Беглец из прошлого

Выйдя в холл с внушительным транспортным камином, Сириус, обращаясь к крестнику, серьезно заметил: – Нам действительно необходимо о многом поговорить. Но этикет не входит в число моих любимых тем, хотя я и согласен, что его основы нужно обязательно знать. Без этого в обществе не обойтись. Так что если решишься освоить хотя бы азы этой науки, обращайся к портрету моей матушки – она с удовольствием приобщит тебя к радостям правильного светского поведения. Для начала я покажу твою комнату, – Сириус повел Гарри по лестнице на второй этаж. – Устроишься там, а, скажем, через полчаса я организую тебе короткую экскурсию по дому, чтобы ты не плутал здесь. Потом Кричер подаст ужин, и мы наконец-то познакомимся с тобой как положено. Сквозное зеркало, разумеется, помогло нам в этом, но разговор лицом к лицу – гораздо лучше. Не так ли? Вот, – он распахнул дверь, расположенную у самой лестницы, и первым вошел в просторную спальню с большой кроватью под балдахином и шкафом для одежды в углу, с парой кресел и маленьким столиком между ними у горевшего камина, с книжными полками и рабочим столом возле противоположной стены. – Окна выходят на маггловскую улицу, – отдернув тяжелую штору цвета молочного шоколада в сторону, отметил Сириус. – Подумал, что так тебе будет приятней, чем любоваться на внутренний дворик, где изо дня в день ничего не меняется. – А как особняк поместился там, между теми домами… – Гарри неопределенно махнул рукой, не представляя, как грамотно задать вопрос. – Волшебство, – Сириус обаятельно улыбнулся. – Свернутое пространство. Если тебе интересно, дам книгу почитать о таких чарах. Знаешь, мне почему-то казалось, что ты ниже. – Я за лето здорово вытянулся, – смущенно признался Поттер. – Да, конечно. Я давно тебя видел вот так, рядом, – Сириус мысленно отругал себя, ведь он едва не прокололся, забыв, что настоящий Блэк раньше встречался с крестником. – Располагайся. У нас будет достаточно времени, чтобы поговорить обо всем на свете. И да… Я распорядился, чтобы Кричер слушался тебя, так что, когда что-то понадобится, зови его. У него своеобразный характер. Помнишь, я рассказывал? Но он исполнительный. Я зайду чуть позже, – пообещал Сириус и направился к выходу, давая Гарри возможность освоиться в новой комнате. Оставшись в одиночестве, Поттер внимательно изучил выделенные ему покои, заглянул в почти незаметную дверь возле шкафа, декорированную под цвет обоев, и обнаружил за ней личную туалетную комнату. Все здесь казалось ему идеальным, кроме одного – не чувствовалось духа Рождества, как в подготовленном к празднику Хогвартсе. Даже традиционного венка из остролиста, какой тетя Петуния вешала каждый год на дверь, не было. Хотя это в данном случае и понятно – особняк все равно никто не видел из-за чар.

***

Спустя полчаса Сириус, как и обещал, зашел за Поттером. Знакомство с домом заняло минут пятнадцать-двадцать, а затем они прошли в гостиную. Вот тут-то Гарри наконец увидел то, чего ему не хватало – едва ли не полкомнаты занимала огромная красивая елка, под которой лежала горка завернутых в яркую бумагу подарков. – Прости, что украсил ее без тебя, но я подумал, что ты устанешь после вчерашнего бала и долгого пути в Хогвартс-экспрессе, – чуть извиняясь, сказал Сириус. – Я приказал Кричеру накрыть для нас стол здесь, – он подтолкнул крестника к стулу, предлагая не мешкать и приступить к рождественскому ужину. Жареная индейка так вкусно пахла, что Гарри не стал противиться. Беседа за едой получилась легкой и приятной. Сириус ловко менял темы, не позволяя ни одной из них надоесть или стать чересчур серьезной, так что праздничная атмосфера ничем не была нарушена. И тем не менее он ухитрился немного расспросить Гарри об успехах в учебе и о Гермионе, а также убедился, что ночные события оказались для них не слишком травмирующими и физически, и морально, хоть и здорово напугали. Детально все выяснить он намеревался в другой день. Заодно они наметили план развлечений на каникулы. – А теперь