Беглец из прошлого

За поздним обедом об услышанном от Петтигрю не говорили – и так все было понятно, по крайней мере, Снейпу и Блэку. Дамблдор в погоне за властью, используя грязные методы, свел с ума своего политического оппонента, и без его вмешательства к тому времени имевшего неустойчивую психику из-за потери любимого человека. Чтобы окончательно избавиться от Риддла, Дамблдор обманом и уговорами заставил своих сторонников воспользоваться темными чарами, но намеченной цели так и не достиг – дух волшебника выжил. И тогда Альбус предпринял еще один шаг: собрался (опять-таки чужими руками) возродить Волдеморта, чтобы впоследствии якобы его убить. Но и в этот раз у него ничего не вышло бы из-за недостатка знаний в той области магических наук, какие сам же Дамблдор на протяжении десятилетий выкорчевывал как неугодные. Однако, к счастью, в этот мир из прошлого по воле Судьбы вернулся Дилан Бэрк и исправил ошибки великого светлого волшебника Альбуса Дамблдора, правда, ценой жизни своего бывшего друга и любовника, но тот по большому счету сам был виноват в своих бедах – не стоило ему идти против природы и делить душу на части. – Не расскажешь, почему ты возвратился так рано? Поссорился с подругой? Или она не пришла на свидание? – немного остыв после допроса Петтигрю, с улыбкой поинтересовался Сириус у крестника, отвлекая того от неприятных мыслей. – С чего ты взял? Просто за Гермионой увязались ее родители, – кисло признался Гарри. – Они заявили ей, что не пустят на встречу с парнем, которого не знают. Мы с ними сталкивались на втором курсе во время покупок к школе, но тогда они не обратили внимания на меня мелкого. Вот так и получилось, что мы с Гермионой под присмотром прошлись по всем известным нам книжным магазинам в Косом переулке, а потом отправились в кафе Фортескью есть мороженое и... беседовать. – Родители Гермионы устроили тебе допрос с пристрастием? – Сириус забавлялся, увидев румянец смущения на лице крестника. – Насчет пристрастия не скажу, однако ты прав. Но почему они прежде отпускали ее в «Нору» к Уизли на несколько дней без расспросов Рона? – возмущение и обида прорвались в тоне Поттера. – Потому что это директор организовывал те ваши встречи друзей. Насколько я помню, он даже давал Молли Уизли какие-то деньги на ваше содержание, ее семья ведь небогата, – отметил Снейп, прислушивавшийся к разговору. – И к тому же вы с подружкой уже выросли, и ее родители волнуются, чтобы вы не сделали их дедушкой и бабушкой раньше срока, – Сириус уже откровенно насмехался над алеющими щеками Гарри. – Мы с Гермионой друзья! Вон как Северус с моей мамой. – Не сравнивай. Я быстро определился со своими интимными предпочтениями, и Лили знала, что я не интересуюсь девочками в качестве пары. А ты у нас совсем другой, – с подспудным намеком в тоне сказал Снейп. – Что? Почему вы так на меня смотрите? Ладно, мы вроде как встречаемся с Гермионой, но это не значит, что мы безголовые, – Поттер уткнулся в тарелку, чтобы не видеть ухмылявшихся Северуса и Сириуса. Он понимал, что его реакция глупая, но ничего не мог с собой поделать. – Перестаньте! Мне хватило компрометирующих вопросов мистера Грейнджера. – Мы просто дразним тебя, – успокоил его Блэк. – А ты не тушуйся, свое счастье нужно отстаивать. Я рад, что у тебя есть девушка. К тому же даже Северус говорит, что она отличная, – Снейп лишь фыркнул на слова Сириуса, но никак не прокомментировал, заметив, что Поттер и так готов провалиться сквозь землю от неловкости. – Встречайтесь на здоровье. Обещаю, что не стану проводить с твоей Гермионой собеседование, какое тебе устроили ее родители. – И на том спасибо, – буркнул Гарри и улыбнулся. Уже вставая из-за стола, он спросил: – Вы так и не рассказали, как поймали Петтигрю. – Мы его обманули и заставили прийти к нам. Но официальная версия будет звучать так: Северус случайно наткнулся на него на окраине Запретного леса возле Хогсмида, где собирал травы для зелий, тот был в мантии Пожирателя Смерти и вел себя как пьяный, поэтому схватить его оказалось несложно. Завтра мы действительно передадим его аврорам. – А если он сообщит им, что видел тебя и меня? – Гарри не хотел неприятностей ни для крестного, ни для себя. – Когда «оживший» Питер Петтигрю заикнется, что выполнял распоряжения Дамблдора, авроры о нас и не вспомнят. А мы позаботимся о том, чтобы столь важная информация в первую очередь попала на стол министра магии. Не волнуйся, все будет путем, – заверил Сириус, а затем спросил: – Хочешь поговорить о том, что услышал от него? Может, есть вопросы? – Было бы неплохо. Думаешь, он не врал? – Если врал – ему же хуже. В Аврорате не любят такого. Следующие пару часов Снейп провел в лаборатории, готовя волшебный гель, который пригодится им с Сириусом ночью, а Поттер с крестным тем временем разбирались в хитросплетениях замыслов Дамблдора и в причинах постоянных провалов его планов.

