Желание видеть

      Хината очень хотел пойти с командой в барбекю и даже пошел, но у входа в заведение передумал. Резко. Как ему и свойственно что-то вспоминать. Бокуто и Сакуса были удивлены, конечно, но в душе явно выдохнули с облегчением. На самом деле, это не ускользнуло от взгляда рыжего, он прекрасно понимал, почему была эта реакция. То, как Шоё обошелся с Атсуму было, конечно, не очень приятно.       Как только парень попрощался с друзьями и двинулся в сторону метро, мысли обрушились большой волной Хокусая. О том, что Хината расстался с Кагеямой, примерно год назад, знал лишь Кенма, они еще со старшей школы сдружились. Приятель, конечно, с неодобрением относился к Тобио, он в принципе почти ко всем так относился. Да и отношения Шоё были странными, первые три года всё было совсем прекрасно, разумеется, конфликты были, и в них парни лучше узнавали друг друга, всё как в сказке. Было. До выпуска со школы. Пока Хината не пролетел с экзаменами, а Кагеяме не предложили место в сборной Японии. Пока Хината не улетел в Бразилию играть в пляжный волейбол.       В потоке своих мыслей Шоё не заметил, как сел не на ту ветку и уехал совсем в другую сторону. Музыка в наушниках перекрывала голоса людей, шум поезда и громкий механический голос девушки, что объявляла станции. Что там играло, Хината даже не слушал, он поддался ностальгии и пытался найти, в чем же была причина их расставания, ведь всё произошло действительно странно, по-детски и совершенно безответственно.       Первое время они созванивались ежедневно по видеосвязи, рассказывали обо всём подряд. О тренировках, режиме, кто кого встретил и у кого как дела. Так Шоё узнал, что Танака все-таки добился сердца Киёко, сделал ей предложение и стал тренером, насколько рыжий помнил, она стала менеджером или кем-то вроде того. Парень тогда заслушался голосом Кагеямы и благополучно прослушал добрую половину того, что он говорил. Хината скучал, очень скучал, говорил об этом достаточно часто, но не заметил, что в какой-то момент Тобио перестал это говорить.       В один год у Шоё получилось прилететь в Японию на новогодние праздники, он хотел устроить сюрприз для парня с иссиня черными волосами и такими красивыми глазами, что не умей он плавать, то точно бы утонул в них. Хотел устроить сюрприз для мамы и попросил Нацу не говорить о приезде. Прежде чем после самолёта Хината включил телефон, он услышал радостный вопль сестры, которая едва не сбила его с ног. Она побежала к нему, запрыгнула и повисла, как коала на эвкалипте, и болтала без умолку, а потом он увидел маму, которая с тёплой улыбкой сказала: «с возвращением». В тот момент сердце Шоё сжалось, стало одновременно грустно и так хорошо, что не заметил, как по щекам потекли слёзы. Печаль накрыла оттого, что первым не увидел Кагеяму, зато он увидел свою семью, которая всегда была и есть рядом.       Когда же Хината понял, что он сел явно не в свой поезд, звёзды уже рассыпались по всему небосводу. А путь до дома увеличился от 30 минут до часа. Времени хоть отбавляй для воспоминаний. Выходя на незнакомой станции, он отправился в другую сторону, которая изначально и была нужна, предстоит еще одна пересадка прежде, чем он доберется до дома, плюхнется на постель и с шумом выдохнет в пустоту.       Он почти год живет в этой квартире, нашел её с помощью риелтора. Она, конечно, небольшая, но до спортзала, в котором он занимался, было не так уж далеко, в отличии от тех вариантов, что предлагали изначально. И находится достаточно далеко от тех мест, где была высока вероятность встречи с Тобио.       В тот год, когда получилось приехать из Бразилии, парню так и не удалось с ним встретиться. Уже тогда появилась мысль, что что-то идет не так. Тренировки становились всё интенсивнее, а встреча с Ойкавой в Рио и вовсе сильно повлияла на развитие Шоё. С каждой игрой и поездкой куда-то увеличивалось количество знакомых игроков, которых парень анализировал с такой тщательностью и усердием, что если бы не будильники напоминавшие о еде и часы на руке оповещающие «пора спать!», то он забыл бы в принципе о таких аспектах жизни.       