он и поспешил прочь из Хогвартса. Неподалеку от вестибюля он столкнулся со Снейпом, дежурившим сегодня по школе, но ничего не стал ему говорить, только презрительно скривился и продолжил свой путь. Барти надеялся, что его не скоро хватятся, ведь начинались выходные, когда у студентов не было занятий.

***

Спустя минут пятнадцать в кабинете директора звякнул магический прибор, отметив, что кто-то пересек границу защитных чар, покидая территорию школы. Дамблдор, просматривавший бумаги, присланные из Попечительского совета, глянул на окно, за которым разлилась беспросветная темень. Немного подумав, он пришел к выводу, что, судя по всему, это лже-Грюм отправился на доклад к своему господину. Совсем скоро Дамблдор убедился, что оказался прав в этих догадках, однако шпион Волдеморта так и не вернулся в Хогвартс ни на следующий день, ни позже.

***

В понедельник по поводу исчезновения Грюма шум поднял завхоз Филч, ближе к концу первого урока обнаруживший третий курс Гриффиндора и Слизерина в коридоре перед закрытой дверью кабинета ЗОТИ, где у тех должно было проходить занятие. Он известил об этом заместителя директора профессора Макгонагалл, и той пришлось срочно разбираться с происшествием. Дав своим студентам задание самостоятельно изучить нужный раздел в книге, она поспешила на четвертый этаж и удостоверилась, что Филч ничего не напутал. Когда стук в кабинет и апартаменты профессора Грюма результата не дал, а на посланный с сообщением Патронус ответа не последовало, Макгонагалл вызвала Дамблдора. Тот внимательно выслушал ее доклад, открыл учебный кабинет и убедился, что преподавателя там нет. Затем попытался снять запирающие чары с двери, ведущей в личные комнаты Грюма, но сходу ему это, как ни странно, не удалось, и он не стал усердствовать. Чтобы не подпитывать интерес подростков, с любопытством наблюдавших за действиями администрации школы, он отправил довольных поворотом событий студентов по гостиным, попросив слизеринцев по пути позвать к нему Снейпа. – Думаешь, с Аластором что-то случилось? – спросила Макгонагалл, когда они с директором остались наедине. – Полагаю, его нет в школе, – бросил тот, хмуро уставившись на закрытую дверь личных покоев Грюма. – Значит, ты тоже заметил, что он в последние дни вел себя подозрительно? В Большом зале не показывался, стал еще более замкнутым, чем обычно, ходил мрачный и, я даже сказала бы, раздраженный, словно у него какие-то неприятности. Дамблдор не ответил, а лишь окинул коллегу внимательным взглядом, будто вычислял, насколько наблюдательна та была и как много верных выводов умудрилась сделать. – Что стряслось, Альбус? У меня скоро контрольная у пятого курса, мне нужно подготовиться… – договорить примчавшийся Снейп не успел, прерванный жестом директора, призывающим замолчать. – Грюм не явился на урок. В классе его нет, Патронус игнорирует, его апартаменты запечатаны на совесть, – скупо проинформировал Дамблдор. – И что требуется от меня? – скептически приподняв бровь, осведомился Северус. – Ты его видел в выходные? Может, он тебе что-то говорил? – директору в голову вдруг пришла шальная мысль, что шпион Волдеморта мог держать какую-никакую связь и со Снейпом как с бывшим соратником. – Последний раз я видел Грюма в пятницу, где-то через час после отбоя. Я делал обход школы, а он направлялся в сторону вестибюля. Вышел ли он на улицу – не знаю, я за ним не следил. – Похоже, вышел, – зачем-то решил поставить в известность Дамблдор. – Приблизительно в то время сработали оповещающие чары защитного контура. Правда, я подумал, что это кто-то из старшекурсников отправился в Хогсмид. Они частенько по пятницам туда бегают за сливочным пивом. – Альбус! – Макгонагалл с укором посмотрела на директора. – Что? В конце концов, здесь не тюрьма. Что страшного, если дети немного повеселятся? – беспечно отмахнулся тот. – Вернемся к делу. Теперь я больше чем уверен, что это Грюм тогда покинул пределы школы. Он и раньше пару раз уходил проверять, не затевается ли нападение на Хогвартс, – бледно-голубые глаза насмешливо сверкнули, демонстрируя отношение Дамблдора к сказанному. – Но как же нам поступить? Судя по всему, Аластор так и не возвратился. – Пошлите к нему сову, а не получите ответа – сообщите аврорам. Пускай они разбираются, куда делся преподаватель, – если бы не догадка, что Грюмом притворялся кто-то посторонний, Снейп посоветовал бы просто взломать запирающие чары и проникнуть в профессорские апартаменты. Однако при нынешнем раскладе он считал необходимым сначала заручиться поддержкой официальных лиц в надежде, что в таком случае выяснится, кто скрывался под личиной Грюма. – Думаю, ты прав, – кивнул директор, пришедший к аналогичным выводам. – Я немедленно свяжусь с Авроратом, а вы пока можете идти проводить свои занятия, – он наложил на двери класса, возле которых они стояли, охранные заклятия в дополнение к стандартным запирающим. – И еще... Минерва, будь добра, организуй замену всем, у кого сегодня уроки по ЗОТИ, – бросил он вдогонку Макгонагалл, на что та, не оборачиваясь, только махнула рукой, давая понять, что и сама в курсе собственных обязанностей. Сова с запиской от Дамблдора, адресованной Грюму, покружила над Хогвартсом и вернулась в директорский кабинет, так никому и не отдав послание. Это показалось более чем подозрительным.