***

Утром Снейп тщательно перечитал все, что написал Петтигрю, и остался доволен тем, что его собственное имя, как ни странно, ни разу не мелькнуло в письменном изложении истории жизни одной из марионеток Дамблдора. Северус, не откладывая на потом, после завтрака наведался к Малфою и ознакомил его с этим своеобразным чистосердечным признанием в нескольких тяжких преступлениях, главными из которых были предательство Поттеров и намерение возродить Темного Лорда. – Сразу в Аврорат с таким идти не стоит, лучше обратиться к министру напрямую. Это взорвет Фаджу мозг, – Люциус предвкушающе потер руки. – Чего ты планируешь добиться, передав Петтигрю правосудию? Я должен знать, на что нужно настроить чиновников и в первую очередь – министра. – Главное – снять все обвинения с Сириуса Блэка и... – Не ожидал от тебя! – перебил Люциус и удивленно посмотрел на Снейпа, а затем понимающе усмехнулся, когда его посетила догадка. – Но если подумать, то все встает на свои места. Не так ли? Ты ведь не зря спрашивал у Нарциссы насчет особняка Блэков? Для Сириуса старался? А он разве забыл, где его дом? – Для него, – не стал скрывать Северус. – У Сириуса после столкновения с дементорами проблемы с памятью. Кое-что уже восстановилось. Вернемся к Петтигрю, – попросил он, заметив любопытство во взгляде Малфоя и не собираясь пока ничего объяснять. – Надо воспользоваться этими показаниями, – Северус кивнул на принесенные им записи, – и наказать Дамблдора. Похоже, именно с его подачи политическое противостояние переросло в магическую войну. Это он заморочил голову Поттерам, что привело их к смерти. Я уже не говорю о попытке возродить Темного Лорда. Так что желательно наказать пожестче. – Чтобы и духом его больше не пахло ни в школе, ни в Визенгамоте, ни вообще на свободе, – согласился Малфой. – Ты же догадываешься, что нас тоже допросят? Как бы там ни было, мы – бывшие Пожиратели Смерти, хоть суд нас и оправдал. Могут появиться подозрения, что мы пытаемся очернить репутацию уважаемого члена нашего общества. – Нас обязательно потрясут. И не сомневайся, – Северус коварно усмехнулся. – Петтигрю не помнит ни одного лица с собрания, кроме моего. Но это и понятно, ведь именно я его поймал. Передай всем, у кого уже нет Метки, чтобы, если их спросят, не вспоминали о встрече с Бэрком и утверждали, что знак исчез самостоятельно недели две назад. Допрашивать с Веритасерумом нас никто не станет – нет оснований. Остальные вряд ли рискнут заикнуться о призыве, на который они откликнулись – в Азкабан никому неохота попасть. К тому же ничего о самом собрании они рассказать не сумеют из-за чар, поставленных тобой над местом сбора. Пусть эксперты ломают головы над странностями Темных Меток. К каким выводам придут законники – это не наша забота, – предупредил Снейп. – А если Петтигрю прикинется невиновным и заявит, что его заставили написать ложное признание? Мы должны учесть и такой вариант, – Малфоя интересовало, как подстраховался Северус, а то, что это так, он был уверен. – Веритасерум развяжет ему язык. Фадж давно точит зуб на Дамблдора и не откажет в разрешении на использование зелья. Ну и вдруг доблестные рыцари света ухитрятся убрать Петтигрю до того, как он даст официальные показания, у меня есть запись всей нашей беседы с этим крысенышем. Нельзя подделать или подправить отпечаток в зачарованном хрустале. Это обязательно примут в качестве доказательства. Однако, если честно, мне не хотелось бы к этому прибегать, потому что станет понятно, что там был и Гарри. Не стоит в это втягивать парня. – Гарри? Поттер? – Почему это тебя удивляет? Сириус – его магический крестный. Само собой, они поддерживают связь, – Северус удовлетворенно отметил, как до Малфоя доходит вся чудовищность предпринятого Дамблдором. – Но этого хватило бы, чтобы доказать его невиновность двенадцать лет назад. – Блэк всегда был безголовым, а возможно, и Альбус помог ему забыть напомнить судьям о таком факте. Пусть Визенгамот разбирается, как допустили столь вопиющую ошибку. Впрочем, общение с дементорами пошло Сириусу на пользу. Он стал совсем другим человеком, – заверил Северус, подготавливая почву для возвращения любимого в общество. Они еще немного поговорили, просчитывая варианты развития событий, а затем отправились в Министерство магии.