Спустя некоторое время, Хината уже потерял счет сколько был в Бразилии, он вернулся в Японию. Как и в прошлый раз встретили его только Нацу и мама. А по пути встретился Бокуто с Акааши, а он возьми да предложи пойти к ним в команду. Акааши тогда даже не пытался остановить громогласную речь Котаро, лишь сказал, что это будет хорошая идея. Хината был жутко рад, что будет играть в одной команде с человеком, который наставлял и подбадривал в тренировочном лагере и на огромной площадке в старшей школе, когда Карасуно дошла до национальных. С того времени с каждой неделей времени на телефон оставалось всё меньше, видеозвонки уже давно прекратились, оставались только полусухие сообщения, да голосовые и те, максимум были по 10 секунд.       В общем-то так их отношения и прекратились. Глупо и по-детски. Растворились каждый в своём деле и прекратили общение. Без каких-либо выяснений отношений или скандалов. А за год до этого Атсуму признался в своих чувствах. У них был славный тандем, но после того, как Хината сказал «я встречаюсь с Кагеямой», всё пошло наперекосяк.       В этот раз в метро парень был уже более внимательным, несмотря на поток мыслей. Он всё думал, они похожи на безумное течение водопада или же на пчелиный улей. Голова начинала раскалываться. Шоё рассказал бы про расставание с Тобио, но не знал с чего начать, да и к чему это вообще, какая разница, что там происходит.       Когда Мия оказался в больнице, чувство вины у Хинаты зашкаливало. Он настолько часто разговаривал с Кенмой и Нацу, что не заметил, как в телефоне были звонки только с ними. Сестра тогда стала почти опорой для брата. Она часто напоминала про еду, рассказывала о своих тренировках, результатах игр, приезжала с мамой к нему в квартиру по выходным. Шоё даже предложил ей переехать к нему в Токио и поступить в Некому, но мама не позволила, сказала, что не готова к такому, она ведь до сих пор не может смириться с тем, как старший сын вырос, благо хоть к Тобио она относилась равнодушно, как и к отношениям с ним, лишь говорила: «это, конечно, не то, что я ожидала, но это ведь твой выбор и если ты счастлив, то всё хорошо». В такие моменты Хината гордился своей семьей и часто говорил об этом.       Потерявшись в воспоминаниях, парень даже не заметил, как оказался в своей квартире, в ней еще оставался запах сладкого пирога, который привозили на выходных. Дверь закрылась на ключ, кроссовки аккуратно оставлены в прихожей, ветровка на вешалке. Всё на своих местах. Это стало одной из привычек парня после расставания и промывки мозгов от Сакусы, что всё должно быть на своих местах и обязательно в заначке иметь пять запасных антисептиков. Ими Хината не пользовался, но это поднимало настроение. Наконец, он плюхнулся на кровать. О чем в тайне мечтал последний час. Его взгляд упёрся в потолок, свет даже не включался с того момента, как пришел.       — Вот я и дома, — прошептал в пустоту Шоё. — Дом, милый дом, как я по тебе скучал весь вечер!       Он вдоволь потянулся на кровати, стянул с себя вещи и укутался в одеяло, оставляя снаружи рыжую копну волос и лицо. Потолок был ровным и чистым, а в мыслях появился образ Атсуму. Смеющегося Атсуму. Дурацкого, с очень крутыми передачами пасов и невероятной подачей мяча.       Образ Атсуму становился всё ярче перед его глазами, как он греется в солнечных лучах.       Образ Атсуму нашептывал, что всё хорошо, Хината, в следующий раз отыграем.       Образ Атсуму поддерживал, аккуратно похлопывая по плечу.       Образ Атсуму, которого он хочет увидеть еще раз — со сверкающими глазами и фразой: «ты мне нравишься, Шоё-кун!»       Образ Атсуму, который гипнотизировал своей мягкой улыбкой, он никому так не улыбался.       Образ Атсуму, который начал влюблять в себя еще со времен национальных, аккуратно, медленно настолько, что первые шаги ребенка гораздо быстрее.