можешь идти разбирать подарки, – сыто откинувшись на спинку стула, предложил Сириус. – Только осторожно. Читай карточки, там не все для тебя. – Я и не мечтал, что мне могло бы так повезти, – с насмешкой в тоне произнес Гарри. – Но… кто еще здесь бывает, раз ты приготовил для него подарки? – спросил он, а тем временем достал из кармана небольшую плоскую коробку, обернутую алой бумагой и перевязанную золотой лентой. – Это для тебя. Положить под елку или так возьмешь? – Давай! – глаза Сириуса засветились неподдельным любопытством и предвкушением – ему понравилась предупредительность крестника. – Оу! А как ты узнал, что я еще не озаботился приобретением такой полезной вещи? – осведомился он, рассматривая искусно изготовленное крепление для скрытного ношения волшебной палочки. В его вопросе не прозвучало ни нотки фальши. – Просто подумал, что ты сейчас мало куда ходишь и тебе пока не было нужды в подобном, но в будущем это несомненно пригодится. – Спасибо. Ты очень заботлив. Не знаю, сумел ли и я так угадать с твоими потребностями, но надеюсь, что сувениры тебя развлекут, – Сириус мотнул головой в сторону елки, намекая, что Гарри пора разобраться и со своими подарками. – «Дорогому другу», – прочел Поттер на первой же взятой в руки коробке. – Полагаю, это не мне, – он оглянулся через плечо, чтобы увидеть утвердительный кивок крестного. – Ты все же нашел Люпина, несмотря на то, что он так и не оставил мне своего адреса? Он придет сюда? – Нет. С чего ты взял? Ах!.. Ты посчитал, что это для него? Нет-нет! После твоего рассказа о вашей встрече на первом состязании Турнира я решил, что с Ремусом не стоит пока связываться, – Сириус старался быть откровенным с Гарри, насколько это было возможно. Он сам терпеть не мог, когда не получалось достойно оценить ту или иную ситуацию из-за того, что у него не имелось достаточной информации для ее анализа, поэтому предпочитал не плодить секретов там, где в этом не было острой необходимости. – Это из-за его тесного общения с Дамблдором? – прозорливо предположил Гарри, демонстрируя неплохие аналитические способности для своего возраста. – Ты прав. Как я понял, он слишком тщательно следует его рекомендациям. Такая зависимость может оказаться опасной для меня. Нужно сначала кое в чем разобраться. Мы обязательно поговорим об этом на каникулах. – Ага… И что здесь? – Поттер распечатал самую огромную коробку, подписанную «Для Гарри». – Это… Сириус, это саквояж путешественника с расширением внутреннего пространства? Да? Я видел такой в магазине. Но он же… – Гарри оборвал себя, сообразив, что будет нетактично упоминать о высокой цене подарка. Его глаза светились счастьем – больше не придется, отправляясь в школу, тащить за собой неудобный сундук. – Спасибо! – Рад, что тебе понравилось. Поищи, там есть еще несколько сюрпризов для тебя. Очень скоро Гарри стал обладателем внушительного набора магических фейерверков, пары редких книг по защитной и бытовой магии, флакона с зельем для восстановления зрения, зачарованной чернильницы, содержимое которой при необходимости меняло свой цвет с черного на синий или красный, упаковки качественных перьев и кучи различных сладостей – от карамельных тростей до изысканного шоколада. Распаковывание подарков сопровождалось восторгами и словами искренней благодарности. – А что это? – спросил Поттер, сняв обертку с самой маленькой коробочки, подписанной его именем, и рассматривая обнаруженный внутри странный предмет – небольшой медальон размером с серебряный сикль, только вместо номинала на нем была изображена цепочка каких-то мелких символов, замкнутая в кольцо. – Это так называемый Страж памяти. Его носят многие наследники известных магических родов, пока не научатся самостоятельно защищать свое сознание. Будь у тебя нормальный опекун, он давно снабдил бы тебя таким амулетом. Прости меня, что я оказался настолько плохим крестным и тринадцать лет назад поставил жажду мести выше заботы о тебе. – Сириус, не переживай! Мы же не знаем, как все обернулось бы, если бы