***

На прием к министру попали без особого труда – Люциус был на хорошем счету у Фаджа, которому порой давал полезные советы. Сказать, что продемонстрированные ими сведения уподобились взрыву десятка усиленных Бомбард, направленных в одну точку, – ничего не сказать. Тут же на срочное секретное совещание были вызваны глава Аврората Скримджер и несколько важных людей, занимавших высокие посты в Министерстве магии и Визенгамоте и имевших влияние среди чиновников. Снейпу пришлось как минимум пять раз повторить, что он узнал от Петтигрю в разговоре, тем самым подтверждая то, о чем написано в принесенном им документе. Как ни странно, но то ли компания у министра собралась подходящая, то ли Дамблдор успел всем здорово насолить, но присутствующие единодушно согласились, что дело нужно расследовать без промедления и ни в коем случае не скрывать его результатов от граждан магической Британии. Снейпу приказали немедленно доставить преступника. Скримджер предложил дать в помощь отряд авроров для охраны, но упоминание о защите на доме охладило его пыл, поэтому он временно открыл свободный каминный доступ в свой кабинет.

***

Питер Петтигрю всю ночь не мог сомкнуть глаз. Обещание передать его аврорам пугало до дрожи. Если он и надеялся, что Дамблдор сумеет всех убедить, что он действовал во имя всеобщего блага и являлся его шпионом в рядах Пожирателей Смерти (Снейпа ведь в прошлом под таким же предлогом он вытащил из Азкабана!), то уж то, что Питер не стал свидетельствовать в пользу Блэка, ему точно не простят – судьям Визенгамота наверняка не понравится выглядеть дураками, отправившими в тюрьму невиновного. – Одевайся! – Снейп швырнул сквозь прутья решетки одежду, тщательно проверенную на наличие чар и спрятанных предметов. Питер так увлекся обдумыванием, как бы ему затянуть время, чтобы Дамблдор успел прибыть ему на помощь, что даже не услышал, как Северус вошел в комнату, поэтому вздрогнул всем телом от его окрика. Отвернувшись, он, не споря, начал натягивать брюки, мысленно сетуя, что из-за теплой погоды не надел под мантию Пожирателя Смерти еще и обычную, как это делал раньше. – А где рубашка? – не обнаружив искомого предмета гардероба, недовольно спросил Питер. – Обошелся без трусов, и без рубашки обойдешься. Надевай мантию! – скомандовал Снейп. Он уже упаковал все остальные вещи для передачи аврорам – пускай разбираются. – Никуда я не пойду! А применишь Империус – тебе же хуже, когда это выяснится после первой же проверки моего состояния! – Питер снова уселся на пол. – Как хочешь, – Северус щелкнул пальцами, и решетка опять заискрила и покрылась сеткой огненных разрядов. – Прекрати! – Петтигрю, злобно косясь на своего мучителя, продолжил одеваться – он уже знал, что минут через пять не слишком болезненные поначалу уколы молний превратятся в пытку, сравнимую с Круциатусом. Стоило ему застегнуть на себе мантию, как его обездвижили. Открыв заклинанием дверь в решетке, Снейп вошел внутрь и заглянул Питеру в глаза, проникая в его сознание, где произвел последние корректировки, заставив не то чтобы забыть вчерашнюю встречу с Сириусом и Гарри, а просто затерев воспоминания о них, сделав невыразительными, как если бы это были не люди, а лишь мысли о них. Теперь Петтигрю будет сомневаться, действительно ли он видел их или это