о всполохах и снежинках

Дилюк шипит и ругается, называет самоуверенным дураком и расставляет на табуретках самые разные склянки: какое-то лечебное пойло, мази, обеззараживающее масло, и снова ругается, ругается, ругается. Кайе даже стыдно - на глазах Дилюка сверкает влага. Да, наверное, не стоило лезть в логово приспешников Бездны в одиночку. Наверное, стоит наконец научиться доверять своим коллегам - разведчикам, другим рыцарям, алхимикам... Кайя зашипел и дёрнулся - Дилюк, стирая кровь с плеча мокрой тёплой тканью, прошёлся по ране. Конечно, сильно он не давил, но сейчас любое неосторожное касание причиняло боль. Он прервал злой монолог, прошептал: "прости" и стал искать что-то среди бутылочек. Может быть, пора унять паранойю. Может быть, хватит быть самопровозглашённым котом-крысоловом, в каждом рапорте ищущим нестыковки, сокрытие преступников и данных. Правда, сказать себе об этом гораздо проще, чем измениться самому. Дилюк возится с ним, наверное, второй час - извлёк из тела осколки металла и щепки, обработал ожоги и принялся за оставленные монстрами глубокие раны. Наверное, бездействие и тёплая вода разморили. Ещё и закатное солнышко пригревает. Очень хочется опрокинуться на подушки и уснуть. Дилюк отвесил ему лёгкий подзатыльник, чтобы не отключался, ворча, стал осторожно перематывать бинтом смазанное какой-то дрянью плечо; он уже не конвертировал беспокойство в злобу, только грустным голосом говорил тихо - Кайя даже не расслышал. Он уткнулся лбом в чужое плечо, как бы извиняясь, и Дилюк погладил его по голове. Затем напоил мерзковатым лекарством и удобно устроил в кровати. Уснул Кайя моментально.