ты попытался забрать меня и не погнался за Петтигрю. Может, все стало бы еще хуже, – Гарри уже не раз задумывался над тем, почему все случилось так, а не иначе. Некоторые выводы ему совсем не нравились, но обсуждать это сейчас не имело смысла, ведь изменить ничего нельзя. – Ты прав. Итак, Страж. Когда ты активируешь этот артефакт, капнув на него своей кровью, он надежно закроет твой разум от постороннего вторжения. Никто, ни один легилимент не сумеет прочесть твои мысли, даже поверхностные. Возможно, и шрам прекратит тревожить тебя, а заодно исчезнут те сны, что ты рассказывал, – вернулся к объяснениям Сириус, сосредоточенно наблюдая за реакцией крестника на упоминание о необходимости практически провести малый кровный ритуал. Он опасался, что Гарри, воспитанный в духе отторжения темной магии и кровного колдовства, воспротивится и не последует совету. Но тот только кивнул, абсолютно не выказав удивления или настороженности, и Сириусу стало интересно почему. – Ты в курсе, как это делается? – Серебряная игла, заклинание жертвования… Ты об этом? Да, я в курсе. Руны, закрепляющие охранный контур на моей кровати, пришлось писать кровью, – признался Гарри и пожал плечами. – Насколько мы смогли с Гермионой разобраться, подобное не относится к запрещенному. – Вы с подругой молодцы, – Сириус облегченно улыбнулся. – А как это носить? В кармане? Здесь нет петельки, чтобы продеть в нее цепочку или ленту, – взяв артефакт в руки и хорошенько его рассмотрев, спросил Гарри. – Петелька и не нужна. Приложишь монетку к плечу (там удобнее всего – и к голове близко, и не будет мешать) и с помощью заклинания спрячешь ее под кожу. Я дам тебе почитать и об амулете, и о том, как и для чего его носят, – Сириусу понравилось, как внимательно прислушивался к нему Гарри. – Зачем? Просто расскажи, как это сделать. Я тебе верю. – Меня радует, что я удостоился доверия с твоей стороны, но тебе пора привыкнуть перепроверять подобные сведения, даже если они исходят от близких людей, чтобы исключить малейшую ошибку. Я, разумеется, лично скрупулезно обследовал амулет и не сомневаюсь, что этот Страж сработает согласно заявленным свойствам. Однако не станет лишним научиться делать проверку самостоятельно. Не так ли? Ладно, – остановил свое красноречие Сириус. – Больше не буду занудствовать. Сегодня же праздник. О делах поговорим завтра, а сейчас предлагаю отправиться на балкон и запустить пару салютов попроще, чтобы не напугать магглов. Я там заранее приготовил все необходимое, – уточнил он, когда Гарри потянулся к коробке с подаренными фейерверками. – Этими развлечешь друзей в школе. Там двор просторный, места много, и не будет опасности нарушить Статут о секретности. – О каких делах ты собираешься поговорить? – спросил заинтригованный намеком Гарри по пути на четвертый этаж, куда вел его Сириус. – О-о! Я о многом планирую с тобой побеседовать, и все темы преимущественно серьезные и важные, – хитро прищурившись, отозвался тот, так и не дав конкретного ответа. Вскоре Сириус и Гарри наблюдали за разноцветными огнями фейерверка, разрисовавшими все небо причудливыми узорами. Стоя плечом к плечу на морозном воздухе, они чувствовали, как все тревоги на время покинули их, оставив лишь бесконечное удовольствие от существования и ощущения родства, активно подпитываемого узами крестничества.

***

На следующий день Поттер с Блэком, который подкорректировал свой облик с помощью обычного грима и линз, кардинально изменивших цвет глаз, отправились на прогулку по маггловскому Лондону. В праздничные дни аврорам хватало работы и в поселениях волшебников, так что шанс нарваться на них среди простецов был мизерным. Получив приличную порцию хорошего настроения от созерцания украшенных к Рождеству улиц и витрин магазинов, полюбовавшись главной елкой города и насмотревшись на веселых людей, Гарри и Сириус решили этим вечером важных тем в беседах не поднимать, оставив их на потом, а предпочли поиграть в шахматы и наслаждаться вкусностями, приготовленными Кричером.