являлось игрой его воображения, как и память о собрании Пожирателей Смерти. Закончив с ювелирной обработкой разума, Снейп усыпил жертву своего произвола, а затем чарами левитации направил тело Петтигрю в холл, где их поджидал Сириус. – Все в порядке? – спросил тот. – Да. Вряд ли авроры вызовут мастера легилименции. У нас официально такие не значатся – спасибо Альбусу, убедившему всех, что подобные специалисты опасны, а в Европе это стоит больших денег. Да и Веритасерум отлично справляется с установлением истины. Но в любом случае я действовал очень осторожно, так что никто не подкопается. Все, нам пора. Жди новостей, – Северус решительно переместил обездвиженного Петтигрю в камин и, встав рядом с ним, кивнул Сириусу, а затем бросил себе под ноги летучий порох. Взметнулось волшебное изумрудное пламя и унесло их в Министерство магии.

***

В кабинете Скримджера Снейпа с Петтигрю встречала целая делегация: кроме отряда авроров, здесь собрались почти все, кто совсем недавно присутствовал на срочном собрании у министра, в том числе и Малфой. – Что с ним? – строго поинтересовался глава Аврората, оценив одежду Петтигрю. – Спит. Или вы рассчитывали, что он с радостью сюда придет? – Северус язвительно скривился. – Вот его вещи, – он вручил Скримджеру коробку, где лежало все отобранное у Питера, включая маску Пожирателя Смерти, волшебную палочку, пару амулетов и явно незарегистрированный портключ, на котором, как позже выяснилось, нашли четкие отпечатки личной магии Дамблдора. – Хорошо, – Скримджер кивнул своим людям, и те забрали и Петтигрю, и его вещи. – Мистер Снейп, мы благодарны вам за бдительность и поимку важного преступника. Ваша помощь бесценна. А сейчас пройдите с аврором Робардсом. Он задаст вам несколько вопросов. Это необходимо для расследования дела вашего бывшего однокурсника, притворявшегося мертвым больше десяти лет, – характеристика Петтигрю была дана исключительно едким тоном, свидетельствовавшим об отношении к ситуации самого Скримджера. – Конечно, – Северус не выказал ни удивления, ни опасений и, бросив короткий взгляд на Малфоя, безмолвно передавая ему право позаботиться о безопасности Петтигрю, последовал за аврором.

***

Придя в себя, Питер Петтигрю сразу же ощутил привкус Веритасерума во рту, и тогда он понял, что потребовать присутствия Дамблдора, как планировал раньше, ему не удастся. Уже спустя минуту он давал четкие и правдивые ответы следователю Аврората. После первого же его допроса, открывшего массу шокирующих сведений и полностью подтвердившего доставленную Снейпом информацию, уже на следующий день министр собрал закрытое заседание малого совета Визенгамота. На основании предоставленных Петтигрю свидетельств с Сириуса Блэка сняли все обвинения, оправдав его по всем пунктам, назначили ему денежную компенсацию за судебную ошибку, и даже побег из Азкабана предпочли назвать частью спецоперации по поимке настоящего преступника. Заодно, учитывая тяжесть обвинений, выдвинутых против Дамблдора, на время проведения расследования его лишили званий Верховного чародея Визенгамота и президента Международной конфедерации магов. Потеряв привилегии, предписываемые этими постами, он будет вынужден подчиняться всем правилам, как любой другой волшебник, а значит, не избежит допроса с применением сыворотки правды.

***

Фадж схватился за голову, когда прочел принесенные Скримджером протоколы допросов Петтигрю, собранные за трое суток. Он сам лично потребовал, чтобы к этому преступнику применили Веритасерум – слишком уж много тот знал о махинациях Дамблдора, и потерять подобную возможность было нельзя. – Как мы могли такое допустить? Он играл нами, как пешками! – Да уж. Наверное, веселился, когда мы принимали за чистую монету его заверения в преданности идеалам Света и бла-бла-бла, – поддержал министра Скримджер. – Так как поступим, сэр? Не пора рассекретить дело? Дамблдор – это не Крауч, его тихо с пьедестала не скинешь. Да и Блэку уже отправить бы письмо о том, что его оправдали, чтобы не прятался больше. Пускай придет и даст показания по всей форме, нам они в материалах Петтигрю не помешают. Может, еще что-нибудь выплывет. – А как ты ему письмо отправишь? Ты же раньше докладывал, что совы его не находят, – удивился Фадж, он был рад слегка отвлечься от вопроса привлечения Дамблдора к ответственности так, чтобы тот не успел устроить революцию в стране – слишком уж многие к нему прислушивались и вряд ли сразу поверят в его столь неблаговидные поступки. – Могу поспорить, что Малфой или Снейп в курсе, где он прячется, очень уж очевидной была их заинтересованность в снятии с него обвинений. И да, я забыл захватить их свидетельские показания, но там ничего нового, кроме одного: у них пропали Темные Метки. – Что?! – Фадж вскочил из кресла и ошарашенно уставился на Скримджера. – И ты молчал?! А у этого... Петтигрю? – У него Метка на месте. Мы проверили некоторых других бывших Пожирателей Смерти из числа оправданных и обнаружили еще несколько фактов исчезновения знаков. Эксперты пока не в состоянии прийти к конкретному мнению, но думают, что это связано с уровнем, образно говоря, замешанности в делах Того-кого-нельзя-называть, – Скримджер скривился, он терпеть не мог пользоваться этой конструкцией из слов, упоминая о Волдеморте. – Что ты хочешь этим сказать? – Если по-простому, то эксперты считают, что Метки пропали у тех, кто не запятнал свои руки в грязных делах Пожирателей Смерти. Сомнительно звучит, но чем не объяснение? – Скримджер усмехнулся такому наивному толкованию ситуации. – Спросишь, почему это произошло только сейчас, а не четырнадцать лет назад? Специалисты и на это выдвинули относительно логичную гипотезу. Петтигрю рассказал, как дух покинул гомункула. Судя по тому, что и Метки пропали в то же самое время, рискну предположить, что теперь Волдеморта уже можно звать по имени, а не той несуразной кличкой. Он с большой долей вероятности наконец-то отправился на тот свет. Мы еще поработаем, проверяя эту версию, но я бы поставил на то, что она действительно верна. Так как быть с Дамблдором? Фадж минутку помолчал, а потом распорядился: – Завтра еще попотрошите мозг этого недоумка Петтигрю, пускай вспоминает мельчайшие детали своих делишек. Я помню, что на нем есть определенные клятвы, вредить ему не стоит – он чрезвычайно ценный свидетель, но все-таки, может, откопаете еще что-нибудь полезное. Пошлите письмо Блэку с заверенным указом о его оправдании, но предупредите, чтобы пока не болтал лишнего. А в пятницу я приглашу Дамблдора прийти ко мне. Тогда угощу его особым чаем и обрадую новостью о снятии полномочий, а вы допросите по всей форме. Принесешь мне бумаги – я подпишу разрешение на применение Веритасерума. Иначе знаю я его! Он нам такого понарассказывает, что мы дружно по своей воле отправимся в Азкабан и двери собственноручно закроем, искренне решив, что сами во всем виноваты. И не забудь захватить артефакт подавления магии. Уверен, нас не осудят за его использование, ведь нам не справиться со столь сильным волшебником без этого. – Будет исполнено, – получив конкретные указания, Скримджер покинул кабинет министра магии.