***

Однако праздник праздником, но и упускать контроль над ситуацией в магическом мире Сириус не собирался, а это значило, что серьезных разговоров вечно избегать было нельзя. Поэтому во вторник сразу после завтрака он пригласил крестника в библиотеку и вручил ему описание Стража памяти. При нормальном раскладе Гарри узнал бы все о нем от родителей еще перед поступлением в Хогвартс, но обстоятельства сложились по-иному, и Сириус теперь пытался исправить хотя бы то, что еще можно. Уже к обеду столь необходимый амулет занял положенное ему место – под кожей правого плеча Поттера, а Сириус, являясь неплохим легилиментом, основательно проверил работоспособность созданной защиты разума и остался полностью доволен ею. – Странное ощущение. Будто он просто растворился, даже уплотнения не чувствуется, – произнес Гарри, удивленно ощупывая себя там, где исчезла зачарованная серебряная монетка артефакта. – Волшебство, – Сириус развел руками, улыбаясь. Его поражало, как четырнадцатилетний парень все еще восторгался проявлениями колдовства. В свое время он к этому возрасту уже воспринимал все как должное, ведь он с рождения жил в мире магии. – Ты уже понял из описания, что действие Стража памяти не распространяется на совершеннолетних, так уж он устроен. К тому времени твоя магическая система окончательно сформируется, и тебе придется озаботиться другим способом защиты разума. Когда потребность в амулете исчезнет или тебе понадобится потренироваться в навыках окклюменции, ты – и только ты! – с помощью заклинания сумеешь достать его. – Отлично. А когда мы используем зелье для восстановления зрения? – С этим стоит подождать. Я долго размышлял, и у меня появились некоторые предположения по поводу природы твоего шрама. Мы можем попытаться избавить тебя от его влияния, – Сириус осторожно затронул тему головных болей крестника. – Мне перестанут сниться дурацкие сны? И больше не будет раскалываться голова, будто лоб прижигают раскаленной кочергой? – с затаенной надеждой в голосе спросил Гарри. – Так вот как ты это ощущаешь? А говорил, что терпимо, – Сириус не скрыл укоризны, но делать замечаний или тем более отчитывать за неискренность не стал. – Ты же понимаешь, что абсолютных гарантий в ритуальном колдовстве никто никогда дать не в состоянии. Но я рассчитываю, что мы справимся, – Сириус не хотел заранее обнадеживать, потому что тогда в случае неудачи Гарри почувствует себя обманутым. – Так это ритуал? Сложный? – Не очень. Подожди день-два, и мы займемся этим, само собой, если ты согласишься. – Соглашусь, даже не сомневайся, – хмыкнул Поттер, которому боль в шраме доставляла много неприятностей. – Зрение нельзя исправить сейчас из-за ритуала? Зелье может как-то помешать? – Гарри, перед проведением любого мало-мальски серьезного ритуала всем, кто в нем участвует, нужно воздерживаться от приема всяких зелий, чтобы они не повлияли на восприимчивость организма к потокам магии. Это правило. Запомни его. Исключения составляют лечебные снадобья, если без них человеку грозит резкое ухудшение здоровья или смерть, – слегка назидательно, но терпеливо разъяснил Сириус. – Я знаю, что ты с годовалого возраста жил у магглов и не получил классического обучения жизни в колдовском мире, поэтому не стесняйся, спрашивай обо всем, и я тебе растолкую непонятное. Ты сообразительный парень, у тебя отличный магический потенциал, так что не волнуйся, мы постепенно наверстаем упущенное тобой в детстве, и ты станешь выдающимся волшебником. Я ни на миг в этом не сомневаюсь. – Хорошо, – похвала заставила щеки Гарри вспыхнуть от смущения. Он редко слышал подобное, сказанное в его адрес. – А почему мадам Помфри не упоминала, что есть ритуал, способный избавить меня от боли? Или она лечит только зельями и специальными чарами? – немного помолчав, анализируя новую информацию, поинтересовался Поттер. – Ты сам ответил на свой вопрос о ритуале. Полагаю, в больнице Святого Мунго нашелся бы специалист, который пришел бы к такому же мнению, как и я. Возможно, он даже рискнул бы провести ритуал, чтобы помочь тебе. Но не факт, – поймав озадаченный взгляд Гарри, Сириус, не дожидаясь расспросов, пояснил: – Запечатывание части магии, так же как и ее освобождение из своеобразного плена, относится к области темного колдовства. Нет, не придумывай себе всяких ужасов с человеческими жертвоприношениями, – в шутку округлив глаза, словно пытался испугать, заметил Сириус. – Такие ритуалы требуют в уплату лишь магию тех, кто их проводит и для кого это делается. А вот твой шрам, как я не без оснований подозреваю, постоянно потихоньку подпитывается твоей магией, иначе он уже давно разрушился бы, и от него и следа не осталось. Ты много видел волшебников со шрамами? – Грюм, – тут же привел пример Поттер. – У него все лицо обезображено. – Грюм – исключительный случай. Во-первых, ему не повезло попасть под по-настоящему черномагические проклятия, а не под просто травмирующие. Во-вторых, у него следы от отделенных частей плоти, которые не удалось восстановить именно из-за разрушающего действия жутких проклятий. У тебя совсем другая ситуация. – А разве Авада Кедавра не такое же сильное проклятие? – Гарри раньше как-то не особо задумывался о том, почему его шрам на лбу не исчез бесследно, как многочисленные следы от прочих ран. Ведь даже клык василиска, проткнувший его руку на втором курсе, не оставил и крохотного рубца на коже. – Авада Кедавра – смертельное проклятие, но, к твоему сведению, не оставляющее на жертве ни малейших отметин. Никакие выводы не напрашиваются? – Сириус фыркнул, наблюдая, как пораженно уставился на него крестник. – Но откуда тогда шрам? Все вокруг считают, что это след от Авады… – растерянно сказал Гарри. – Я никогда и не сомневался, что это так. – А кто видел, что заклятие ударило тебя именно сюда? И откуда известно, что это была именно Авада Кедавра? – Сириус нежно коснулся кончиком пальца знаменитого зигзага на лбу Поттера, сидевшего рядом с ним на диване в гостиной с елкой, где они проводили почти все совместное время. – Свидетелей вроде не было. Я о них ничего не слышал. Но как-то же все это выяснили, иначе не твердили бы так уверенно? – Гарри чувствовал себя выбитым из колеи. – Вот это я и имел в виду, когда говорил, что тебе следует научиться анализировать и проверять все сведения, в том числе и те, которые исходят от знакомых и близких тебе людей. Меня уже арестовали к тому моменту, когда волшебный мир узнал, что годовалый малыш победил великого Темного Лорда, – Сириус иронично улыбнулся. – Поэтому я, как только немного устроился в бытовом плане, – он повел рукой перед собой, намекая на родовой дом с надежной защитой, – сразу же приступил к поискам информации о том, что же тогда произошло в доме Поттеров. Разумеется, в нынешней ситуации я практически мог рассчитывать лишь на помощь прессы. Кричер добыл для меня подшивки старых газет. Я не стал даже спрашивать его, в чью библиотеку он залез, просто сделал копии со всей макулатуры, принесенной им, и попросил вернуть оригиналы на место. Так вот… Все известные мне печатные источники, распространявшие историю гибели Волдеморта, ссылались на выступление Дамблдора, организовавшего что-то вроде пресс-конференции прямо в Атриуме Министерства магии через пару дней после случившегося. Это он сообщил все те детали, которые никто не мог видеть. И если насчет примененного заклинания еще можно хоть как-то положиться на отчет экспертов из Аврората, утверждавших, что последними чарами, использованными в доме, было троекратное применение именно Авады Кедавры, то вот все прочее так и осталось под вопросом. – И все так вот поверили Дамблдору? – Он очень влиятельный маг. Перечить ему небезопасно. Можно быстро лишиться даже малейшего авторитета среди волшебников. Ты знаешь, что тебя живым сразу после тех событий видели всего четыре волшебника? Я, Дамблдор, Макгонагалл и Хагрид, – перечислил Сириус. – Об этом тоже написано в газетах. Ну, я – не в счет, потому что меня быстро ославили преступником, а значит, веры мне нет. Но показаний оставшихся троих оказалось достаточно, чтобы все поверили, что ты выжил и доставлен в надежное место, где о тебе отлично позаботятся. Так было, пока ты не пошел в школу, где с тобой познакомились другие волшебники. Я покажу, где в библиотеке лежат все те копии старых газет. Статьи, в которых появлялось что-то новое, я пометил закладками. Так что можешь сам почитать. Вдруг откопаешь еще что-то интересное. Да и было бы неплохо поискать что-нибудь подобное в хогвартской библиотеке, там тоже собирают подшивки основных магических изданий. – Я обязательно почитаю, – заверил Гарри, внезапно осознав, что, по сути, не имеет четкого представления о том, как погибли его родители и почему его самого считают победителем Темного Лорда. Он верил всем на слово, плыл по течению, особо и не пытаясь вникать, что именно творится вокруг него. Да, он еще не взрослый, но все же казалось странным, что ему никогда не приходило на ум посмотреть на ситуацию критично, оценить ее с позиции элементарной логики. – Я пойду в свою комнату. Хорошо? – Прости, я загрузил тебя информацией, – Сириус, извиняясь, покачал головой. – Конечно иди. Отдохни. Я понимаю, что непросто разобраться во всем. – Это точно, – Гарри выдавил из себя жалкую улыбку. Уже выходя из гостиной, Поттер скользнул взглядом по единственному одиноко лежавшему под елкой подарку. «Сириус так и не признался, для кого он», – мелькнула безучастная мысль, и тут же ее сменили другие – более личные и болезненные. Хотелось докопаться до истины и понять, где правда о его жизни, а где – выдумка.